15 мая 2021, 08:30

«У Этери ты либо работаешь, либо уходишь с катка. Каждая тренировка — стресс». Турецкий фигурист — о Тутберидзе и Мишине

Рустам Имамов
Корреспондент отдела спорта
Читать «СЭ» в Telegram Дзен ВКонтакте
Басар Октар сравнил подходы лучших тренеров России, а также рассказал об отношении Турции к нашей стране.

Российские тренеры часто приглашают иностранных фигуристов для тренировочных сборов в России. Для них это неплохой дополнительный источник заработка, потому что наши специалисты очень востребованы за рубежом и, соответственно, занятия с ними хорошо оплачиваются. Для иностранцев же, особенно из стран, где фигурное катание пока только делает первые шаги, такие сборы — чуть ли не единственный шанс заявить о себе и повысить свой уровень. Турецкий фигурист Басар Октар, так же как и многие другие иностранцы, ездил до пандемии несколько раз на сборы в Россию. Но он интересен тем, что вместо небольших двухнедельных сборов проходил полноценную предсезонную подготовку с россиянами, причем не где-то там, а на катках лучших тренеров России — у Этери Тутберидзе, Алексея Мишина и на катке ЦСКА у Елены Буяновой. «СЭ» поговорил с Басаром об общих и различных чертах тренерского подхода специалистов, а также о специфике фигурного катания в Турции и об отношении страны к России.

Краткие тезисы разговора:

— Тутберидзе — жесткий специалист, но дает результат
— Взгляды Мишина на фигурное катание устарели
— Татьяна Тарасова редко включается в жизнь группы Буяновой
— В Турции Россию считают самой сильной страной мира
— Тутберидзе или Загитову в Стамбуле вряд ли узнают на улице

Этери жесткая, но в спорте иначе нельзя. Если хочешь добиться результата

— Этери Тутберидзе — вероятно, самый успешный и влиятельный тренер сейчас в мире. Как вы попали в ее команду?

— Это был невероятный опыт, за который я благодарен национальной федерации фигурного катания, они поддержали меня в этой поездке. Спортсмены в команде Тутберидзе — сплошь мировые звезды, было очень полезно посмотреть, как они готовятся к стартам. И поработать самому, не только с самой Тутберидзе, но и с Даниилом Глейхенгаузом, с Сергеем Дудаковым, с Сергеем Розановым (он на тот момент работал в «Самбо-70». — Прим. «СЭ»).

— А как вы получили приглашение?

— От Сергея Розанова. Я его знаю порядка семи лет, он был несколько раз в Стамбуле с тренировочными сборами. До пандемии я три года подряд ездил на сборы в Москву, к разным тренерам. Два года был у Тутберидзе, в 2019-м ездил в ЦСКА к Елене Буяновой. Впервые в Москву я отправился шесть лет назад на сборы в группу Волчковой, там был и Розанов. Мы договорились держать связь. И вот когда он стал работать в команде Тутберидзе, он пригласил меня на сборы в «Хрустальный». Естественно, я согласился, это отличная возможность для меня. Тутберидзе посмотрела несколько видео с моим участием, дала добро на мои занятия, и уже через месяц я был в «Самбо-70».

— Как долго вы тренировались в «Хрустальном»?

— Во время первой поездки — полтора месяца, во второй раз уже два с половиной месяца. Мог бы и больше, тренеры были не против, но есть и финансовая сторона вопроса.

— Как вы охарактеризуете Тутберидзе в качестве тренера?

— Она очень хороший специалист. И если у меня будет еще одна возможность поехать к ней на занятия, я постараюсь ей воспользоваться.

— Возможно, вы слышали мнения об Этери, что она очень жесткий тренер?

— Конечно, и это правда.

— Вас это не смущало?

— Когда я только пришел на каток, помню, она сказала, что я пока что ни на что не гожусь и мне предстоит очень, очень много работы. Не было ни лжи, ни желания меня оскорбить. Была пусть и жесткая, но правда. На что мне было обижаться и зачем? Да, Этери жесткая, но в спорте, наверное, иначе нельзя. Если хочешь достичь результатов, конечно.

— Множество спортсменов из разных стран приезжают на небольшие сборы к Тутберидзе летом.

— Помню девушку из Китая, очень маленькую. Больше никого не вспомню, насколько я знаю, это сборы на несколько дней. Я же тренировался вместе с основной командой «Хрустального». Поэтому там были только представители России и Грузии.

Для Тутберидзе регалий нет — надо все доказывать с каждой тренировкой

— Вы общались с Этери Георгиевной с помощью переводчика?

— Нет, у нее отличный английский. У меня не самый лучший, но я стараюсь.

— Что вам дали занятия в «Самбо-70»?

— Я смог решить проблемы с тройным акселем, он у меня теперь достаточно стабильный. Больше всего работали именно над прыжками, пробовали разные четверные, изучали комбинации прыжков, каскады 3-3. Я ехал к Тутберидзе ради техники, поскольку в этом вопросе ее команда хорошо разбирается.

— Вы тренировались отдельно или с главными звездами «Хрустального»?

— Вместе со всеми. Тренировочные группы делят, но так как я старшего возраста, чаще всего меня ставили вместе с Алиной Загитовой, Александрой Трусовой, Анной Щербаковой и другими звездами. Так что я часто с ними общался. Не все из них знают английский, поэтому разговор шел не со всеми. С Загитовой, к примеру, поговорить не получилось. Разве что по-татарски можно было, татарский с турецким же очень похожи, если не ошибаюсь.

— Какие главные слова от Тутберидзе вы можете вспомнить? Что-то мотивирующее, например.

— В основном разговор шел о технических моментах, мне мотивация была не нужна, я сам мотивирован. У Этери так не бывает, что ты не хочешь тренироваться и она тебя заставляет. У Этери если ты не хочешь заниматься, то ты уходишь с катка и все.

— С вами Тутберидзе занималась так же, как и с российскими звездами?

— Думаю, да, я разницы в отношении не видел. Для нее на катке все равны и не так важно, что ты сейчас умеешь и чего достиг. Регалий нет, надо все доказывать заново с каждой тренировкой. Она жесткая, но справедливая. Иногда может показать свой характер, спорить не буду.

— На ваш взгляд, это правильно?

— Есть плюсы и минусы. Тренировки у нее — это всегда стресс. Стараешься выдать свой максимум, показать все, что можешь. Тренировка — это как соревнование, если не сложнее. К тому же еще огромная конкуренция: рядом с тобой точно так же работают мировые таланты. Но с другой стороны, а как еще вырасти? Я видел еще совсем юных Щербакову и Трусову, как они делают четверные. Это вдохновляет.

Взгляды Мишина немного устарели, а ведь фигурное катание не стоит на месте

— Вы тренировались и у Алексея Мишина. Можете рассказать об этом опыте?

— Я ездил к нему на сборы в Таллин. Там были Алексей Николаевич и Артур Гачинский. А один раз они вдвоем приезжали к нам в Турцию, проводили международные сборы. Точнее, вместе со своей группой они решили разнообразить тренировочный процесс и лето провести в теплой стране. Нашли каток, тренировались, пригласили турецких ребят и ребят из других стран. Было здорово. Всего я три раза был на сборах у Мишина.

— Как его охарактеризуете?

— Он также сильный специалист, но заметно более спокойный, добрый. Не то чтобы добряк. Что-то среднее, в самый раз. Он говорит по-английски, проблем не было никаких. Все здорово.

— Для вас такой режим тренировок более комфортен, чем быть под стрессом, как у Тутберидзе?

— У Мишина я был более спокоен, у Тутберидзе я часто испытывал стресс. Но и чувствовал при этом прогресс. Поэтому сложно сказать, что лучше. Мы видим, что спортсмены и результаты лучше у Тутберидзе. Поэтому, наверное, ее методы сейчас более актуальны. Алексей Николаевич — также отличный специалист и подготовил немало крутых спортсменов, и сейчас показывает результаты. Но все же уступает Тутберидзе. Этери, безусловно, номер один.

— Считается, что Мишин внедряет в тренировочный процесс науку. Вы на себе это прочувствовали?

— Да, вполне. Он очень образованный, умный человек и старался объяснить не только что мы делаем, но и зачем мы это делаем. Еще он настоящий шутник. Конечно же, он шутил обычно по-русски и я не понимал многое, но для иностранцев некоторые шутки он переводил. Причем, как я понял со слов русских ребят, перевод был с адаптацией.

— А русский язык вы не пытались учить?

— Слова не понимаю практически. Язык очень сложный, я учил алфавит, могу что-то прочесть. Но не понимаю смысла слов.

— Что скажете об атмосфере на катке в сравнении с «Хрустальным»?

— В команде Тутберидзе практически каждый рядом с тобой — мировая звезда и на тренировках показывает невероятные вещи. Приходится тянуться за ними, стремиться. Это не всегда просто, зато мотивирует. У Мишина такой конкуренции уже нет, но в любом случае уровень сильно выше, чем в Турции. Так что мне было это полезно.

— Согласны, что главная проблема команды Мишина — упор именно на технику?

— Думаю, да. В основном мы занимались прыжками, у него отчасти устаревшие взгляды на фигурное катание, что важна только техника. Но ведь фигурное катание не стоит на месте, развивается.

В команде Тутберидзе мне понравилось разделение обязанностей

— Что скажете об опыте тренировок в ЦСКА? Есть мнение, что команда Буяновой сейчас в кризисе.

— Она выкладывается с каждым учеником. Особенно много времени она уделяла Артуру Даниеляну. Его я знаю очень давно, с юниорского «Гран-при» в Загребе. Это большая звезда, но сейчас у него сложности из-за здоровья. Давайте дадим ему время проявить себя.

— Вы видели Анастасию Губанову, Елену Радионову на льду?

— Губанову — нет, а вот Радионова была. Еще Сергей Воронов тренировался. Больше известных людей не вспомню. На соседнем катке видел Александра Самарина.

— Татьяна Тарасова была на катке?

— Иногда приходила, но на небольшое время.

— Что скажете о Буяновой как тренере?

— Мне с ней было также комфортно, она хороший специалист.

— Тутберидзе, Буянова, Мишин — одни из самых успешных российских тренеров современности, и вы занимались с каждым из них. Можете сопоставить их друг с другом?

— Тутберидзе требовательная, но зато точно дает результат. Она всегда работает в команде с с Глейхенгаузом, Дудаковым. На тот момент — и с Розановым. Тренировочный процесс разделен: сначала 20 минут развиваем навыки катания с Даниилом, потом подключается Дудаков, и мы работаем над прыжками. Тутберидзе все контролирует, мне понравилось это разделение обязанностей. В команде Мишина упор делают на набор физической формы, различные упражнения на технику. Тренироваться там весело, поскольку в тяжелый момент, когда устаешь, тренер всегда подбодрит хорошей шуткой. У Буяновой я тренировался не так много, но в целом скажу, что она что-то среднее между Мишиным и Тутберидзе.

Путин и Эрдоган похожи, но Россия развивается, а Турция — нет

— Как вам Москва?

— Красивый и многолюдный город. Как и мой родной Стамбул. У нас даже во время пандемии в городе много людей, а до вируса было вообще не пройти. Настоящий мегаполис, точно самый большой город в Европе. Поэтому все те, кто жалуется на шумную Москву, — приезжайте в Турцию. Узнаете, что такое настоящий шумный город.

— Вам комфортнее жизнь в Турции или в России?

— Конечно же, Турция мне ближе, это родная для меня страна с родным языком, традициями. Но для фигурного катания лучше жить в России. Таких условий для фигуристов, как в Москве, нет, пожалуй, нигде в мире.

— Что люди в Турции думают о России?

— Большинство турок считают Россию самой сильной страной мира. Некоторые спорят, кто сильнее — Россия или США, но большинство выбирают Россию.

— Боятся нас?

— Нет, что вы. Турция воспринимает Россию как своего союзника и друга. Для меня Россия — это тоже друг. Я люблю Россию, люблю Владимира Путина.

— При этом в наших отношениях часто возникают сложности.

— Это неизбежная часть политики. Главное, что народы относятся друг к другу здорово и чувствуют общность. Турция не может без России, как и Россия без Турции, нас многое связывает. В России живет много турок, в Турцию приезжают миллионы российских туристов. И часть российских регионов имеют связи с Турцией, в том числе Татарстан, откуда Алина Загитова и Камила Валиева.

— Многие сравнивают Путина и Эрдогана. Они и правда похожи?

— У них есть схожие черты — оба действуют жестко. Но нужно говорить о результатах. Россия с Путиным мне нравится, а Эрдогана я не поддерживаю.

— В чем причина?

— Посмотрите на турецкую экономику — она падает с каждым годом, причем это не связано с пандемией напрямую, тренд на дефицитный бюджет наметился еще пять лет назад. Нас облагают все большими налогами. С каждым годом все больше митингов, растет оппозиция. Думаю, недалек тот день, когда власть в Турции сменится.

— Вы празднуете на государственном уровне что-то вроде дня Эрдогана в июле, когда люди идут по улице с портретами президента.

— 15 июля — это не день рождения Эрдогана, праздник следует понимать как «день спасения Турции». В этот день в 2016 году была попытка военного переворота, и считается, что Эрдоган спас страну. По крайней мере он сам так считает. Что касается людей с портретами, не могу сказать за всех, но вряд ли все из них искренне так любят президента.

Не видел в Турции ни одну девушку в хиджабе, при этом к спортсменкам относятся со скепсисом

— Вы говорили, что Загитову в Турции никто не узнает. А если Тутберидзе прогуляется по Анкаре или Стамбулу?

— Разве что ее встретит редкий спортсмен-фигурист. Например, российский — на отдыхе.

— Может, кто-то смотрит соревнования?

— Есть люди, которые смотрят по телевидению, но их очень мало. Да и не показывают у нас практически фигурное катание. Замкнутый круг, но хорошо, что сейчас есть интернет.

— Что ваши друзья и родственники думают о вашем увлечении фигурным катанием?

— Они гордятся мной и поддерживают. Все-таки я представляю сборную страны на международных стартах.

— Неужели не подшучивают?

— Иногда. Они смотрят мои прокаты и смеются, когда я падаю.

— Как вы тогда стали фигуристом в такой стране, где о фигурном катании мало кто слышал?

— Впервые я попробовал кататься в шесть лет, это был совсем небольшой каток в торговом центре. Катался для удовольствия, но меня заметила тренер, предложила попробовать заниматься постоянно, чтобы в будущем стать спортсменом. Мне тогда было восемь. Я решил попробовать, почему нет. И вот больше 10 лет я тренируюсь, не сказать пока, что достиг чего-то высокого, но в меру своих сил и возможностей я развиваюсь.

— Сколько в стране ледовых арен, хотя бы примерно?

— В Стамбуле только один каток, этого точно не хватает. Сложно найти время для тренировок, он всегда забит.

— А сколько всего фигуристов?

— Думаю, наберется где-то 200-250. Но это не такие профессиональные спортсмены, как в России с четверными прыжками. Это любители, которые занимаются хотя бы раз в неделю и могут сделать базовые упражнения.

— Но ребята, которые могут делать четверные и тройные аксели, все же в стране есть?

— Три-четыре человека вместе со мной. Может, пять.

— Это только парни?

— Девушек в фигурном катании мало. Пока что только три девушки смогли разучить тройные, о четверных и речи не идет.

— Это связано с культурными и религиозными особенностями страны?

— Думаю, да. В клубе фигурного катания Стамбула жесткие требования по одежде для женщин, которые хотели выйти на лед вместе с мужчинами. И в целом не лучшее отношение к девушкам в спорте. До сих пор наше общество мыслит стереотипами, но постепенно меняется. Хороший пример — Захра Лари, девушка из Арабских Эмиратов. Первая фигуристка в хиджабе, она много сделала для развития фигурного катания в исламском мире. А ее тренер работала в Анкаре.

— Девушки в Турции выходят на соревнования в хиджабе?

— Пока что не было ни одной. По крайней мере, я не слышал.

Судьи сначала смотрят на флаг, а потом на выступление фигуриста

— Два года назад Татьяна Навка организовала в Турции большое ледовое шоу. Это было сделано для местной публики либо для российских туристов?

— Думаю, такой проект сделал фигурное катание в Турции более известным. Несколько наших спортсменов приняли участие в этом шоу как артисты, много людей пришло посмотреть это шоу. Даже если цель была привлечь российских туристов, проект Навки помог и турецкому фигурному катанию.

— Когда-нибудь фигурное катание в Турции может стать таким же важным видом спорта, как футбол и баскетбол?

— Мне хотелось бы верить, что да, но вообще вряд ли. Интерес почти нулевой, и не особо понятно, что должно случиться, чтобы он поднялся. Но если будут строить ледовые катки, то кто знает? Но опять же, для этого мы должны увидеть желание властей. Пока его нет, у властей другие приоритеты.

— Вы сейчас на своем максимуме в плане возможностей либо еще можете развиваться?

— Я точно могу и буду. Я способен на большее. В Турции заниматься фигурным катанием сложнее, чем в России, к тому же я поздно начал. Поэтому двигаюсь потихоньку. Уже стабильно делаю тройной аксель, выезжаю с четверных. Пробую разные квады, в основном тулуп, иногда сальхов. Получаются с разным успехом. Но нужно работать. Если говорить о целях — то это минимум два четверных прыжка и стабильное катание. Тогда у меня будут шансы побороться за высокие места. Почему нет? Пример Фернандеса вдохновляет. Он кумир для всех ребят, кто не из стран первой пятерки фигурного катания. Сломал барьер. Потому что судейский барьер до сих пор существует, многие судьи сначала смотрят на флаг, а уже потом на выступление...

Откройте глаза на свое будущее

Новости