17 апреля 2023, 08:00

«Новому чемпиону никуда не деться от сравнений с Карлсеном, но сам матч очень важен». Сутовский — о противостоянии в Астане, Дубове и Карякине

Тимур Ганеев
Заместитель шефа отдела спорта
Читать «СЭ» в Telegram Дзен ВКонтакте
Большое интервью с генеральным директором ФИДЕ.

Матч на первенство мира между Яном Непомнящим и Дин Лижэнем превосходит все ожидания в плане зрелищности. Пока ни в одной сыгранной партии в Астане любители шахмат не увидели скучной игры. Оба гроссмейстера играют бескомпромиссно. Генеральный директор ФИДЕ Эмиль Сутовский объясняет это тем, что шахматисты не испытывают огромного давления после отказа от короны Магнуса Карлсена.

Мы встретились с господином Сутовским в столице Казахстана, около часа обсуждая насущные проблемы шахмат. Также в ходе беседы 45-летний функционер объяснил свою позицию относительно защиты классического контроля (за что он подвергается постоянной критике), соперничества ФИДЕ и chess.com, а также высказался о кейсе Даниила Дубова (входил в команду Карлсена в матче с Непомнящим) и конфликте с Сергеем Карякиным.

Любимые матчи, Астана

— У вас есть любимый матч на первенство мира?

— Наверное, как и для всех представителей моего поколения, это матч Каспаров (признан в России иноагентом. — Прим. «СЭ») — Карпов. Не безлимитный поединок 1984 года — там была череда ничьих, они как-то сливались в одну, — а матч 1985 года. Он был более яркий и более законченный. Каспаров победил в очень ярком стиле. В целом я с особой теплотой вспоминаю несколько матчей на первенство мира, но детские воспоминания всегда более яркие.

— Вы не ходили на партии «двух К»?

— Нет, я тогда следил за поединком из родного Баку. Хорошо помню, как ездили встречать Гарри Кимовича в аэропорт. Народ был в эйфории, это был настоящий праздник для Азербайджана. Первый матч, на котором я присутствовал лично, — это битва Каспарова и Крамника в Лондоне (2000 год). И, наверное, очень яркие воспоминания остались от предыдущего матча в Дубае. Потому что это было первое мероприятие такого уровня, где я нес ответственность за организацию, знал все внутренние процессы. Теперь перед нашей командой такое же испытание — провести на высочайшем уровне событие в Астане.

— Впечатлены, как столица Казахстана развивается в последние годы?

— Не сказал бы, что меня что-то удивило. Все-таки я периодически здесь бываю — а к хорошему привыкаешь быстро. Конечно, здорово, что за 20 лет Астана фактически стала мегаполисом, а Казахстан в целом стал одной из главных мировых шахматных столиц. За последние десять лет здесь проводились многие крупнейшие старты ФИДЕ. А матч на первенство мира стал своеобразным логическим венцом.

— Есть какое-то личное воспоминание о Казахстане?

— Опять-таки детское. Я играл на последнем первенстве СССР среди юношей в 1991 году. Представьте, Союз уже фактически разваливается. Некоторые республики уже вышли из состава СССР. Но на этот турнир все равно приехали почти все сильнейшие шахматисты исчезающей страны. Может быть, одна республика (или к тому моменту страна?) отказалась прислать детей. Точно не помню. Но все равно это было событие — более 20 участников из того чемпионата впоследствии стали гроссмейстерами. И Казахстан памятен остался не только турниром, но и гостеприимством. Нас тогда возили на экскурсии, мы много общались, обсуждали, что нас ждет дальше. Сейчас меня очень впечатляет отношение наших казахстанских партнеров. С одной стороны, они очень эмоциональные, с другой, достаточно профессиональные. Это редкое сочетание. Думаю, у казахстанских шахмат большое будущее.

— Ощущаете ажиотаж вокруг матча в Астане? Я, честно, видел только один билборд в городе.

— Интерес большой — и дело не в билбордах, которых тут в принципе немного, хотя и тут матч, к примеру, красуется на «Нур-Алеме» — крупнейшей сферической поверхности всего региона. Регулярные репортажи на ТВ, много детей приходит...

— Говорят, что президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев большой любитель шахмат. Есть вероятность, что он посетит матч?

— Действительно, Токаев много делает для шахмат в Казахстане. Встречался с женской сборной, молодыми шахматистами, поддерживает внедрение программы «Шахматы в школе». Своим примером он прививает отношение к тому, что шахматы — это нечто респектабельное и важное. Большой плюс, когда такой посыл идет от главы государства. Не знаю, насколько его график позволит посетить матч или принять у себя президента ФИДЕ или игроков. Сложно заранее такое предсказать, но мы чувствуем интерес к событию со стороны руководства страны.

Шахматисты Ян Непомнящий и Дин Лижэнь
Ян Непомнящий и Дин Лижэнь.
FIDE

Воспоминания о Непомнящем и Лижэне, фаворит матча

— Можете рассказать о своих отношениях с претендентами? Первые воспоминания о них?

— Яна я знаю очень давно, больше 15 лет. Когда он еще был мальчиком с горящими глазами. Мы познакомились на командном чемпионате России, наверное, в 2004 году. Тогда он уже производил яркое впечатление своей игрой. Хотя его карьеру и нельзя назвать стабильной. Были взлеты и падения. Он серьезно выделялся в детском и юношеском возрасте, но потом где-то затормозил. У нас даже есть совместная фотография, где мы играем на чемпионате мира по блицу, который проходил в московском ЦДШ. Ян еще такой худенький мальчик, я примерно в такой же форме, как сейчас. (Смеется.) После того случая мы немножко общались, когда пересекались на турнирах. Помню, что у нас был очень хороший диалог после турнира в Риге, где Ян дошел до финала, уступив в армагеддоне Грищуку. Сейчас могу признать, что однажды даже помогал Яну в шахматном плане. Это было в 2013 году. Мы не то что серьезно занимались, но регулярно общались при подготовке и в ходе турнира — и он одержал победу в суперфинале чемпионата России. Не подумайте, что хочу записать этот успех на свой счет. У Яна были и другие тренеры, но приятно, что я тоже внес свою лепту.

— В этот момент стали близкими товарищами?

— Знаете, в какой-то мере я изъявил желание помочь, когда узнал, что Ян очень глубоко знает русскую литературу. Например, мог наизусть цитировать Фета. Я тоже очень люблю русскую поэзию. Так что мне было близко и очень приятно найти в молодом поколении родственную душу. Еще роднило увлечение «Что? Где? Когда?». В последние годы, правда, наши отношения, можно сказать, немножко охладели. Я нахожусь на административной работе. Он блестящий шахматист, борющийся за звание чемпиона мира, но думаю, что понимаю его достаточно неплохо.

— Что скажете про Лижэня?

— Лично я с ним мало знаком. Когда он начинал карьеру, я уже заканчивал. Помню, пару раз мы пересекались на уровне сборных. Он играл на первой доске с Борисом Гельфандом, а я на второй — с Юй Янъи. После матча мы вместе пытались проанализировать партии, хотя Дин тогда почти не знал английский. Сейчас он его подтянул. При этом он сразу показался мне очень уважительным и корректным парнем. Всегда с милой улыбкой на лице. В общем, все эпизоды нашего соприкосновения были достаточно мимолетными, но в то же время достаточно приятными. Я хорошего мнения о нем как о человеке и, безусловно, очень высокого мнения как о шахматисте. Я думаю, что из всех элитных игроков он больше всего пострадал от пандемии. До этого у него была невероятная серия из 100 партий без поражений. Но многие забывают, какие это были партии. Около 80 из них он провел против игроков топ-50, в основном выступая на супертурнирах. Выиграл Grand Chess Tour. Это говорит о многом. Пандемия повлияла на него плохо. Дин неудачно выступил на турнире претендентов в Екатеринбурге, да и в Мадриде особо не блистал, если честно.

Шахматист Дин Лижэнь
Дин Лижэнь.
Фото Global Look Press

— Сильно провел второй круг.

— Да, но в тот момент остальные сникли. Уверен, что большинство претендентов не верили, что Магнус откажется играть матч. У того же Фабиано Каруаны было «+3» после первого круга. Если бы он заранее знал о решении Карлсена, то не гнался бы за Яном, который тогда был намного сильнее всех, а спокойно сохранил бы второе место. Но случилось как случилось, и в последнем туре, как теперь оказывается, Дин одержал важнейшую победу в карьере над Накамурой. Занял второе место — и вот он на матче. Опять-таки для меня непонятна его текущая форма и реальная сила. Меня расстроило, как слабо Лижэнь играл в Вейк-ан-Зее.

— Но ведь в турнирах перед матчами претендентам нельзя показывать свои наработки. Зачастую все играют их не лучшим образом.

— Поверьте, что ни один шахматист, даже понимая, что он играет относительно тренировочный турнир, никогда не будет специально проигрывать. Он не будет играть в полсилы. Да, не покажет основные дебюты и какие-то новые заготовки, но в целом заканчивать супертурнир в минусе — очень болезненно. А иметь «-2» для претендента на корону — это перебор. Поэтому есть ощущение, что прямо сейчас у Лижэня нет той реальной шахматной мощи, благодаря которой он заработал себе имя. В 2019 году он был значительно сильнее. Ян представляется мне фаворитом матча (разговор состоялся еще до первой партии. - Прим. «СЭ»).

— Александр Халифман считает, что главный минус обоих игроков — психологическая неустойчивость. Вы согласны с этим?

— Мне кажется, что психологическая неустойчивость Яна сильно преувеличена. Эта проблема была у него в детстве, в юные годы. Вероятно, какой-то рецидив случился во время матча с Магнусом, но в целом в последние годы Непомнящий играет стабильно блестяще или стабильно хорошо. Я не припомню ни одного плохого турнира в его исполнении. В психологической устойчивости Дин Лижэня я не уверен. Мы не очень хорошо его понимаем, не знаем о нем так много, как о других элитных игроках. Он один из немногих шахматистов, у кого нет профиля в социальных сетях, не выражает свои мысли публично.

Но могу сказать, что сейчас у всех нервы неидеальны. В принципе, можно сказать, что и Магнус относительно нестабилен психологически: может не прийти на пресс-конференцию или сняться с турнира. Не забывайте, что даже игроки моего поколения играли по 50-60 партий в год. Сейчас их количество увеличилось в несколько раз, поэтому топ-игрок постоянно находится в стрессовой ситуации.

— Вам не кажется, что на Лижэня нет такого давления и он может сыграть в свое удовольствие? Все-таки китайский гроссмейстер дважды был первым запасным в этом чемпионском цикле и во многом попал на матч случайно. Также вне зависимости от результата он заработает хорошие деньги.

— Повторюсь, мы мало знаем менталитет китайского народа и самого Лижэня. Поэтому очень сложно судить об уровне давления на лучшего китайского шахматиста в истории.

— В России все давно горят идеей вернуть шахматную корону...

 — Думаю, Ян не очень сильно напрягается по этому поводу. Перед матчем с Магнусом он испытывал гораздо большее давление. Корона короной, но при живом норвежце титул в Астане не будет иметь такого же резонанса, как победа над Карлсеном. Понятно, что в СМИ можно продать это как долгожданную победу, но на самом деле будет иначе. Всегда будет оговорка. При этом 17-й чемпион мира будет абсолютно легитимным.

— И ему придется с позиции силы доказывать армии болельщиков, да и самому Карлсену, что он далеко не «бумажный чемпион»?

— От сравнений с Магнусом никуда не деться. Это будет проходить такой красной нитью очень долго. По крайней мере до следующего матча. При этом еще раз подчеркну, что сам матч очень важен. Это в какой-то мере логическое завершение чемпионского цикла. Ян и Лижэнь не виноваты, что 16-й чемпион отказался от титула.

— Это его выбор.

— Безусловно. Ведь и в истории было несколько эпизодов, когда не сильнейшие шахматисты были чемпионами мира.

— Макс Эйве?

— Да, но Эйве обыграл Алехина в матче. Если бы Ян обыграл Магнуса в Дубае и по-прежнему отставал от него на 20 очков в рейтинге — это была бы одна история. А если Ян обыграет Лижэня... И будет отставать на 40 очков от Магнуса... Сами понимаете. Будет чемпион мира и сильнейший игрок мира. Непомнящий и Лижэнь сами это понимают. Поэтому, с одной стороны, этот матч действительно вершина их пути. С другой, они испытывают меньше психологического давления, чем если бы играли против Карлсена.

— Анатолий Карпов возмущался, почему ФИДЕ сразу не объявила Непомнящего чемпионом мира. На его взгляд, уже в этом статусе Ян должен был проводить матч с Лижэнем. Но я так понимаю, регламент чемпионского цикла был согласован намного раньше всех этих событий?

— Анатолий Евгеньевич уже на протяжении 10 лет порой делает странные заявления, которые свидетельствуют о том, что он не читает правила. Хотя в них все четко и заранее прописано. Допустим, если бы по каким-то причинам не смог играть Дин, то на матч вышел бы гроссмейстер, занявший третье место в турнире претендентов-2023 (Теймур Раджабов). Если бы не смог и он — то игрок с наивысшим рейтингом. Поэтому здесь нет никаких оснований для кривотолков. Так и должно быть. Для шахматного мира отсутствие матча куда хуже, чем матч между вторым и третьим.

Шахматист и комментатор Даниил Дубов
Даниил Дубов.
Этери Кублашвили, Федерация шахмат России

Дубов, стримеры

— После четвертого тура матч вместо Ананда комментирует Даниил Дубов. Вы считаете его одним из лучших шахматных комментаторов?

— Да, Даня — ярчайшая личность. Абсолютно нестандартная и выходящая за рамки во всех смыслах. Большая удача, что он согласился прокомментировать матч для официального канала ФИДЕ. Будет очень интересно его послушать.

— У вас есть понимание, почему он пока не реализовал свой невероятный талант?

— В отличие от Непомнящего с Даней я работал достаточно много. Почти год, на стыке 2016-2017-го. Высокого мнения о его таланте. Но, мне кажется, ему не хватает собранности, внутреннего стержня для того, чтобы добиться максимально спортивного результата. Да, его любят за экстраординарность и нестандартные решения, но пока его талант частенько растворяется в хаотичном бурлении. Я боюсь, что если еще пару лет он будет так феерить, взрываясь лишь яркими эпизодами, но не показывая стабильности, то мы так и не увидим его в борьбе за шахматную корону. Сейчас очень высокая конкуренция. Чтобы отобраться на матч, нужно пройти очень суровый отбор — сначала на турнир претендентов. А потом и выиграть его. Это очень непросто. Я Дане желаю успехов, и, наверное, очевидно, что ему надо что-то менять в своем отношении. Если, конечно, у него есть амбиции пробиться на самый вверх.

— Вы верите, что он может отобраться на турнир претендентов-2024?

— Безусловно. Ему всего 27. В запасе еще есть время, чтобы включиться в борьбу за корону, но нужно что-то менять.

— После матча Карлсен — Непомнящий в России разгорелся скандал вокруг Дубова. Из-за того, что Даниил входил в команду Магнуса. Борис Гельфанд рассказывал нам, что вы были в похожей ситуации, когда помогали Гате Камскому.

— Про это нужен отдельный разговор. Если вкратце, то я помогал Гате не конкретно лишь в матче с Борисом, а готовил его к матчам претендентов 2011 года в Казани. Тогда в 1/4 финала Камский обыграл Топалова, но в полуфинале уступил Гельфанду. То есть этого матча вообще могло и не быть, если бы Борис не смог пройти Мамедьярова или Гата уступил в своем поединке. При этом я все равно чувствовал определенную неловкость. Но тут есть важный момент — очень многое зависит от государственного подхода к шахматам. Израиль практически ничего не делает для своих шахматистов. Россия делала очень многое на протяжении многих лет. И когда ты встроен в эту систему, не надо удивляться, что тебя будут критиковать за такой выбор. Я не считаю, что Дубов поступил неприемлемо, что это позор. Но я понимаю, почему это вызвало раздражение, и это вполне легитимная точка зрения. Истина же где-то посередине.

— Есть говорить про шахматных комментаторов/стримеров, то кому вы еще симпатизируете? Леви Розман, сестры Ботез, Народицкий, Шиманов...

— Я точно не фанат Розмана и сестер Ботез. Не их целевая аудитория. Народицкий и Шиманов очень прилично комментируют. Приятно их послушать. Пять-шесть лет назад мне очень нравился дуэт Свидлер — Густафссон. Они были реально лучшими, но сейчас подсели. Из комментаторов мне еще нравится Иованка Хуска. Она умеет найти тонкую грань. Чтобы было интересно как сильным игрокам (все-таки рейтинг Иованки 2400 плюс), так и широкой аудитории.

— Что скажете про стримерский талант Накамуры?

— Хикару — эффектен, но меня это все-таки не впечатляет. Мне кажется, что это все немножечко наигранно. При этом, безусловно, он делает очень много для популяризации игры. Как и упомянутые сестры Ботез и GothamChess. Только тут тоже надо понимать, что это коммерческие проекты, которые и выстроены по сугубо коммерческой модели. Накамура — самый высокооплачиваемый человек в шахматном мире. Пожалуй, тут он впереди Карлсена. Розман уступает только этим двоим в плане заработка. Например, недавно он пожертвовал 100 тысяч долларов на какой-то благотворительный проект. Это благородный шаг, но люди, которые зарабатывают исключительно шахматами, не могут себе такого позволить. Так что стримеры — это уже такая отдельная каста, но это и очень большой труд. Пробуют многие, а пробиваются единицы.

— Есть ли у ФИДЕ идеи сотрудничать с самыми популярными шахматными блогерами?

— Сотрудничество всегда имеет смысл. Потому что все, кто любит шахматы, — это наша паства, если можно так говорить. Однако здесь мы уходим в большую философскую тему: шахматы несут в себе большую социальную роль или это какое-то онлайн-шоу, которое люди смотрят ради развлечения? Кажется, что это разные вещи, которые очень сложно объединить. Но мы будем пробовать — и уже точечно работаем в этом направлении.

Участники турнира по игре в шахматы
Фото Global Look Press

Убыстрение игры

— Вас называют главным защитником классики и противником онлайн-шахмат. Вы понимаете почему?

— Действительно, есть такое популярное мнение, но это не совсем так. То есть защитником классики — наверное, да. Но не противником онлайна и новых идей. Наоборот, я всегда говорю, что надо экспериментировать. По моему предложению мы проводили командный чемпионат мира, где был новый контроль с двумя партиями в день. Это идея, которую продвигал шахматный меценат Олег Скворцов. Я помог реализовать ее на практике, в официальном старте. Мы проводили Всемирную шахматную олимпиаду в режиме онлайн, когда была пандемия коронавируса. Да, мне постоянно говорят — давайте все ускорим. Сократим классический контроль. Но эти люди забывают важный момент. Шахматы имеют такой огромный актив, как статус, репутация, имидж. Во многих странах внедряется программа «Шахматы в школе». Под нашу игру находятся спонсоры в разных уголках планеты, и зачастую это меценаты, которые поддерживают развитие шахмат. А эта часть конструкции во многом завязана вокруг классических шахмат. Мы же не можем начать учить детей с блица. Да и какие есть серьезные старты по быстрым шахматам, кроме ежегодного ЧМ по рапиду и блицу под эгидой ФИДЕ?

Супертурнир в Вейк-ан-Зее с классическим контролем соберет гораздо больше аудитории, чем любой турнир по быстрым шахматам. Не говоря уже о матче или турнире претендентов. Скорее здесь вопрос — онлайн или классика? Онлайн — это априори быстрые шахматы или скорее блиц, но, опять-таки, давайте посмотрим на chess.com. У них достаточно мало партнеров/спонсоров. Их основной заработок формируется от пользователей сайта, которые потребляют этот продукт. Или по подписке — или бесплатно, но соглашаясь на рекламу. Соответственно, это другая бизнес-модель. Сhess.com — коммерческий ресурс. Они существуют в другой парадигме, нежели ФИДЕ. У нас разные задачи. К примеру, нам очень трудно проводить какие-то социальные образовательные программы, если мы будем все время настаивать на ускорении. А им невозможно задействовать длинный контроль времени.

— У элитных игроков есть запрос на убыстрение игры?

— У шахматной элиты прежде всего есть запрос на стабильный календарь и увеличение финансирования. Мы регулярно опрашиваем сильнейших игроков. С каким контролем играть? Пока четкого понимания нет. Есть люди, предпочитающие самый длинный возможный контроль (например, недавно об этом мне говорил Аронян), большинство готовы к ускорению, но считают, что не надо сокращать меньше чем до 90+30. Все-таки шахматы испокон веков базируются на классическом контроле. И думаю, что продолжат базироваться. Но экспериментировать надо — просто четко понимая, ради чего.

— В этом году появился новый классический супертурнир в Дюссельдорфе. Допускаете, что это будет не единичный случай?

— Думаю, что супертурниры периодически будут появляться. А организация турнира в Дюссельдорфе — идея бизнесмена и большого любителя шахмат Вадима Розенштейна. И этот проект себя оправдал. У турнира было около 30 миллионов просмотров. Опять-таки, это показывает, что классические шахматы востребованы. Предположу, что помимо Дюссельдорфа мы получим еще один супертурнир в 2024 году.

— Его могут организовать в Казахстане?

— Не исключаю.

Шахматист Магнус Карлсен
Магнус Карлсен.
Фото Global Look Press

Карлсен, Фируджа, иск Ниманна

— Последний раз мы с вами долго общались после Всемирной шахматной олимпиады. Вы сказали, что верите в возвращение Магнуса в чемпионский цикл. С тех пор прошло восемь месяцев. Нет ощущения, что классика надоела ему окончательно?

— Нет. Мне кажется, что уникальность Магнуса в том, что, по-моему, он сам не знает, какой у него реальный план. Сегодня он настроен штурмовать 2900 рейтинга, завтра играть только онлайн, послезавтра — вернуться в чемпионский цикл.

— Допускаете, что он сыграет на турнире претендентов-2024 в Торонто?

— Начну с того, что мы планируем сделать его с огромным размахом. Это первый турнир претендентов в Северной Америке. Мы ожидаем много зрителей, в том числе из США. Что касается Магнуса, то я не исключаю, что он сыграет. Объясню почему. Во-первых, ему не надо отбираться, он попадет туда по рейтингу. Во-вторых, в нем наверняка сыграют звезды нового поколения. Два-три человека, с которыми Карлсену будет интересно посоперничать. В-третьих, не стоит забывать, что Магнусу в этом году исполняется 33 года. Он далеко не мальчик. Если он пропустит 2024 год, то следующий турнир претендентов состоится только в 2026-м. Ему будет 36 лет. Будет ли он по-прежнему на пике?

— А у вас есть фаворит из нового поколения? Кто из молодых гроссмейстеров наиболее интересен?

— Мне импонирует Нодирбек Абдусатторов. Кажется, он лучший боец из всех молодых шахматистов. Умеет дожимать, готовит интересные новинки. В целом у него достаточно правильный подход к шахматам, хотя универсальности пока не хватает. Очень интересно играет Арджун Эригаиси, но мне он не кажется таким сильным спортсменом. Хорошие перспективы у двух других индийцев — Гукеша и Прагга. Хотя выводы делать еще рановато. Они играют на высоком уровне лишь около года.

— А что скажете про Винсента Кеймера?

— Думаю, он будет игроком топ-10. Он очень солидный, напоминает своего тренера Петра Леко. Но с таким подходом можно было стать чемпионом или претендентом 20 лет назад. Сейчас очень сложно, потому что конкуренция очень высокая. Винсент — отличный парень, уже состоявшийся шахматист, но пока уступает своим сверстникам именно как боец.

— Если бы мы говорили с вами год назад, то наверняка первым делом всплыло бы имя Алиреза Фируджи. Куда он пропал? Действительно сосредоточился на работе в индустрии моды?

— Да, это не слухи. Насколько я понимаю, все серьезно. Там происходят какие-то тектонические процессы, о которых мы не знаем. Поэтому не стал бы давать долгосрочных прогнозов в отношении Алирезы. Сможет ли он вернуться? За последние 50 лет мало кому удавалось возвращаться после длительного простоя и вновь показывать высочайший уровень. Возможно, исключение только — Гата Камский. При этом Фируджа, безусловно, ярчайший талант поколения. При усиленной работе он способен добиться очень многого.

— Даже Магнус об этом говорил.

— Да, но, вероятно, шахматы для него сейчас не на первом месте.

— Следит ли ФИДЕ за иском Ханса Ниманна к Карлсену?

— Мы разбираем эпизод их конфликта. В ближайшее время этическая комиссия вынесет какой-то вердикт. При этом мы не погружены именно в судебный процесс, который проходит в США.

— Согласны, что избавиться от темы читерства не получится никогда? Параллельно будет расти умение читеров и защита от них.

— Единственное, как можно полностью исключить тему читерства, это отказаться от бродкаста — расставить везде глушилки и проводить шахматные поединки как в старые времена. Может быть, в какой-то момент до этого дойдет, выбора просто не останется. Хотя к этому моменту, возможно, уже придется бороться с вживленными чипами. Будем находить решения.

Фигуры на шахматной доске
Фото Global Look Press

Конкуренция ФИДЕ и chеss.com

— Вам интересно играть в онлайн-шахматы?

— В онлайн я не играю. Ввиду нынешней занятости практически не играю в шахматы. Многие мои знакомые говорят, что онлайн-шахматы просто не любят. Этот вид стал популярным в период пандемии, поэтому многие и «подсели» на него. До 2018 года я играл достаточно много, но странные ощущения никуда не делись: видение доски совершенно другое. В те годы не было онлайн-турниров с большими призами. Также меня постоянно преследовало чувство непонимания того, пользуется ли соперник помощью или нет. И сейчас шахматисты не избавились от этих опасений.

— Это давит постоянно?

— Служит постоянным источником внутреннего напряжения. С другой стороны, прекрасно, что есть онлайн. Десятки миллионов людей могут всячески оттачивать свое мастерство или просто заходить и сыграть партию онлайн. Во всем мире в онлайн-шахматы играют сотни миллионов с той или иной периодичностью. На chess.com зарегистрировано 120 миллионов, а сколько еще зарегистрировано на Lichess? А на других площадках? Просто это совсем иной мир. Насколько я помню статистику, 98% посетителей chеss.com имеют рейтинг меньше 1600, а 1600 — это второй разряд. Кстати, там проблема читерства стоит менее остро — алгоритмы куда легче и точнее распознают компьютерное читерство на этом уровне.

— Как ФИДЕ относится к тому, что сейчас chеss.com называют более могущественной силой, чем ФИДЕ?

— Конкуренция есть. Мы стараемся наладить взаимодействие и направить конкуренцию на общее дело. Нам кажется, что это более естественно и прогрессивно, чем тратить ресурсы и силы на противостояние. Здесь скорее уже вопрос к chеss.com, как они видят свою более усиливающуюся позицию. Если их амбиции будут доходить до того, чтобы пытаться полностью затмить ФИДЕ, то не исключу, что ситуация может обостриться. Порой чувствуются «искры», но до сих пор нам удавалось договариваться.

Шахматист Сергей Карякин
Сергей Карякин.
Фото Global Look Press

Переход России в Азию, Карякин

— В заключение хотел спросить вас про переход ФШР из Европы в Азию. Как вы к этому относитесь?

— С подачи Карякина меня почему-то считают чуть ли не главным русофобом. Хотя у меня отличные отношения с десятком российских шахматистов. Есть близкие друзья и просто уважаемые мной коллеги. Отвечая на ваш вопрос, я могу сказать, что приветствую этот переход. В поисках выхода из тяжелого положения надо совершать разные шаги. Даже если они будут нестандартными, как переход в Азию. Российские шахматисты должны иметь возможность играть в международных турнирах. В том числе речь про юношей разных возрастов.

— ФИДЕ, в отличие от многих международных федераций, никогда не делала полный запрет на участие россиян.

— Собственно говоря, я всегда считал и считаю — игроки должны иметь возможность играть. Считаю, что это абсолютно правильное и легитимное решение — позволить шахматистам играть под флагом ФИДЕ. При этом важно понимать, что не должны ущемляться взгляды и интересы других стран. Поэтому пока участвовать в командных соревнованиях россияне не будут.

— Почему?

— Я не вижу таких перспектив, пока не закончится СВО (слово заменено в связи с требованием законодательства РФ. - Прим. «СЭ»). Понимаете, не только Украина, но и многие другие европейские страны не хотят играть с Россией [и принимать у себя российских игроков]. Когда речь об отдельном игроке — он представляет прежде всего самого себя, и этим шахматы близки к теннису. Сборная страны — это совсем другая история. Многие требуют запрета и индивидуальных выступлений, но мы на это не пойдем — считаем, что неправильно нарушать права шахматистов. Хотя в случаях агрессивной риторики — как в случае с Карякиным, — конечно, будем принимать меры.

— С Сергеем Карякиным у вас всегда были такие напряженные отношения?

— Не было у нас напряженных отношений. Просто Сергей решил строить политическую карьеру. Причем это началось еще в 2014 году, когда он начал сознательно политизировать свое отношение к происходящему. Это усугубилось, когда он отобрался на матч за корону в Нью-Йорке-2016. Всячески стал разыгрывать патриотическую карту и строить карьеру. Начал выбирать себе мишени для атаки. В итоге остановился на мне. Я иностранец. Занимаю высокую должность. Меня легко обвинить в русофобии. Хотя для любого человека, который зайдет в мой Facebook (социальная сеть входит в Meta Platforms, деятельность компании признана в России экстремистской и запрещена. — Прим. «СЭ»), это выглядит нелепо.

— Отмечу, что вы ведете свой аккаунт на русском.

— Дело не только в этом. Можно и на русском быть русофобом — но это обвинение в мой адрес очень странно. Неприятие действий правительства какой-либо страны не является свидетельством ненависти к самой стране. Карякин же заделался патриотом, не зная ни русской истории, ни культуры, ни литературы. Это большая беда — когда такие люди начинают говорить от имени России. Конечно, во мне нет никакой русофобии.

Высказывания Карякина абсолютно несовместимы с духом и буквой статута ФИДЕ. Еще бы хотел сказать, что помимо меня Карякин атаковал Марка Глуховского и Андрея Филатова, а также целый ряд российских гроссмейстеров. Потом риторика в отношении президента ФШР заметно смягчилась. Но в недавнем интервью он и Непомнящего обвинил в недостаточном патриотизме. Еще я знаю, что большинство российских шахматистов прекратили всякое общение с Карякиным. И это о многом говорит. Возвращаясь же к политике ФИДЕ — я не предвижу больших изменений в сложившейся ситуации.

Новости