«Хочется доказать, что уход от Тутберидзе — не обязательно понижение в классе». Интервью одиночника, вернувшегося в топ перед Олимпиадой

28 сентября, 00:00

Статья опубликована в газете под заголовком: «Алексей Ерохов: «Хочется доказать, что уход от Тутберидзе — не обязательно понижение в классе»»

№ 8534, от 28.09.2021

Алексей Ерохов. Фото Федор Успенский, «СЭ» / Canon EOS-1D X Mark II
22-летний Алексей Ерохов после года в небытии набрал 264,5 балла на Кубке России в Сызрани и надеется на камбэк.

В отличие от женского одиночного катания, где круг претендентов на олимпийские путевки понятен и конкретен, у мужчин царит полное броуновское движение. На три квоты (лишнее спасибо Марку Кондратюку за третью после Nebelhorn Trophy) претендуют, ну, человек десять минимум.

И набор из «десяти негритят» не сокращается с каждой неделей, а расширяется. На днях в нем появился новый человек — Алексей Ерохов. Бывший ученик Этери Тутберидзе не раз ломал конечности, пропустил почти год, а на последнем турнире прошлого сезона на его выступление было страшно смотреть — три падения, «бабочка» и последнее место.

Но с Викторией Буцаевой в «Москвиче», кажется, начинается возрождение феникса. Корреспондент «СЭ» пообщался с опытным фигуристом после серебра Кубка — о дружбе между соперниками, разнице столицы и регионов и группе Тутберидзе.

После трех переломов была мысль, нужно ли дальше кататься

— Алексей, как настроение? Сейчас всем довольны?

— Да. Сейчас наконец-то доволен (улыбается).

— Учитывая тяжелые результаты на последнем старте прошлого сезона, получается, вы отталкивались от дна?

— Думаю, можно так сказать. Меня и до февральского финала Кубка России долго на соревнованиях не было. Я сменил тренера, и вход в прошлый сезон был очень тяжелым, сборы прошли мимо меня, поэтому не получилось показать все то, что хотел. А в этом году мы прошли полноценную предсезонную подготовку в сочинском центре «Сириус», была проделана реально большая работа. Надеюсь, в этом сезоне все получится. Короткую мы оставили, а произвольная новая — «Шоумен». (Произвольную программу в Сызрани Ерохов даже выиграл. — Прим. «СЭ».)

— Со здоровьем все хорошо?

— Не хотелось бы сглазить, но да, не жалуюсь.

— Каково это — возвращаться после перелома? Не хотелось все бросить?

— Трех, если точнее. Была в какой-то момент такая мысль, я уже думал, а нужно ли мне дальше кататься. Но в 2019-м мне дали пригласительный на контрольные прокаты сборной в Лужниках, я пришел, посмотрел. Меня это очень воодушевило, подумал — нет, пока не время заканчивать, я еще хочу бороться.

— Конкуренция сумасшедшая, а сезон олимпийский. Получается, вы боретесь за Олимпиаду?

— Конечно, внутри меня такая цель есть, и она всегда была и будет. Но подход такой — надо делать свою работу здесь и сейчас. Показывать, что я могу конкурировать с ребятами из основного состава сборной. Пока задача звучит так.

— 22 года для мужского одиночного катания — еще не возраст? Есть желание повторить подвиги Сергея Воронова, кататься до 30?

— Да возраст как возраст, обычный. Каждый катается до скольких хочет. Если тело позволяет, почему нет? Но насчет 30, поживем — увидим. Цели такой у меня нет.

— Олимпийский сезон меняет отношения между ребятами?

— Вообще нет. Точно так же общаемся, можем встретиться, посидеть, поболтать. Дружба между соперниками есть, это точно.

Говорят, Москва — не Россия. Это плохо

— Нужно ли нам развиваться в сторону турниров в Сызрани, русской глубинке?

— Мне кажется, нужно. Все-таки это привлечение внимания к виду спорта. Популяризация. Люди ходят, им нравится. В Сызрани было приличное количество людей для небольшого города.

— По условиям все устроило? А то была сторис Лизы Туктамышевой, мол, вот это Сызрань, 2021 год. Разрыв между Москвой, Питером и другими городами, наверное, большой не только в фигурном катании.

— Мы жили в хорошей гостинице (смеется). С фотографии Лизы все посмеялись, конечно. Но вообще у меня нареканий нет, не могу сказать, что я обошел всю Сызрань и все видел. Правда, что разрыв очень большой даже с близлежащими городами. Я сам часто езжу, например, в Электросталь, у меня там бабушка раньше жила, люблю этот город, чем-то он похож на Сызрань даже, домики малоэтажные. Одна крупная улица. И разница глобальная. Есть такая фраза, что Москва — не Россия. Это плохо. Надо развивать все города равномерно.

— Просто реально ли Кубку России конкурировать с челленджерами, «Гран-при»? Если уж мы хотим из него конфетку делать.

— Думаю, без шансов. Только в женской одиночке этапы Кубка России могут посоревноваться с «Гран-при». В прошлом сезоне они были даже сильнее. Не знаю, как остальные думают, но для меня не важно, где выступать — челленджер или Кубок России, везде интересно. Конечно, на «Гран-при» престижнее. Но здесь те же самые ощущения соревновательного момента.

— Сколько турниров в сезоне планируете?

— Да по максимуму, хотелось бы все собрать в идеале (смеется). Но как пойдет.

Было бы у моего Instagram десять подписчиков — мне все равно

— Хотел тут посмотреть ваш пост про уход из группы Этери Тутберидзе, а оказалось, вы снесли половину Instagram. Почему?

— Я не очень люблю вести социальные сети. Мне прямо некомфортно, когда я что-то выкладываю. Все время думаю: а может, надо было по-другому написать? Другую фотографию прикрепить? Поэтому бывает, что выкладываю, потом думаю — ну его, удаляю.

— Стесняетесь фотографироваться?

— Скорее не люблю.

— Но как же популяризация?

— Я не гонюсь за известностью. Просто хочу быть в топе фигурного катания со спортивной точки зрения. А подписчики... Мне приятно, что на меня подписываются, да. Но было бы у моего Instagram десять подписчиков — мне все равно.

— Вы расстались с Этери Георгиевной на нормальной ноте, не все так уходили. Можете рассказать, как это произошло?

— Я безумно благодарен тренерам, правда, но все еще не хотел бы об этом распространяться. Все еще всех их очень люблю. Я сейчас тот человек, которого они из меня сделали, и огромное им спасибо. Могу сказать, что инициатором ухода был я, но причин называть смысла я не вижу. Они спортивного характера.

— В «Москвиче» сильно все по-другому? Часто же говорят, что «Хрустальный» — лучшая школа мира, по логике получается, любой уход из нее — на понижение.

— Нет, это неправильная логика. Может, как раз я и пытаюсь доказать сам себе, что она неправильная. Уходя к Виктории Евгеньевне [Буцаевой], я точно не пошел на понижение. Не сказал бы, что сильно все по-другому. Работаем так же, как и везде. Но очевидно, что у каждого тренера свое видение рабочего процесса.

Не думаю, что Трусову и Косторную звали к Тутберидзе

— Еще одна популярная логическая цепочка — от Тутберидзе ушел возрастной Ерохов, все, значит, у нее точно получается только с молодыми девочками. Опровергнете?

— Могу. У нее есть два спортсмена достаточно взрослых — Ника Егадзе и Морис Квителашвили. А девочки же не только у Этери Георгиевны в таком юном возрасте. Это везде. Я могу вспомнить только Лизу Туктамышеву и Каролину Костнер, которые катали много лет. Да и Лиза вообще не старая, она молодая девушка, ей двадцать четыре! И она сложные вещи исполняет. Юный возраст — просто особенность женского фигурного катания.

— В общем, все будут дальше ворчать про детское катание.

— Я бы не сказал, что оно детское. Разные девушки выделяются разными аспектами. Разве Аня Щербакова не красиво катается? Саша Трусова очень сильно спрогрессировала, думаю, зрители это заметили и оценили.

— Тут еще логично упомянуть Алену Косторную, которая тоже вернулась к Тутберидзе. Вас не звали?

— Я не думаю, что и их звали. Думаю, они сами так решили. И сезон покажет, правильным ли был выбор вернуться. Но Саша вон уже пять четверных на прокатах сделала. Это сильнейшая заявка на олимпийский год. Алена вернула тройной аксель, тоже молодец. У нее был психологически очень тяжелый сезон. И вот она постепенно восстанавливается.

— Надеюсь, и вы в топ вернетесь.

— Я тоже. Верю, что в Сызрани этот путь как раз начался.

Выделите ошибку в тексте
и нажмите ctrl + enter

Нашли ошибку?

X

33
Предыдущая статья Следующая статья