Интервью Томаса Цорна. О трансферах, будущем Кононова и о том, придет ли в «Спартак» Черчесов

Сергей Егоров
Заместитель главного редактора
13 сентября 2019, 20:00

Статья опубликована в газете под заголовком: «Томас Цорн: "Речи о том, что Черчесов может возглавить "Спартак", не заходило ни разу"»

№ 8024, от 16.09.2019

Томас Цорн и Станислав Черчесов на летнем турнире в Австрии. Фото Александр Федоров, "СЭ" Томас Цорн. Фото Александр Федоров, "СЭ"
Гендиректор «Спартака» дал интервью группе журналистов, в числе которых был и корреспондент «СЭ».

Трансферы — расходы и доходы

— Судя по всему, этим летом у клуба есть плюс по трансферным сделкам.

— У нас рекордное лето по продажам. Сумму не могу озвучивать.

— 35 миллионов евро.

— Сумму не назову. Но мы много и покупали. Тил — рекордная покупка.

— 15 миллионов евро плюс миллион бонусом.

— Скажу так — это точно не 18 миллионов евро. Мы многих купили, многих отпустили, не всех из них удалось продать, но важно, что мы сократили зарплатный фонд.

— Продавая игроков, из чего исходили? Знаю, что на сборе в Австрии вы говорили с каждым футболистом — что хотели понять?

— С каждым поговорил индивидуально, это правильно. Расставались с футболистами по разным причинам — во-первых, омоложение команды. Исходили из того, что будет много матчей, нужно много сил. Второй момент — продавали тех, от чьего трансфера можно получить хорошую прибыль. Таким образом мы компенсировали упущенный доход от непопадания в Лигу чемпионов по итогам прошлого сезона.

— Это, по моей информации, 25 миллионов евро.

— Да.

— А третья причина — высокая зарплата некоторых игроков.

— Да.

— У вас есть грейд по потолку зарплат — условно, 1,8 миллиона евро. А если выше, надо договариваться, чтобы человек «упал»?

— Грейда нет, но у нас реально стали ниже зарплаты.

— Правда, что Адриану и Зе Луиш хотели уйти?

— У Адриану было хорошее предложение из Бразилии. Зе нам надо было продать, чтобы заработать.

— Он хотел поехать конкретно в Португалию.

— Когда всплыл вариант с Португалией, его он заинтересовал. В Китай он бы не поехал.

— Был вариант, отдав Адриану, не продавать Зе?

— А откуда мы бы тогда собрали 25 миллионов евро? Мы не могли его не продать, это не тот случай Задача перед началом трансферного окна была — закрыть упущенный доход в 25 миллионов.

— На Зе можно было больше заработать, если бы «Порту» не знал, что вы его продаете?

— Мы не вели переговоры таким образом, чтобы его у нас непременно купили за любые деньги. Напротив, тренер «Порту» знал Зе и хотел заполучить именно его. Сработали разные факторы.

— Почему при продаже Зе вы не нашли ему вариант в Англии. Это игрок формата АПЛ.

— Летом в Англии не было интереса. Нам официально запросов не приходило.

— Сейчас в команде один номинальный, высокий, форвард.

— Есть Ларссон, есть Понсе. Несколько дней назад был на ужине с СЕО «Ливерпуля» Питером Муром, говорили на эту тему. Он говорит: у нас нет ни одного нападающего, все невысокие, но эта команда играет в успешный футбол. И у «Спартака» есть цель играть в такой же. Высокий форвард — не наша самоцель.

— Представим, что есть возможность вернуть воспитанника клуба Артема Дзюбу в «Спартак». Вы бы вернули?

— К чему вопрос? Такой возможности нет.

— Но у Артема в мае следующего года истекает контракт с «Зенитом», и в январе он может вести переговоры с новыми работодателями.

— Я лично хорошо отношусь к Артему, но мы его не рассматриваем.

— Были ли футболисты, по которым были предложения, но вы их не продали?

— Был большой спрос на Максименко, на Зелимхана Бакаева. Были запросы из Чехии на нашу молодежь, был запрос на Жиго. Но он для нас бесценен. Он один из лидеров команды. Сколько может в Европе стоить игрок уровня Жиго? Это дороже, чем мы купили Тила.

— Но Жиго стоил 8 миллионов. Если ранее клуб купил Жиго за 8, почему нельзя взять второго Жиго за ту же сумму?

— Потому что уровень Жиго сейчас выше, он вырос в клубе.

— Как в целом оцените трансферную политику?

— Я себя сам должен оценивать? По трансферам я выполнил все, что запланировал.

Философия, под которую подбираются игроки

— Вы можете сформулировать философию, под которую будут подбираться футболисты?

— Мы уже озвучивали. Мы ищем быстрых футболистов, футболистов с перспективой. В этом году мы продали очень хорошо с позитивной разницей — и Зе, и Фернанду, что случалось редко в клубе до этого. Если брать из Европы ребят, то будем стараться брать молодых. Шюррле — это исключение. Но, мне кажется, никому не помешает исключение. Ни клубу, ни фанатам, ни нашему тренеру. Наоборот, он дал хороший импульс. Мы строим новую команду, новую философию, Андре дает новый импульс команде, это видно по тренировкам. Да, он возрастной, но он не старый. С опытом. Он дал команде много, тем более молодым ребятам, которые развиваются. Тот же Тил, тот же Крал, тот же Джордан. Этих молодых ребят он тянет, встречается с ними за пределами официальных тренировок, настраивает. Это хорошая позиция. А по другим — если мы берем иностранцев, то они должны быть молодыми и перспективными, они должны выдерживать темп и должны делать результат и в будущем принести клубу доход.

— Когда у вас срабатывает опция выкупа по Шюррле?

— До середины мая.

— Есть опция по количеству матчей?

— Контракт у нас конфиденциальный. Приняли решение — взяли.

— То есть это может произойти в любой момент до?

— В любой момент до середины мая. Если мы его берем, и Дортмунд обязан его продать. Я не думаю, что Шюррле будет против, но это только время покажет.

— За Шюррле была большая конкуренция? Агенты предлагали его нескольким клубам РПЛ, но лучшие условия дал «Спартак»?

— Не знаю, какие условия предлагали конкуренты, уверен, что у нас были не самые высокие. Просто мы самые убедительные. Общий пакет сделки был для Шюррле наиболее оптимальным — клуб, доверие тренера, руководства. Все решило индивидуальное общение.

— Не считаете, что 8 миллионов евро — сумма выкупа Шюррле- это дорого?

— А вы знаете, что 8? Не могу сказать цифру, но она намного меньше восьми.

— Намного меньше — это сколько?

— Не на миллион и даже не на два миллиона.

— Судя по тому, как он играет, решение о выкупе вы можете принять уже зимой.

— А к чему спешить? Давайте смотреть на длинной дистанции.

— В трансферном контракте прописаны обязательства по сроку контракта?

— Не прописаны, но есть взаимопонимание с игроком по сроку.

— Если три года, то это ловушка.

— Это не три года.

— Подписание контракта с футболистом под 30 или за 30 допустимо, на ваш взгляд?

— Каждый случай индивидуален.

— Допустим — вы бы подписали трехлетний контракт с 30-летним Глушаковым?

— На пять не подписывал бы, и на четыре — тоже. Зависит от футболиста — если делает результат, если лидер, почему не подписать. Но вообще, трехлетний 30-летнему — это много. Лучше разбивать его на опции.

Тил и Крал — это не игроки одной позиции

— В центре есть Крал, Тил, Зобнин и Гулиев. Но среди них нет игровика, они все мощные лоси. Это не совпадает со спартаковским стилем, сейчас «Спартак» — мощная контратакующая команда. Как она будет забивать, если игрокам не хватает определенных качеств?

— Физика в современном футболе очень важна, в российском чемпионате особенно, это не испанский футбол с упором на технику. У нас был техничный Фернанду, мог забить и обвести. Сейчас таких нет, посмотрим.

— Но какая система игры? Давить мощью?

— Система — на высокой скорости играть 90 минут.

— Это система клуба или тренера?

— Это система современного футбола. Когда я пришел, мы с Олегом Георгиевичем это обсудили, как будет «Спартак» играть в будущем

— Исходя из сказанного вами, тему бесковского кружевного футбола надо закрывать, она смешна.

— Давайте будем исходить из того, что результат — самое важное. Бесковский футбол, легендарный стиль — это хорошо, но нужны победы, нужно смотреть на то, как попасть в Лигу чемпионов в будущем сезоне. Наша цель — эффективность.

— На вашем восприятии тренера сказался вылет из Лиги Европы?

— Вылет из еврокубков не может никого устраивать. Главный минус — это финансы, пресловутый упущенный доход. Что касается Кононова, то ничего не изменилось. У нас есть тренер, он нас устраивает. Ему совсем недавно привезли последнего футболиста, ребята должны сыграться, посмотрим, какой импульс Олег Георгиевич даст команде. В какой-то мере позитивным фактором для развития новой команды может оказаться менее насыщенный календарь. У команды будет время найти себя, у тренера — проверить свои идеи.

— То есть проиграли «Браге», Кононов приходит и слышит, что для его перспектив поражение не сыграло роли.

— Для перспектив Кононова в «Спартаке» поражение от «Браги» роли не сыграло. У него не было возможности задействовать некоторых новичков, не было возможности полноценно воплотить свои идеи за такой короткий и очень интенсивный отрезок — команда готовилась от матча к матчу.

— Вариантов, чтобы закрыть трансфер Тила и Ларссона до старта в Лиге Европы, не было?

— Нет. Когда мы дошли до определенной стадии переговоров, когда мы были готовы их взять, оба уже сыграли в Лиге Европы. АЗ с самого начала сказал, что им принципиально важно, чтобы Тил помог в квалификации Лиги Европы.

— То есть для вас фактор их неучастия в Лиге Европы не был существенным?

— Не был, мы берем ребят на долгий срок, с перспективой. Не на два, не на четыре матча квалификации. Все-таки мы мыслим дальше. И наша цель — решить с новым составом задачу выхода в групповой раунд Лиги чемпионов.

— Зачем вы переподписали контракт с Мелкадзе на 3 миллиона рублей в месяц? С того момента, как подписали новый договор, клуб стремился отдать в аренду.

— Он воспитанник клуба. Он хорошо выступал на юношеском уровне, клуб дал ему шанс развиваться дальше. Отдать в аренду — не спихнуть игрока, а найти команду, где он может развиваться.

— Вы считаете, что в перспективе он может вернуться и заиграть в основе «Спартака»?

— Сейчас это зависит от него самого. Мы арендой дали возможность работать над собой.

— Хотел бы обсудить трансферы Крала и Тила. Чехи говорят, что вы несколько раз улучшали предложение — не считаете, что за 12 миллионов они должны привезти его с перевязанным бантиком? 12 миллионов — это очень много?

— Рынок так устроен. На Крала были претенденты из АПЛ, мы его брали на перспективу. Да, для нас это очень большой трансфер, но игрок с большим потенциалом. Он один из самых талантливых в своем возрасте в Чехии, игрок сборной, есть потенциал роста. Мы когда-то сможем его продать с позитивной разницей. Его стиль может быть интересен немецкому, английскому футболу.

— Как удалось осуществить сделку?

— Сделка состоялась из-за того, что мы довольно рано вошли в переговоры. Чехи не сильно хотели его продавать, «Славия» впервые вышла в Лигу чемпионов, и для чехов было важно, что мы дали ему доиграть квалификацию.

— А чешский футбол — показателен? Чем Крал так крут?

— Физически очень силен, это показали и тесты, которые мы делали. Для нас важна перспектива, мы делали большое исследование по игроку, изучили все аспекты. У него правильный настрой — ему ничего не давалось легко, он много над собой работал. Все, чего Крал достиг, добивался сам, через тренировки и труд. Он в ДЮСШ работал с психологом-мотиватором.

— Если бы Тамез не сорвался, вы бы взяли Крала?

— Крал возник раньше.

— Что случилось с Тамезом?

— Тамез — игрок, который может дать результат сейчас. Он пришел, дал результат, потраченные деньги потом не компенсируешь. Крал даст результат, а потом еще деньги отобьем.

— Есть разочарование от срыва сделки по Тамезу?

— Нет. Нашим первым выбором был Крал.

— Но когда игрок не приезжал на финальном этапе на медосмотр, это большое разочарование, кто-то должен за это отвечать.

— Игрок не приехал на медосмотр, потому что не было окончательно согласованного трансфера. Мы приехали во Францию разговаривать с агентами, готовы были делать медосмотр, но в конце концов не договорились.

— Правда ли, что у «Спартака» так составлены контракты, что гарантированная зарплата небольшая, а остальное — премиальная часть, которую можно вычесть за различные нарушения. То есть из-за этого сорвался трансфер Тамеза.

— В «Спартаке» контракты составлены так, что гарантированная зарплата и премиальная часть разделены. Но в наших контрактах нет такого пункта, из-за которого игроки боятся ехать. А у Тамеза совсем другая история.

— Тил стоил 15 миллионов евро. Вы не считаете, что Тил и Крал дублируют друг друга по позиции?

— Нет.

— Олег Георгиевич считает так же?

— Да. Это разные позиции.

— И Олег Георгиевич после окончания трансферного периода вам не говорил о том, что опорника он так и не получил?

— Нет, не говорил. Он получил опорника. Тил — десятка, Крал — шестой номер. Он может играть центрального защитника, в клубе он играл опорника, в сборной его иногда ставят десяткой.

— Когда вели переговоры, вы сказали Кралу о позиции?

— Да, конечно. Расскажу, как у нас ведутся переговоры с моим приходом. Мы сделали два ролика для новичков. Первый — о Москве, чтобы игроки познакомились с городом, второй мы составили совместно с тренерским штабом — о тактике, видении игры, чтобы новички были готовы.

— Во втором видео употребляется слово «кружева»?

— Нет. Ваши вопросы по Кралу с чем связаны, вы считаете, что он больше десятка?

— Я считаю, что вы продублировали одну позицию двумя очень дорогими футболистами.

— Нет. Тил и Крал разные.

— Правда ли, что иногда в комплектовании принимает участие и Леонид Арнольдович — приносит список и говорит: посмотрите этих игроков.

— Бывает, что иногда ему рекомендуют футболистов, он спускает это мне, у нас есть ежедневная коммуникация.

— 12 за Крала, 15 за Тила. Не считаете, что вы купили качественных игроков по их максимально возможной цене?

— Это рынок, который определяет сумму. У Крала были предложения, у Тила были предложения — за 14 миллионов в Англию. Да, для нас это рекордный трансфер по затратам, но мы получили качество.

— Когда вы покупаете игрока, вы пишите бизнес-план руководству. Как вы оценили потенциал трансферной продажи Тила и Крала?

— Не могу сказать вам конкретную сумму. Я считаю, мы их разовьем так, что сможем продать с положительной разницей.

— Трансфер Мирзова. Какова роль Олега Георгиевича и зачем он звонил игроку, что могло привести к санкциям против клуба?

— Не буду комментировать личные действия тренера. Мы хотели футболиста, мы его взяли.

— Уже понятны цели на зимнюю кампанию?

— Мы укомплектовались. Посмотрим, как команда будет выступать в следующих играх.

Интерес к Гильерме, как он возник

— Зачем вам нужен был Гильерме?

— Мы рассматривали рынок. Селихов в тот момент только восстанавливался после транвмы, не был на своем уровне, мы рассматривали возможности на рынке, но пришли к общему мнению — доверить Максименко.

— Когда вы смотрели рынок, говорят, вашей кандидатурой был Гильерме, Кононова — Левашов.

— И?

— И вы работали по двум кандидатурам.

— Не так. Был ряд вратарей лиги, мы смотрели по многим клубам и оценивали варианты.

— Г-н Кикнадзе говорит о том, что предложение, которое получил Гильерме, было очень высоким, и «Локо» не смог его повторить.

— Какой смысл об этом говорить? Мы в конце концов Гильерме не взяли и не предпринимали усилий на финальной стадии, чтобы его взять, сделав выбор в пользу Максименко.

— Повлияло ли общественное мнение в пользу Максименко?

— Повлияло доверие к нему и его игровым качествам.

— Селихов выбыл надолго. Вы планируете заявить вратаря-свободного агента до конца сентября?

— Нет. Работа с вратарями — это решения тренерского штаба, я не буду ему ничего диктовать.

— Единственный человек из числа тех, кого «Спартак» хотел отдать, но не отдал, — это Мельгарехо. Почему?

— Не нашлось вариантов, которые устроили бы и клуб, и игрока.

— В интервью «СЭ» вы говорили о том, что берете игроков для клуба, а не для тренера. Кто, за исключением Мирзова, тот игрок, который является кандидатурой Кононова, на кого он показал пальцем?

— Нет такого. Это всегда совместное решение клуба и тренера.

Формула выплаты агентских

— В прошлом году клуб выплатил 700 миллионов посредникам. Возможно ли, что при вас сумма будет такой же?

— Возможно, если мы возьмем 40 футболистов... При продлении контрактов мы не платили агентских. А при трансферах не вышли за пределы внутреннего регламента клуба — не выше 10% от фиксированной зарплаты футболиста. Если контракт игрока — миллион в год, а договор на три года, то агентские — 300 тысяч. Сумма трансфера к агентским отношения не имеет.

— Что значит фраза Федуна о том, что у Ломовицкого очень сильный агент, поэтому его продлили.

— Ломовицкого продлили в декабре, когда меня в клубе не было.

— А Мелкадзе платили премию за подпись?

— Нет. Это наш футболист, продлили на хороших условиях. Знаю, что в агентской среде формируется мнение, что мы платили агентские. Но их нет.

— На Мелкадзе был спрос?

— Да, конечно. О нем говорят как о футболисте, на которого можно сделать ставку.

— Почему Мелкадзе так травят?

— Травят многих, если посмотреть форумы. Мелкадзе ушел потому, что на данный момент не соответствует требованиям «Спартака», но он может к этому соответствию прийти через работу в аренде.

— Кутепов не играет в составе. В чем его проблема?

— Он адекватно все воспринимает. Конечно, его не может устраивать ситуация, когда он не играет — Илья провел очень хороший чемпионат мира. Мы регулярно с ним общаемся. Он важный игрок для команды, но это футбол — ситуация может быстро измениться, и он это понимаем.

— Нет риска его ухода?

— Это фактор коммуникации. Чтобы он не сказал, что уходит, надо общаться.

— Много говорят о молодом Руденко. Он стал работать с основой. Каковы его перспективы?

— У него фантастическая статистика в ФНЛ, но разница между «двойкой» и основной командой большая. Он тренируется с основой, посмотрим.

Подбирался ли состав под Черчесова?

— Какие цели стоят сейчас перед тренером? Если команда займет третье место в чемпионате, с ним не продлят контракт?

— Наш тренер Кононов, у него есть доверие руководства. Что будет через год, я не знаю. Давайте говорить по итогам.

— Но он проиграл уже первый турнир — Лигу Европы. Что будет, если вылетит из Кубка и не войдет в двойку в чемпионате.

— Давайте говорить по факту. Для меня важно, чтобы дискуссия вокруг тренера «Спартака» прекратилась. Мы ему доверяем, он должен развивать команду. Он должен найти свой почерк, посмотрим, как получится.

— Как относитесь ко мнению, что нынешний состав собирался под Черчесова?

— Впервые от вас это слышу.

— Вы так не считаете?

— Нет, конечно.

— С Черчесовым по футболистам вы не консультировались?

— Консультировался по тем футболистам, которых он знает по сборной.

— Например по Мирзову.

— Да. Но у нас есть тренер, мы не ищем ему замену! Он работает. Почему мы обсуждаем Черчесова, а не, например, Семина?

— Потому что у Станислава Саламовича есть нереализованная мечта — проявить себя в «Спартаке» в качестве тренера.

— Я Черчесова знаю, мы с ним общаемся — собираем информацию из разных источников. Но отношения к поиску тренера это не имеет.

— Вы считаете Станислава Саламовича тренером хорошим или блистательным?

— Он тренер сборной. В сборной хорошо получается. Желаю ему только удачи.

— Ни разу речи о том, чтобы возглавить «Спартак», не заходило?

— Ни разу.

— У Олега Георгиевича в мае истекает контракт, и гендиректор обязан думать о будущем.

— В данный момент я об этом не думаю. Давайте посмотрим, как Олег Георгиевич будет строить команду.

— Ранее он говорил о том, что для построения игры необходимо 4 месяца. После того, как в августе сформировали во многом новую команду, сколько потребуется времени?

— Надеюсь, что результат и почерк будут видны до декабря. А итоги подведем в конце сезона.

Почему Цорн совмещает посты генерального и спортивного директоров

— У вас больше 100 дней на посту гендиректора?

— Около. Не считал.

— Как вы освоились на этой позиции? Что для вас нового? Что знакомое? Главные выводы?

— Нового много, потому что это первая позиция в клубе. Мне нравится, это интересно. Я считаю, что развиваюсь, двигаюсь дальше — и в карьере, и в жизни, и в своем опыте. До этого у меня не было такой массы подчиненных, с которой надо общаться, которыми надо руководить. Гендиректор отвечает не только за спортивную часть, но и за общее развитие клуба. До этого я работал чисто в спортивной сфере. Для меня это новое, но мне нравится. Считаю, что пока справляюсь неплохо.

— Есть какие-то контакты у «Спартака» с Тимуром Гурцкая, который был очень близок к «Спартаку» ранее?

— Нет. У нас нет футболистов, которых он представляет официально или неофициально.

— Есть сейчас человек в клубе, который выполняет те же функции?

— Нет. Есть генеральный директор в моем лице, который также выполняет функции по спортивной части. Все трансферы, которые мы проводим, мы согласовываем с советом директоров, с главным тренером.

— Если бы появился человек от руководства или главного тренера и сказал: решение по трансферам принимает вот этот вот человек, вы бы согласились?

— Не думаю, что Леонид Арнольдович хотел такую ситуацию иметь в клубе. Я думаю, что самое лучшее и оптимальное — выстраивать клуб по-европейски. Хотя что — «русский» не входит в понятие «европейский»? Это не так. Просто порядок надо наводить.

— То есть ответственность полностью на вас?

— Да.

— Почему ушел глава медицинского штаба Михаил Вартапетов?

— Плановое обновление всей структуры клуба.

— Правда ли, что к вам, как гендиректору, со стороны совета директоров были претензии по календарю, который получила команда в августе?

— Вы считаете его тяжелым?

— Очень. Он катастрофический для вас. У «Зенита» он блистателен.

— Но у тех, кто проходит квалификацию еврокубков, календарь всегда тяжелый.

— Но вы получили в августе-начале сентября ЦСКА и «Зенит», которые квалификацию не проходили.

— Каждый клуб имел возможность написать пожелания по календарю. Мы написали целый ряд пожеланий. Но англичане играют по 8-9 матчей в месяц, и это нормально. Считаю, что мы должны выходить и биться — и не важно, когда и сколько играем.

— Клуб покинул коммерческий директор Александр Атаманенко. Кто его заменит?

— Мы объявим в ближайшее время.

— Это русский человек?

— Да.

— Биокамин с Владимиром Гранатом останется в продаже фна-шопа?

— Давайте спросим нового коммерческого директора. У меня такого биокамина нет.

— Вас устраивает фаншоп «Спартака»?

— Мне тот фаншоп, что на стадионе, нравится.

— Как ведется диалог с фанатами?

— Мы несколько раз встречались в большом кругу — участвовали Леонид Арнольдович, я, Кононов. У нас открытая коммуникация, диалог ведется, потихонечку все налаживается.

— Вы продолжите совмещать посты гендиректора и спортивного директора?

— Да.

— Вы считаете это нормальным?

— Да.

— Можете пояснить, почему вы считаете это нормальным?

— Бывают разные гендиректоры. И из коммерческой сферы, и из финансовой, и из спортивной. У нас будет человек, который будет главным скаутом. Он будет вести весь скаутской отдел, и академию, и основной клуб. И тоже будет участвовать в реализации трансферов. Он должен вести футболистов. Поэтому спортивный директор будет в такой конфигурации лишним.

— А кто этот человек? Назовете фамилию?

— Нет пока.

— Россиянин? Иностранец?

— Посмотрим.

— Селекционный отдел расширится? Сузится?

— У нас есть селекционный отдел в академии, ей я буду заниматься чуть позже. Мы ее тоже будем чуть-чуть реформировать, менять структуру, наводить порядок. Хотелось бы скомпановать работу дубля, «Спартака-2» и академии, чтобы была вертикаль, развитие. В остальном у нас в клубе было четыре селекционера, сейчас их нет. Скорее всего, на ставке в новом селекционном отделе будет меньше людей.

— Бывшие селекционеры участвовали в тех покупках, которые были совершены летом?

— Они активно участвовали в конце, одного из кандидатов они вели давным-давно, и на совете директоров принималось решение его взять.

— От прошлого руководства?

— От совета директоров. Прошлое руководство уже не участвовало, это был переходный период. Они его смотрели, предлагали. Это Понсе.

— Вы смотрели Понсе? Он вам понравился?

— Да, конечно, я смотрел на него.

— Почему было принято решение расстаться с селекционерами? Потому что это чужая команда?

— Ребята работали долго в клубе. Самый молодой около 5 лет работал. Я смотрел за их работой пару месяцев, и мне показалось, что надо как-то освежить. И мы расстались.

— Не понимаю слово «освежить». Вы недовольны их работой? Или как сказали выше: вы не знали этих людей, поэтому расстались?

— Я не хочу плохо о них говорить, мы их поблагодарили за работу. Не ругались внутри клуба. Но если вы спрашиваете «почему», ответ такой: я хотел, чтобы они мне дали структуру. Я это себе представляю так: люди ведут футболистов и в России, и за рубежом. С определенного возраста они должны два-три года давать мне какую-то информацию, которую я запрашиваю. Есть такой кейс: я прихожу и спрашиваю игрока на конкретную позицию, они мне отвечают, что должны посмотреть. Мне это непонятно. Они должны готовить футболистов и всегда иметь в поле зрения весь рынок.

— То есть они должны иметь представление о команде, как ее усилить?

— У меня такой принцип. У нас есть философия футбола, мы с Кононовым ее обсуждали, он ее озвучивал. Он хочет в том числе игру в высокий прессинг. Я тоже поддерживаю этот футбол. Очень важно, чтобы селекционная служба видела тот же футбол, какой видит главный тренер и клуб. Философия должна быть одна. Скаут должен подбирать футболистов под тот футбол, в который играет клуб.

— Но в «Спартаке» тренер может поменяться...

— Он везде может поменяться. И если мы выбрали философию в клубе, то мы должны смотреть, как в будущем под это подстроиться.

Турнир в США

— Расскажите о турнире в США, в котором примет участие «Спартак» в начале январе.

— Договоренности мы достигли в августе. Это очень интересно с точки зрения рынка, развития клуба. Мы будем первой командой, которая участвует в этом турнире, первой командой, которая готовится в США. Там хорошие условия, это я видел сам. Хорошие соперники, это коммерчески выгодно.

— «Спартак» заработает?

— Мы имеем все шансы заработать — есть тв-права, рекламные права. Организаторы покрывают большую часть расходов.

— В аналогичном турнире с участием российских клубов, как в прошлом году, вы не участвуете?

— У нас есть такое намеренье. О локации, сроках проведения и других участниках правильно будет узнать у организаторов.

— Это сложная логистика. Олег Георгиевич согласен?

— Согласен. В чем проблема? Европейские команды летом летают играть в Азию и Америку, «Аякс» и «Айнтрахт» участвовали в прошлогоднем розыгрыше Florida Cup в США. Кстати, я предлагал «Спартаку» этот турнир 2 года назад, это клубом обсуждалось.

— Кто не захотел?

— Каррера не был готов на такие перелеты.

— Затихла тема про народный «Спартак», почему?

— Она не затихла. Она как никогда актуальна. Формируется рабочая группа, это почти ежедневная тема обсуждения в клубе.

— Когда покажете проект?

— К концу года. Мы анализируем рынок, смотрим возможности, прорабатываем юридические вопросы — есть такие кейсы в Европе, мы смотрим, как это можно сделать в России.

Зарплата, ТВ-контракт

— Футбольная тусовка обсуждает, что вы самый высокооплачиваемый управленец, генменеджер клуба в РПЛ. У вас хорошая зарплата?

— Ну и вопрос. Не знаю, сколько зарабатывают другие. Не готов комментировать такие вопросы.

— У вас многолетний договор с клубом?

— Многолетний.

— Что для вас будет успехом по итогам сезона?

— Наш выход в групповой турнир Лиги чемпионов.

— А с коммерческой точки зрения, ведь вы меняете сейчас менеджмент?

— Есть задача — оптимизация бюджета, пока хорошо получается — зарплатный фонд снижен, есть хорошие продажи. Да, были разовые большие расходы по трансферам, что нас не устраивает, но они есть. В будущем команда не будет так меняться каждый год, таких расходов не будет, команда на перспективу. Говорить о доходе тяжело, но все должно быть оптимально — стремиться сокращать расходы и повышать доходы.

— Вас устраивает ТВ-контракт лиги?

— Контракт не самый высокий, в европейском рейтинге мы во втором десятке. С этого мы как клуб ничего не имеем. Доходы от ТВ-прав не сопоставимы с немецкой Бундеслигой и АПЛ.

— Не было мыслей выйти из пула и продавать права самостоятельно?

— Это невозможно по условиям соглашения между РФС и РПЛ.

— Как прокомментируете ситуацию с обращением клуба по поводу твита журналиста Андрея Малосолова, назвавшего Луиза Адриану обезьяной?

— Мы написали письмо в прокуратуру по инциденту, который был в Австрии (речь о предсезонном турнире и матче «Спартак» — ЦСКА. — Прим. «СЭ»). Мы обязаны защищать наших футболистов. Твит был в интернете. Мы можем только так поддержать нашего футболиста, написав в прокуратуру. Остальное уже решает суд. Это не наша ответственность.

— Ваши требования по наказанию?

— Мы не требуем ничего, просто хотим, чтобы с этим разобрались. Наказание не мы назначаем, это вопрос законодательства.

— Такой шаг — не принципиальное наказание конкретного человека?

— Нет, это не против этого человека. Против каждого, который такие вещи пишет про нашего футболиста, это неправильно.

— На ваш взгляд, такой твит, в котором Адриану назван обезьяной — это расизм?

— Я считаю, что да.

— Таких историй в российских медиа не было. Это практика Германии, других стран Европы?

— Это медийный человек, его многие читают. Но дело не только в этом. Дело в высказывании.

— Но на трибунах болельщиков «Спартака» тоже поют песни про то, зачем российской сборной обезьяны — это явно про Гильерме. Это попытка в том числе и на что-то указать своим болельщикам?

— Это позиция клуба. Если болельщики клуба это поют, это тоже неправильно.

— Вы общались с Малосоловым?

— Нет. Мы хотим разбирательства.

— Если он извинится, покается?

— Это уже не зависит от нас. Зависит от органов, куда мы обратились за оценкой эпизода.

— Кто принял решение об обращении в прокуратуру?

— Клуб, общее решение. Мы после того матча обсудили это, Леонид Арнольдович тоже присутствовал.

— Адриану?

— Зачем? Это неприятный факт, он в этом не участвовал. С ним это не обсуждали.

— Нет опасений, что это вызовет волну в английских СМИ?

— Да, мы это знаем. Мы защищаем футболиста — это позитивный кейс.

Каррера

— Каррера в Москве, предыдущая попытка позвать его на матч закончилась не очень хорошо. Была конфронтация, и представитель Массимо Тимур Гурцкая довольно жестко отреагировал на приглашение. Вы сейчас намерены с ним контактировать?

— Я не намерен.

— Почему?

— Во-первых, лично я с ним знаком с тех самых пор, когда занимался сбором «Спартака», а он был главным тренером. У нас нет близкого общения, это не мой друг, с которым я регулярно общаюсь. Тут много людей приехало. Приехал Тотти. Мы же не можем всех на матч звать завтра.

— Но Тотти не оставил никакого следа в истории «Спартака». Каррера — оставил. Это было бы вежливо и правильно, на мой взгляд.

— Давайте по-другому. Если посмотреть фон, который есть у фанатов и у СМИ, вся эта ситуация скорее вызовет конфликт. Я не против того, чтобы Каррера пришел на стадион, сел и смотрел. Просто от нас не будет такой позиции, что мы зовем Карреру на матч. Потому что я не знаю, зачем. В знак уважения, что он выиграл чемпионство?

— Да.

— Я не знаю его графика. Он никак не контактировал с нами, как с бывшим клубом..

— Вы считаете эту историю кейсом предыдущего руководства?

— Если он придет — пожалуйста, если не придет — тоже пожалуйста. Давайте говорить о том, что есть сегодня, а не о прошлом.

Чемпионат России по футболу: турнирная таблица РПЛ, новости и обзоры, расписание и результаты игр

Результаты опроса

проголосовало: 16165
Все опросы
Кто главный злодей в истории с развалом чемпионского «Спартака»?
Глушаков
21.3%
Каррера
4.0%
помощники тренера
1.8%
агенты
9.5%
руководство клуба
29.9%
фанаты
3.0%
все вместе
20.5%
никто, это карма
10.0%

Выделите ошибку в тексте
и нажмите ctrl + enter

Нашли ошибку?

X

vs
86
Офсайд
Предыдущая статья Следующая статья




Прямой эфир
Прямой эфир
Прямой эфир
Прямой эфир