"У вокзала подходит мафия: "Две тысячи долларов, или вы никуда не уедете"

Родион ДЬЯЧЕНКО. Фото USA Today Родион ДЬЯЧЕНКО. Фото DC United
Родион ДЬЯЧЕНКО. Фото USA Today

Он родился в Ставропольском крае, но в детстве перебрался в США, где построил полноценную футбольную карьеру. Сейчас играет в Малайзии и получает кайф от футбола. А еще у него два имени: Род или Родион Дьяченко.

По-русски Родиону побеседовать не с кем: его жена из Боливии, друзья из США, а сам играет в Азии. На всякий случай я подготовил вопросы еще и на английском языке, но они не понадобились: Дьяченко помнит русский, хотя и говорит с явным американским акцентом. То и дело в его речи проскакивали английские слова.

Первым делом попросил обращаться к нему, как к Родиону:

– Вы же русский, только американцы меня называют Родом.

– Как Родион Дьяченко стал Родом Дьяченко?

– Перекличка на первом уроке физкультуры в американской школе. Учительница добирается до моей фамилии – пауза. Слышу ее потуги – Ра…Ро…Раджон?.. Домой прихожу: "Мама, как же они меня будут по имени называть? Они же язык сломают!" "Скажи, что тебя зовут Род, – ответила мама. – Для них это просто". В Азии, кстати, меня окликают Ченко – букву "Р" там никто не выговаривает, получается "Лод".

РЭКЕТ В ЦЕНТРЕ МОСКВЫ

– Если верить биографии, кочевать вас приучили еще в детстве. Родители любят путешествовать?

– Обстоятельства так складывались. Когда мне было три года, моим родителям – преподавателям английского – предложили хорошую работу в Тбилиси. Это недалеко: нам из Георгиевска всего-то нужно было перебраться через горы.

– В 1980-е в Грузии была непростая обстановка – конфликт с Абхазией.

– Из-за этого мы ее и покинули через несколько лет. Из-за тех событий оставаться в Тбилиси было опасно. Нас, к счастью, боевые действия обошли стороной, но через пару лет, когда мама вернулась в квартиру, обнаружила целый взвод грузинских солдат – они там жили без нашего ведома.

– Куда вы отправились?

– К бабушке в Полтаву. Приходилось ютиться в двухкомнатной квартире впятером – мне, старшему брату, папе, маме и бабушке. Но мы не жаловались. Родители на Украине устроились в нефтяную компанию переводчиками, так что средств хватало. Наверное, из биографии кажется, что мы беженцы, но это совсем не так.

Футболом начали заниматься в Полтаве?

– Меня записали в школу "Ворсклы", но занимался я с командой 1980-го года…

– Стоп. Вы же родились в 1983-м!

– Да, но утром, когда занимался мой год, я ходил в школу. Свободное же время было только вечером, когда тренировались ребята 1980-го года. Помню, что меня там все расталкивали (смеется). Неудивительно – в детстве разница в три года ощутима.

– На Украине вы тоже не задержались. Почему?

– Мне было 12 лет, когда мы уехали в США. Не буду лукавить – в целом жизнь в Полтаве нас не совсем устраивала, да и родители считали, что в Америке у нас с братом будет больше возможностей. Сами понимаете, 1990-е – кошмарное время. Сели в поезд и поехали в Москву. Прибыли, вышли на площадь у вокзала, и нам преградила дорогу мафия. В то время у всех, кто переезжал в США на ПМЖ были сумки одинакового цвета – эти волки сразу понимали, кто собирался за океан. Один браток спросил: "В "Шереметьево"? 2 тысячи баксов". Чистый рэкет, вымогательство! Папа занервничал: "Не хотим. Дорого". Ответ шокировал: "Ну тогда вы никуда не уедете".

– И это при белом свете?

– В том-то и дело! Нас спасла милиция. Как она на горизонте появилась, эти сразу запрыгнули в микроавтобус. Папа пожаловался офицеру: "Мы хотим добраться до аэропорта, а у нас деньги вымогают". Милиционер показал на тот же самый микроавтобус и ответил: "Садитесь. Они вас довезут".

– Тот же самый?

– Да! Папа, естественно, не согласился. Тут подъехали еще три машины, из одной из них вышел главный мафиози и сказал: "Заканчивайте базар. Я на футбол опаздываю". В итоге нам цену снизили и оставили в живых. Позже нам рассказывали, что тех, кто не соглашался, отвозили в лес. И больше их никто не находил.

ТРЕНЕР КОМАНДЫ – ДОКТОР

 

– Где жили в США?

– В Ванкувере. Это 50-тысячный городок на северо-западе страны – туда и была направлена волна эмиграции из России. Просто так в США уехать нельзя, нужно чье-то приглашение. К счастью, у нас были там знакомые. Но обеспечивали себя сами – уже через пару месяцев родители устроились в школу преподавателями английского. Сначала сняли apartment, а через год купили собственный дом.

– Друзей в Ванкувере быстро нашли?

– Меня почти сразу устроили в местную футбольную секцию, там же нашел приятелей.

– Как они относились к иммигранту?

– Ничего оскорбительного не было. Шутили, конечно, говорили "go home". Но это обычное отношение.

– Как устроен детский футбол в США?

– В то время в Америке только-только была создана профессиональная лига – MLS. Понятно, что и детский футбол был на низком уровне. Существовали так называемые travel clubs – не знаю, как перевести это на русский. Все занятия и участие в турнирах полностью оплачивали родители. В России, конечно, не так. Помню, как неудобно было руководству говорить нам, иммигрантам, о том, что нужно за все платить – на сезон, который длился четыре месяца, уходило 500-600 долларов.

– В России часто дети тренируются на полях с травой по колено. Какие условия в США?

– Поля качественные, но занятия часто проводили родители игроков, любители футбола. Разумеется, из-за этого уровень игры хромал. Моим первым тренером, например, был врач – в свободное от работы время он занимался с нами. И уволить его никто не мог, потому что он еще и спонсировал команду.

– Правда, что в США дорогое образование?

– Очень! Я и выбрал университет Лас-Вегаса только потому, что мне предложили full scholarship – то есть я не платил за учебу, все покрывал футбол. Плюс – я все еще сомневался, становиться профессиональным футболистом или нет.

– Кто вы по образованию?

– Психолог. Но на самом деле психологией в университете я не занимался. Получил степень, и все.

ДО 27 ЛЕТ – БЕЗ ПАСПОРТА

Родион ДЬЯЧЕНКО (справа).

– Правда, что с 2002 по 2005 год вы четырежды подряд признавались лучшим игроком студенческой лиги?

(смеется) На самом деле, только в 2005-м – видите, какой я честный, мог бы просто сказать "да". Это был парадоксальный сезон – наша команда победила в двух матчах, а проиграла в 16. Мы заняли последнее место, но меня признали лучшим игроком турнира, потому что я забил около 25 мячей.

– Контракты сразу посыпались?

– В Америке все не так, как в Европе. Там система драфта – я, кстати, до сих пор до не конца ее понимаю. Звонит мне какой-то агент и сообщает: тобой интересуются команды MLS. А я даже не знал, что кто-то смотрит мои матчи!

– Как узнали, что вас выбрали на драфте?

– Сижу в университете за компьютером, смотрю трансляцию. Вдруг вижу – мое имя! Я даже сообразить ничего не успел, как мне в ту же минуту звонит директор клуба "Ди.Си.Юнайтед" и поздравляет с переходом. Кладу трубку – снова звонок уже от главного тренера Питера Новака. Говорит: "Собирайся. Скоро выезжаем в Испанию на сбор".

– "Ди.Си.Юнайтед" – сильный клуб?

– Тогда, в 2005-м, был самым титулованным в США.

– Когда Валерий Карпин перешел в "Реал Сосьедад", он исполнял песню на местном языке. А вы какой обряд посвящения проходили?

– Футболисты "Ди.Си." не выдают всех секретов, но могу сказать, что мы, молодые, устраивали спектакль для дедов и брили голову.

– Видел фото, на котором у вас волосы покрашены в ярко-желтый цвет. Это тоже часть обряда?

(смеется) Это было еще в Лас-Вегасе. Друг предложил стать блондином. В то время очень был популярен Эминем, все хотели быть на него похожими.

– После драфта Новак сказал, что у вас такие способности, которых нет ни у кого в лиге. Что помешало их реализовать?

– Я был молод, еще не сформировался как футболист. Не хватало опыта, стабильности и, как это по-русски... Цепкости, настырности что ли. В клубах MLS большая конкуренция. Если не дотягиваешь до состава, то тебя убирают, а на твое место приглашают других. Я три года продержался. Это еще неплохо.

– Новак говорил, что грозится отправить вас "обратно в Казахстан". Там правда не видят разницы между Казахстаном и Украиной?

(смеется) Это у него чувство юмора такое. Помните, тогда вышел фильм про казахского журналиста Бората? Все только и шутили на эту тему.

– До 27 лет у вас не было паспорта. Как это вообще возможно?

– Это правда. У меня была только грин-карта. Когда мы ездили за границу, меня постоянно задерживали на таможне на час-полтора. Вместо паспорта я показывал travel document – такой зелененький блокнотик. Таможенники все время спрашивали: "Кто ты такой? Почему у тебя нет нормального паспорта?" После прохождения границы часто приходилось догонять автобус с командой.

– Почему вы не могли получить паспорт раньше?

– Еще в университете я мечтал уехать за границу, в Англию. Но американцам очень сложно получить разрешение на работу в Великобритании, поэтому я надеялся получить грузинский или российский паспорт. В России мне сразу отказывали: не прописан – не будет гражданства.

ПУБЛИКАЦИЯ ЗАРПЛАТ? ТАК ЭТО НОРМА!

Один из матчей Ди.Си. Юнайтед. Фото - AFP

– Против Бекхэма играли?

– Дважды. Это чистый профессионал. Когда он на поле, для него существует только футбол. Помню, мы играли в Лос-Анджелесе, наш игрок летит в грязный подкат под Бекхэма. Он промолчал, но укоризненно посмотрел на него. Через минуту Бекхэм ответил: встретил парня жестко, шипами вверх. Со стороны кажется, что он pretty boy, но на самом деле это не так.

– Футбол в США популярен?

– Судите по стадионам: каждый полностью забит. Все поля натуральные, у каждой команды – своя арена. В России сколько народу ходит на матчи?

– Мало. На недавнюю игру между "Локомотивом" и "Рубином" пришло меньше пяти тысяч человек.

– Уф...

– Вы в "Ди.Си." зарабатывали 33 тысячи долларов в год. На жизнь хватало?

– Да, а почему нет? Это зарплата любого начинающего офисного работника. Легионеры и топ-игроки, конечно, получают по 6-7 миллионов.

– Представьте такую ситуацию: многомиллионный контракт главного тренера сборной США публикуют в интернете. Как бы отреагировала пресса? Такое вообще возможно?

– Так это норма! Наши зарплаты ежемесячно официально публиковала газета Washington Post.

– Ничего себе. А футболисты как к этому относятся?

– Не вижу в этом ничего зазорного. Я считаю, что для молодых футболистов это хороший PR. Таким образом газета показывала, что лиге надо повышать зарплаты. Кстати, это помогло: минимальную зарплату действительно подняли, сейчас она составляет около 70 тысяч.

– А разве лига назначает зарплаты?

– В США лига владеет всеми клубами, определяет и дает зарплаты. Это у вас Абрамович купил клуб и все – он король. В Америке не так.

– Перед отъездом в Таиланд вы целый год играли в загадочный "футбол в помещении". Как вас туда занесло?

– Футболисту в США тяжело найти работу. На всю страну не наберется и 30 профессиональных клубов. В России сколько?

– Больше сотни.

– Вот, а ведь в США живет в два раза больше народу. Приходится менять специальность. Футбол в помещении, то есть indoor soccer – это чисто американский вид спорта. Представьте хоккей, но вместо льда – газон, а вместо шайбы – футбольный мяч. Ворота гандбольные, аутов нет. Матч останавливается, только если мяч вылетает за борт.

– Сложно было адаптироваться?

– Очень. Вроде бы и мяч, и газон, но на деле – совершенно другой вид спорта. Команд мало, сезон длится шесть месяцев. Многие футболисты полгода играют в помещении, полгода – на воздухе. Мяч особо не покатаешь – борьба да и только. Я – крупный нападающий, но там есть защитники еще мощнее меня.

ТАИЛАНД И МАЛАЙЗИЯ

 

– В 2011-м вы переехали в Таиланд. Что побудило резко сменить обстановку?

– В США перспектив уже не видел. Хотелось чего-то нового. Позвонил агент: есть предложение из Таиланда. Посоветовался с женой, она была не против. Наверное, со стороны это выглядит дико, но я разузнал подробности у знакомых, которые играли в Азии, так что был ко всему готов.

– Какие еще имелись варианты?

– Конкретных – никаких. Кто-то из скандинавских стран проявлял интерес, из второго дивизиона Греции. Но мне нельзя было медлить – любая пауза могла пагубно сказаться на карьере. Правда, в первой же игре в Таиланде я порвал связку колена и выбыл на целый год.

– Лечение предоставили? Ваш коллега Сергей Литвинов рассказывал, что в его команде в Индонезии не было ни врача, ни физиотерапевта.

– Понимаю, о чем он говорит. В Таиланде тоже у многих команд нет врача. Получаешь травму – ищи доктора. Но мне повезло: и врача предоставили, и прооперировали прямо в Таиланде.

– В чем главное отличие Таиланда от других стран?

– Здесь смотрят на футбол как на хобби, а не как на работу. Никто не стремится уехать в Европу строить карьеру. Получают какие-то деньги за футбол – и хорошо. Больше местным ничего не надо. Поля, к удивлению, тут неплохие. Да и болельщики постоянно ходят на матчи. У моей бывшей команды "Самут Сонгхрам" стадион на 6 тысяч, всегда под завязку. Фанаты отличные – все активно поддерживают команду: хлопают, танцуют…

– Танцуют?

– Ну да, прыгают, танцуют. Забавная атмосфера. В США не так.

– Год назад болельщики "Динамо" расстреляли команду на базе из пейнтбольных ружей. Такое в Таиланде возможно?

(смеется) Нет, до этого тут никогда не дойдет. Мне как-то поведали, что фанаты приезжали на тренировки, кидали в игроков яйцами. Но это еще что! Друзья из Аргентины рассказывали, что там болельщики могут приехать домой и сорвать ужин.

– В Таиланде вечная жара. Как там можно играть?

– Все просто – матчи проводятся по вечерам, как минимум в 18:00. Хотя иногда на предсезонке играли посреди дня – это было невыносимо, но тепловых ударов никто вроде не получал.

– Вы были единственным легионером в команде?

– Да вы что! Там в каждой команде по семь иностранцев – из Англии, Австралии, Кореи Японии, Аргентины. Говорю же: в Таиланде футбол достаточно высокого уровня. Местная лига существует уже лет 20, растет, держит связь со многими агентами. Отсюда и большое количество легионеров. Туда не так сложно попасть, как кажется.

– Вас там звездой считали?

– Ну я, конечно, выделялся – белый длинный парень, местные косо смотрели. Но я играл в маленьком городе – там всех футболистов в лицо знали, и меня в том числе. И автографы брали – куда ж без этого. Как-то после игры ко мне подбежали местные детишки, чуть не раздели – футболку выпрашивали, гетры.

– Как проходит день футболиста в Таиланде?

– Да так же, как и день футболиста в США. Утром – завтрак, вечером – тренировка. В свободное время ходили с женой по ресторанам, отдыхали, валялись на пляже. Я же семейный человек – мне не до клубов и прочих развлечений.

– Существует стереотип, что в Таиланде много людей нетрадиционной ориентации. Сталкивались?

– Есть у них такой пунктик. Но я к этому нормально отношусь, это их личный выбор, их страна. В футбол, к счастью, они не играют. По крайней мере, не со мной.

– Судя по всему, в Таиланде вы нашли райское место. Но этой зимой уехали в Малайзию. Зачем?

– Опять же – хотел сменить обстановку. Ну а что? Малайзия рядом, к климату уже привык. Живем теперь в пригороде Куала-Лумпура. Мой новый клуб называется СПА, мы играем во втором по силе дивизионе страны. Правда, в первой половине сезона команда набрала всего два очка, но впереди еще 12 туров. Если вылетим – придется искать другой клуб, в третьем дивизионе легионеры играть не имею права.

– Один футболист, игравший в Малайзии, рассказывал, что подцепил там лихорадку от укуса комара. Вы там поаккуратнее.

– Спасибо, что предупредили. Хотя я немного удивлен: да, тут летают комары, змей много – но все вроде бы безвредные. Наверное, он в какие-нибудь джунгли залезал, я же предпочитаю другой отдых.

– Из России когда-нибудь получали предложения?

– Никогда. А сейчас уже и не поступит. Я же буду легионером, а у вас там лимит жесткий. Но о футболе в России я наслышан – мой лучший друг Зураб Цискаридзе играл за… Как же этот клуб называется... Перм! Перм!

– "Амкар".

– Да-да. Мы с Зурабом знакомы с 2005 года. Он в России играл всего год, но, говорит, понравилось.

– Когда последний раз были в России?

– 20 лет назад и был – когда на нас наехали у вокзала. А вообще надо бы наведаться: у меня в Георгиевске осталась двоюродная сестра, мы с ней давно не общались. Думаю, скоро приеду. Тем более что из Малайзии до Ставропольского края меньше добираться, чем из США.

Материалы других СМИ
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...