17:30 6 марта 2011 | Биатлон

Большая разница

Юный немец Арндт ПФАЙФФЕР своей жаждой борьбы завоевал расположение болельщиков. Фото AFP
Юный немец Арндт ПФАЙФФЕР своей жаждой борьбы завоевал расположение болельщиков. Фото AFP

ЧЕМПИОНАТ МИРА

Обозреватель "СЭ" - об очередных неудачах российских спортсменов на чемпионате мира по биатлону.

Елена ВАЙЦЕХОВСКАЯ

В один из первых дней чемпионата мира двукратный олимпийский чемпион по биатлону Дмитрий Васильев рассказывал комментатору Владимиру Гомельскому, что по нынешним спортивным временам – большое достижение финишировать в первой десятке на чемпионате мира. Можно, конечно, поиронизировать, что на фоне нынешних выступлений российских биатлонистов Васильев, как член правления СБР, вынужден давать именно такие комментарии, чтобы хоть как-то скрасить общую картину, но можно и согласиться. Взять, например, чемпиона мира в спринте Арндта Пайффера, занявшего четвертое место в гонке преследования: вроде бы та же самая "деревяшка", которая днем ранее досталась Андрею Маковееву и Ольге Зайцевой, но каким же неописуемым удовольствием было за Пайффером наблюдать! И тогда, когда он на протяжении четырех кругов подряд уверенно чеканил шаг по направлению ко второй золотой медали, и позже, когда остервенело сражался за уже, увы, бронзу. Этой отчаянной самоотверженностью юный немец перетащил на свою сторону такое количество болельщицких симпатий, что норвежца Бе, мертво перекрывшего Пайфферу бровку в финишном коридоре, публика разорвала бы на части, дай ей волю.

В этом, собственно, и заключается та самая разница, которая делает восприятие четвертых и далее мест совершенно разным.  Для любого уважающего себя тренера важно именно это – способен твой спортсмен ввязаться в драку между сильнейшими или нет. Если способен – значит, все в порядке. Значит, все, что ты, как тренер, делаешь, - ты делаешь правильно.

Тут можно вспоминать множество самых разных историй. Например о том, как в 1973 году группа советских тренеров по плаванию впервые отправилась на зарубежную месячную стажировку в Австралию. В один из дней гостей пригласил на свою тренировку  выдающийся австралийский специалист Форбс Карлайл. Показывая группу, тренер сказал: "Думаю, что восемь человек из этой группы на ближайшем чемпионате страны войдут в состав сборной Австралии, а один станет чемпионом мира".

На вопрос, о ком именно речь, тренер рассмеялся: "Я этого пока не знаю..."

Несколько месяцев спустя карлайловский Стефан Холланд стал победителем первого мирового первенства на дистанции 1500 метров вольным стилем.

Помню я и историю, резко изменившую отношение спортивного руководства СССР к плаванию и пловцам. Произошло это на Олимпийских играх 1976 года в Монреале. Но не тогда, когда сразу три советские брассистки поднялись на пьедестал, а в мужской эстафете 4х200 метров. На протяжении первых трех этапов битва между сборными США и СССР шла, что называется, "ноздря в ноздрю". Мой отец, который тогда руководил сборной, позже рассказывал: "Я прекрасно понимал, что на четвертом этапе у американцев прыгнет в воду Джим Монтгомери и нарисует моим парням "Счастливо оставаться!". Но когда я взглянул на руководство, то понял, что они, в отличие от меня, этого не знают. И что для них  все происходящее – некий момент истины. Который заключается в том, что советская команда на равных сражается с американской. Сильнейшей в мире. С этого момента все мои просьбы в отношении команды стали удовлетворяться просто стремительно".

Вспомнилось все это не случайно. Просто подумалось в процессе очередных безрадостных для России гонок, что самое горькое и болезненное для российских болельщиков заключается вовсе не в цифрах, которые стоят в итоговых протоколах против фамилий "своих" биатлонистов. А в понимании, что на этом празднике жизни мы оказались не у дел. И даже если очень повезет, можем быть в лучшем случае в той почетной "десятке", о которой говорил Васильев. А те, кто наверху, – это на данный момент просто другая лига.

И, несмотря ни на что, мы продолжаем за них болеть. Желаем успеха, верим в несбыточное, плачем, пьем корвалол, и не только его, и верим, что настанет новый день и все каким-то волшебным образом вернется в те самые времена, когда наши спортсмены бились с кем угодно на равных.

Наверное, это похоже на фантомную боль. Когда руки уже давно нет, а она болит, болит...

Материалы других СМИ