30 августа 2021, 09:45

«Чемпионка среди незрячих сама заполняет документы и переливает жидкость на допинг-контроле. Как так получается — не знаю»

Обозреватель
Читать «СЭ» в
Честное интервью участницы Паралимпиады в триатлоне Ксении Выборных и ее гида Алены Зубовой.

Ксения Выборных вместе с гидом Аленой Зубовой впервые выступили на Паралимпиаде в триатлоне для незрячих. Пока от медалей они были далеки — 10-е место, но в новой для России дисциплине уже само попадание на Игры — это достижение. Тем более в паралимпийском спорте масса нюансов. Ксения и Алена рассказали «СЭ»:

— как некоторые соперники прикидываются более незрячими, чем они есть на самом деле;

— почему в России сложно заниматься паралимпийским триатлоном;

— что делает гид в спорте для слепых и получает ли он призовые;

— почему в некоторых видах спорта гиды — мужчины, а в некоторых — женщины;

— и как остаться без зрения в 16 лет и не потерять надежды.

Работала с психологами, чтобы принять потерю зрения

— Как вы оказались в паралимпийском триатлоне? — вопрос Выборных.

— В 2014 году я услышала про Паралимпиаду в Сочи и поняла, что тоже туда хочу. На тот момент мне было 20 лет, я пыталась немного кататься на лыжах, но с подмосковной зимой это получалось раза три за сезон. Это был весь мой биатлон. После Сочи я стала искать тренера, но я жила в маленьком городе, и это было непросто. В итоге стала заниматься бегом и в 2015-м попала на соревнования IronStar в Сочи. Там я впервые увидела, что такое триатлон. Уже на будущий год я занялась плаванием, стала изучать, что же такое велосипед в тандеме...

— Это же страшно, когда вы не видите: одно дело соревноваться на стадионе, а другое — ездить на велосипеде по непонятным дорогам...

— Я бы, может, и рада бегать на стадионе, но я по своей природе не спринтер. В начале пути было очень страшно. Страшно плыть в открытой воде, страшно садиться на велосипед с новым человеком... Но мне это все интересно, поэтому я запихиваю свой страх куда подальше, иду и делаю.

— Как вы потеряли зрение?

— Серьезные проблемы у меня начались лет в 12, когда пошло созревание организма. Глаукома, отслоение сетчатки, и в итоге лет в 16-17 зрение стало пропадать совсем. Уже потом мы поняли, что, скорее всего, причина была в родовой травме.

— Наверное, потерять зрение в таком возрасте гораздо сложнее психологически, чем если бы вы изначально не видели.

— Конечно. Я и моя семья работали с психологами и постепенно учились принимать эту ситуацию. Получилось так, что года полтора у меня зрение то пропадало, то появлялось. Сосуды в глазах лопались, дня три-четыре я не видела совсем, а потом снова начинала видеть. Это было очень страшно психологически, но зато физически этот период дал мне и моим близким возможность постепенно адаптироваться. Например, раньше у нас в семье зубные щетки различались только по цвету — а теперь моя щетка стала другой формы. Продукты в холодильнике разложили по определенным местам, и все постепенно привыкли, что откуда взял — туда и положил, чтобы я потом могла это найти...

— Слышала истории, когда в паралимпийском спорте атлеты иногда притворяются, что видят хуже, чем есть на самом деле, чтобы таким образом получить преимущество.

— К сожалению, такое есть. Новая паралимпийская чемпионка Токио (испанка Сюзанна Родригес. — Прим. «СЭ») недавно еще выступала по классу слабовидящих, а сейчас перешла к незрячим. Хотя на допинг-контроле оказалось, что она сама заполняет бумажки и может перелить мочу из одной баночки в другую. Как так получается — я не знаю.

— Вы же проходите медобследование, перед тем как вам разрешат выступать в том или ином классе?

— Конечно. Ты привозишь все медицинские документы, плюс еще осмотр врачей и после него — консилиум. Но факт в том, что некоторые все равно что-то видят...

Два года не ездили на сборы и полдня проводили в пробках

— Как вообще становятся гидами паралимпийцев — людьми, которые выступают в связке с невидящим спортсменом на трассе? — вопрос Алене Зубовой.

— Я раньше сама профессионально занималась триатлоном. Потом сделала паузу, родила ребенка, ушла в семью и материнство. У меня папа — тренер, работает с паралимпийским спортом. В этот момент к нему пришла Ксюша, и он мне предложил попробовать себя в роли гида. Мы познакомились, поняли, что характерами сходимся и нам вместе комфортно. И так как у меня все равно было желание продолжать заниматься спортом, я согласилась.

— В легкой атлетике, например, у слабовидящих женщин почти всегда гиды — мужчины. Почему у вас не так?

— В каждом виде спорта свои правила. В триатлоне это запрещено, девочки могут выступать только с девочками. Это логично: мужчина заметно сильнее, и, например, в велосипеде это может дать преимущество — гид же сидит впереди. Плюс есть ограничение, что гид должен завершить собственную профессиональную карьеру не менее двух лет назад.

— Как технически вы помогаете своей спортсменке на дистанции?

— На дистанции плавания мы связаны специальным шнурком, который у Ксюши крепится поверх бедра, а у меня — на поясе. Тут моя задача — следить за правильным направлением, ведь мы плывем не только по прямой, но и вокруг буев, например. На велосипеде у нас — тандем, я сижу впереди. Периодически даю команды — например, что нужно работать в подъем или впереди спуск, — хотя мы уже давно вместе и Ксюша чаще всего сама все понимает и подстраивается. В ходе бега у нас короткая связка, то есть руки работают вместе. Я должна Ксюшу предупреждать, если какая-то неровность на дороге, чтобы она не получила травму.

— В быту вы тоже помогаете своей спортсменке?

— Если я нужна — конечно, помогаю. Но Ксюша достаточно самостоятельна и в основном все делает сама. В Олимпийской деревне, например, я помогала с выбором еды, принести поднос, убрать за собой посуду... У нас вообще очень теплые отношения, мы и подружки, и коллеги. Такое бывает, кстати, не всегда: в паралимпийском спорте все взрослые, со своей картиной мира, и далеко не обязательно она совпадает. Есть масса примеров, когда люди не сходятся характерами и потом спортсмен ищет себе нового гида или гид — спортсмена.

— Гид получает призовые и медали или только спортсмен?

— Мы получаем медали, спортивные звания и призовые наравне со спортсменами. Считаю, это правильно: гид несет огромную ответственность, без него спортсмен не сможет выступать.

— Вы говорили, что хотите в Париже-2024 выиграть паралимпийскую медаль. Что для этого нужно?

— У нас очень много работы, нужно подтягивать плавание и вело, прибавлять в беге. Надеюсь на поддержку нашей федерации, потому что пока ее было очень мало, и мы многое делали своими силами. В мире федерации триатлона обычно единые, а у нас паралимпийская — отдельно. Я бы хотела, чтобы все объединились. Последние два года мы готовились в Москве, без сборов. Так получилось в том числе из-за ковида, но это очень тяжело, когда ты полдня тратишь на дорогу по пробкам. Тем более это тяжело Ксюше.

— Вы много участвуете в обычных любительских стартах по бегу и триатлону. Как реагируют остальные участники?

— Мы были первым в России женским экипажем в этой дисциплине, и понятно, что людям нужно время, чтобы привыкнуть. Не то чтобы нас обижали, но некоторые участники боялись за свою безопасность на трассе. У нас же тандем, выглядит для кого-то странно, но на самом деле мы совсем не опасные для других. Да и мы стараемся участвовать в таких соревнованиях, где на велогонках раздельный старт. Или на беговом этапе — мы бежим рядом, и обгонять нас сложно. Но это и для нас сложно, когда надо кого-то обойти на узкой дороге. Но мы недавно сделали «половинку» Ironman в Санкт-Петербурге, и было так приятно, когда люди вдоль трассы и потом в соцсетях нас поддерживали. Надеюсь, что после Токио о нас узнает еще больше людей и для кого-то Ксюшина история станет вдохновением.

Ксения Выборных
Родилась 6 апреля 1994 года.
Выступает за Москву.
Тренер — Владислав Аданичкин.
Трехкратный призер этапов Кубка мира (2019, 2021).
Участница Паралимпийских игр в Токио вместе с гидом Аленой Зубовой. Результат — 10-е место.

Реклама
Прогнозы на спорт
Расставь приоритеты.
Новости