«Лучшие боксеры UFC? Хабиба туда можно включить». Петр Ян о Коноре, Стерлинге, Цзю и назойливых журналистах

Ислам Бабаджанов
Корреспондент
19 ноября, 22:20

Статья опубликована в газете под заголовком: ««Лучшие боксеры UFC? Хабиба туда можно включить»»

№ 8571, от 22.11.2021

Петр Ян. Фото Getty Images
30 октября Петр Ян победил единогласным решением судей Кори Сэндхагена и стал временным чемпионом UFC в легчайшем весе, а 19 ноября дал большую пресс-конференцию в Екатеринбурге. В этом тексте — самое интересное из того, что там было.

Петр Ян, 28 лет. Легчайший вес. Статистика в ММА, 16 побед, 2 поражения. Клуб: «Архангел Михаил».

О бое с Кори Сэндхагеном

— Поединок с Кори получился полноценный, все пять раундов. Я всегда стараюсь завершать бои досрочно, такие мысли были и в этот раз, но я сразу понял, что мы можем пройти все пять раундов. У меня уже есть опыт работы на таких дистанциях, поэтому первые полтора раунда я не выкладывался. Работал экономно, чтобы на вторую половину боя хватило сил.

То, что мой соперник по статистике нанес больше ударов, — так это вы просто не разбираетесь. Тот, кто разбирается в ММА, понимает, что удары Сэндхагена были по защите, были слабыми, я их проваливал, и они пролетали мимо. Что касается моих ударов, я что-то попадал, что-то не попадал. Опять же, исходя из антропометрии соперника, а он высокий. Он менял стойки, хорошо двигался. Это было небольшой сложностью. Я понимал, что попадал ему в колени, что это травмоопасно для меня... Статистика статистикой, а пояс — дома.

Бой я пересмотрел, только когда вернулся домой — спустя неделю после боя. А до этого не пересматривал его принципиально. Со стороны виднее. Я заметил, что у меня действительно еще была энергия. К тому же я понял, что допустил много ошибок: были ситуации, где я мог быть агрессивнее, пойти в прессинг, поддавить. Но я был аккуратен, потому что не хотел пропустить какой-то случайный удар и пострадать от этого.

Когда я находился в октагоне, у меня спросили, как я себя чувствую... Я настолько хладнокровен в таких ситуациях, и я понимал, что нужно вернуть пояс. А чтобы его вернуть, нужно трудиться, нужно с холодной головой подходить к бою. Мотивации мне хватало, и я понимал, что пояс верну. За несколько дней до боя сказал, чтобы мою семью посадили в первый ряд, потому что я выиграю и выйду с ними в октагон. Слава богу, все получилось.

О реванше с Алджамейном Стерлингом

— После финальной сирены [в бою с Сэндхагеном] не было желания вызывать Стерлинга. Не хочется на нем акцентировать внимание, а то он опять спать не будет, говорить будет постоянно.

Переговоров со Стерлингом пока нет. Но они скоро будут. На горизонте бой с ним. Это та интрига, которую UFC и я создали, и все мы знаем, что Америка любит такие истории. Уже, наверное, вся страна хочет увидеть наш бой, чтобы закрыть эту историю. Реванш должен состояться, но когда — не знаю.

Первые два моих [следующих] боя — Диллашоу или Стерлинг. А дальше посмотрим. Бой со мной будет 100% последним в карьере Стерлинга. Но не потому, что я его побью. Я думаю, что ему не нужно будет больше драться.

Что бы сказал Стерлингу, если бы встретил его на улице у магазина? Ничего. Если бы даже сегодня встретил... Я к нему нормально отношусь. Зря вы думаете, что у меня к нему есть негатив. Ту ситуацию сделал я. В целом-то человек он нормальный вроде. Но у него есть свои продумки, ходы. Но я не бил бы его точно.

О лучших боксерах в UFC

— Макс Холлоуэй неплохо боксирует, потом Дастин Порье. Далее Конор Макгрегор. Потом не знаю... Хабиба, наверное, можно включить. В бою с Элом Яквинтой такие джебы накидывал. Конору тоже закинул правую руку.

О боксе с Конором Макгрегором

— Вообще, вся эта история пока разговоры. Если бы Конор захотел побоксировать, то я бы с ним побоксировал. Его больший вес мне без разницы. Как-то так. Я уже сам боксом не занимался с 2012 или 2013 года... С тех пор я перестал заниматься чисто боксом. Надо будет тоже поработать над этим моментом.

Возглавить команду TUF, чтобы соперником был Конор? Конор... Уже забудьте его. Он уже все. Нет его... В противоположный угол тренером — Ти Джея Диллашоу.

О шахматах

— Меня старший сын научил играть в шахматы. Я хотел, чтобы он пошел на шахматы, а я улетел на сборы. Это было год назад. А потом я сел вечером, посмотрел, как фигуры ходят, и начал ежедневно играть. Шахматы — очень сильная игра. Я после игры в шахматы час-полтора реально не мог тренироваться. Это настолько утомляет, истощает морально. Это очень крутая игра. Тем, кто не умеет, советую научиться.

О бойцах UFC с самым высоким бойцовским IQ

— Жорж Сен-Пьер, Хабиб Нурмагомедов. Даже Хабиба можно на первое место поставить, потому что он не проигрывал. На второе место — Сен-Пьера. Кто третий... Кто UFC хорошо знает, подскажите. Джон Джонс? Да. Но у него были бои, в которых он принимал много урона.

О лучших российских бойцах ММА

— Федор Емельяненко, Хабиб Нурмагомедов. А третьим возьмем... Олега Тактарова. И Александра Емельяненко (смеется).

О том, куда инвестирует деньги

— Инвестирую в себя. Финансовой цели кого-то обогнать нет. Цель — делать свое дело, и все. А за кем-то гнаться никогда в жизни не хотел. Завидовать не хочу. Я считаю, что все это ведет только вниз. Проекты после конца карьеры есть, но пока не скажу какие.

О том, сколько боев осталось по текущему контракту

— Сейчас у меня остался один бой по контракту. Всегда, когда остается один бой, UFC начинает вести переговоры. Новый контракт будет на четыре боя, по условиям пока ничего не знаю. Но хотелось бы при подписании подписать в UFC еще и своих ребят.

О журналистах в черном списке

— В Дубае журналист сказал мне, что я поменялся. Что до меня невозможно дотянуться. Но это ваше восприятие — как что-то другое, будто что-то поменялось. А я просто хочу как можно меньше быть в медиа. Когда кто-то чрезмерно это делает, смотрю и думаю — что за туфта? Он вроде бы серьезный человек, но как он себя продвигает... Не хотелось бы так делать. Я не знаю, откуда они [журналисты] мой номер берут. Разницу во времени не учитывают, в Москве 8 вечера, у нас уже 10 вечера. Ну кто в 10 вечера звонит? Поэтому очень многих заблокировал ребят. Звонит: «Алло, это такой-то телеканал». Я сразу — все понятно, до свидания. Заранее простите, кого заблокировал (улыбается).

О профессиональном боксе

— Именно с боксером не хотел бы драться [по правилам бокса], чтобы меня побили. Боксерские бои интересны, но я думаю, что сейчас об этом говорить рано. А вот с бойцом ММА, кто позиционирует себя боксером, можно... Но и с боксером можно... Саят сказал: «Все будет, но не сразу».

Когда я занимался боксом, мальчишкой, смотрел бои Константина Цзю, Флойда Мейвезера, Роя Джонса, Майка Тайсона. Поспарринговать не хотел бы с Цзю, куда мне, у него удары как гранаты. А потренироваться было бы интересно. Опять же, такая история: нужно ли это мне сегодня? Пока считаю, что не нужно. Нужно ли это Константину? Это уже вопрос к нему. Я когда-то хотел, когда боксом занимался. Бокс для ММА и чистый бокс очень отличаются. Бокс не очень гибкий, они всегда навязывают свою точку зрения. А в ММА все по-другому, более гибко. В боксе тренеры показывают один удар, как им показали, и они на своем стоят.

Топ-5 лучших боксеров современности? Александр Усик мне очень нравится, импонирует. Перейти из одного веса в другой, более высокий, и там завоевать титул — это мощно. Сауль Альварес тоже красавец, нравится его подход и отношение к делу. Василий Ломаченко хороший боксер. Геннадий Головкин.

Но я к боксу стал лояльнее как-то относиться, мягче. Это стало таким бизнесом, ведением бойца, эти кучи титулов... 50 бойцов у них там с 30-0, 50-0... Смешно же.

***

Также Петр Ян ответил на блок вопросов журналиста «СЭ» Никиты Горшенина.

— В ММА многие держат руки высоко, но кроме вас никто не умеет так перекрываться блоком. Как пришли к такой постановке блока и можете ли представить себя в стиле, где руки будут опущены?

— С опущенными руками я не буду драться точно, потому что это очень опасно. А то, что я так перекрываюсь, — в последние полтора года занятий боксом, 2011-2012 годы, ввели новое правило, называлось «боксировать в коробке». Раньше было 4 раунда по 2 минуты, потом вернулись к старым — 3 по 3. И все начали так боксировать — в этой коробке. Мне это нравилось. В ММА с этим блоком получается много принимать ударов на себя — это тоже урон для здоровья. Но я лично сильных таких ударов не получал, ощутимых. А этим блоком я заманиваю соперников, они думают, что я устал, когда встаю в такую защиту. Но мне она нравится.

— Генменеджер ATT Ричи Герреро назвал вас медоедом. Это свирепое и отважное млекопитающее. Масвидаль сравнил с компьютером, Порье назвал лучшим боксером. Приятно ли слышать все эти комплименты и какой из них больше всего зашел?

— Касаемо медоеда — я не слышал. Я вернусь к нему. Кто это сказал, Ламберт (Дэн Ламберт — основатель American Top Team. — Прим. «СЭ»)?

— Ричи Герреро, генменеджер ATT.

— А-а-а. Ну, я вернусь туда и за мед поинтересуюсь у него (смеется). Конечно, приятно все это слышать. Это ребята, которые уже состоявшиеся спортсмены, очень приятно это слышать, что тут еще могу сказать?

— Как вы вышли на бэкфист с вращением, которым уронили Кори, — это была импровизация?

— Это не была импровизация. Если бы кулачок чуть пониже довернул, тогда хорошо было бы. Этот бэкфист — это инвестиция в поздние раунды была. Во втором раунде я пробил этот удар, подготавливал его. В третьем он зашел, но чуть неточно получилось. Даже его потряс больше первый бэкфист, не второй.

— Вы называли несколько раз Стерлинга «пинат баттер» (с англ. peanut butter — арахисовая паста). Это редкое сленговое выражение, которое в переносном смысле означает «девушка легкого поведения». Откуда о нем узнали?

— У меня очень много советчиков, если честно. Когда начинаются такие дела, я их уже останавливаю: «Ни в коем случае. Вы пошумите, а отделываться мне потом». Со Стерлингом просто была ситуация, связанная с фотографией, где он бокал проглотил. Рядом с ним были девушки. Я просто сказал, что он поменял профессию. После чего он начал: «Он оскорблял мою жену», — оказывается, это его жена там была (смеется). Он начал на меня гнать ни с того ни с сего. Интересный вопрос, кстати. Просто я ему ответил, что он ведет себя как девушка легкого поведения.

— Вы говорили, что Кори Сэндхаген делает много лишних движений. Потом мы видели, как с Даниэлем Кормье вы пародировали движения Диллашоу. Правильно понимаю, что весь этот футворк-стиль, который изобрел Доминик Круз, кажется вам избыточным?

— Кори был очень хорошо готов, всегда двигался, не останавливался. Они поняли, что когда он останавливается — это опасно. Мне понравилось, как он меняет стойки, постоянно, как каланча какая-то, 180 сантиметров скачет постоянно (смеется). Как на тракторе Т-4 передвигался. По Диллашоу — да, была небольшая шутка у нас с Кормье. Я всегда стараюсь понять этот стиль — да, у них есть это лишнее в передвижениях. Взять Круза — он базовый борец, посмотрите, что он делает, е-мое. Когда он это начинает делать — 15-20 секунд на месте [скачет], руки привязаны здесь (смеется). Смешно выглядит, правда. Но как спортсмена я его, конечно, уважаю — он красавчик, с такими травмами дрался.

— Можно еще один вопрос.

— Да, давай еще парочку вопросов. У вас неплохие вопросы.

— В России очень верят в Умара Нурмагомедова, который пока вне рейтинга. Сейчас ему назначили очень хороший бой с Джеком Шорром. Как вы думаете, сможет ли он за быстрые сроки дойти до претендентского боя? Что вы о нем думаете?

— Я думаю, что, конечно, может, почему нет? В принципе, у него все для этого есть. Ему нужно просто тренироваться. И больше ничего не делать.

Выделите ошибку в тексте
и нажмите ctrl + enter

Нашли ошибку?

X

7
Предыдущая статья Следующая статья