01:20 24 сентября 2011 | Биатлон

Иван Черезов: "Это была случайность чистой воды"

Четверг. Уфа. Иван ЧЕРЕЗОВ. Фото СБР  Фото "СЭ"
Четверг. Уфа. Иван ЧЕРЕЗОВ. Фото СБР Фото "СЭ"
7

Трехкратный чемпион мира Иван Черезов, получивший в четверг тяжелую травму ноги в ходе летнего чемпионата России и переправленный в тот же вечер из Уфы в Москву, провел первые сутки в отделении спортивной травмы московской клинической больницы № 83

Вся первая половина вчерашнего дня была посвящена у Черезова всевозможным обследованиям. Биатлонисту сделали магнитно-резонансное, а затем компьютерное обследование, что позволило врачам досконально понять, каково состояние как костных, так и мягких тканей травмированного голеностопного сустава. Параллельно руководство Союза биатлонистов России обсуждало возможность отправки Ивана в какую-либо из заграничных клиник, если вдруг возникнет такая необходимость. Первым посетителем травмированного Черезова в клинике стал, кстати, вице-президент IBU и исполнительный директор СБР Сергей Кущенко.

Окончательное решение по поводу своей дальнейшей судьбы принял сам спортсмен, сказав, что хочет оперироваться в Москве.

Операцию назначили на понедельник, проводить ее будет заведующий отделением спортивной травмы профессор Сергей Архипов. А во второй половине вчерашнего дня Черезов согласился ответить на вопросы корреспондента "СЭ".

- Ваня, вы уже имели возможность увидеть в интернете, насколько сильно переживают за вас болельщики и до какой степени их шокировало известие о вашей травме. Для некоторых, боюсь, словосочетание "летний биатлон" стало отныне ругательным.

- Да нет, летний биатлон тут ни при чем. Мне кажется, что случаев, подобных моему, в нем вообще никогда раньше не было. Случайность чистой воды. Во время индивидуальной гонки я уходил на спуск, на тот участок трассы, где можно толкаться и руками, и ногами, набрал хорошую скорость и не заметил, что палка соскользнула и пошла под роллер. Наверное, просто притупилось внимание на фоне усталости.

Ничего критичного в этой ситуации не было: во время лыжероллерных тренировок такое случается сплошь и рядом. Просто обычно ломается палка. Но мне не повезло: маховый рычаг был большим, нога расслаблена, вот ногу и развернуло на большой скорости.

- По вашим собственным словам, вы сначала даже не поняли, что произошло.

- Скорее не ожидал ничего подобного. Ладно бы сильно зацепился, а то травма случилась, что называется, на ровном месте.

- Кроме ноги не пострадало ничего?

- Ободрал об асфальт руки, локти, колени, но это так, по мелочи. В момент падения даже не почувствовал этого. Первым делом посмотрел на ногу, увидел, в каком положении ступня, и тут до меня дошло.

- Что именно?

- Что сезон закончен. Не скажу, что была сильная боль. Больно было разве что от понимания, сколь длительное лечение мне теперь предстоит.

- Задним числом не вспоминали о том, что своего рода предупреждение случилось уже на старте той роковой гонки, когда вы споткнулись и едва удержались на ногах?

- Такое случается. Но я не сказал бы, что все с самого начала пошло наперекосяк. По ходу гонки скорость была неплохой, шел в группе лидеров, да и стрелял нормально. Словом, не происходило ничего, позволявшего предположить, что что-то идет не так.

- При нашем первом разговоре в больнице вы сказали, что сразу после падения сильнее всего сожалели о той работе, которая была сделана летом. Эта работа была особенной?

- Да. Еще после Олимпийских игр в Ванкувере наш тренер по стрельбе Андрей Александрович Гербулов свел меня с Сергеем Чепиковым. Объяснил: если я хочу расти как спортсмен, то должен уделять больше внимания самостоятельной подготовке. Вот я и задумался - с кем мог бы поработать в этом направлении. Гербулов и предложил Чепикова. Все-таки Сергей выступал достаточно долго, до 39 лет, участвовал в Олимпийских играх не только как биатлонист, но и как лыжник, многое знает, много тренировался самостоятельно, имел неплохой опыт работы с норвежским клубом, после чего, собственно, и стал олимпийским чемпионом.

Но все сложилось таким образом, что совместной работы в первый год после Олимпиады у нас с Чепиковым не получилось, несмотря на то, что он был привлечен к работе со сборной как один из консультантов. Тогда в команду пришел совершенно новый тренерский коллектив, и все мы работали только с ним. А в этом году я четко понимал, чего хочу и как вижу работу. Созвонился с Чепиковым еще зимой, мы обговорили все детали. Тренеры сборной поддержали мою идею. Как и руководство СБР.

- И вы ушли на самоподготовку?

- На самом деле - нет. 90 процентов тренировочной работы я делал вместе с командой. Но Чепиков меня консультировал, помогал составлять планы. Общий язык мы нашли достаточно быстро - мне очень близки все идеи Сергея. В конце каждого месяца я предоставлял отчет о проделанной работе, и мы вместе разрабатывали новый план.

- Что позволило вам сделать вывод, что эта работа дает хороший результат?

- Работать мы начали с мая, а в июне в Москве состоялось углубленное медицинское обследование. И я впервые обратил внимание на то, что мое функциональное состояние изменилось. Повысился максимальный пульс - таких показателей у меня не наблюдалось пять или шесть последних лет. Соответственно, я стал легче переносить работу на высоком пульсе, быстрее восстанавливаться. Лучше чувствовал себя и на соревнованиях, в которых успел принять участие летом в Норвегии и Германии. Вот все это и убедило меня в том, что работа идет в правильном направлении. И тут - такое обидное падение.

- Насколько быстро вас доставили в клинику?

- Я довольно долго оставался на трассе, поскольку упал на той части, которая располагалась достаточно далеко от стадиона. Меня хотели поднять, но я никому не разрешал себя трогать. Понимал, что нельзя пытаться снять ботинок - его нужно просто разрезать. Вот и лежал на асфальте, ждал, пока подъедет "скорая".

Соревнования, кстати говоря, еще продолжались - мимо меня постоянно кто-то проскакивал на большой скорости. Но народа на момент приезда врачей вокруг собралось довольно много. Судьи, тренеры, болельщики...

Я очень благодарен врачам той клиники, в которую меня доставили в Уфе, и всему ее персоналу. Все необходимое было сделано очень быстро и хорошо. И снимки, и сустав мне вправили. Врач сделал это одним движением. Потом еще раз отправил меня на рентген, который показал, что все кости идеально встали на место.

- Меня, если честно, удивило, насколько оперативно за вами был выслан медицинский самолет.

- Меня тоже. Здесь прежде всего нужно благодарить руководителей Союза биатлонистов и Федерального медико-биологического агентства, которые мгновенно все организовали. Мне теперь придется очень быстро бегать и хорошо стрелять, чтобы таким образом отблагодарить всех тех, кто принял участие в моей судьбе.

- Слышала, что вас пытались убедить оперироваться не в России.

- Такая возможность действительно обсуждалась как один из вариантов дальнейшего лечения. Сами понимаете, пока диагноз был до конца неясен, люди старались предусмотреть все возможное. Я же рассудил просто: моя операция, по меркам спортивной травматологии, не самая сложная, скорее - даже рядовая. Специалисты в клинике прекрасные, хирург с колоссальным авторитетом в спортивной среде, поэтому лишний раз переносить транспортировку и неизвестно к кому ехать совершенно ни к чему. Думаю, что все будет нормально.

- Я обратила внимание, что одна из многочисленных sms пришла вам прямо в больницу от норвежца Тарьея Бё. Еще кто-то из спортсменов откликнулся?

- Очень многие. А та эсэмэска, которую вы имеете в виду, была на самом деле не только от Бё, но и от Свендсена. Они же постоянно вместе тренируются. Пожелали быстрейшего восстановления. Я вообще удивлен, если честно, как много людей написало мне всевозможные пожелания. Даже когда побеждал на чемпионатах мира такого не припомню.

- Ну так это ведь здорово!

- Да. Очень приятно. Не знаю, какие найти слова, чтобы всех поблагодарить за поддержку.

- В вашей карьере раньше случались столь тяжелые травмы?

- Никогда. Поэтому я немного растерялся. Вид спорта у нас такой, что тренироваться приходится круглый год. Любой - даже незначительный - перерыв немедленно влияет на результат. А мне в течение месяца вообще, как я понял, нельзя будет давать ноге нагрузку, после чего начнется восстановление, которое может занять непонятно сколько времени. Рассчитывать на возвращение в сборную в этом сезоне при таком положении вещей не приходится. В лучшем случае смогу выступить на чемпионате России в самом конце марта.

- Ожидание операции вас пугает?

- Да как-то знаете… Если надо, значит, надо. Это вчера я мог расстраиваться, переживать о том, что случилось. А сегодня размышляю лишь о том, что будет после операции. Очевидно одно: приложу максимум усилий для того, чтобы как можно быстрее разработать все связки и мышцы. Чтобы все было хорошо. Да и почему должно быть иначе?

Елена ВАЙЦЕХОВСКАЯ

7
КОММЕНТАРИИ (7)

bear-2006

Ване терпения. Песня эта долгая.

19:05 26 сентября 2011

vovuny

Ваня, держись,удачи тебе и выздоравливай,ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО))))

13:11 25 сентября 2011

энди

Похоже это испытание не только для Ивана, но и для всей мужской биатлонной сборной. А с другой стороны, может хватит кататься на одних и тех же, пусть другие показывают приличные результаты. А Ивану все болельщики желают полного восстановления и, как пишут умные болельщики, торописа не надо!!!

22:25 24 сентября 2011

Lars Berger

Держись, Иван! Ждем!

14:01 24 сентября 2011

nahtakojfutbol

Иван, держись, дорогой! лечись как положено и ни о чём не думай!! всё будет хорошо!!!

12:20 24 сентября 2011

ASh666

adamantane, на сколько там сложная трасса?

11:50 24 сентября 2011

adamantane

Я был в этом же спорткомплексе в Уфе этим летом!!! Впервые попробовал там покататься на лыжероллерах (винтовку, естественно, не дали в прокат)

11:17 24 сентября 2011