Арбитр Лапочкин — о «Спартаке» и ЦСКА, Вилкове и Егорове, нелюбимых игроках и ВАР

Александр Бобров
Заместитель шефа отдела футбола
15 февраля 2020, 21:00

Статья опубликована в газете под заголовком: «Сергей Лапочкин: «Я из тех, кто все читает о себе и смотрит. Может, мазохист... »»

№ 8137, от 17.02.2020

Сергей Лапочкин. Фото Дарья Исаева, "СЭ" Сергей Лапочкин. Фото Андрей Фетисов 13 апреля 2019 года. Москва. ЦСКА — «Оренбург» — 2:3. Сергей Лапочкин удаляет Мариу Фернандеса. Фото Александр Федоров, "СЭ" Сергей Лапочкин. Фото Дарья Исаева, «СЭ» / Canon EOS-1D X Mark II Сергей Лапочкин. Фото Дарья Исаева, "СЭ" Сергей Лапочкин-старший. Фото Александр Вильф 13 апреля 2019 года. Москва. ЦСКА — «Оренбург» — 2:3. Сергей Лапочкин удаляет Мариу Фернандеса. Фото Александр Федоров, "СЭ" Сергей Лапочкин. Фото Александр Федоров, "СЭ"
Интервью «СЭ» дал лучший арбитр чемпионата России-2018/19.

Из беседы с Сергеем Лапочкиным вы узнаете:
— Насколько успешно играл «Спартак», когда его матчи обслуживали отец и сын Лапочкины
— Каких игроков не любят российские судьи
— Куда пропал Александр Егоров
— Какой человек Михаил Вилков
— Насколько суеверен судья и стирает ли свою форму
— Какой главный принцип диеты
— Почему жена арбитра не смотрит игры, которые он судит
— Где в Петербурге чаще всего можно встретить Лапочкина-младшего
— Как поступают его родственники, когда он проводит неудачный матч
— С кем из российских футболистов он знаком с детства
— Что коллекционирует
— Чем занимаются судьи на сборах с Виктором Кашшаи

Арбитры и соцсети

В Белеке тепло. Но дождливо. На планах нового руководителя департамента судейства РФС Виктора Кашшаи это не сказывается — занятия проходят при любой погоде. Хотя, конечно, арбитрам не очень-то нравится носиться под ливнем по полю. Журналисты российских СМИ привезли хорошую погоду: весь день над отелем с названием «Титаник» (он и выполнен в форме огромного корабля) светило солнце. «Ну вот, — ворчали некоторые из рефери. — Теперь напишут, что у нас тут сказочные условия. Солнце, пальмы и море».

— А ведь действительно, Сергей, с погодой сегодня повезло. Солнце греет, можно даже загорать. Хорошо быть футбольным арбитром?

— Конечно, хорошо. Но это первый день такой — теплый. А мы здесь целую неделю. И до этого были сплошные дожди и сильные ветра. Погода — летний Петербург (улыбается). Как дома.

— Недавно вы ведь еще и в тропиках побывали. Видели ваши снимки с семьей в Instagram.

— Стараюсь раз в год провести время с родными. Улетаем на две-две с половиной недели. Чтобы дети увидели, что у них есть папа. Получается это сделать только в декабре. Во время сезона такое практически невозможно.

— У многих из судей есть аккаунты в соцсетях, вы не один. Ваши начальники знают про это?

— Знают. Как раз недавно Виктор Кашшаи об этом с нами разговаривал, попросил минимизировать свою активность. Желательно не выкладывать ничего из того, что связано со спортом и быть аккуратным. Потому что и в России были неудачные примеры и в Европе.

— Но полностью не запретили?

— Нет. XXI век. Сложно это сделать. Но нужно понимать, что мы люди публичные и должны понимать, что можно загружать и выкладывать, а что — нет.

— Под неудачным примером в России вы, видимо, имеете в виду снимок судьи Костевича, сделанный много лет назад. Он сфотографировался в красно-белом колпаке. И это ему едва не стоило всей судейской карьеры. Теперь он работает только во втором дивизионе. Но в то же время в интернете можно было увидеть снимки одной из судей женского пола в динамовском шарфе. Она работала в клубе. И ничего.

— Да, я имел в виду как раз Сергея.

— Вы ведете себя аккуратнее. На ваших снимках нет атрибутики. А за кого вы болеете?

— Не скажу (улыбается). Сейчас, в принципе, уже и не болею. А в детстве мы все когда-то кому-то симпатизировали.

Сергей Лапочкин. Фото Андрей Фетисов
Сергей Лапочкин. Фото Андрей Фетисов

Лапочкины и «Спартак»

— Но, наверное, дома прячете спартаковский шарф.

— Нет.

— Если серьезно, то, исходя из вашей статистики, при вашем назначении на матч «Спартака», процентов на 90 можно быть уверенным, что красно-белые выиграют.

— Так получается. Были разные случаи — когда при мне они проигрывали. Но сейчас длится такая серия, когда они добиваются положительного результата. Не при моем участии, а когда я обслуживаю их матч. Стечение обстоятельств. В этом чемпионате дважды судил игры «Спартака». В одной он забил победный гол на 90 плюс (в самой концовке благодаря голу Тила красно-белые победили в Самаре. — Прим.А.Б.), а в другой дома сыграл вничью (с «Рубином». — Прим.А.Б.).

— Ваш отец, Сергей Константинович, часто судил матчи «Спартака»?

— Не помню (19 раз в разных турнирах, спартаковцы одержали 14 побед. — Прим.А.Б.). Но все петербуржцы, так получается, часто судят московские команды. И крайне редко — встречи между командами из других регионов.

— Вы использовали слово «обслуживаю». Разве судьи не против него?

— Кто-то любит, кто-то — нет. Я спокойно к нему отношусь.

— Ведете подсчет своих матчей?

— Веду дневник. Уже не записываю, как раньше, какие-то определенные моменты.

— Это касается только игр в премьер-лиге?

— Любого матча на профессиональном уровне. Городские соревнования — нет. Откровенно говоря, на эти матчи сейчас и времени остается не так много. Но у нас все равно есть определенный лимит — ты обязан в течение года провести столько-то игр. Стараюсь выполнять. Во-первых, мне это интересно. Во-вторых, мы обязаны Санкт-Петербургу. Мы же все вышли из этого первенства города.

Сергей Лапочкин. Фото Дарья Исаева, «СЭ» / Canon EOS-1D X Mark II
Сергей Лапочкин. Фото Дарья Исаева, «СЭ» / Canon EOS-1D X Mark II

Детский футбол и угрозы родителей

— Чем интересно?

— Бывают действительно хорошие игры. Когда встречаются две ведущие школы — академия «Зенит» и СДЮШОР «Зенит». Неважно, какого возраста команды. Кстати, чем младше детишки, тем сложнее судить. Накал страстей... Его еще родители подогревают. Футбол другой. У детей рука, нога, голова — по большому счету одно и то же. Непросто работать.

— Бывают угрозы со стороны родителей?

— Если скажу, что нет, вы не поверите. Всякое случается. С трибун разное услышишь.

— А после матчей?

— Прямых угроз не было. Бог миловал.

— Возвращаясь к вашей статистике. Вы знаете точное число матчей, которые вы провели за карьеру?

— Общее — нет. Но пятьсот точно, если не больше. Не считая игр, на которых работал резервным или «заворотчиком».

— Начинали вы, когда еще не было разделения на арбитров и ассистентов. Работали и в поле, и на бровке.

— Да. Едешь куда-то, один матч судишь, в другом — помогаешь своему же ассистенту. Менялись ролями. Год-два мы так работали с Алексеем Лебедевым во второй лиге.

— Это полезно?

— Считаю, что да. На начальном этапе. На низших уровнях человек должен сам сначала понять. А сделать это невозможно, если не попробуешь. На высшем — нет. Сегодня из главных в премьер-лиге один-два человека смогут выполнить работу ассистента. Но она совершенно другая — и ментально, и физически.

Сергей Лапочкин-старший. Фото Александр Вильф
Сергей Лапочкин-старший. Фото Александр Вильф

Жена мои матчи не смотрит

— А видеоархив матчей у вас есть?

— Есть значимые игры. К примеру, первый в премьер-лиге, первый международный, сотый... Такого плана. И есть в компьютере подборка разных моментов. Могу сказать, что я их не часто пересматриваю.

— Дети и жена смотрят ваши игры?

— Жена — нет. Категорически. Говорит, что переживает. Охотно верю. Как-то так сложилось: она посмотрела одну, другую... У меня в тех матчах не очень срослось, получал не очень хорошие оценки... Она решила больше не смотреть.

— Не ходит на стадион и не смотрит по телевизору?

— На стадионе была лишь раз, когда у меня был первый матч в премьер-лиге. По телевизору старается не смотреть. А детям нравится сам факт, что папа на экране бегает. Мама смотрит, брат смотрит...

— Отец...

— У него своих дел полно. Только если свободен.

— И тогда Лапочкин-старший...

— Мы дискутируем. После игры обязательно созваниваемся. Взгляд со стороны любому полезен. Он может какую-то деталь заметить, подсказать.

— Именно дискутируете? Он часто с вами не согласен?

— Спорим. И очень сильно. К тому же, когда он смотрит мой матч, прошу его отмечать в основном отрицательные моменты. Мне важнее его критика. Воспринимаю ее по-разному, иногда нервозно. Но мне это надо.

— Неужели доходило до того, что разговаривать переставали?

— Нет. Но могли сказать друг другу пару идиоматических выражений.

— У вас на двоих сейчас, наверное, рекорд по числу матчей в чемпионатах России среди семейных династий.

— У отца 95 матчей, у меня — 161. Но это не принципиально. У нас индивидуальный вид спорта.

Судейство — вид спорта

— Вы считаете судейство видом спорта?

— Конечно. Мы же тренируемся, как спортсмены. Времени уделяем этому столько же. Всегда в поездках, сборы... Можно называть нас любителями, но мы уже давно профессионалы. У большей части тех, кто в премьер-лиге, нет другой работы. Кому нужен такой работник, который дома бывает два-три дня в неделю. Даже если у тебя свой бизнес, им некогда заниматься.

— Если бы не судейство, чем занимались бы?

— Сложно сказать. По образованию я учитель физической культуры. Педагогический университет имени Герцена. Возможно, работал бы в школе.

— У судей премьер-лиги есть некий фонд помощи тем, кто получает травмы или оказывается в сложной житейской ситуации?

— Фонда нет. Иногда собираем деньги. К сожалению, по неприятным случаям. Когда разбился Володя Петтай... Помогаем Диме Белозерову, который прикован к кровати после автокатастрофы...

— Вы перестали собираться на турнира памяти Латышева.

— В декабре каждый день на счету. Чтобы отдохнуть. Не знаю, что про нас думают другие, но мы живые люди, кожа и кости, нам тоже нужен отдых.

Нападение на отца

— В конце 1990-х был неприятный случай с вашим отцом. Вы тогда еще с родителями жили?

— Да. Но я не был свидетелем того, что произошло.

— Избиение было связано с его судейской карьерой?

— Трудно сказать. Никто ничего не расследовал. Никто ничего не знает.

— Это случилось около дома?

— Не у нашего. Но недалеко. Около дома друзей. Не то чтобы избили... Напали. История неприятная, но она была.

— А у вас она не отбила на время охоту заниматься судейством?

— В то время мне было лет 18-19. Прет тестостерон. Адреналин. Хотел всем доказать, что смогу. Ничего не боюсь, я самый смелый. Со мной ничего такого не происходило. Времена изменились.

— Из сына тоже сделаете судью?

— Сам определится, чего хочет. Мне все равно. Хоккей или футбол, гитара или пианино. Нужно дать ему попробовать все, всю палитру. Я и с дочкой так делаю.

— Сын понимает, что это папа в телевизоре?

— Да, стал понимать года в полтора. Но иногда не может понять, как такое возможно, что папа сидит дома и одновременно его показывают по телевизору. Когда что-то идет в записи.

— Дочка постарше. Гордится вами, хвастается?

— Иногда пытается, за что получает. Хвастается перед детьми в саду. Мне слава и публичность особо не нужны.

Сергей Лапочкин. Фото Дарья Исаева, "СЭ"
Сергей Лапочкин. Фото Дарья Исаева, «СЭ»

Ленивый или практичный

— Но вас и так узнают.

— Да. Не скажу, что это происходит часто, но автографы берут, фотографируются. В аэропорту, в метро... Я часто езжу в метро.

— Почему?

— Мне так больше нравится. Я человек пунктуальный. На машине мне нужно выезжать за час, приеду вовремя или даже раньше. Но я лучше лишние полчаса полежу дома на диване, а потом приеду вовремя на метро.

— Вы ленивый или практичный?

— Мне кажется, второе. Ленивые — те, кто в пробках стоит по два часа. А мне комфортнее это время полежать на диване (улыбается).

— Вы брали у кого-либо автографы — по чьей-то просьбе или по собственному желанию?

— Бывает, что после международных матчей приносят футболки с автографами всех игроков.

— Это негласное правило? Так часто бывает?

— Нет. И с каждым годом это происходит все реже и реже. Хотя это самый ходовой сувенир.

Коллекция

— Но у вас уже собралась коллекция?

— Да. Она дома у мамы. Она за городом живет, там места больше.

— Какие самые известные имена?

— Пепе. Но не «Реала», а «Бешикташа». Андрей Валерьевич Тихонов. Акинфеев, Кержаков, Аршавин. Есть футболка Тимощука, которую получил в подарок после товарищеского матча «Зенита» с «Баварией».

— Судьям нужны призы? Вам не хватает признания?

— Ласковое слово, признание приятно любому человеку. Это не значит, что я хочу каждый сезон получать приз лучшему. Я все равно выхожу на поле и выполняю свою работу. Но ведь определяют каждый год 33 лучших футболиста. А мы-то чем хуже? Мы же с ними выходим на поле. И нас так же, как и их, критикуют. А порой даже больше. Призов для судей в футболе не хватает. Не важно, кто будет выбирать — РФС, лига, футболисты. Самое важное, чтобы давалась оценка нашему вкладу.

— Вы стали лучшим в прошлом сезоне. Когда вам вручили приз?

— Перед игрой «Локомотив» — «Ростов». Приз вручали Никита Симонян и Александр Егоров, который на тот момент возглавлял департамент. Полный стадион... Что скрывать, было очень приятно.

Суеверия

— Вы действительно считаете прошлый сезон лучшим?

— Так сказать не могу. Но два «крайних» сезона, наверное, одни из лучших.

— «Крайний»... Вы суеверны?

— Так не считаю. Но если спросить мою жену, она скажет, что я очень суеверный.

— То есть у вас есть некие ритуалы при сборах на игру и тому подобное?

— Есть разные привычки. Назовем это так. Стараюсь не так сильно что-то менять.

— И форму, в которой провели удачный матч, не стираете?

— Стираю (смеется). Лучше в чистой выходить.

— В последнее время несколько судей использовали представившуюся возможность и выходили на поле перед игрой со своими детьми. Так поступал Алексей Николаев. У Александра Егорова выходил один из сыновей.

— Дочка выходила со мной, когда я судил в Петербурге товарищеский матч «Зенита» и «Шальке». Мне помогал Александр Кудрявцев — нам обоим разрешили выйти с детьми. Для нас это большое событие. Дочка увидела вживую, чем папа занимается. 40 тысяч зрителей на трибунах. Хорошая вывеска. Дома, на отличном стадионе. Один из запоминающихся моментов в моей карьере.

— Отец брал вас на свои игры?

— На поле я не выходил, тогда не существовало такой практики. А на некоторых матчах бывал. Сидел на трибуне, когда «Москва» играла на стадионе имени Стрельцова. И один был на новом «Локомотиве», который только-только построили.

— На «Торпедо» акустика хорошая. Наверное, услышали некоторые фразы, сказанные в адрес папы.

— Это была то ли первая, то ли вторая игра Леонида Викторовича Слуцкого. Трибуны не восприняли его, а не моего отца. Мне показалось, что болельщики были враждебно к нему настроены. А матч на «Локомотиве» запомнился тем, что играл умирающий «Уралан». Крупный счет, голов семь пропустили.

13 апреля 2019 года. Москва. ЦСКА — «Оренбург» — 2:3. Сергей Лапочкин удаляет Мариу Фернандеса. Фото Александр Федоров, "СЭ"
13 апреля 2019 года. Москва. ЦСКА — «Оренбург» — 2:3. Сергей Лапочкин удаляет Мариу Фернандеса. Фото Александр Федоров, «СЭ»

Мазохист

— Немного о грустном. Что приходит на память, когда слышите имя Мариу Фернандеса?

— Очень отзывчивый и веселый парень. И очень порядочный на футбольном поле. Да, не так давно был матч ЦСКА — «Оренбург». Мариу получил одну карточку, потом — вторую. ЦСКА проиграл. Был большой конфликт, недовольство со стороны проигравших. Для меня главное в том, что принял правильное решение.

— Сильно на вас наезжали красно-синие?

— Не назову это наездом. Было давление, обсуждение в прессе... А я из тех людей, кто все читает и смотрит.

— Зачем?

— Может, мазохист... Мне нужно знать информацию, знать, что происходит. Не хочу уходить в себя, прятаться, как улитка. Ничего не вижу, ничего не слышу — эта история не обо мне. И даже если я что-то не прочитаю или не увижу, друзья и родственники пришлют все скрины и ссылки.

— Разве вы не запрещаете им так поступать?

— Нет. Чаще всего идет реакция в соцсетях, когда моим родственникам пишут всякие гадости. У меня комментарии оставить невозможно, пишут им. Иногда получают из-за меня очень прилично: «Сережа, ты знаешь, мне сегодня написали полторы тысячи человек, какой ты нехороший».

— Так много?

— Не преувеличиваю. Особенно когда судишь матчи с участием двух больших клубов из Москвы. «Спартак» и ЦСКА. Когда, по мнению болельщиков, происходит что-то не в их пользу... Возвращаясь к ситуации с Фернандесом, ЦСКА написал жалобу — на большое количество моментов. Слава Богу, в большинстве из них я был прав. Включая удаление Мариу.

— Бывает, что вам потом такие моменты снятся?

— Сразу после игры бывает тяжело. Уснуть редко получается. Неважно, как закончился матч. Набегаешься, устанешь, адреналин... Глаза закрываешь — футболисты бегают. Моменты всплывают.

— Матчи, где были спорные моменты, матчи, вызвавшие резонанс, пересматриваете?

— Только моменты.

Сергей Лапочкин. Фото Александр Федоров, "СЭ"
Сергей Лапочкин. Фото Александр Федоров, «СЭ»

ВАР и медведь

— Благодаря вам в судейский мир пришла фраза: «Вась, показывай... на экране медведь»

— Так получилось (смеется). Учились работать с ВАР. На поле произошел какой-то момент, мне нужно было посмотреть запись на мониторе. Видеоассистентом был Василий Казарцев. Говорит мне: «Смотри момент». И начинает мне объяснять, что там происходит. А у меня на экране медведь премьерлиговский. Говорю ему: «У меня какой-то медведь». А рядом находились журналисты. Фраза приклеилась. Бывает, мне ее в шутку напоминают.

— ВАР — хорошее это новшество или не очень?

— Я отработал с ВАР в качестве судьи. Видеоассистентом или АВАР еще не был. Лицензию получил только в декабре. В одном из матчей, кубковом, ВАР отменил гол «Ростова» из-за положения «вне игры». В остальных встречах ничего не было. Не скажу, что с ВАР стало спокойнее. Все равно выходишь и судишь, как обычно. Как работается «в будке» видеоассистенту, сказать не могу. Но это точно непросто психологически.

— Вам могут не поверить, упрекнуть в лукавстве. Считается, что судьи стали выходить, понимая, что за спиной есть ВАР, который, если что, выручит. Есть запасной парашют.

— Те, кто так считает, видимо, не знают, как нам ставят оценки. Если ты ошибся, не назначив пенальти, а ВАР исправил, ты все равно получишь достаточно низкую оценку. Так в Европе. И в России после возобновления чемпионата, как я понимаю, введут такую же систему оценок. Да, ты можешь избежать большого скандала. Но в следующем туре, наверное, никуда не поедешь.

— Может, тогда проще стать видеоарбитром и судить только в этой роли?

— Нет, пока есть силы и здоровье, нужно выходить на поле.

Жрать надо меньше

— Кто вас учил, как тренироваться, как правильно питаться?

— Уже 10 лет занимаюсь с заслуженным тренером России по легкой атлетике Сергеем Васильевичем Харитоновым. И знаю, что в такие-то дни у нас занятия. У нас группа судей из разных дивизионов, занимаюсь не в одиночку. С питанием, особенно в поездках, сложнее. У меня есть предрасположенность к лишнему весу. Приходится искать варианты, не ужинать, есть меньше мучного, сладкого. Придерживаюсь определенной диеты. Как сказала то ли Гурченко, то ли Плисецкая: «Жрать надо меньше!» (смеется)

— Но с таким выбором блюд, как в гостинице, где проходит судейский сбор, это сделать сложно.

— Нет, я вообще не хожу на ужин. Вечером после пяти часов не ем.

Правила игры

— Насколько современные правила игры, если так можно выразиться, удобны для арбитров?

— Сейчас все стало понятно. Игра убыстрилась — необязательно, чтобы при ударах от ворот мяч покидал штрафную площадь. Намного интереснее зрителям.

— И вам тактику пришлось менять.

— Да, мы теперь не делаем рывок к центру поля. Раньше ты прибегал туда и отдыхал, а сейчас все время в напряжении. Первые пару игр, включая матч за Суперкубок России, было непросто перестроиться. Что касается эпизодов с рукой, самое сложное в них — увидеть момент контакта мяча с рукой. Все происходит очень быстро. Не увидел — всё. У меня была такая ситуация в матче «Динамо» и «Ахмата». Назначил пенальти, а мяч попал в плечо. 11-метровый не забили, скандала не было.

Кого не любят судьи

— Есть игроки, которых судьи если не ненавидят, то очень сильно не любят?

— Как правило, это одни и те же футболисты. Взять мировой футбол — это Суарес. В России было несколько моментов с Шапи (нападающий «Краснодара» Сулейманов. — Прим.А.Б.).

— Симуляция, «рисовал» фол?

— Да, причем необязательно в штрафной. Сашу Ташаева очень сложно судить. Он очень грамотно все делает. «Подставляется». Это футбол. Задача игрока — заработать преимущество. И не важно, как. А моя задача — определить, что произошло. Хороший урок мне как-то дал Руслан Аджинджал. Не было фола, он упал. Говорю ему: «Руслан, не надо больше так делать». Посмотрел на меня: «Сереж, это моя работа. Я же ничего у тебя не прошу. А твоя работа, определить, фол это или нет». Это был мой первый или второй сезон в премьер-лиге. Слова врезались в память.

О мате в судействе

— На каком языке разговариваете с игроками?

— На разных (смеется). Мы друг друга понимаем. Никогда первым «тот» язык не использую. Бывает, отвечаю. Иногда могу промолчать.

— Говорят, что именно из-за существования разных языков — литературного и не очень, нам не дадут послушать аудиозапись переговоров судьи и видеоассистента.

— Скажу вам так: с ВАР мы стали намного аккуратнее (смеется).

— У голландцев или австралийцев «запикивания» нет.

— Просто они дают слушать те записи, где литературный язык. Глупо говорить, что только русские матерятся. Все ругаются. Это рабочие моменты, для убедительности, для связки слов.

Вратарь

— Бытует мнение, что лучше, когда судьей становится бывший футболист. Согласны?

— Конечно, им проще. Глупо это отрицать. Сегодня у нас в России есть Владислав Безбородов, Алексей Еськов. Как пример. Они играли на профессиональном уровне. Но сейчас судейство омолодилось. Футбол стал другим. Главный тренер необязательно должен иметь игровой опыт. Все упирается в практику. Чем ее больше на любом уровне, если есть способности, ты можешь добиться успеха, даже не играя в футбол.

— Но вы занимались в футбольной школе.

— Именно занимался. Лет до 12. То есть года четыре.

— В «Смене»?

— Да. Тогда это была «Смена», сейчас — академия «Зенита».

— На какой позиции играли?

— Вратарь.

Аршавин

— У вас в команде был один мальчик...

— Тогда он был мальчик, а сейчас — Андрей Сергеевич. Да, мы начинали вместе с Андреем Аршавиным. Оба 1981 года рождения.

— Из вашей команды только он попал в большой футбол?

— Больше никто.

— Доставал он вратаря Лапочкина?

— Андрей со всеми делал все что угодно. Подвижный, шустрый. И правдоруб. Всегда им был и остался до сих пор. По-моему, он вообще не изменился. Каким был в семь лет, таким и остался.

— Вы сохранили приятельские отношения?

— Когда видимся, общаемся. Недавно судил матч его команды на первенство города. Он попросил дать побороться. Я дал. И две команды бились, и получился хороший футбол.

— Что имеется в виду, когда просят дать побиться?

— Как я это понимаю, просят не фиксировать задержечки, незначительный физический контакт, небольшие толчки. Не останавливать игру, если есть возможность дать принцип преимущества. Чтобы уменьшить число пауз.

Куда пропал Егоров

— Вы приятели с Александром Егоровым. Насколько задевали разговоры, что он, возглавляя ДСИ, относился к вам с большей симпатией, чем к другим?

— Отношусь спокойно. Подобные разговоры были, есть и будут. А моя задача была — не подставлять его своими действиями на поле, совершать меньше ошибок. Тогда и разговоров станет меньше.

— Где он сейчас?

— Дома, в Саранске. Отдыхает. Два с половиной года в департаменте — тяжелая психологическая и физическая нагрузка.

— Он собирается возвратиться в судейство в какой-то роли?

— Посмотрим.

— Загадочно.

— (улыбается) Я не могу говорить за кого-то. Думаю, все всё скоро узнают.

Третий иностранец

— В российское судейство пришел второй иностранец.

— Третий. Хосе Мария...

— Я не считаю испанца Гарсию Аранду, который находился на контракте в РФС в одно время с Розетти. Он был больше наблюдателем.

— Но на всех теоретических занятиях вел себя очень активно. Мне кажется, все-таки третий.

— Уже заметны отличия в работе Виктора Кашшаи?

— Проводить сравнения еще рано. Но, например, у нас кардинально поменялось расписание. Лекции начинаются в восемь утра. Кому-то тяжело, а я — «жаворонок», для меня отлично. И вечером занятия не затягиваются допоздна. Очень много разных мероприятий. Приехала учительница английского языка — сдавали тесты. Письменно, устно.

— Это касалось только арбитров ФИФА?

— Всех.

— Кашшаи не начал говорить с вами по-русски?

— Очень старается. Каждый день какие-то новые фразы. Мне кажется, через полгода он начнет давать интервью по-русски.

— Еще одно отличие — на сборе в Турции нет товарищеских матчей. Почему? Ведь раньше наши арбитры судили очень много игр.

— Об этом лучше спросить у руководства департамента судейства.

О весе и Вилкове

— Что еще нового?

— Приезжали специалисты из Австрии. Представители фирмы, которая работает с УЕФА. Проходили взвешивание, нам измеряли жировую прослойку, мы сдавали лактатный тест. Проверили, как мы «тянемся», давали разные упражнения. Обещали каждому предоставить рекомендации, что и как нужно улучшить, как тренироваться. Все это поможет продлить нашу спортивную жизнь.

— Вилков, у которого первая часть сезона получилась, мягко говоря, неудачной, не выглядит расстроенным, готовится в хорошем настроении. Вес сбросил.

— Тут все сбросили (смеется). Миша всегда был таким, довольно позитивный человек. У нас работа такая — долго грустить нельзя. День-два — и в бой.

Чемпионат России: турнирная таблица, расписание и результаты матчей, новости и обзоры

Выделите ошибку в тексте
и нажмите ctrl + enter

Нашли ошибку?

X

vs
47
Офсайд
Предыдущая статья Следующая статья




Загрузка...
Прямой эфир
Прямой эфир