Газета № 7515, 07.12.2017

Он сказал: "Поехали!"

23 февраля 2014 года. Сочи. Делегация сборной России на церемонии закрытия Игр-2014. В Пхенчхане-2018 наши спортсмены смогут выйти с российским триколором в последний день Олимпиады. Фото Федор УСПЕНСКИЙ, "СЭ"
23 февраля 2014 года. Сочи. Делегация сборной России на церемонии закрытия Игр-2014. В Пхенчхане-2018 наши спортсмены смогут выйти с российским триколором в последний день Олимпиады. Фото Федор УСПЕНСКИЙ, "СЭ"

Президент России Владимир Путин выразил согласие, чтобы наши спортсмены, несмотря на нейтральный статус, приняли участие в Олимпийских играх-2018

Олег ШАМОНАЕВ

Президент России Владимир Путин заявил, что власти России не станут препятствовать поездке наших спортсменов в нейтральном статусе на Олимпиаду-2018. "Мы не будем объявлять никакой блокады", – подчеркнул глава государства, отметив что окончательное решение по этому вопросу 12 декабря должно принять Олимпийское собрание. Впрочем, в положительном решении данного органа сомневаться не приходится, и уже сейчас можно с уверенностью сказать: сборная с неведомым доселе названием OAR (Olympic Athlete from Russia) в феврале будущего года будет представлена в Пхенчхане.

БЛИЗКИЙ ХЭППИ-ЭНД

Два месяца назад многие высокопоставленные спортивные чиновники высказывали позицию о бойкоте Игр в случае лишения нашей сборной гимна и флага. Сейчас почти все из них свою позицию пересмотрели. Это стало возможным благодаря тому, что в той бочке дегтя, что вылили на нас в Лозанне, оказалась и ложка меда.

Во-первых, президент Олимпийского комитета России Александр Жуков после сложнейших переговоров с главой МОК Томасом Бахом пообещал, что все санкции и расследования в отношении российских спортсменов, связанные с допингом, по окончании Олимпиады-2018 должны прекратиться.

Пожалуй это самое важное – МОК, хоть и на неофициальном уровне, но выразил готовность завершить череду безумных разбирательств и, наконец, стать во взаимоотношениях с Россией на конструктивные рельсы. По нашей информации, для того, чтобы убедить Томаса Баха в необходимости такого решения, потребовалась не меньше двух месяцев.

Во-вторых, еще одной доброй вестью может стать возвращение нам национального флага на церемонии закрытия Игр 25 февраля будущего года. Очень хочется в это верить, хотя, будем откровенны, есть нечто оскорбительное, что Россия нуждается в чьем-либо разрешении, чтобы поднять свой триколор.

В-третьих, глава комиссии МОК Самуэль Шмид заявил о том, что в России не было "государственного сговора" по допинговым нарушениям. И хотя Шмид констатировал систематические проблемы на более низком уровне, надо помнить, что именно обвинения в адрес нашего государства до сих пор были главным препятствием к достижению компромисса по допинговым делам между Россией и международными инстанциями.

В итоге в допинговом хорроре, который вершится вокруг России последние три года, вроде бы забрезжил хэппи-энд. Вот только полноценно насладиться маленькими победами в Лозанне тяжело – слишком болезненно унижение, связанное с лишением России флага и гимна. Можно ли в такой ситуации сдержать эмоции, поверить в обещания МОК и подойти к делу чисто с практической точки зрения? Здравый смысл подсказывает поставить интересы спортсменов – нынешних и будущих – выше уязвленного чувства национальной гордости.

ЖЕРТВЫ ВО ИМЯ ДРУЖБЫ?

Полноценно понять МОК мешают попытки подогнать результаты расследований Макларенов, Освальдов и Шмидов под заранее определенный вывод – в нарушение всех мыслимых и немыслимых юридических норм. Но здесь я предлагаю посмотреть на ситуации в другом свете. Представьте, что у вас есть родственник, которого настигла серьезная болезнь. Станете ли вы ненавидеть его за недуг и бросите ли, не попытавшись вылечить? Затмение, которое нашло на МОК из-за сильнейшего политического давления, сейчас достойна не возмущения, а сочувствия. И, безусловно, мы должны помочь нашим старым друзьям выздороветь.

Конечно, лечить будут и нас – никто не говорит, что мы в этом совсем не нуждаемся. И здесь тоже кроются большие опасности. Если деятельность комиссии по допуску "олимпийских атлетов из России" в Пхенчхан представляется во многом формальной, а санкции в отношении наших высокопоставленных чиновников мы приняли, то в наших отношениях с МОК есть еще такая огромная проблема – признание решений комиссии Освальда. Готовы ли мы ради дружбы с Томасом Бахом ратифицировать пересмотр итогов Игр в Сочи и отъем медалей у большой группы героев Игр-2014?

Если принять во внимание, что наши недоброжелатели уже и так обвиняют МОК в преступном сговоре с русскими, нет никакой надежды на то, что Освальд откажется от своих обвинений и пойдет с нами на мировую в Спортивном арбитраже.

А ведь помимо МОК еще есть Всемирное антидопинговое агентство и Международный паралимпийский комитет, по-прежнему требующие от нас признания "ведомственного сговора". Даже в случае прекращения преследования со стороны МОК страшное кино про русский допинг пока далеко до финальных титров. Но хотя бы первая серия этого кошмара скоро может закончится. Конечно, если все договоренности будут выполнены.

Газета № 7515, 07.12.2017