15 ноября, 08:45

«Готов поставить свой старый дом на Волкановски против Махачева». Интервью Адесаньи после краха с Перейрой

Корреспондент отдела единоборств
Читать «СЭ» в Telegram Дзен
Бывший чемпион потерял пояс, но стал еще увереннее в себе.

12 ноября Исраэль Адесанья закончил свою четырехлетнюю доминацию в среднем весе UFC.

Нигериец уверенно шел по поединку со своим заклятым соперником Алексом Перейрой, выигрывал раунды, но в последние пять минут все-таки споткнулся и выронил пояс. Теперь он у бразильца, который стал чемпионом всего после восьми боев в профессиональных ММА.

Проиграв самый принципиальный бой и потеряв пояс, Иззи не стал прятаться и отмалчиваться. Спустя день он дал сразу два больших интервью — подкасту Flagrant и журналисту Ариэлю Хельвани для его программы MMA Hour. Мы собрали самые интересные ответы.

***

О том, сколько весил в бою и ощущал ли разницу в массе и габаритах

«Я весил 90 кг, может, 91. Ощущал ли, что он крупнее? Не-а. Даже когда я перевел его, я мог его держать, потому что я сам сильный. Люди не понимают, насколько я сильный: «О, он такой худой». Мой бро Эй Би подвел меня очень сильным к этому бою. Правда, в определенных позициях в партере я не смог обвязать его ногу, как хотел. Но я контролировал запястья, он не мог высвободиться. Бро, у меня сильные захваты, огромная рука. Хотя он крупный засранец, я все равно постоянно его стаскивал назад, когда он хотел подняться».

О том, как едва не нокаутировал Перейру в 1-м раунде

«Мне нужен был еще один удар. Со мной нельзя спать, даже когда отбили 10 секунд до конца, я могу поймать тебя. Я достал его правым оверхэндом, затем показал ложный правый апперкот и добавил левым хуком. Может быть, если бы я ударил апперкот, то уложил бы его на спину. Даже когда он поднялся на второй раунд, он все еще был не в себе. Но он очень быстро восстанавливается. Не дает ли мне покоя, что я был в одном ударе от победы? Нет, конечно. Я вообще не думаю об этом. Перед вторым раундом не было мысли, что я сейчас выйду и добью его. Это было бы глупо, я сделал бы себе хуже. Настроил бы себя на охоту за финишем. Я думал, что надо систематически разбирать его — и финиш подвернется сам собой».

Перейра перебил ему малоберцовый нерв уже вторым лоукиком в бою

«Я был сфокусирован перед 5-м раундом. Но моя нога была не в порядке... Он перебил мне малоберцовый нерв вторым же лоукиком в бою. Уже в середине второго раунда у меня стала припадать стопа, знаешь, двигаешься и спотыкаешься, она обвисает. Как было у Чендлера, Сехудо, Джимми Крута. Никогда раньше со мной такого не случалось, но я знал о такой ситуации. И когда я был у сетки, я знал, что мне нужно уходить в сторону, но моя нога подвела меня, я споткнулся. Я отвечаю, что упал не от ударов, я споткнулся.

Я все контролировал, я опустил голову, уклонялся от ударов, и я видел его с опущенной головой. Я контролировал его колени, его руки, хоть и не видел его головы. Люди говорят: «О, он тебя коленом мог ударить». Но я видел его колени. Я надеялся, что он вымахается, пойдет на сближение — и я переведу и забью его. Я не виню рефери, но... Он же судил мой бой с Гастелумом, он видел, как далеко я могу зайти. Он дал Гастелуму все шансы, которые только возможны, хотя я уронил его кучу раз, поставил рекорд по нокдаунам в титульных боях. Он мог бы дать мне шанс. Когда он остановил бой, я такой: «Эй, я в порядке, *****».

Перейра потрясает соперника левым хуком. Фото Jeff Bottari/Zuffa LLC
Перейра потрясает соперника левым хуком.
Jeff Bottari/Zuffa LLC

Антипатия к Перейре

«Мне он не нравится. После боя я сказал ему: «Ты мне не нравишься, я не нравлюсь тебе, но все равно — уважение». Не знаю, почему он мне не нравится, энергетически мы не сходимся».

О том, стал ли он теперь сомневаться в себе после такого поражения

Хельвани поднял в конце интервью интересную тему — считает ли Иззи, что такое поражение сделало его скромнее.

— У тебя есть чувство, что тебя теперь сделали скромнее?

— Нет, *****. Я и так был скромным.

— Я имею в виду, ты теперь думаешь о себе немного по-другому?

— Нет.

— Ну некоторые начинают сомневаться в себе. Есть такое?

— Да хрен там. Я стал еще увереннее в себе.

— Хоть какая-то малая часть тебя не хотела идти на пресс-конференцию после боя?

— Нет.

Адесанья и его новая шуба. Фото Соцсети
Адесанья и его новая шуба.
Фото Соцсети

О гигантской шубе, в которой пришел на послематчевую пресс-конференцию

«Это [образ] Курамы (лисы из аниме Наруто. — Прим. «СЭ»). Кто ее сшил для меня? Не знаю, мой кореш Уго Моззи намутил этот вариант».

Смелый прогноз на бой Махачева и Волкановски. «Я готов поставить свой старый дом»

«Волк раньше был толстенным парнем, играл в регби. А когда ты годами носишь на себе такую массу, ты развиваешь у себя мыщцы другого уровня, плотность. Я хочу сказать, что мне тяжело удерживать его на земле. Да, я не величайший борец, но все равно, с учетом моей рамы и рычагов, мне тяжело держать его на земле. Он находит варианты, чтобы выбраться.

А когда мы деремся в стойке, он иногда сокращает дистанцию, находит входы. Часто у него это получается. Он мастер, его внутренние лоукики, джеб, его контроль рук в стойке, все это дерьмо... Он мастер. Ислам — отличный боец, эти ребята-даги знают, что они делают, они сильны. Но я предвзят, я искренне верю в Волка, я готов поставить на него свой старый дом.

Волкановски и Адесанья в спарринге. Фото Джефф Санлэйр, Соцсети
Волкановски и Адесанья в спарринге.
Джефф Санлэйр, Фото Соцсети

Волк — это другая порода. То, как ему удается сохранять кардио в поздних раундах после таких больших сгонок веса, — это просто вынос мозга. Спросите у Джорди, диетолога. Когда мы делаем наш воскресный воркаут Spider Circle — это когда на тебя набегают спарринг-партнеры и ты должен бросать их проходом в две ноги. И когда я делаю мой последний раунд такого воркаута, я пытаюсь быть как Волк, потому что вот так он меня вдохновляет".

Реклама
Прогнозы на спорт
Онлайн-игры
Новости