«Федун сказал: солдаты к генералам не ходят. Аленичев перебесится». Бывший пресс-атташе «Спартака» срывает покровы

30 апреля 2020, 11:30
Дмитрий Аленичев и Леонид Федун. Фото Федор Успенский, "СЭ" Леонид Федун. Фото Александр Федоров, "СЭ" Павел Погребняк. Фото Александр Федоров, "СЭ" Невио Скала и Андрей Талалаев. Фото Григорий Филиппов Дмитрий Аленичев и Александр Старков. Фото Татьяна Дорогутина Дмитрий Торбинский. Фото Алексей Иванов Владимир Шевченко и Дмитрий Аленичев. Фото Архив Владимира Шевченко
Как Первак «пробивал фанеру», почему Старков — крутой, кто убрал Федотова. Откровения Владимира Шевченко о «Спартаке» 2000-х.

Шевченко отработал в «Спартаке» четыре сезона. Именно он отвечал за связи с общественностью и имидж клуба в эпоху раннего Федуна — с 2004 по конец 2007 года. «Спартак» того времени -это супертрансферы и возвращение в Лигу чемпионов, Старков и Аленичев, Первак и Шавло, Федотов и Черчесов...

Человек, с которыми когда-то воевали некоторые мои коллеги журналисты и фанаты, не пожалел несколько часов, чтобы донести свой взгляд на недавнюю историю красно-белых. Вот этот взгляд — субъективный, зачастую оценочный, но совершенно точно — откровенный. И что важно — это взгляд изнутри.

Леонид Федун. Фото Александр Федоров, "СЭ"
Леонид Федун. Фото Александр Федоров, «СЭ»

Федун поставил две задачи: сделать клуб самым открытым и избавиться от скандалов

— Как вы оказались в «Спартаке»? — первый вопрос Шевченко.

— В апреле 2004-го на меня вышли люди из окружения Федуна. Предложили встретиться с Леонидом Арнольдовичем. Встретились, договорились, начали работать. В окружении знали, что я КМС по футболу, спортивный журналист, комментатор с 1988 года. Все совпало. Знали также, что ко многому, в том числе в футболе, отношусь с долей здравой иронии. Нужно было разряжать обстановку, ломать стереотипы. Имперский пафос народной команде был ни к чему. Я ратовал за «футболизм» с человеческим лицом.

— Именно такую задачу перед вами поставил Федун?

— Ключевыми стали два момента. Первое — сделать самый титулованный клуб самым открытым. Стряхнуть с себя снобизм 90-х. Перестройка без гласности — деньги на ветер! Второе — избавиться от скандального имиджа, от того, что в любом событии люди привыкли видеть негативный подтекст. «В «Спартаке» всегда хорошая погода» — вот такой простой постулат. Хотелось, чтобы все было по-людски. С доброй улыбкой и взаимопониманием. Это, кстати, очень быстро отметили и журналисты и болельщики. Вначале все и шло по-людски.

— Одна из первых акций по установлению «хорошей погоды» — возвращение Дмитрия Аленичева. Как это происходило?

— Как именно возникла идея, не знаю. Услышал от гендиректора Юрия Первака, что возвращаем Диму. Первак был прямо влюблен в него. Обрадовался, конечно. Только что видел, как он в финале Лиги чемпионов забивает — и тут такое! Больше удивил бы только прилет инопланетян. Мне доверили встречать Дмитрия с кубком ЛЧ в Домодедово. У меня в Facebook это фото. А на следующий день на стадионе имени Нетто прошло массовое фотографирование болельщиков с Димой и привезенным им кубком. Вымотались до предела, но были очень счастливы. Подружились. Думаю, этот день фанатам и Аленичеву запомнился на всю жизнь. Мне — точно. «Спартак» не просто участвовал в той истории с кубком, он ее инициировал. Первак и Аленичев сделали все возможное, чтобы трофей побывал в Москве.

— В «Спартаке"-2004 удивлял разношерстный состав. С одной стороны — Аленичев, Йиранек, Видич. С другой — Тробок, Петкович и Лешонок. Эта разница бросалось в глаза?

— А как по мне, космической разницы в мастерстве в команде-2004 не было. И уживались футболисты в команде без проблем. По крайней мере, со стороны или в близком контакте ничего особенного я не видел. Профессиональная обстановка.

— То есть разницы между условным Йиранеком и Лешонком не видели?

— В том-то и дело, что на тот момент составить объективное впечатление о 18 и 19-летних было трудно. Все что-то умеют. Погребняк, Ребко. Тот же Самедов, которому не было и 20, сверкнул, но и только. Надо же доказывать. Титов не играл в 2004-м. Калиниченко — да, но в том составе даже он погоды сделать не мог. Легионеры только приехали и осваивались. Это нивелировало разницу в классе. Вот что я имею в виду. Просел состав в 2004-м — это факт. Так или иначе, я дружил со всеми. Тробок, Лешонок, Йенчи, Ковалевски, Самедов, Калиниченко, Шоавэ, Аленичев — все дороги. Видел только хорошее и переживал за всех. У всех могло получиться, каждый мог сломаться, все — живые люди. Вообще ни разу за все 4 года работы не подумал о ком-то из футболистов плохо. В семье о детях плохо не думают, даже если они получают двойки или их игнорируют сверстники во дворе. Решать тренеру. Остальные люди в клубе любят всех.

Павел Погребняк. Фото Александр Федоров, "СЭ"
Павел Погребняк. Фото Александр Федоров, «СЭ»

Погребняк за глаза крыл Старкова

— Кто из молодежи мог заявить о себе, но не сделал этого?

— Ребко числился в подающих надежды, благословленных самим Романцевым! На мой взгляд, главный потерянный талант. Умный и техничный.

— Почему не удержали Погребняка?

— Погребняка не удержали, потому что у тренера был свой взгляд. Не видел его Старков под основой и все. Хотя тот выходил на замену и хуже не становилось. Погребняк очень злился и за глаза крыл тренера разными художественными словами. Рабочий момент.

— Из многочисленных приобретений того времени кто вас впечатлил больше всех?

— Конечно, Неманья Видич. Думаю, не меня одного. Кстати, Федун ожидал от меня ярких презентаций игроков в «Голден Пэлас». Вроде не подвел его ни разу. Так вот первой такой презентацией была именно — Неманьи. Мы проанонсировали это меропритятие, пригласили прессу, но имя новичка держали в тайне до последнего. Среди журналистов, однако, упорно циркулировал слух, что это Матея Кежман. И вдруг я объявляю: «Внимание! Неманья Видич!» Вздох разочарования по залу и — тишина... Теперь смешно. А тогда наши мастера пера даже толком и не знали будущего лучшего защитника АПЛ! Кстати, еще раз аплодирую футбольному чутью Первака. Это его добыча!

Родригес вообще не парился, ему скажешь «привет, Клим!», он и смеется

— Видич казался игроком без слабых мест. А человеком?

— Вида пахал больше всех. Бился на тренировках за каждый сантиметр. Слабых мест не имел. За всю карьеру в «Спартаке» могу вспомнить лишь один проваленный матч — с ФК «Москва», когда Бракамонте пару раз ему «шейные позвонки скрутил», как говорят в футболе. Но тому есть объяснение. Как ни старался доктор-волшебник Лю Хуншен, до конца вылечить позвоночную грыжу спортсмену невозможно. Тем более восторгаюсь этим футболистом. С такой хронической травмой достичь подобных высот!

— Да, это очень круто.

— А знаете, как проникновенно, с мокрыми глазами он рассказывал о детских впечатлениях от натовских бомбежек Сербии? Еще на плохом русском. Одними глазами... Потребность поделиться этим оставалась в нем еще долго. Это на всю жизнь. И после таких разговоров понимаешь, что все эти футболы, скандалы, шоу-бизнес с мячом — пустяки. Оцени жизнь, испытай что-то, тогда в любом деле будешь мотивирован максимально. Думаю, именно в этом был секрет взлета Видича. Так советские спортсмены-фронтовики выигрывали послевоенные Олимпиады. После того, что они испытали, спорт был курортом и сплошной радостью.

— Мы с вами общались про Кавенаги для моего текста о нем. Многие ребята из команды говорили, что в отличие от Фернандо другой аргентинец — Клементе Родригес — адаптировался лучше. В чем это выражалось?

— Клементе не то чтобы лучше адаптировался. Он, по-моему, просто до конца не понял, куда и зачем попал, ха-ха. От него многого не ждали. Хотя он и был олимпийским чемпионом в составе сборной Аргентины! Скоростной, юркий, Homo-прямобегущий на поле и macho, скромно улыбающийся вне футбола. Любили все, не давило ничего. Он и не парился. Ему было мало надо, чтобы рассмеяться. Скажешь: «Привет, Клим!» — он и смеется. Золотой человек. В игре иногда заводился. Но там, видимо, соперники не по имени обращались, поэтому не до смеха было. За глаза его звали индейцем. Но, если бы и в глаза так звали, он бы только улыбался в ответ.

Первак любил «пробить фанеру», как в армии. Кавенаги его реально боялся

— Первак что за человек?

— Первак — красавец! Как водка! Волжанин, вырос в Челябе — не мужик, а коктейль Молотова. Во-первых, прост, как правда. Дают — бери, бьют — беги. Это легко просчитать, но не обязательно при этом обсираться. Как-то раз, когда отношения между нами добрые люди испортили, он предложил выйти «раз на раз». Потом и Павлюченко такое же рассказывал. «Да не вопрос», — отвечаю. Сверкнул он в ответ очами и произнес: «Ладно, иди». Первак любил поговорить под водку с салом и чесноком, но не любил, когда футболисты, выходя из самолета через наш бизнес-тамбур, косились в его сторону: «Да вы, ваше благородие, нарезались?». Любил «пробить фанеру», как в армии. Но не все к этому были готовы. Кави его, к примеру, реально боялся, а Погатец принимал боевую стойку в ответ. Австриец — нормальный парень. Реагировал на шутки очень хорошо. Хоть ничего в них не понимал.

— Трудно было держать дистанцию с Перваком?

— Как-то раз, еще в 2004-м, желая прогреть отношения, привез я ему полутораметрового осетра. Звонит вечером: «Вовик, всей семьей едим! Мы же земляки! Мы с тобой еще таких дел наделаем!» И наделали бы, честное слово. Михалыч в футболе шарит, на игроков чуйка развита, договорится по понятиям хоть с чертом лысым! Что еще надо?! На одних дрожжах с Гинером росли. Они, по-моему, одного уровня. Только у Леннорыча гранаты не той системы. Первак помог команде выйти в Лигу чемпионов. Я его поздравил в тот памятный вечер. Он меня потом чуть не матом поминал в интервью. Наверное, опять водки выпил. Только уже осетра привезти некому. Думаю, примерно так же он вел себя и с игроками. Гибкость — это не его. Дают — бери, бьют — беги. Но прежде чем бежать, ответь тем же. Но это в нашем футболе ра-бо-та-ет! По крайней мере, работало, когда легионеров было меньше.

— Первак ушел из «Спартака» летом 2005-го. Почему это произошло?

— Его сверг технический директор Евгений Смоленцев. Сказал, что тот пьет и позорит клуб. Меня он взял в союзники, и я к своему стыду, его поддержал. Поскольку мы оба были людьми Федуна. Все было похоже на футбольную стенку. Я не придумывал ту комбинацию, но со мной Смоленцев обыгрался. Это точный образ. Не придумал, но участвовал. И Федун послушал. Вообще Леонид Арнольдович — хороший мужик, но на первом плане для него всегда стоит бизнес и прагматизм.

Невио Скала и Андрей Талалаев. Фото Григорий Филиппов
Невио Скала и Андрей Талалаев. Фото Григорий Филиппов

Скала — глыба, а Талалаев предал нашу дружбу

— Невио Скала проработал в «Спартаке» совсем недолго. Какие воспоминания от их связки с Андреем Талалаевым?

— Еще один малоизвестный нюанс футбольной жизни. Скала — глыба. Нет вопросов. Андрюха — переводчик Глыбы, мечтавший стать когда-нибудь такой же глыбой. Мы подружились с Андреем. Был момент в Самаре, когда мы стали братьями по крови.

— Что за момент?

— Слишком пикантный. Не буду выносить. Но потом отношения разладились.

— Почему?

— По приезде из Самары Александр Абдулов пригласил нас на свое шоу «Естественный отбор» на канале «Рен-ТВ». Ну как ему откажешь? ВИП-фанат! Взял с собой Калиниченко, Самедова и поехали. Абдулов был очень рад! Сказал, что это самый счастливый выпуск программы. Ибо приехали братья-спартаковцы. Наши парни вышли в финал этого шоу. По-честному! Обыграв Диму Билана и Антона Макарского... И вдруг начались проблемы ТВ-характера. То напряжение в студии падает, то гранаты не той системы. Короче, я понял, что опаздываем на тренировку, и забрал ребят. Программа потом была позорно заретуширована, перемонтирована, а Абдулов очень расстроился. Привез я ребят на тренировку в Лужники на своей машине. Все равно опоздали. Минут на 10. Скала все увидел, конечно. И с центра поля прокричал мне на трибуну: Шевченко, ты оштрафован на 50 долларов! Перевел мне это на русский Талалаев. Который не знал, что я и без него понимаю итальянский.

— Из-за этого поругались что ли?

— Да нет, что вы. Спустя некоторое время, когда Первак убрал Скалу, а вместе с ним все, что к нему приросло, Андрей предал нашу дружбу и за что-то меня возненавидел. Словно я его убрал. А потом в интервью не раз приводил ситуацию со съемкой у Абдулова как пример непрофессионализма пресс-атташе Шевченко и, на этом основании, всего менеджмента Первака. Даже не зная, что я — менеджмент Федуна, а не Первака. Андрюха, брат, ты не прав! Да, я по неопытности лоханулся с той съемкой в день тренировки. Но уж очень просил Абдулов. Он был фанат «Спартака». Ты помнишь, Андрюха, что было спустя три года? Когда мы переоделись в футболки с фото смертельно больного Абдулова и надписью «Верим в победу»? Вся страна плакала, а Гавриилыч получил последний импульс в борьбе с недугом. Жаль, не выдюжил. Это больше, чем футбол, Андрей Талалаев! Обосраться по неопытности могут все. Но остаться человеком дано не каждому. Удачи тебе, брат.

Клесов — хороший парень, но перед ним поставили задачу быть плохим

— Как вам работалось со Старковым? Это действительно тренер-интеллигент, или, как потом говорили некоторые его недоброжелатели, интриган и лицемер?

— Мягкий, скромный, деликатный, умный, воспитанный. Этим сразу подкупает. Ни разу в нем не разочаровался. Для той, извините за выражение, концепции, которую я обрисовал выше, он очень подходил. Понтов и хабальства в футболе и без «Спартака» хватает. Многие спартаковские болельщики всерьез рассуждают о том, что под наши знамена во все времена вставали: а) цвет интеллигенции, б) совесть нации, в) соль земли русской. Если это так, то без буквы «с» на конце фамилии Старковс он вполне удовлетворяет этим требованиям. А с буквой <> в конце — так еще больше соответствует. В футболе всю жизнь. Пусть в первой лиге Союза, но был звездой. Наряду с другом Курбаном Бердыевым, Виталием Раздаевым. Футбольным людям он все доказал. Любит кино, книги, музыку. Увлекается психологией. Он хороший человек. А это уже много. Не про каждого в футболе так скажешь.

— А тот ли масштаб для «Спартака»?

— Тот. Что он и доказал за один полноценный сезон. Кого-то Старков, наверное, напугал моделью игры, но не меня. Из того материала, который у него был в сборной Латвии, он выжал такой результат!

— Как вел себя с командой?

— Был вежлив, корректен и доброжелателен. Ни мата, ни солдатского юмора. Первака, естественно, тоже не включал. Да он и не смог бы при всем желании. Да, интеллигент. К каждому старался найти ключик, расшевелить, если надо. Он своим видом внушал спокойствие и надежность. Как покажут дальнейшие события, внушал не всем футболистам. На установках я не бывал — там только команда. Но после игры, в быту, на тренировках — золотой человек.

— А вот про помощника Игоря Клесова нападающий Роман Павлюченко прямо сказал: «Плохой он человек, все делал, чтобы оттолкнуть от себя футболистов».

— А по мне и Клесов — хороший парень. Исполнительный. Не исключаю, что задачу стать недобрым следователем перед ним поставили. Но без этого тоже никак, если вдуматься. Должна ведь быть щука, чтобы карась не дремал. Спустя время я понял, что он и не должен был открывать душу нараспашку. А за один эпизод с Клесовым мне и вовсе стыдно. На сборах в Испании мы с игроками по вечерам зависали в номере у Войцеха, по-моему, обсуждали дела наши скорбные. Егор, Алень, Вой, Бояра, Калина, Зуй — All Stars, короче. Вот ребята и пожаловались, что не получают достойную медицинскую помощь. Доктора хотели поменять. Я возьми наутро и скажи это Клесову. Так мол и так, ребята кипят. Как можно от них требовать отдачи, когда они боятся сломаться и не получить адекватной помощи? Он выслушал, да как вставил мне по первое число, чтобы не лез не в свои дела! Это был хороший и правильный урок.

— То есть Клесов — положительный герой.

— Нет. Но не во всем Клесов был не прав, скажем так. Мы все косячим. То, что он якобы подслушивал что-то там под дверью, я не подтверждаю. Не ловил. Вот журналисты подслушивали. Я вечера с ребятами проводил. Выйду из «штабного» номера в час отбоя — упс, один ваш коллега тут как тут, по коридору «гуляет». Что не расслышит, то додумывает. А додумывать сначала было нечего. Вообще 2005-й в Спартаке похож на хрущевскую оттепель. Командой — с семьями — ходили в театры, в выходные собирались на шашлыки в Тарасовке. Душа команды? Упомянутый игроцкий штаб и был Душой. Они постарше, их не нужно учить Родину любить. Даже Ковалевски, который по степени русскости любого русского задвинет, оставаясь стопроцентным, рафинированным поляком и католиком! Спину держали ровно, в глаза друг другу смотрели открыто. Отсюда и результат. Я в этом уверен. Мы были здоровы. Инфицировали нас в следующем году.

Владимир Шевченко и Дмитрий Аленичев. Фото Архив Владимира Шевченко
Владимир Шевченко и Дмитрий Аленичев. Фото Архив Владимира Шевченко

Конфликт

— Когда между Аленичевым и Старковым пробежала первая кошка?

— Не исключено, что в момент назначения Старкова, ибо староверы не приняли его манеру крестить мячом поле.

— Это как?

— Его геометрия не напоминала стенки и забегания. Возможно, все усугубилось после возвращения в строй Титова, когда две хозяйки на кухне начали сталкиваться сковородками. Вполне вероятно, что на фоне проблем Аленичева с коленом и синтетикой, которые он не считал проблемами, а они, наверное, все-таки были. Там целая стая кошек. Хоть считай их на ночь. И все не будет правдой. У каждого своя история этого конфликта. Конфликта, которого по большому счету и не было. Просто сглупил Дима и все. С каждым бывает. Хотел как лучше, а получилось по Черномырдину. Очень уважаю Аленичева, но это мое мнение. Он психанул и сглупил. А вы, журналисты, его не то что не уберегли от катастрофы, а еще и «для потехи раздували чуть затаившийся пожар». Интересно, что теперь, спустя столько лет и став тренером, Аленичев думает обо всем этом?

— Почему вы как пресс-атташе не купировали ситуацию?

— Дима накануне прихода в «СЭ» позвонил и сказал, что хочет поведать миру о чем-то важном. «Не надо, — говорю, — только жить начали». «Нет, — отвечает, — хочу с Федуном говорить». Звоню я Федуну. «Дима бузит. Хочет или в газету, или к вам на прием». Он в ответ: «Солдаты к генералам напрямую не ходят. Может, перебесится?». «Да нет, — говорю, — не похоже. Он спокойный, а тут завелся». В общем, отказался принять.

— А дальше?

— Шеф решил спустить на тормозах. Тем более он куда-то улетал. Не верил, что такое может произойти. И вот еще что важно. Спортивный директор Евгений Смоленцев с самого начала отодвинул меня от работы со «Спорт-Экспрессом», и все, что выходило о «Спартаке» в вашей газете, было исключительно его сферой ответственности. Возможно, он Федуна и успокоил. Хотя не исключено, что сам это и инициировал. Среди бенефициаров этого кризиса Смоленцев де-юре, как всегда, ни при чем, но де-факто в первых рядах. Сразу же после выхода интервью, Старков и Федун сошлись в велосипедном сюрплясе — кто первый сдвинется. Каждый день по очереди, по несколько раз звонил мне и спрашивал: «ну как там?» А что я отвечу? Говорю Федуну: «Переживает, Леонид Арнольдович». И тут же Старкову: «Ничего конкретного, Петрович». Первым сдвинулся Старков — и подал в отставку. Вроде как и не выгоняли. Он сам.

— Как же так вышло, что чутье подвело Федуна?

— Федун был в шоке. По-моему, до последнего не верил, что Дима пойдет через голову. При этом я видел, в каком состоянии был Аленичев и передал это шефу. «Такое я от него никогда не слышал», — были мои слова. Шок у меня был потом, когда на трибунах начались митинги. Тогда стало понятно, что клуб хотят расшатать и выкупить. И пофиг им всем на какой-то «Спартак», Футбол, Дух и т.д. Шоу-биз он и есть шоу-биз. Каждый хочет получить от него свой кусок. Мне кажется, именно тогда и Федун в ответ сформулировал свою предельно прагматичную позицию (что потом обижало болельщиков). Футбол — шоу-бизнес, люди не трибунах — потребители. Так владельцу-миллиардеру помешали стать романтиком от футбола.

Федотов и Черчесов

— Был ли хоть один шанс у Владимира Федотова стать тренером на годы?

— Идея поставить вместо Старкова Черчесова принадлежит Смоленцеву, расправившему крылья после насильственного свержения Первака. Кандидатура Федотова в штабе заговорщиков изначально была временной и переходной. Потом на совещании Федун похвалит меня за попытку сыграть на опережение. Позже, тет-а-тет, спросит, что я думаю о кандидатуре Черчесова, от чего меня просто бросило в дрожь. Какие-то пазлы стали складываться. Люди кончились, опять пошли интриги. Так закончилась первая волна спартаковской оттепели. Григорьич — это боль душевная. Второй отец. После смерти мы встречались с его близкими. Жена Любовь Константиновна и сын Гриша сказали: «Он тебя любил». Ответил: «Я его тоже». Поплакали, помянули. Вот и все. А люди, замешанные в его травле, в пренебрежении человеческим в угоду собственной наживе, в уничтожении чистого футбольного разума, еще понесут за это ответственность. Пусть не в этой жизни...

— Давайте о Лиге чемпионов в 2006-м. Что было самое ярким? Поездка на метро на матч с «Интером»?

— Впечатлений, конечно, много. Метро — не главное. Тем более что я и не ехал с командой. Ехал из офиса на машине. 5 километров за 3 часа 40 минут. А самое крутое это, наверное, собственно проход в Лигу. Мечта сбылась. Каждый мальчишка мечтает играть в футбол. Или хотя бы прикоснуться вот так — на вытянутую руку. Да там не только у меня, у всех была эйфория. Даже после 0:4 от Баварии ехали с улыбками. Снимали на мобильные «Альянс-Арену» в красном цвете и делились, кто с кем футболками поменялся. Праздник одним словом. Работы не замечали, хоть ее было много. Это не была работа — любимое дело. Важно было не ударить в грязь лицом. И очень приятно, что потом в отчете для УЕФА особо отмечали работу пресс-службы. Вот это запомнилось!

— Лучший матч — в Лиссабоне?

— Конечно! Порвали «Спортинг», вышли в Кубок УЕФА, подарили праздник людям на другом конце Европы. Это ощущалось физически! Все были счастливы. И только на банкете нашлись добрые люди, подпортившие настроение. Мы сидели рядом с Федотовым, а по соседству один из членов совета директоров громко кричал Черчесову: «Давай, Стас! Мы с тобой — два кавказца — тут такое сотворим!» И Григорьич это слышал. И это было самое гнусное в день самого яркого впечатления. Черчесов, конечно, скажет, что он не сам, а его назначили. Это будет неправдой. Изначально Смоленцев хотел поставить его тренером. Уговорил и Федуна. Я был против. Федун не даст соврать. Но мой голос был глубоко-глубоко совещательным. Так...поболтать. Но хоть совесть чиста. Оставалось ждать повода для увольнения. Они его дождутся. Вскоре человек умрет. А Шавло скажет: это жизнь. Даже не поняв, ЧТО сказал.

Квинси Овусу-Абейе начал плести интриги и бросил играть

— Когда в «Спартак» пришел Квинси Овусу-Абейе, я подумал, что купили Рибери или по меньшей мере Куарежму. А вам чем он запомнился?

— У Квинси особая моторика. Взрывной стартовый рывок и очень быстрые ноги. Наверное, это и есть талант. Не знаю, на каком этапе карьеры это следовало окультурить и направить в мирное русло, но за годы в «Спартаке» это сделать не удалось. А так — да, в глаза он бросался с первого взгляда. Квинси — улыбчивый, но себе на уме. Родригес был таким же улыбчивым, но не придирчивым. Все-таки латиноамериканец из простой семьи. А Квинси по менталитету — европеец, поигравший в Англии. Наверное, элемент высокомерия в нем присутствовал. Это мое впечатление. В итоге он проявил свое недовольство и стал собирать свою банду внутри коллектива. Как только это случилось, он кончился как часть команды. Это часто связано. Или играть, или плести интриги. Совместить это невозможно.

— Что за банда?

— Квинси, Штранцль и тренер Тони Берецки решили выступить вместе. Наверное, потому что тренером был Черчесов. И был шанс найти понимание у него. Ерунда какая-то, не помню повода. Помню сам факт. Играть Квинси бросил, а что-то выторговывать — тут как тут. И быстро уехал в аренду.

— Из-за чего Квинси подрался с Быстровым?

— Оба обидчивы, да, это факт. Поэтому готовы были потолкаться. Но саму драку между Быстрым и Овусу я не видел, не на каждой тренировке присутствовал. Если честно, сколько я видел стычек между игроками -ни разу дело не дошло до нормальной драки. Так, потолкаются...и по углам.

Дмитрий Торбинский. Фото Алексей Иванов
Дмитрий Торбинский. Фото Алексей Иванов

Торбинский и чемпионство-2007

— Миф, воспринимаемый многими как факт — чемпионство-2007 «Спартак» упустил из-за того, что на матч 28 тура с «Сатурном» Черчесов не включил в заявку Торбинского. Из-за опоздания на установку. А как должен был поступить тренер? Ждать одного игрока?

— Торбина — это тоже боль души. Многие спрашивают — можно ли было его удержать. А что значит удержать? Не оставить его на базе, а взять с собой в Раменское и стать чемпионами? Да, безусловно! Итак, Евангелие от меня. Тарасовка. Выезд на матч после установки. Допустим, в 13.30 (не суть). Внимание! Ровно в 13.30 я находился под часами в фойе базы и видел, как Димка бежит в установочный зал. Если он и опоздал, то секунд на 20. Да гаркни ты на него, оштрафуй, кастрируй, но возьми с собой на главный матч сезона! Матч за такой долгожданный титул! Лучшего игрока команды на тот момент! Сам не езжай, но его втолкни в автобус! Но болельщики столько лет ждут победы, а ты тут секундочки кроишь, в армию играешь. Я уже не говорю о том, что основная установка все равно проходила в Раменском, спустя 2 часа. Зачем нужна была эта трагическая для команды мера? В итоге Торбинский не сыграл, золото упустили, а через год в сборной Дима доказал, что является заслуженным мастером спорта. Это самое глупое решение, с которым когда-либо сталкивался в футболе. Так выстрелить себе в ногу — надо суметь. Ужасно другое — что выстрелил тренер из гранатомета и осколками поранил миллионы болельщиков.

— Но разве не «Спартак» Черчесова был ближе всего к титулу?

— Самый сильный «Спартак» был при Старкове-Федотове. 2005-2006 гг. Следующий тренер быстро растерял этот потенциал, разогнав лидеров и нарушив преемственность. О какой силе команды можно говорить, когда Черчесов открыто признавал, что не понимает, как строить созидательную игру. Так и говорил: «Мяч держать получается. Надо теперь что-то впереди придумывать». Да надо бы, конечно. Мало ли. Вдруг выиграть понадобится.

— Вы написали гимн, начинающийся со слов «Москва слезам не верит, а в футболе и подавно» и сами же спели. Его ставили перед матчами. Душевная песня!

— Спасибо на добром слове. Музыка и поэзия — это мой околофутбол. Я много чего спел и сочинил. Песня, которую написал Стас Михайлов, на гимн не тянула. И мы с Федуном решили сделали другой, более подходящий по жанру. Сочинил, записали, предложил. Федун одобрил. И даже внес правку в последнюю строчку. Вместо «Спартаковцы, вперед» вставил «Вперед, «Спартак», вперед!». Фан-клуб с клубом ветеранов тоже одобрили. Мы в офисе сидели рядом. Очень скоро выяснилось, что гимн стал предметом офутбольнх спекуляций. Но мой гимн был нужен той команде. Романтической. Мечте начала 2000-х. Когда мечта рухнула, то и гимн перестал быть актуальным. Все логично. Новое время — новые песни.

— Гимн не приняла часть фанатов во главе с Иваном Катанаевым. И вообще с «Фратрией» у вас были натянутые отношения.

— «Фратрия» со времени ее основания, на мой взгляд, была профашистской организацией. Сейчас вроде не так. Но тогда суть объединения была понятной. На трибуне, подконтрольной Катанаеву, он же Комбат-18, появлялись баннеры нацистского характера. Что думали люди постарше, его не интересовало. Он конфликтовал со всеми, шел напролом. Напористый, с юношеским максимализмом вместо зрелого ума и сумасшедшей энергетикой. Все были в шоке, но думали: это чья-то шалость, и она скоро пройдет. Но, оказалось, что Мутко был в полном восторге от этого персонажа. Отсюда и картбланш ВОБу. Мутко лично мне говорил: «Представляете? Я говорю Комбату (даже не Катанаеву): нужны 300 человек через полчаса. Он в ответ: Так точно, Виталий Леонтьевич! Три звонка — и через полчаса приезжают 300 человек. Вот это организованность! Вот это сила!».

— Ну и ну.

— Я потерял обоих дедов в эту войну, да и воспитан в правильном советском антифашистском духе. Тогда считал ниже достоинства задумываться над тем, как хитрее обыграть эту подлую посредственность. Вот такие химические реакции были около футбола в 2007 году. На билетах откровенно спекулировали, что подтверждали представители УВД Москвы. Обычно в таких случаях что говорят? Время покажет. Что показало время? Катанаев украл фанатский общак и скрылся на Бали, уйдя — не смейтесь — в религию! Мутко тоже отошел от дел.

— Ваши пути со «Спартаком» разошлись именно на почве конфликта с фанатами и Мутко? Вы разослали в СМИ некие материалы на Виталия Леонтьевича и ВОБ.

— Можно найти в сети, как Мутко жаловался на меня Федуну. С просьбой решить вопрос по мне, окаянному. На Петровке и в Госдуме были люди против экстремистских группировок на футболе. Я был связным. И Федун был в курсе. Но в определенных кругах у них было лобби. Когда лобби победило, Федун избавился от токсичного актива в моем лице. Вот теперь все.

— Лучший тренер «Спартака»?

— Федотов

— Лучший футболист?

— Титов. Из легионеров — Видич.

Чемпионат России: турнирная таблица, расписание и результаты матчей, новости и обзоры

Выделите ошибку в тексте
и нажмите ctrl + enter

Нашли ошибку?

X

vs
34
Офсайд




Загрузка...
Прямой эфир
Прямой эфир