14:00 11 июня 2017 | Футбол — РПЛ

Сергей Фурсенко: "После финала Кубка УЕФА весь "Зенит" расписался на моем новом белом смокинге"

16 марта 2008 года. Санкт-Петербург. "Зенит" - "Спартак" - 0:0. Сергей ФУРСЕНКО, Дик АДВОКАТ и Станислав ЧЕРЧЕСОВ. Фото Алексей ИВАНОВ, "СЭ" Константин САРСАНИЯ. Фото Алексей ИВАНОВ, "СЭ" Властимил ПЕТРЖЕЛА и Игорь ДЕНИСОВ. Фото Александр ФЕДОРОВ, "СЭ" Властимил ПЕТРЖЕЛА и Сергей ФУРСЕНКО. Фото Владимир ЮРИНОВ 3 мая 2006 года. Москва. ЦСКА - "Зенит" - 1:0. Эта встреча в Кубке России стала последней для Властимила ПЕТРЖЕЛЫ (слева) на посту главного тренера питерской команды. Фото Алексей ИВАНОВ, "СЭ" 3 июля 2006 года. Санкт-Петербург. Сергей ФУРСЕНКО представляет нового главного тренера "Зенита" Дика АДВОКАТА. Фото Вячеслав ЕВДОКИМОВ, ФК "Зенит" Гус ХИДДИНК и Дик АДВОКАТ. Фото Александр ФЕДОРОВ, "СЭ" 6 марта 2007 года. Сергей ФУРСЕНКО (в центре) представляет новичков команды Константина ЗЫРЯНОВА и Анатолия ТИМОЩУКА. Фото Вячеслав ЕВДОКИМОВ, ФК "Зенит" Дик АДВОКАТ. Фото Никита УСПЕНСКИЙ, "СЭ" 14 мая 2008 года. Манчестер. "Зенит" - "Рейнджерс" - 2:0. Радость питерцев.. Фото REUTERS 29 августа 2008 года. Монако. "Манчестер Юнайтед" -  "Зенит" - 1:2. Питерцы с Суперкубком УЕФА. Фото REUTERS
16 марта 2008 года. Санкт-Петербург. "Зенит" - "Спартак" - 0:0. Сергей ФУРСЕНКО, Дик АДВОКАТ и Станислав ЧЕРЧЕСОВ. Фото Алексей ИВАНОВ, "СЭ"

В 2009 году вышла в свет книга обозревателя "СЭ" Игоря РАБИНЕРА "Правда о "Зените". Во время работы над ней журналист, в частности, взял эксклюзивные интервью у Сергея Фурсенко и Константина Сарсании, которые в конце мая вернулись на руководящие посты в питерском клубе. В отрывках из книги, – подробный рассказ ее героев о том, как формировался тот "Зенит" времен Дика Адвоката, который впервые в истории клуба выиграл титул чемпиона России, а полгода спустя – и Кубок УЕФА. В этих же отрывках говорит не только сам Фурсенко, но и другие – о нем.

КАК ИГРОКИ ГЛУМИЛИСЬ НАД СЛОВАМИ О ТРЕХ КУБКАХ УЕФА ЗА 10 ЛЕТ

1 декабря 2005 года в "Зените" произошли кардинальные изменения. Контрольный пакет акций клуба перешел к ОАО "Газпром".

Как принимаются исторические решения? Что для этого должно произойти? Ответ на эти вопросы дал рассказ одного из участников событий – Сергея Фурсенко:

– "Газпром" тогда был миноритарным акционером "Зенита", и я, возглавив в 2003 году "Лентрансгаз", входил в совет директоров клуба. А значит, отвечал за "Зенит" перед высшим руководством компании. И вот после окончания сезона-2005 сидим мы с товарищем в японском ресторане "Киото" в Питере, и раздается звонок от раздраженного Миллера. Он восклицает: "Шестое место – это уже слишком!". А Алексей Борисович – давнишний болельщик "Зенита" и очень хорошо разбирается в футболе, помнит все матчи едва ли не с детства.

Я тогда ответил ему так: "Не умею управлять машиной, не находясь за ее рулем". Видимо, в этот момент и было принято предварительное решение – приобрести контрольный пакет акций клуба.

Чтобы добиться своих целей, Сергей Александрович не боялся даже показаться смешным. Не прошло и трех месяцев после прихода Фурсенко в "Зенит", как он дал интервью корпоративному журналу "Газпрома", в котором объявил: "Цель "Зенита" – завоевать три Кубка УЕФА за 10 лет". Смеялась тогда над ним вся футбольная Россия. Но, как известно, хорошо смеется тот, кто смеется последним...

Владислав Радимов:

– В команде не просто смеялись – глумились над этим заявлением. Какие три кубка?! Все думали, что человек сошел с ума. А после того, как в Монако взяли Суперкубок, я увидел Фурсенко и сказал ему: "Сергей Александрович, а остался-то всего один трофей за девять лет. Не так много!"

Фурсенко – человек, который предельно сконцентрирован на том, чтобы добиться результата. Представляю, каких трудов ему стоило выбить деньги на того же Тимощука. После первой встречи с ним я сказал Тане (Булановой. Прим. И. Р.): по-моему, этот человек не понял, куда попал. Но он быстро вошел в курс дела, и его заслуга в достижениях "Зенита" огромна.

Александр Розенбаум:

– Когда я впервые встретился с Сережей, и он сказал, что "Зенит" будет чемпионом России и выиграет еврокубки, я смотрел на него как на кремлевского мечтателя. Мы с ним дружим, и он это помнит. Но Фурсенко свято верил в то, что сделает это. Абсолютная убежденность в успехе, заряженность на дело и правильное управленческое понимание процессов позволили ему добиться того, о чем он мечтал.

Сарсания развил тему, начатую Радимовым:

– Надо признать, что поначалу Сергей Александрович не был большим специалистом в футболе, у которого – своя специфика. И Петржеле, и мне не раз приходилось ему говорить: так нельзя. Скажем, Фурсенко рассказывал мне: "Спрашиваю Петржелу: "Почему Денисова не ставишь?" – "Он все время с позиции убегает". – "Убегает?! Попробовал бы у меня в "Лентрансгазе" кто-то не выполнить, что я сказал, – завтра же выгнал бы!" Я разъяснял: "Это футбол, тут так нельзя. Он убегает не потому, что не хочет выиграть, а наоборот – потому что слишком рвется это сделать, но тратит энергию нерационально". Это заставило Фурсенко задуматься. Одним из главных его качеств оказалась очень быстрая обучаемость. Очень умный и тактичный человек, он быстро "въехал" в тему.

Константин САРСАНИЯ. Фото Алексей ИВАНОВ, "СЭ"
Константин САРСАНИЯ. Фото Алексей ИВАНОВ, "СЭ"

КАК ФУРСЕНКО ПОГРУЖАЛСЯ В ФУТБОЛ

Как ему это далось? Слово – Фурсенко, подробная беседа с которым для этой книги стала первым его масштабным интервью со времени ухода из "Зенита":

– Футбольная и газовая отрасли – совсем разные вещи, но при правильном подходе можно освоить любую специальность. Есть несколько принципов, которыми я всегда руководствуюсь. Первый – никогда не бывает мелочей. В деле, которое тебе вверено, надо понимать абсолютно все до деталей – включая, допустим, то, как сушатся бутсы. Иначе не сможешь быть частью этой команды.

Естественно, в первую очередь это касалось самого футбола. В детстве я гонял мяч с утра до вечера, ходил на стадион имени Кирова, кричал вместе со всеми: "Лева, давай!", когда мяч подхватывал Бурчалкин. Но для работы во главе клуба этого было явно недостаточно, нужно было познавать футбол изнутри. И я активно общался с игроками – Аршавиным, Кержаковым, Радимовым. Они мне очень помогли. Тот же Аршавин – человек, иногда очень резкий в своих высказываниях, но интеллектуальный и умеющий в нескольких словах разъяснить суть. Многие тонкости разъяснил мне Сарсания – в том числе во взаимоотношениях с агентами и других внутренних хитросплетениях. Поэтому у нас, пожалуй, не было ошибки ни с одним приобретением.

Если вы хотите изменить жизнь – не только свою, но и окружающих, – то надо заниматься вопросом очень серьезно. Поскольку, чем меньше ты им занимаешься, тем больше шансов упустить детали, которые могут оказаться решающими. В "Зените" у меня была возможность вникать в каждую мелочь, поскольку в "Лентрансгазе" все было неплохо налажено, и я мог в текущих делах положиться на своих заместителей. Время было еще некризисное, что облегчало задачу.

Второй принцип – надо подходить к вопросу системно и понимать механизмы на порядок, а лучше – на два выше того, чем ты занимаешься. Если работаешь в "Лентрансгазе", то должен понимать, как работает весь "Газпром" и какова политика государства в газовой отрасли. Тогда тебе легче управлять своим предприятием – будет ясно, чего и почему от тебя хотят. Так и здесь: ты должен понимать, что происходит не только в "Зените", но и в РФПЛ, РФС, а также в европейском и мировом футболе. Поэтому одной из первых вещей, которую я сделал на посту президента "Зенита", была поездка в "Челси", где мы встретились со всеми руководителями клуба и ознакомились с его работой со всех сторон. К примеру, в юношеских командах каждого возраста тренер после каждой тренировки и игры заполняет персональную карточку на юного футболиста. Представляете, какая картотека на каждого собрана в клубе, насколько легче при ее наличии отследить динамику развития игрока?!

Третий принцип – обещать только то, что можешь сделать. Если ты никогда не врешь, то никогда и не попадешься. Поэтому все, что я обещал кому бы то ни было в команде "Зенит", выполнено на сто процентов.

А главное, надо четко понимать – что, зачем и как ты собираешься делать. В свое время я придумал для себя достаточно простую модель: Питер – самый европейский город России ("окно в Европу" – так сложилось исторически), и, значит, "Зенит" должен стать самым европейским клубом России. А для того, чтобы это произошло, нужно изменить стандарты. Это – самое важное и сложное.

Одним из шагов к этому и было интервью газпромовскому журналу. Вы что, думаете, это была чистая импровизация, пришло в голову – и ляпнул? Ничего подобного. Это была заданная планка, над которой сначала, может, и смеялись, но теперь уже никто не смеется. Прошло время – и менталитет игроков стал меняться, они начали задумываться. Невозможно просчитать все варианты на десять лет вперед, но возможно поставить цель и к ней стремиться. И мы ведь уже почти ее реализовали – ведь под кубками УЕФА я подразумевал все трофеи под эгидой Европейской футбольной ассоциации. В том числе и Суперкубок. То есть остался один приз за семь лет.

Помню, когда-то Гарик Денисов бросил фразу: "Неужели мы будем играть с "Барселоной"?" Прошло время – и он же забил победный мяч в Кубке УЕФА, а потом попал в сборную России. Люди, привыкнув к этой мысли, перестали кого-либо бояться! Отсюда и разгром "Баварии", и победа над "Манчестером".

И, наконец, главное еще и в том, чтобы у тебя к своему делу лежала душа. Порой бывает, что люди работают вроде бы одинаково, а результаты – совершенно разные. Все потому, что кто-то делает это из-под палки, потому что поручили, а кто-то – потому что получает от этого удовольствие.

Властимил ПЕТРЖЕЛА и Игорь ДЕНИСОВ. Фото Александр ФЕДОРОВ, "СЭ"
Властимил ПЕТРЖЕЛА и Игорь ДЕНИСОВ. Фото Александр ФЕДОРОВ, "СЭ"

КАК УВОЛЬНЯЛИ ПЕТРЖЕЛУ

Хотел ли Фурсенко убрать тренера Властимила Петржелу с самого начала, или сам чех спровоцировал нового президента клуба серией скандальных интервью? На этот вопрос, который в Питере долгое время считался ключевым, мне довелось услышать разные ответы.

Константин Сарсания:

– Петржела в своей книге утверждал, будто Фурсенко изначально хотел его убрать. Но я, зная ситуацию изнутри, утверждаю, что таких намерений у Сергея Александровича не было.

С Фурсенко меня познакомил Трактовенко, и на первой же встрече новый президент рассказал, что съездил в Чехию, пообщался с Петржелой. Никакого негатива со стороны Сергея Александровича к тренеру не было – наоборот, он сказал: будем работать с Петржелой. Правда, оговорился: надо присмотреться, насколько Властимил готов соответствовать нашей новой концепции, поскольку "Газпром" пришел, чтобы ставить самые серьезные задачи. На этот вопрос во время первой встречи у Фурсенко четкого ответа не было.

Потом Петржела представил нам список игроков, которых он хочет видеть в "Зените". Несмотря на возможности "Газпрома", купить их было нереально. В этом списке, к примеру, были Гиггз и ван Нистелрой. Мы сделали все, что могли – я, к примеру, разговаривал с агентом Гиггза, у которого в тот момент закончился очередной контракт с "МЮ". Ответ был отрицательным.

В итоге купили одного корейца Хен Ен Мина. Мы с Александром Бокием (бывшим спортивным директором "Зенита". – Прим. И. Р.) ездили его просматривать и привезли диски с фрагментами его игры Петржеле. Тот одобрил. Сам Власта купил чеха Несвадбу – никто не мог понять, зачем. Игроков посильнее "Газпром" в тот момент ему действительно не покупал. Думаю, руководство решило выдержать паузу, посмотреть, что к чему.

Петржелу это возмутило, и он, извините, попер на Фурсенко – так же, как в свое время на Мутко. Начал раздавать истеричные интервью. Причем вел себя абсолютно непредсказуемо. Однажды звонит мне и, зная, что у меня сложились хорошие отношения с Фурсенко, говорит: "Поговори с Сергеем. Меня хотят снять". – "С чего ты взял?" – "Мне сказали". Я обещал поговорить в ближайшие дни.

А прямо на следующий день после этого выходит первое скандальное интервью Петржелы. Я ему звоню и прямо говорю: "Ты что, идиот? Что ты делаешь? Никто тебя не собирается снимать!" Он, как всегда, включил свою привычную пластинку: мол, он сказал не так, и журналисты его неправильно поняли.

Видно, он сам хотел снять Сергея Александровича, но не учел, что Фурсенко – не наемный президент, каким был Мутко, а представитель собственника клуба. Или подумал, что ему, любимцу публики, все можно. Дескать, в Питере не так легко завоевать популярность, но ему это удалось (что было истинной правдой). И эта популярность поможет ему убрать кого угодно. Тем более – какого-то нового человека, которого никто еще не знает. Я-то понимал, что ничего у него не получится. Но он уперся и ничего понимать не хотел.

Геннадий Орлов:

– Началось с того, что Фурсенко поехал к Петржеле в Прагу. Зачем – точно не знаю, но, как я понимаю, он ему там сообщил, что ни на какие деньги в долг на казино Властимил может больше не рассчитывать. "Белая" зарплата – и точка. Петржеле это явно не понравилось, но такие деньги, как в "Зените", ему все равно бы платить никто не стал. Поэтому он и остался.

Важную роль в отставке сыграла покупка Несвадбы, если не ошибаюсь, за 500 тысяч долларов. Петржела настаивал на ней, и Фурсенко вынужден был согласиться. А потом этот человек ни минуты не сыграл за основной состав. И не мог сыграть, потому что таких футболистов – сотни. Тем самым он подписал себе приговор. А интервью все только ускорили.

А теперь – слово главным героям. Петржела в своей книге писал:

"Он (Фурсенко) сказал, что специально прилетит в Прагу, чтобы поговорить со мной о будущем сотрудничестве.

– Я представляю "Газпром", который только что купил "Зенит", – с незатейливой простотой сказал мне Сергей. От этих слов я ощутил легкое головокружение, потом тошноту. Нет, в том, что "Зенит" приобрел богатого спонсора, ничего плохого не было. Но это означало смену руководства, чего я больше всего не хотел. Только что я получил третьего президента за три года. По-моему, это чересчур.

Разговор мне не понравился. Тем более что сначала Фурсенко раскритиковал меня за то, что я сказал какую-то ерунду в газетах. Ну, сказал и сказал. Что тут такого? Я же в конце концов не на интимное свидание с ним собирался...

Дальше – больше. Хозяйским тоном Сергей заявил, что теперь "трансферами будем заниматься мы". Кто "мы", впрочем, не уточнил. И когда потом, в течение всего межсезонья, нам не везли на просмотр ни одного игрока, я не знал, с кого должен за это спросить.

Второй странный момент в подходе "Газпрома" был в том, что питерским клубом фактически руководили из московского офиса компании. Все судьбоносные решения принимались именно там... Такая ситуация означала одно: у меня нет прямого выхода на руководство, а значит, нет и полного понимания той роли, которую играет тренер в этой команде. Да, Фурсенко президент, но президент-марионетка, который в свою очередь должен беспрекословно слушаться кукловодов наверху, которые не имеют о футболе ни малейшего представления и ориентируются в нем по газетам и телевидению. А и тем и другим, понятное дело, можно легко управлять...

Кроме всего прочего, до меня регулярно доходили новости, что новое руководство активно контактирует с президентом РФС Виталием Мутко. Это, как вы понимаете, вряд ли сулило мне что-то хорошее. Мало того, что Виталий оказался мстительным человеком, так он еще имел какие-то обязательства перед голландцем Адвокатом. Вроде бы за то, что сборную России возглавил вопреки его, Адвоката, ожиданиям, не он, а Гус Хиддинк. В результате в пропасть толкали меня, а я какое-то время по инерции еще шел к ней добровольно...

...Фурсенко влезал в чужую кухню все дальше, и однажды настал момент, когда мне пришлось проявить характер. Перед матчем в Севилье он напористо спросил: "А почему ты Хена не ставишь? Он ведь самый быстрый игрок". Тут я пришел в ярость. Такого себе не позволял даже Мутко. Советовать мне, тренеру, каким должен быть состав?! Моя жена Зузана, которая прилетела тогда в Испанию, даже сказала (она умеет говорить правду в лицо): "Сережа, пожалуйста, занимайтесь, в первую очередь, своими делами".

Властимил ПЕТРЖЕЛА и Сергей ФУРСЕНКО. Фото Владимир ЮРИНОВ
Властимил ПЕТРЖЕЛА и Сергей ФУРСЕНКО. Фото Владимир ЮРИНОВ

***

На что рассчитывал Петржела при такой манере поведения – непонятно. По всей видимости, нервы к тому времени у него по разным причинам были расшатаны окончательно...

Все точки над i на тему взаимоотношений с чехом в нашей беседе расставил Фурсенко:

– Едва став президентом клуба, я приехал в Прагу. Там с Петржелой состоялся серьезный разговор, потому что ряд вещей, которые он делал, с нашей точки зрения, был совершенно неприемлем. Вдаваться в подробности не хочу, все о них и так знают. Беседа была жесткая. Думаю, я сильно его озадачил, и после нее он уже был готов к любому исходу. Но у меня позиция такая, что человеку всегда надо дать шанс. И мы ему этот шанс дали. Но потом с его стороны началась газетная возня, и на этом все закончилось.

Почему не купили новичков? Я пытался купить всех, кого можно было купить. В том числе провел переговоры с Томашем Росицки и его агентом. Он поблагодарил за предложение и сказал, что подумает. Учитывая, что в итоге он оказался в "Арсенале", можете представить себе уровень вариантов, которые у него были. Что касается Гиггза, то этот вариант был еще до меня. Трактовенко с ним беседовал, но жена валлийца отказалась ехать в Россию.

Главная проблема заключалась в том, что под Петржелу никто из серьезных людей не ехал, поскольку его в Европе не знали, а при Адвокате была уже совсем другая картина. С одной стороны, работать с Диком интересно многим, с другой, это прекрасная подготовка к европейским клубам, если кто-то со временем захочет отсюда уехать.

В частности, когда ушел Петржела, Виктор Коларж, агент Шкртела, постоянно меня "долбал", чтобы я продал Мартина в Англию. Но у нас с игроком состоялся разговор, в котором я разъяснил: приезжает европейский тренер, с которым он сможет и язык подучить, и требования топ-уровня усвоить. В конце разговора пообещал, что потом мы его отпустим. В итоге через полтора года, когда мы стали чемпионами, обещание было выполнено, и Шкртел стал основным защитником "Ливерпуля". А все потому, что изменились те самые стандарты – очевидно ведь, что квалификация Адвоката несравнимо выше, чем Петржелы. Такую же паузу я советовал выдержать и Саше Кержакову, но он, к сожалению, не прислушался.

Не в обиду Петржеле будет сказано, но в последнее время Властимил купался в славе, популярности, а все остальное отошло для него на второй план. Хотя заверяю вас, что, несмотря на все газетные публикации, каждая из которых была для меня как ножом по сердцу, у нас с Петржелой не было никаких скандалов, жестких "разборок". Даже разошлись мы достаточно интеллигентно, без криков и вообще повышения голоса. А расходиться надо было, потому что после интервью Властимила ситуация вышла из-под контроля, в команде был жуткий климат, никто не понимал, что происходит. И, чтобы окончательно не "похоронить" сезон, надо было со всем этим заканчивать очень быстро. Хотя вплоть до поражения от "Севильи" мы не трогали его, поскольку верили, что он добьется каких-то результатов.

Многие ситуации Петржела "препарировал" достаточно неадекватно. Скажем, перед матчем в Севилье я спросил его, не собирается ли он заявлять на матч Хен Ен Мина. Он ответил: "Нет". Я сказал: "Смотри, дело твое". А потом прочитал, что, оказывается, вмешивался в формирование состава.

Властимила я бы назвал хорошим пиар-менеджером. Симпатичный дядька, близко общался с болельщиками, в шарфе зенитовском ходил – словом, создавал очень благоприятный внешний эффект. Хотя приехал из Чехии такой скромный, в одном пиджачке и пальтишке. А потом резко изменился. Медными трубами проверяются очень многие, и далеко не все эту проверку выдерживают. К сожалению, Петржела стал одним из самых характерных примеров тому. При этом у меня к нему по сей день очень позитивное отношение. Другое дело, что под ту задачу, которая ставилась "Зениту", он просто не подходил.

3 мая 2006 года. Москва. ЦСКА - "Зенит" - 1:0. Эта встреча в Кубке России стала последней для Властимила ПЕТРЖЕЛЫ (слева) на посту главного тренера питерской команды. Фото Алексей ИВАНОВ, "СЭ"
3 мая 2006 года. Москва. ЦСКА - "Зенит" - 1:0. Эта встреча в Кубке России стала последней для Властимила ПЕТРЖЕЛЫ (слева) на посту главного тренера питерской команды. Фото Алексей ИВАНОВ, "СЭ"

***

Спустя полтора часа после матча ЦСКА – "Зенит", уверенно выигранного армейцами, в московском отеле "Гранд-Марриотт" Фурсенко объявил Петржеле об отставке.

В аэропорт Петржелу приехали провожать тысячи влюбленных в него болельщиков "Зенита". И еще очень нескоро на "Петровском" перестанет раздаваться оглушительный свист при упоминании Фурсенко, и пройдет больше года, прежде чем трибуны наконец-то примут Дика Адвоката.

3 июля 2006 года. Санкт-Петербург. Сергей ФУРСЕНКО представляет нового главного тренера "Зенита" Дика АДВОКАТА. Фото Вячеслав ЕВДОКИМОВ, ФК "Зенит"
3 июля 2006 года. Санкт-Петербург. Сергей ФУРСЕНКО представляет нового главного тренера "Зенита" Дика АДВОКАТА. Фото Вячеслав ЕВДОКИМОВ, ФК "Зенит"

КАК АДВОКАТ ОКАЗАЛСЯ В "ЗЕНИТЕ", А ХИДДИНК – В СБОРНОЙ

Насколько правдива легенда, что Дика Адвоката "Зениту" порекомендовал руководителям клуба лично Виталий Мутко, я поинтересовался у Сергея Фурсенко. И услышал такой рассказ:

– У нас было заседание премьер-лиги. Когда оно закончилось, участники пошли пообедать в ресторан недалеко от московского зоопарка. Помню, все уже ходили без пальто, на дворе был разгар весны.

Я спросил Мутко, как дела с тренером сборной. Он ответил: "Выбрали Хиддинка". – "А что с Адвокатом?" Виталий сказал, что не знает, и посоветовал поговорить с Сарсанией. Поэтому утверждать, будто президент РФС настоятельно порекомендовал мне Адвоката – некоторое преувеличение. Так получилось в силу обстоятельств.

К предложению Мутко я прислушался и обратился к Сарсании. Он нас с Диком и познакомил. Мы встретились в аэропорту Амстердама, где он был пролетом – так как в это время тренировал сборную Кореи. Во время той встречи мне удалось убедить его, что ему нужно ехать в Россию. А потом я привез его в Санкт-Петербург, прокатил по городу на машине, из нее же показал Дику базу в Удельной.

Если Фурсенко познакомился с Адвокатом только в апреле, то Сарсания знает голландца аж с 1994 года, когда в роли агента привез к нему в ПСВ защитника Сергея Темрюкова. Двумя годами позже Адвокат и Сарсания в Москве провели переговоры о переходе в ПСВ с... молодым игроком ЦСКА Радимовым. Удивительные пируэты порой выдает судьба: спустя 10 лет троица собралась вновь. В "Зените".

Все эти годы Сарсания поддерживал контакт с Адвокатом. И к российской эпопее голландца подключился на куда более раннем этапе, чем Фурсенко.

Сарсания:

– Началось с того, что Мутко попросил меня подобрать для сборной иностранного тренера – так же, как в свое время я нашел для "Зенита" Петржелу. И я полетел в Корею, чтобы убить сразу двух зайцев: во-первых, там работал Адвокат, во-вторых, мне нужно было просмотреть двух игроков, которых в итоге купил "Зенит" – Ким Дон Чжина и Ли Хо. Там-то я и встретился с Диком, задав ему вопрос – как бы он отнесся к тому, чтобы возглавить после ЧМ-2006 сборную России. Он ответил, что очень положительно, и готов к переговорам. О чем я и сообщил Виталию Леонтьевичу. Мы вместе полетели в Голландию, встретились там с Диком и хорошо, предметно пообщались.

Но в то же время Роман Абрамович с Сергеем Капковым предложили на должность главного тренера сборной Гуса Хиддинка. Виталий Леонтьевич спросил меня, кто из них сильнее. Я ответил: "Оба очень сильны, и решение должно быть за вами". При прочих равных финансовый вопрос предопределил решение в пользу Хиддинка: коль скоро Абрамович его предложил, то и бремя оплаты его контракта взял на себя.

Правда ли, что Адвокат обиделся на Мутко? Если это немножко и было, то не потому, что ему отказали, а из-за формы: ему сказали, что перезвонят в определенный срок, но этого не произошло. Он ждал, ждал, и в конце концов дождался звонка от начальника международного отдела РФС Екатерины Федышиной, которая сказала Дику, что РФС в его услугах не нуждается.

Думаю, Мутко все равно переживал за "Зенит", хоть уже давно и не был его президентом. Дело, скорее всего, не в том, что он чувствовал неловкость перед Адвокатом, а в том, что хотел помочь родному клубу. Да, сборной Дик не пригодился, но для клуба – просто супер! И когда Фурсенко сказал, что собирается искать тренера, Мутко предложил ему поговорить со мной по поводу Адвоката. И уже тогда мне позвонил Сергей Александрович...

Словом, косвенное отношение к "брачному контракту" Адвоката и "Зенита" Мутко имел. На уровне, скажем так, консалтинга.

Гус ХИДДИНК и Дик АДВОКАТ. Фото Александр ФЕДОРОВ, "СЭ"
Гус ХИДДИНК и Дик АДВОКАТ. Фото Александр ФЕДОРОВ, "СЭ"

КАК АДВОКАТ УГОВОРИЛ ФУРСЕНКО УРАВНЯТЬ ПРЕМИАЛЬНЫЕ ОСНОВЕ И ЗАПАСУ

Сарсания:

– На базе Дика поражало, что разметку на поле все еще кисточкой наносят, тогда как в Европе везде давно машины используют. Он любил нам с Фурсенко показывать, как из ведра песочком поле в Удельной посыпают. И смеялся: "Как вы говорите – клуб европейского уровня?"

Фурсенко в общении с Адвокатом тоже не всегда был серьезен. Зная английский, президент порой позволял себе пошутить над тренером. Один из примеров привел Сарсания:

– Однажды Дик попросил Фурсенко, чтобы тот убрал телохранителя, который его все время сопровождал. Адвокат удивлялся: "Зачем мне охранник, тем более что он совсем не говорит по-английски?". Сергей Александрович нашелся быстро: "Да при чем тут вы? Посмотрите, на какой машине вас возят! Он ее охраняет, а не вас". Адвокат юмор оценил.

Но мало-помалу дело двигалось. Осенью 2006-го Фурсенко, Адвокат и Сарсания были приглашены на совет директоров "Газпрома" во главе с Алексеем Миллером. Пять часов (!) совещания с высшим руководством вызвали у Адвоката изумление. Он понял, что на "Зенит" делается серьезная ставка.

Еще одним важнейшим решением Адвоката стало то, что все футболисты, внесенные в заявку на матч, включая запасных, должны получать одинаковые премиальные. Для клуба это накладно, для обстановки в коллективе – идеально. Фурсенко пошел и на это.

Сарсания:

– Когда Адвокат просил Фурсенко уравнять премиальные, он говорил: "Нельзя допустить, чтобы в команде люди на лавке не радовались голу своей команды". Фурсенко подумал – и согласился.

– Одинаковые премиальные были идеей Адвоката? – спрашиваю Фурсенко.

– Да. Он настаивал на этом. Так ему проще управлять процессом. Легко ли я на это пошел? Тяжело! Каждое решение давалось тяжело – потому что очень непросто, как я уже говорил, задавать новые стандарты, к которым люди не привыкли. Мы общались и спорили постоянно. У нас с Диком и Костей Сарсанией сложились прямые и открытые отношения. Мы многое друг другу прощали, но в еще большем шли друг другу навстречу.

С Адвокатом я созванивался каждый день, встречался раз в два-три дня. И, кроме всего прочего, мы в чем-то меняли друг друга. Не стоит так все понимать, будто приехал знаменитый зарубежный тренер, щелкнул пальцами, все быстренько построились и выиграли все турниры. Было намного сложнее. И в процессе работы достаточно сильным трансформациям подвергся и сам Адвокат. Смею вас уверить, что он стал другим.

– В чем?

– Например, выиграл Кубок УЕФА, чего с ним раньше не происходило (смеется)... В адаптации к местным условиям и во многом ином.

У нас с Адвокатом и Сарсанией сформировался очень здоровый триумвират. Каждое решение мы обсуждали и принимали сообща. В том числе благодаря этому сложилась отличная атмосфера в команде. Скажем, мы давали возможность Дику самому озвучить игрокам какие-то важные решения вроде повышения окладов или премиальных. Он-то общается с ними каждый день, и мы посчитали, что для тренера доносить хорошие новости до футболистов важнее, чем для президента. Так было и с тем решением по премиальным.

Адвокат, с которым мы подробно беседовали в апреле 2008-го, (то есть уже когда "Зенит" возглавил Александр Дюков) подчеркнул:

– Когда президентом клуба был Фурсенко, у меня с ним сложились великолепные отношения. Именно Фурсенко с Сарсания привели меня в этот клуб, и оба стали моими друзьями. Иные руководители приходят в футбол, чтобы показать себя, в случае же с Фурсенко все делалось именно для клуба.

Когда я приехал, клуб спал. Не скрою: мы сделали многое, чтобы создать в нем правильную футбольную атмосферу. Вначале я был просто в шоке. На тренировках никто не аплодировал после удачного удара. Никто никому ничего не говорил во время упражнений. Люди работали механически, словно роботы. Это было невероятно!

Одним из средств улучшения атмосферы и стало уравнивание премиальных.

6 марта 2007 года. Сергей ФУРСЕНКО (в центре) представляет новичков команды Константина ЗЫРЯНКОВА и Анатолия ТИМОЩУКА. Фото Вячеслав ЕВДОКИМОВ, ФК "Зенит"
6 марта 2007 года. Сергей ФУРСЕНКО (в центре) представляет новичков команды Константина ЗЫРЯНОВА и Анатолия ТИМОЩУКА. Фото Вячеслав ЕВДОКИМОВ, ФК "Зенит"

КАК ПОКУПАЛИ ТИМОЩУКА

Четвертое место, которое занял "Зенит" в 2006 году, по мнению Фурсенко, стало для клуба... благом. И вот почему:

– Быстрые результаты никогда не приходят надолго, – размышляет бывший президент "Зенита". – И если бы вдруг все сложилось так, что уже в 2006-м мы взяли бы золото или серебро, может, и на приобретение того же Тимощука денег мы бы не получили. А так, после четвертого места, на всех уровнях возникло понимание, что селекцией придется заняться по-настоящему.

Занялись – да как! Украинец Тимощук, россияне Погребняк и Зырянов – три ключевых фигуры будущих побед "Зенита" пополнили состав команды именно в то межсезонье. Как и аргентинец Домингес, которому суждено будет сыграть главную роль в решающий миг чемпионата-2007. Кроме того, еще осенью 2006-го было заключено новое соглашение с Аршавиным – на 4 года, за которые, по неофициальной информации, футболист должен был заработать 12 миллионов долларов.

О беспрецедентной на тот момент покупке капитана донецкого "Шахтера" Тимощука за 20 миллионов долларов говорила вся страна. Даже в Питере рекордная для России сумма вызвала море споров – а о Москве и говорить нечего. В публикации по итогам того межсезонья я назвал клуб с Невы в его новом обличье – "Челси" из Питера". Не в осуждение, а просто в порядке констатации. Той зимой "Зенит" потратил даже больше, чем клуб Абрамовича!

Вскоре после сделки стали выясняться подробности. В частности, о том, что даже в совете директоров она была одобрена не всеми. Самая ходовая версия была такой: высшее руководство разрешило покупку, но под личную ответственность Фурсенко.

Интересно, что чувствует менеджер, услышав такое? Этот вопрос я и задал Фурсенко.

– Все, конечно, было гораздо сложнее, такая трактовка ситуации довольно примитивна. Другое дело, что ответственности с меня никто не снимал с первого до последнего моего дня в "Зените". И, как мне кажется, очень многие вещи произошли именно потому, что ответственности этой я не боялся.

Про личную ответственность можно говорить в том случае, если бы у меня были собственные 20 миллионов, которые я положил бы в банк и сказал: если Тимощук не заиграет – отдаю эти деньги вам. Кстати, как это ни смешно звучит, такая ответственность проще. Гарантировав что-то личными деньгами, ты берешь весь контроль над ситуацией на себя и абсолютно свободен в своих действиях. Если же эти гарантии – на уровне совета или принятия решения, ответственность все равно оказывается распределенной. А это уже сложнее.

Миллер руководит огромной структурой. Дочерние компании действуют согласно правилам и уставам. Другое дело, что очень важно, когда руководитель, помимо профессиональных отношений, поддерживает тебя по-человечески. Так вот могу сказать, что Алексей Борисович всегда такую поддержку мне оказывал, за что я ему очень благодарен. В том числе и в вопросе по Тимощуку – человеку, теплыми отношениями с которым я, без преувеличения, горжусь.

Сарсания:

– Перед тем, как покупать Тимощука, Фурсенко попросил моего совета. Сказал: "Дик рано или поздно уедет в Голландию, и даже ты попадешь в другую команду. А я буду за него отвечать. Скажи: стоит или нет?" Я ответил: "Это игрок, который нам нужен. Другой вопрос – 20 миллионов. Знаю, что это переплата. Но если "Газпром" эти деньги найдет, то по спортивной части мы однозначно не ошибемся". В итоге на совете директоров Сергею Александровичу не ответили ни "да", ни "нет", сказав ему: "За такие деньги – только под вашу личную ответственность". И тот согласился.

Фурсенко вообще не боится ответственности. Очень рад, что судьба свела меня с этим порядочным человеком, человеком слова и дела, готовым кому угодно перегрызть горло за свою идею. Я мог бы пойти с ним в любую разведку. Считаю его огромнейшей заслугой, что "Зенит" стал не только чемпионом России, но и обладателем Кубка УЕФА и Суперкубка, хотя тогда Фурсенко формально в клубе уже не было. Он ушел за два месяца до финала Кубка УЕФА, но коллектив был создан именно им.

Подписание контракта с Тимощуком состоялось в Донецке глубокой ночью. В газетах была опубликована совместная фотография президентов клубов – Фурсенко и Рината Ахметова, а также самого игрока, сделанная сразу после заключения сделки. На Фурсенко было страшно смотреть – столько сил и нервов он потратил на это казавшееся невозможным приобретение.

Еще один штрих к портрету Фурсенко. Как минимум двум журналистам, которых я знаю лично, – Геннадию Орлову и Сергею Циммерману из "СЭ" – президент "Зенита" дал обещание позвонить, как только сделка по Тимощуку будет завершена. И, будучи человеком слова, педантично набрал оба номера около четырех часов утра. За что разбуженные коллеги по сей день ему признательны.

Покупка Тимощука стала главным шагом на пути "Зенита" к большим победам.

Дик АДВОКАТ. Фото Никита УСПЕНСКИЙ, "СЭ"
Дик АДВОКАТ. Фото Никита УСПЕНСКИЙ, "СЭ"

КАК АДВОКАТА НЕ ОТПУСТИЛИ В АВСТРАЛИЮ

Когда Фурсенко сказал мне, что они с Адвокатом многое друг другу прощали, я поинтересовался:

– Что вы ему простили?

– То, что Дик подписал предварительный договор со сборной Австралии, не поставив никого об этом в известность. Я с пониманием к этому отнесся. И стал предпринимать самые активные действия для того, чтобы не дать ему вступить в силу, что в конечном счете и получилось.

Это был очень тяжелый разговор. Я видел, что как игрокам, так и Дику чемпионский сезон давался очень сложно, и в какой-то момент он подстраховался. Непросто было найти в себе силы не разозлиться, а направить и его мысли, и собственные в конструктивное русло. Но раз он остался, значит, это удалось.

Как убедил? Путем последовательных переговоров. Надо не канючить – ну пожалуйста, мол, оставайся, как мы без тебя! – а четко выяснить ряд вопросов. При каких условиях человек может остаться? Каким он видит дальнейшее взаимодействие с советом директоров? Главным всегда является соотношение "цена-качество". Мы пришли к оптимальному варианту. И улучшать условия пришлось не слишком. Хотя с главным футболистом Австралии (имеется в виду президент Австралийской футбольной ассоциации. – Прим. И. Р.) я отношения испортил напрочь.

Вот что весной 2008-го по этому поводу сказал Сарсания:

– Мы честно пытались решить вопрос с австралийцами полюбовно. Адвокаты Фурсенко встречались с австралийскими коллегами, сам Сергей Александрович разговаривал по телефону с главой тамошней футбольной ассоциации. Там назвали такую сумму неустойки, на которую не были согласны уже мы. Сейчас клубные адвокаты вплотную занимаются этой проблемой, а новый президент клуба Александр Дюков пообещал Дику взять вопрос под личный контроль.

...1984-й и 2007-й. Совсем разные триумфы. Российское золото "Зенита" не было таким романтическим, спонтанным, родившимся прямо по ходу спектакля, как советское. Покорение новой вершины было четкой целью руководства клуба и "Газпрома", вложившего в "Зенит" серьезные деньги. Случись иначе, в Питере это было бы расценено как катастрофа.

14 мая 2008 года. Манчестер. "Зенит" - "Рейнджерс" - 2:0. Радость питерцев.. Фото REUTERS
14 мая 2008 года. Манчестер. "Зенит" - "Рейнджерс" - 2:0. Радость питерцев.. Фото REUTERS

КАК ПОСЛЕ ВЫИГРЫША КУБКА УЕФА "ЗЕНИТ" РАСПИСЫВАЛСЯ НА БЕЛОМ СМОКИНГЕ ФУРСЕНКО

В спортивном костюме "Зенита" по отелю команды, несколько часов назад выигравшей Кубок УЕФА, ходил важный человек из недавнего прошлого клуба. Фурсенко, в марте передавший бразды правления Александру Дюкову, сиял. И фонтанировал эмоциями.

– Не обидно, что лавры достались другому президенту? – спросил я.

– Такую обиду могут испытывать только слабые люди. Ну и что, что мне на шею медаль не повесили? Да мне в тысячу раз важнее, что сделано большое дело. Какой коллектив замечательный! Какой капитан! Игра, отношения в команде – все это огромная заслуга Адвоката. Вроде он ничего ребятам и не запрещает – а они его слушают беспрекословно.

Счастлив еще и потому, что победа в Европе – это абсолютная истина. И заметьте, как изменилось сейчас отношение к "Зениту". Никто больше не говорит о его деньгах. Все говорят о его игре. И, между прочим, этой победой начали выполнять наше обещание!

– Да, помню ваше интервью в 2006-м: три еврокубка за десять лет. Многие тогда от души повеселились.

– Хорошо смеется тот, кто смеется последним. Как меня "долбали" за Петржелу! Когда проиграли ЦСКА – 0:3, трибуны "Петровского" демонстративно повернулись к VIP-ложе и с издевкой аплодировали мне. Но меня это абсолютно не расстраивало, поскольку я был убежден, что все делаю правильно. А теперь надо думать уже о Лиге чемпионов! Постаравшись сначала выиграть Суперкубок.

– Победа в Лиге чемпионов сойдет за два Кубка УЕФА, – заметил кто-то из коллег.

– Нет. Раз сказано – три, значит, будет три!

В день финала Фурсенко и Розенбаум направились в один из манчестерских магазинов.

Фурсенко:

– Приехав в Манчестер вместе с Сашей, мы узнали, что болельщики призвали всех, кто болеет за "Зенит", прийти на "Сити оф Манчестер Стэдиум" в белом. А сидеть нам предстояло в VIP-зоне УЕФА, где все одеваются строго и в темное. И вдруг мне пришла в голову идея: а не купить ли нам на игру белые смокинги? Розенбаум поддержал. Когда мы пришли на стадион, в зоне УЕФА все на нас смотрели как на полных идиотов. Зато потом!..

Спустившись в раздевалку, увидел, как ребята подписывают футболки. Тогда я подошел к Радимову и говорю: "Влад, распишись на смокинге!" Влад за голову схватился: "Вы что, обалдели, Сергей Александрович, он же дорогой!" Я ему ответил: "Подписывай!" И за ним начали расписываться все. И команда, и политики – Валентина Матвиенко, Виктор Зубков. А Виталий Мутко написал: "Фурсенко – герой!" Сейчас этот исторический смокинг висит у меня дома, в спортивной комнате, где я занимаюсь на тренажерах.

29 августа 2008 года. Монако. "Манчестер Юнайтед" - "Зенит" - 1:2. Питерцы с Суперкубком УЕФА. Фото REUTERS
29 августа 2008 года. Монако. "Манчестер Юнайтед" - "Зенит" - 1:2. Питерцы с Суперкубком УЕФА. Фото REUTERS

***

Тремя месяцами ранее, в марте 2008-го, Фурсенко принял предложение из Москвы возглавить крупный медиа-холдинг.

– Почему не отказались от предложения возглавить холдинг? спрашиваю Фурсенко.

– Уходить всегда тяжело. Но великий менеджер Ликок, возглавлявший "Дженерал Моторс", говорил: "Менеджер высокого уровня должен находиться на одной должности не более пяти лет". Я рассудил так же. "Зенит" здесь ни при чем: как раз около пяти лет я руководил "Лентрансгазом". К сожалению, они с клубом шли, что называется, "в одном флаконе". Уйдя из системы "Газпрома", я был вынужден попрощаться и с "Зенитом".

Жалею ли? Не привык жалеть о том, чего больше нет. Но всегда стараюсь ходить на матчи команды, когда появляется такая возможность. Пропуск в VIP-ложу "Петровского" на 2009 год у меня есть.

– Допускаете, что однажды вернетесь в президентское кресло "Зенита"?

– Неисповедимы пути Господни!

Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...