"Готов драться с Джошуа или Уайлдером хоть в следующем бою"

Сергей Кузьмин против Дэвида Прайса. Фото REUTERS Сергей Кузьмин против Дэвида Прайса. Фото REUTERS
Сергей Кузьмин против Дэвида Прайса. Фото REUTERS

Сергей Кузьмин – о Дэвиде Прайсе, Поветкине, Уайлдере и Мохаммеде Али.

Российский боксер-тяжеловес Сергей Кузьмин 24 ноября проведет бой с Лароном Митчеллом. В интервью "СЭ" он рассказал о предстоящем поединке, бое с Дэвидом Прайсом, возможных встречах с Деонтеем Уайдером и Энтони Джошуа и много другом.

Бой с Прайсом нарисовался неожиданно

– Вы в предыдущем бою победили Дэвида Прайса. Как появилась возможность с ним встретиться?

– Бой нарисовался в тот момент, когда я проходил лагерь в Штатах, готовился к реваншу с Амиром Мансуром, но по каким-то причинам этот бой сорвался. У него там сначала были проблемы с допингом, потом какие-то контракты он подписал, я не вникал. В общем, бой сорвался, мы искали другого соперника. Александр Поветкин тогда как раз выходил на бой с Джошуа, мой менеджер Вадим Корнилов постарался организовать бой в этом шоу. Промоутер Эдди Хирн предложил оппонента в лице Прайса, мы сразу согласились. Все-таки это значимое событие, бой на "Уэмбли", 80 тысяч зрителей. Прайс хотя и проиграл Саше, трудности он ему создал, соперник серьезный. Они потом хотели отложить бой, говорили, что перенесут его, а за неделю до выхода на ринг все-таки сказали, что будут драться. Меня это не смутило, я был готов к любому развитию событий и любому сопернику.

– Вы наверняка внимательно смотрели бой Поветкина с Прайсом. Что вынесли из того поединка?

– Да, конечно, смотрели с командой. Для себя сделал вывод, что он – хороший боец, не случайно он бронзовый призер Олимпийских игр. Мы знали, что нужно в первой половине боя терпеть, Прайс всегда в стартовых раундах может придумать что-то опасное, пока в хороших кондициях. А во второй половине боя он смотрится вяло, не дышит, физика не тянет.

Сергей Кузьмин против Дэвида Прайса. Фото REUTERS
Сергей Кузьмин против Дэвида Прайса. Фото REUTERS

– Вам важно было победить Прайса быстрее и эффектнее, чем Поветкин?

– Нет, таких задач не ставили. Была задача выиграть и выиграть красиво. А задачи сделать это эффектнее и быстрее Поветкина не было.

– Какое впечатление оставил Прайс? Вы поняли, почему он шесть лет назад считался одним из самых перспективных тяжеловесов в мире?

– Он на самом деле неплох. Прайс может еще что-то показать в будущем, я бы не списывал его совсем. Но думаю, что мы выиграли вчистую. Его угол отказался от продолжения боя на его территории, это о многом говорит. Он хочет реванш, но я не вижу в нем смысла – у него был шанс.

– У него разве не было травмы? К тому же судьи давали ничью к пятому раунду.

– Это неудивительно – были британские судьи, мы дрались у него дома. Они сделали бы все, чтобы вытащить его за уши. Что касается травмы, я ее не видел и не понял, что там с ним случилось. Люди боксируют со сломанными руками и иногда выигрывают, а у него я ничего подобного не увидел. Они проиграли чисто.

В Уайлдере нет ничего особенного

– Ваш новый соперник – Ларон Митчелл. Что о нем знаете?

– В России о нем мало знают, но в Америке это известная личность – боксировал за сборную США на Олимпийских играх, был вторым номером, крепкий опытный левша. Надо с ним красиво разобраться. Всемирно известные соперники у меня впереди, команда над этим работает. Известным мы тоже предлагали бой, но они отказывались. Имен назвать не могу, это надо спрашивать у менеджера. Я просто буду ждать своего момента.

– С кем вам интереснее встретиться: с Энтони Джошуа или Деонтеем Уайлдером?

– Уайлдера я видел недавно, мы работали в зале, а у него были открытые тренировки. Ничего особенного я не увидел: две руки, две ноги. Ну да, высокий, бьющий, но я таких много видел. Надо самому быть готовым и натренированным. Главное – верить в победу. Нет ничего невозможного. Мне не важно с кем драться, с ним или с Джошуа.

– Если уже в следующем бою вам поступит предложение от кого-то из них, согласитесь выйти?

– Мы сядем, посоветуемся с командой и, думаю, согласимся, почему бы и нет. Потом такого шанса может не быть вообще. Это замечательный шанс прямо сейчас заявить о себе на весь мир, а не ходить вокруг да около. Я бы не просто согласился боксировать, а вышел бы с уверенностью в победе. Я точно знаю, что готов.

– 1 декабря Уайлдер подерется с Тайсоном Фьюри. Кто выиграет?

– Это два высоких боксера, один – яркий панчер, другой тоже бьет неплохо, но при этом хитренький, подвижный. Не знаю, как будет выглядеть Фьюри после простоя. Он провел сейчас два легких боя, а до этого два года не дрался. Мы увидим все 1 декабря. Я думаю, что тут 50 на 50, есть шансы у обоих. Они похожи по антропометрии и по уровню.

– Самый крутой тяжеловес в истории?

– Мохаммед Али – величайший боксер всех времен. Он был очень легок в движении, несмотря на тяжелый вес, реально порхал как бабочка и жалил как пчела, из Формана дурачка сделал. Майк Тайсон – тоже легенда, но не Али. Там был реальный бокс, а Тайсону первое время подсовывали мешков, а когда вышли ребята поопытнее, то они его быстро просчитали. Они поняли, что он во второй половине боя уже еле дышит.

Я – не домашний чемпион

– Тройка лучших боксеров вне зависимости от веса?

– Первый – Энтони Джошуа: невероятный атлет. Команда у него хорошая тоже. Александр Усик – второй: одаренный человек, боксирует идеально. Третий – Василий Ломаченко: легко накидывает удары, прекрасно двигается, забегает.

– Где в будущем хотели бы чаще драться: в России, США или Великобритании?

– Перспективнее развиваться в Штатах, здесь больше медиа, раскрутки. Весь рынок профессионального бокса здесь. Я не отказался бы драться и в Англии, тут бокс на подъеме сейчас. Я – не домашний чемпион, готов драться где угодно.

– Вы перешли в профи в 27 лет. Почему не раньше? Почему в России это в целом позже происходит, чем в США и Великобритании?

– Потому что нужно еще получить навыки перед переходом в профи, мастерство наработать. Бокс – это не игрушки, надо сложившимся мастером в профессионалы приходить. Это – одна из главных причин. Второе – молодые парни, которые стремятся из регионов выйти и попасть в сборную, сталкиваются с проблемами, там свои правила, своя кухня. Но это опыт незаменимый, я не жалею об этом времени.

– Что вы имеете в виду по своей кухней?

– Конкуренция большая, плюс подковерные игры. К примеру, я – чемпион, а почему-то на турнир едет третий номер. Такое сплошь и рядом было. Хорошо, что мне уже было 27, я уже был сложившийся тяжеловес. Я был готов к переходу в профи и я перешел.

Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...