Допинг

28 февраля, 11:15

В спорте у ГДР был свой сериал: допинговый. Как создавалась и рухнула стероидная супердержава

Вышел исторический детектив о разведчике «ГДР»
Олег Шамонаев
Шеф отдела спорта
Читать «СЭ» в Telegram Дзен ВКонтакте
История невероятных побед атлетов из Восточной Германии, которая потом обернулась невероятными разоблачениями.

На экраны вышел исторический детектив о разведчике — «ГДР». Этот сериал еще до своей премьеры вызывал бурные споры, а сейчас они наверняка вспыхнут с новой силой. Однако времена падения Берлинской стены в конце 1980-х и начале 1990-х были богаты не только на судьбоносные политические события в Восточной Германии. Они стали определяющими еще и для истории спорта, особенно для истории борьбы с допингом. «СЭ» вспомнил о феномене сборной ГДР и его печальном финале.

Создание фабрики чемпионов

Во второй половине 1960-х восточные немцы окончательно развелись на спортивном уровне с западными соплеменниками и решили вложиться в укрепление собственной сборной. Руководство ГДР пришло к выводу, что большой спорт — это та сфера, где заявить об амбициях можно быстро и сравнительно недорого. Элитного спортсмена реально вырастить лет за 10, и затраты здесь несопоставимы, скажем, с расходами на освоение космоса или гонкой ядерных вооружений. При этом олимпийские победы гремят на весь мир, укрепляя престиж державы.

Так в ГДР появилась Генеральная концепция развития спорта, где были детально расписаны все этапы восхождения страны на спортивный олимп и определена ответственность различных учреждений и ведомств. К масштабной работе подключили три научно-исследовательских института, а в спортивном департаменте правительства создали рабочую группу под названием uM (unterstutzende Mittel — вспомогательные средства), отвечающую за витамины и стимуляторы.

Кроме того, были выбраны приоритетные виды спорта, которые могли принести стране наибольшее количество олимпийских медалей. Концепция также предполагала организацию системы отбора юных талантов в детских учреждениях. Малышей с подходящими физическими данными отправляли в интернаты, где создавались условия для подготовки будущих чемпионов: грамотные тренеры, полноценное питание и медицинская поддержка. Для выходцев из бедных семей это стало настоящим чудом и возможностью взлететь по социальной лестнице.

Первые результаты работы этой «фабрики» мир увидел на Олимпиаде-1972. В Мюнхене сборная ГДР заняла третье место в медальном зачете, а уже через четыре года в Монреале-1976 социалистическая Германия опередила в итоговой таблице сборную США. Шокированные конкуренты объясняли невероятный прогресс маленькой державы массовым применением стероидов, которое спонсировалось и поощрялось государством. Конечно, это слишком радикальное суждение, поскольку без передовых методик тренировок, вложений в инфраструктуру и огромных организационных усилий никакой допинг восточным немцам все равно бы не помог. Однако определенный резон в обвинениях, безусловно, есть.

Конькобежка Андреа Мичерлих на Олимпиаде-1976
Андреа Мичерлих на Олимпиаде-1976.
Фото Getty Images

Мастер-план 14.25

Здесь необходимо оговориться, что вся информация об ужасах государственной допинговой системы ГДР получена либо от беглецов на Запад, либо в результате расследования специальной прокуратуры, созданной в 1990-х после объединения Германии ради искоренения коммунистического наследия. Эти источники были крайне заинтересованы в очернении жизни в ГДР. И, вполне вероятно, подавали информацию предвзято. Если бы подобное крушение с раскрытием секретных документов произошло с любой другой большой спортивной державой (например, с Великобританией), мы бы наверняка узнали много нового и о допинге, и о его продвижении на всех уровнях.

Но в том, что восточногерманские чиновники готовили своих атлетов к международным соревнованиям при помощи стероидов, сомневаться не приходится. После объединения Германии в 1990 году в бывшей медицинской академии народной армии ГДР в Бад-Саарове были найдены папки с загадочными цифрами 14.25. Как выяснилось, этим кодом обозначалась секретная допинговая программа, существовавшая с 1974 года. Правда, слово «допинг» в ней не употреблялось — только «поддерживающие средства». Зато подробно анализировалась взаимосвязь между дозой и результатом. Мастер-план скрывали очень тщательно — даже от союзников из СССР и других стран Варшавского договора.

Впрочем, о главном оружии спортсменов из ГДР было известно и так. В середине 1960-х восточногерманские ученые создали свой собственный стероидный перепарат — орал-туринабол. Считается, что он был более эффективным, чем американский аналог дианабол или венгерский неробол. Лекарство, созданное усилиями компании Jenapharm, давало схожий эффект с другими анаболиками (рост силы, мышечной массы и выносливости) и со временем превратилось в классику допинга. «Турик», как его называли советские спортсмены, не устарел даже через полвека после своего изобретения и до сих пор иногда попадается в допинг-пробах.

Олимпийский флаг
Олимпийский флаг.
Фото Global Look Press

МОК держит оборону

Именно туринабол стал причиной запрета стероидов в спорте, причем это произошло не из-за заботы о здоровье атлетов, а по политическим резонам. Поначалу медицинская комиссия МОК (возможно, под влиянием фармацевтического лобби) не усматривала в массовом применении анаболиков большой проблемы. Ученые заявляли, что не видят убедительных доказательств влияния этого класса допинга на результаты и на самочувствие участников соревнований.

Хотя уже в начале 1970-х стало понятно: стероидные препараты провоцируют кардиологические проблемы, пагубно влияют на печень и другие внутренние органы. В любительском бодибилдинге в Северной Америке произошли первые смертельные инциденты, которые к 1988 году привели к полному запрету в США распространения и хранения анаболиков в немедицинских целях. Но МОК поначалу держал оборону и прогнулся только в связи с яростным возмущением в западных СМИ... внешним видом восточногерманских спортсменок. Ведь в ГДР сделали ставку именно на женский спорт, а там андрогенный эффект стероидов оказался очень заметным.

В 1960-х в Соединенных Штатах и Советском Союзе считалось, что тестостероновый допинг — это для мужчин в силовых видах спорта. Пока бодибилдеры, тяжелоатлеты или метатели массово превращались в горы мускулов, женщины оставались женщинами. А вот восточные немцы поняли, что прием анаболиков оказывает на женский организм более заметное и эффективное для спорта влияние, чем на мужской. И улучшение спортивных результатов получается более заметным. Во всяком случае — в циклических видах спорта.

Девочки из ГДР стали массово получать допинг в конце 1960-х. Таблетки выдавались в спортивных интернатах начиная с возраста 13-14 лет. Подросткам не говорили, что они принимают допинг, называя анаболики витаминами. Кроме того, тренеры иногда незаметно подмешивали препараты в емкости с питьевой водой. В то время стероиды в спорте не были запрещены (это произойдет только в 1975 году), и формально никакие правила, кроме этических, не нарушались. А последствия длительного употребления тестостероновых препаратов пока были изучены слабо.

Однако вскоре они стали очевидны и в первую очередь проявились во внешнем виде девушек. Угри на лице, избыточный рост волос по мужскому типу, узкий таз, широкие плечи, грубые черты лица, нарушение менструации, отеки... Не заметить все это было невозможно. Большую известность получил случай, когда тренера сборной ГДР по плаванию на Олимпиаде-1976 спросили, почему у его учениц такие низкие голоса и мужеподобный вид. «Мы сюда приехали плавать, а не петь», — парировал наставник.

Пловчиха Корнелия Эндер на Олимпийских играх-1976
Пловчиха Корнелия Эндер на Олимпийских играх-1976.
Фото Getty Images

Штази на страже спортивных секретов

В женском турнире на Играх в Монреале пловчихи из Восточной Германии завоевали 11 золотых медалей из 13 возможных. Притом что у мужчин в плавании ГДР не выиграла вообще ни одной награды. Причина проста: у мужчины-пловца излишняя мышечная масса приводит к потере скорости. А вот для женщины перевес в физической силе — почти гарантия победы. Причем не только в плавании, но и в спринтерских дисциплинах, метаниях и прыжках в легкой атлетике, в велоспорте, конькобежном спорте и так далее.

В начале 1970-х беспокойство по поводу превращения спортсменок из ГДР в мужеподобных существ, доминирующих в женских дисциплинах плавания и легкой атлетики, оказалось столь сильным, что МОК больше не мог закрывать на это глаза. И в 1973-м было принято стратегическое решение о внесении стероидов в запрещенный список. Вскоре появился и метод их обнаружения в биоматериале, однако он оказался очень неэффективным. Во-первых, имелось много ложноположительных тестов. А во-вторых, практически сразу была создана суспензия тестостерона, позволявшая успешно пройти тест уже через три дня после последнего приема туринабола.

Сборная ГДР использовала эту хитрость на Олимпиаде-1976, где на спортсменок из Восточной Германии была устроена настоящая охота. В итоге в Монреале на стероидах поймали двух американцев, двух болгар, румына, чеха, поляка и шведа, а мужеподобные пловчихи спокойно уехали с медалями в Берлин. Благодаря хорошо поставленной системе сбора информации и режиму строжайшей секретности (все это обеспечивала знаменитая тайная полиция Штази) восточные немцы успешно избегали больших допинговых разоблачений вплоть до падения Берлинской стены.

Пожалуй, единственным инцидентом стал положительный тест толкательницы ядра Илоны Слупянек в 1977 году. После этого в лаборатории в Крайше под Дрезденом были организованы «выездные тесты» для спортсменов, отправлявшихся на международные старты. Такая тактика позволила выявлять всех, кому угрожала поимка на официальном допинг-контроле, и заранее снимать их с турниров под благовидными предлогами. Подобную систему «тайного фильтра» потом возьмут на вооружение многие страны.

По мере совершенствования допинг-контроля в 1980-х компания Jenapharm специально для спортсменов придумала назальные спреи, содержащие тестостерон и другой стероидный гормон — андростендион. Они давали меньший эффект и были более опасны для здоровья, но практически исключали вероятность допингового разоблачения. В общем, в плане фармакологии и способов сокрытия применения стероидов восточные немцы могли дать конкурентам 100 очков вперед. Но закончилось все это очень плохо.

Тяжелоатлет Герд Бонк
Герд Бонк.
Фото Global Look Press

Обвинения в экспериментах над людьми

После крушения ГДР спортивных руководителей этой страны обвинили в бесчеловечных допинговых экспериментах над людьми. Эта пропагандистская кампания стала важной частью борьбы с коммунистическим наследием и явным доказательством преступного характера прежней власти. Было заявлено, что жертвами принудительного применения стероидов в ГДР стали от 10 до 15 тысяч спортсменов, в том числе несовершеннолетние. Начались суды над тренерами и врачами.

Врачи берлинского «Динамо» Дитер Бинус и Бернд Пансольд, а также тренеры Рольф Глезер, Герд Эссер и Юрген Таннебергер получили крупные штрафы за то, что давали юным пловцам стероиды без ведома их родителей. Бывший глава НОК ГДР Манфред Эвальд и бывший вице-директор спортивной медицинской службы Манфред Хеппнер приговорены к условным срокам за соучастие в «умышленном причинении вреда здоровью 142 спортсменам, в том числе несовершеннолетним».

В 2005 году 160 атлетов из Восточной Германии подали в суд на компанию Jenapharm, требуя компенсацию за тяжкие последствия для здоровья, к которым привело использование произведенных этой фирмой допинговых препаратов. Например, у пловчихи Рики Райниш на фоне употребления гормонов была диагностирована киста яичников, а позже у нее дважды случился выкидыш. Другая пловчиха — Барбара Краузе — родила двух детей с деформацией ног. А тяжелоатлет Герд Бонк заработал диабет и почечную дисфункцию — в 37 лет он мог передвигаться только на инвалидной коляске.

Ну, а самый дикий случай, который приводится во всех работах по истории допинга, — судьба чемпионки Европы 1986 года в толкании ядра Хайди Кригер. В 1997-м эта спортсменка сделала операцию по смене пола. И спустя годы обвинила своих тренеров в том, что те давали ей гормональные препараты, которые привели к транссексуальности. Суд подтвердил: если бы не допинг, Хайди осталась бы Хайди и не превратилась бы в бюргера Андреаса Кригера. Впрочем, в том, что дело здесь только в туринаболе, есть большие сомнения. Иначе инцидент с Кригер не остался бы единичным.

Прыгунья в длину Хайке Дрекслер
Хайке Дрекслер.
Фото Getty Images

В ФРГ существовала своя допинговая система

Некоторые звезды немецкого спорта (например, прыгунья в длину Хайке Дрекслер, которая продолжала успешно выступать и после объединения Германии) категорически отрицали свое участие в допинговых программах, во всяком случае осознанное. Кроме того, в ГДР были великие чемпионы и в тех видах спорта, где стероиды бесполезны, в том числе фигуристка-одиночница Катарина Витт. Однако эти нюансы в ходе кампании по демонизации спортивных методик Восточной Германии игнорировались.

Ну, а допинговая история чемпионки мира в спринтерском беге Катрин Краббе после крушения ГДР вообще выдержана в стилистике политических репрессий. В январе 1992 года эту спортсменку обвинили в подмене допинг-проб во время сборов в ЮАР. Однако никаких доказательств вины девушки у контролеров не оказалось, и Краббе легко добилась оправдания. Однако вскоре к бегунье нагрянули с новой внесоревновательной проверкой и на сей раз обнаружили в ее анализах бронхолитическое средство кленбутерол.

Легкоатлетка заявила, что этот препарат попал в ее организм с лекарством от астмы. Но проблема была в том, что кленбутерол к тому времени успели запретить только по линии международной федерации, а для немецких атлетов данная субстанция оставалась легальной. Тем не менее в Германии Краббе дисквалифицировали за «неспортивное поведение» на год, а на мировом уровне накинули еще два года. И тогда Катрин засудила своих обидчиков на 1,2 миллиона марок. Впрочем, радовалась спортсменка недолго — вскоре ее обвинили в неуплате налогов и приговорили за финансовые нарушения к 10 месяцам лишения свободы условно.

На волне разоблачений восточногерманских атлетов США и Великобритания требовали пересмотра итогов Олимпиады-1976, однако МОК отказался ворошить грязное белье. Многие тренеры из ГДР спокойно продолжили свою работу в прежнем стиле. Ходили слухи, что некоторые из них перебрались в Китай — именно восточногерманскими методиками объясняли прогресс китайского плавания в нулевых. Но на Дальний Восток точно уехали не все специалисты. Осужденные в ГДР Рольф Глезер и Бернд Пансольд нашли работу в Австрии. Последний со временем стал экспертом центра развития спортсменов Red Bull в Тальгау и воспитал преемников, которые впоследствии тоже отметятся громкими допинговыми скандалами.

В 2013 и 2023 годах предпринимались попытки публикации исследования берлинского университета имени Гумбольдта, в котором утверждалось, что в капиталистической Германии (ФРГ) в годы холодной войны тоже существовала спонсируемая государством допинговая система — не менее мощная, чем в Восточной Германии. Амфетамины и стероиды тоже применялись на Западе порой без ведома «подопытных» в самых разных видах спорта — от легкой атлетики до футбола. Однако скандал вокруг этих исторических изысканий блокировался, в том числе со ссылкой на конфиденциальность личных сведений. Истинная причина банальна — политически такие разоблачения невыгодны современным элитам ФРГ. А политика в XXI веке вышла в борьбе за чистый спорт на первый план.

Придумай мем

Новости