Жирков — о голе «Спартаку», Семаке, сборной, возрасте и завершении карьеры

О голе «Спартаку»

— Это была установка тренера. При стандартах я всегда находился на дальней штанге. Ловил отскоки от игроков. Вот такой отскок получился. Принял мяч, пробил. Но у меня в голове уже было, как бить, прокрутил все в доли секунды, получилось хорошо.

Почему «Зенит» не выигрывал у «Спартака» в Москве с 2012 года

— Против «Спартака» на выезде всегда играть тяжело. Были интересные игры. Это дерби двух столиц, все выкладываются на 100 процентов. То, что мы в этой игре победили... Бывает, статистика меняется в другую сторону, приходят победы.

О том, как часто вспоминает свои голы

— Мне все друзья вспоминают гол «Гамбургу», а другие не особо. Наверное, гол «Гамбургу» больше всего вспоминаю.

Как изменился Семак-тренер и об общении с ним

— Думаю, никак. Те же тренировки, тот же подход к игрокам. Остался таким же, каким был до чемпионства.

Я играл с ним в одной команде и в сборной. Но общаюсь не как с другом, а как с тренером. Если он подойдет с разговором, поговорим. Сам подойти и сказать я не в праве.

На протяжении всей карьеры никогда не подходил к тренерам и ничего не говорил им. Только если тренер подходил, сам спрашивал.

О мотивации в 36 лет после серьезной травмы после ЧМ-2018

— Даже не могу сказать как. Как Игнашевич! Он тоже играл до 38 лет. Возраст — не помеха для игры в футбол.

После этой травмы я все переосмыслил. Думал закончить с футболом. Когда восстанавливался через боль, в голове переосмыслить. Сказал себе: если будет все нормально, продолжу отдаваться на поле.

О непростом периоде в Англии

— Думаю, если бы в Англии я был один, было бы легче. Но у меня была семья, было много сложностей в бытовом плане. Наверное, это немножко раздражало. И когда играешь несколько матчей, потом тебя по каким-то причинам снова сажают в запас, затем приходишь домой, всякие бытовые проблемы. Это раздражало, наверное, переносилось все на поле, в голове откладывалось. Поэтому я решил вернуться.

О новом контракте

— Перед тем, как продлить контракт с «Зенитом», были мысли закончить в родном Тамбове или в «Балтике». Были варианты поиграть год-полтора и закончить.

Об экспонатах для музея Жирков в Тамбове (если его создадут)

— Смотря что попросят. Недавно у меня стена с кубками упала, половина побилась. Уже некоторые не восстановить. Фарфоровые мячи, еще что-то — все вдребезги.

О дружбе с Ивановичем

— Когда я пришел в «Челси», там были Шевченко и Иванович. Он играл немного в России, говорил по-русски. Там все и зародилось. Он много мне помогал, работал переводчиком, когда-то водителем. Когда он перешел в «Зенит», я очень порадовался. Стали еще больше общаться.

О психологической нагрузке в топ-клубах

— Каждый понимает, что не всю жизнь будет играть в одной команде. Может прийти сильный игрок, и ты окажешься не у дел.

О том, нет ли мысли завершить карьеру в сборной России после матча с Казахстаном в Калининграде

— В том, что я остался в сборной, наверное, сыграла свою роль травма. Родные уговаривали, чтобы я вернулся. И потом Черчесов приехал в Питер, мы хорошо поговорили. Так что еще есть желание поиграть.

О том, почему именно его поколение добилось лучшего результата — бронзу Евро-2008

— Раньше футбол был другим, лимит был другим. Было больше хороших легионеров, поэтому мы росли рядом с ними. Это дало свой результат.

О том, как хочет закончить карьеру

— Не знаю, даже не думаю. Хотел закончить еще 5-6 лет назад, жена не даст соврать.

Что буду делать после футбола? Наверное, организую музей по Второй Мировой войне. А рыбалка... Если возьмут меня. Я еще тот рыболов. Пока еще не задумывался.

О Караваеве в «Зените» и сборной и конкуренции

— Я в последних трех играх сидел в запасе, так что готов посидеть! (Смеется.) Хорошо, что приходят игроки сборной. Рад, что он перешел.