Вольфганг Пихлер: «Шансы выиграть суд с МОК у россиянок — хорошие»

Дмитрий Кузнецов
Корреспондент
4 марта 2020, 21:45
Вольфганг Пихлер. Фото Федор Успенский, "СЭ"
Тренер сборной России на Олимпиаде в Сочи рассказал «СЭ» о том, как проходил процесс в CAS.

Немецкий тренер был одним из ключевых свидетелей защиты в делах российских биатлонисток против Международного олимпийского комитета. Именно он был тренером женской сборной России на домашних Олимпийских играх и руководил Ольгой Зайцевой, Яной Романовой и Ольгой Вилухиной, у которых впоследствии были отобраны олимпийские медали. В беседе с корреспондентом «СЭ» нынешний тренер женской команды Швеции по лыжному двоеборью рассказал о впечатлениях от участия в слушаниях.

Мне за время работы в России не предлагали допинг

— Господин Пихлер, как прошли слушания, о чем у вас спрашивали в суде?

— Было много вопросов о том, как и где мы тренировались. Я рассказывал, что мы много времени провели в России. Также спрашивали о том, с кем я общался. По данным Родченкова я встречался с людьми, которых я вообще не знаю. Или, к примеру, он сказал, что в январе 2013 года мы с Глазыриной были в Оберхофе, остались там после Кубка мира. Хотя мы вместе с ней и Зайцевой находились в Зефельде, готовились к этапу Кубка мира в Рупольдинге, а Глазырина даже не планировала приезжать в Оберхоф. Допрос длился в районе часа. Мой главный посыл был в том, что Родченков лжет.

— Вас спрашивали исключительно про его показания, не было других доказательств?

— Меня спрашивали не про Родченкова, а скорее про то, как мы тренировались и думаю ли я, что российские биатлонистки чисты, почему я так считаю. И я нес ответственность только за Зайцеву и Романову, и не мог отвечать за Вилухину.

— Вы слышали что-нибудь о подделке подписей Родченкова?

— Насколько я понял, МОК признал эту подделку. Но не уверен в этом. Во всяком случае, я об этом слышал. В любом случае, вполне возможно, для них самих это было сюрпризом.

— Вы заметили какую-то предвзятость со стороны судей, что политика может вмешаться в процесс?

— Это было нормальное слушание, но оно было тяжелое, они задавали много вопросов. Я говорил правду. Также я сказал, что наши результаты в Сочи были не очень хорошими. Какой тут допинг? И никогда мне за время работы в России не задавали вопросы о допинге, не было предложений. Мы просто работали.

Как можно доверять свидетелю, который врет?

— Про список «Дюшес» у вас спрашивали?

— Я сказал, что слышал об этой информации, но никакого отношения к ней не имею. И даже в случае с Глазыриной, но я с ней не работал, за нее нес ответственность другой тренер, я был с другими спортсменками на сборе в Рупольдинге. Не знаю, что там произошло. Но для меня странно, что она приехала к нам заранее, если было понимание, что она на допинге. Тем более что все российские биатлонистки всегда были под контролем ВАДА. Если они знали, что она на допинге, почему ничего не произошло уже в Рупольдинге? Мое видение — что Родченков — не тот персонаж, которому стоит доверять. Как можно в принципе рассматривать дело на основе показаний одного человека? Как можно доверять свидетелю, который врет?

— Странно еще, что он единственный свидетель, больше ничего у МОК, так понимаю, нет.

— Согласен. Но для меня непонятно, как ему доверяют! Он лжет, это просто факт. Насчет моего пребывания в Оберхофе, и никогда не планировалось, что туда приедет Глазырина. Плюс его подписи — фальшивка.

— Вроде бы МОК представил новые доказательства, что Родченков все-таки давал согласие на подписание этих документов.

— Посмотрим, как будет разворачиваться ситуация. Но если больше нет никаких деталей, о которых мы не знаем, мое мнение — шансы выиграть хорошие. Все надеемся на это. Большего мы сделать не можем. На мою карьеру это уже сейчас не влияет.

Биатлон: другие материалы, новости и обзоры читайте здесь

Выделите ошибку в тексте
и нажмите ctrl + enter

Нашли ошибку?

X

vs
14
Офсайд




Прямой эфир
Прямой эфир