Борис Михайлов: "На следующий день мне предложили закончить"

Владислав ДОМРАЧЕВ
Корреспондент
18 января 2014, 13:29
Президент МОК Майкл КИЛЛАНИН вручает серебряную медаль Лейк-Плэсида-1980 Борису МИХАЙЛОВУ. На заднем плане - радость олимпийских чемпионов, американцев. Фото Александра ЯКОВЛЕВА фотохроника ТАСС

ЕСТЬ ТЕМА: 21 ШАГ ДО СОЧИ. ЛЕЙК-ПЛЭСИД-1980
Спортсмены на нарах, антисоветское чудо и слеза чемпионки
Николай Зимятов: "У нас на финише никто не падал"

Лейк-Плэсид-1980 вспоминает знаменитый нападающий, капитан хоккейной сборной СССР

– Вспоминать Лейк-Плэсид нет никакого желания, – рассказывает капитан сборной СССР. – Ведь прошло почти 33 года, но я до сих пор считаю ту Олимпиаду самой черной страницей в нашей хоккейной истории. Детали из памяти давно стерлись, а горечь поражения, которое до сих пор не укладывается в голове, осталась.

– И все-таки давайте попытаемся. Может, наэлектризованная обстановка в США давила? Ведь Олимпийская деревня представляла собой…

– После Олимпиады она превратилась в тюрьму. Мы жили в таких спартанских условиях. Комнатушка на двоих, раковина, другие удобства – на этаже, двухъярусная кровать – нары, вдвоем сидеть было невозможно. Железная скрипучая дверь, шум, гам. Слышимость потрясающая. Не заснуть. Но все это не оправдание.

– И даже истеричная реакция американцев после ввода советских войск в Афганистан?

– В Олимпийской деревне это не ощущалось. Жили мы в изоляции от внешнего мира.

– Американцы жили с вами?

– Не помню. Но какой-то враждебности с их стороны мы не ощущали. Перед Олимпиадой сыграли с ними в Нью-Йорке выставочный матч. В "Мэдисон-сквер-гарден", где за год до этого сборная СССР разгромила сборную НХЛ – 6:0, пришло почти 20 тысяч зрителей. Мы выиграли 10:3. Американцы были похожи на учеников. Никто тогда и предположить не мог, что они возьмут реванш.

– Однако проблемы у сборной СССР начались уже на первом этапе: едва не проиграли финнам, потом мучились с канадцами…

– Лучше бы проиграли… Чехи, наши главные соперники, были биты американцами 3:7 и в финальную четверку не попали. Нам все уши прожужжали, что мы уже олимпийские чемпионы. Мол, пора сверлить дырки для орденов. А мы уши развесили.

– Итак, в финальную четверку вы вышли с двумя очками, у шведов и американцев было по одному, у финнов – ноль. 22 февраля матч против сборной США. Главный тренер звездно-полосатых Херб Брукс сказал, что советская сборная играла против его команды примитивно…

– Да пусть говорит. Мы неплохо начали, вели 1:0, 2:1. Потом эта шайба Джонсона вместе с сиреной на перерыв… И тренеры тут же снимают Третьяка. Мышкин – хороший вратарь, но с Владиком ребята чувствовали себя увереннее, спокойнее. Считаю, замену Третьяка решающей тренерской ошибкой. Увидев Владика на скамейке, американцы воодушевились. Они играли с такой сумасшедшей самоотдачей! Это была совсем не та робкая команда, которую мы разгромили 10:3. Казалось, что у них два сердца-мотора. Так бежали вперед и слаженно защищались.

– Они грубили? Провоцировали? В третьем периоде запомнился зубодробительный силовой прием против Харламова, после которого Легенда № 17 сникла.

– Нет. Били, конечно, но в рамках этики. Не подло, не исподтишка.

– Когда испугались, что можете проиграть?

– Минут за пять до конца.

– Тихонов снял с игры Балдериса, Жлуктова и Скворцова и на последних минутах в основном выпускал вашу тройку…

– А мы не смогли…

– После победы на Олимпиаде в США сняли два фильма, выпустили книгу. Колоссальным успехом пользовалась лента "Чудо", в которой вы изображены крутым центрфорвардом, выигрывающим все вбрасывания. Но в начале третьего периода вы проиграли спор в центре поля, и это стало сигналом к штурму советских ворот…

– Смешно, если бы не было так грустно. Знаю, в этом "Чуде" Харламова называют ветераном, хотя он моложе меня и Петрова.

– Разбор полетов был жарким?

– После американцев – нет. Потом мы победили шведов 9:2. А на следующий день мне предложили закончить с хоккеем.

– Кто?

– Как, вы не догадываетесь? Главный тренер. Он у нас был бог, царь и герой. Я ответил, что хочу еще поиграть. Тогда он попросил: "Борис, давай, я про вас ничего не говорю плохо, и вы про меня тоже". Вроде ударили по рукам. И вдруг через неделю в газете "Известия" выходит разгромный материал. Там Тихонов заклеймил всю команду, кроме меня и Третьяка.

– После этого вас вызвали на серьезный разговор товарищи по команде…

– Я пришел и сказал: "Делайте что хотите, только не убивайте, у меня дети…"

– Закончили вы в первой половине следующего сезона…

– Да что сейчас вспоминать, это совсем другая тема. Скажу лишь, что Лейк-Плэсид оказался для меня и Валерки Харламова последним официальным турниром в сборной.

P.S. Бывшие партнеры Михайлова потом рассказали, как на банкете в ЦСКА по окончании сезона-1979/80 супруга Бориса Петровича, Татьяна Егоровна, встала и высказала в глаза Тихонову все, что о нем думает. Потом был разбор полетов в высоких армейских кабинетах. По сути, Михайлов подписал себе приговор…

Выделите ошибку в тексте
и нажмите ctrl + enter

Нашли ошибку?

X