20 апреля, 07:00

«Мы ждали появления Яо Мина три поколения». Как Китай ради спортивных побед занялся генной селекцией среди людей

Китай ради спортивных побед занимался генной селекцией среди людей
Корреспондент
Читать «СЭ» в
Мать первой баскетбольной суперзвезды НБА из Китая убедили выйти замуж ради государственных интересов и уникального потомства.

Вздох облегчения прокатился по всей больнице вечером 12 сентября 1980 года. В районе 19.00 пациентка в палате № 6 наконец-то родила. У нее появился на свет мальчик. Необычайно крупный мальчик. Хотя врачи и медсестры ожидали нечто подобного. В конце концов, родители мальчика — бывшие звезды китайского баскетбола. Официально самая высокая семейная пара в Китае.

Мама — Фэн Фэнди ростом 1,88 м. Отец — Яо Чжиюань ростом 2,08 м. Внушительный рост всегда так выделял их на фоне скромных соотечественников, что в Китае их все знали просто как Да Яо и Да Фэн — Большой Яо и Большая Фэн.

Но медицинский персонал все равно был поражен. Никогда прежде они не видели такого крупного ребенка: длинные ноги и руки, огромный череп. Казалось, что это не новорожденный, а уже сформировавшийся трехлетний ребенок. Весил «малыш» 5 кг — почти в два раза больше стандартного веса новорожденного в Китае.

Новость о появлении на свет Яо Мина быстро дошла до руководства спортивного комитета Шанхая. Там не были удивлены. Ведь программа была запущена четверть века назад. Основатель Китайской Народной Республики Мао Цзэдун призвал обратить внимание на спорт и с его помощью повышать престиж коммунистической страны.

Два поколения предшественников Яо Мина проходили специальные отборы, целью которых было найти самых физически одаренных мальчиков и девочек. Так его будущие мама и папа попали в баскетбол.

«Мы ждали появления Яо Мина три поколения, — вспоминает Ван Чонгуан, бывший баскетбольный тренер, который играл вместе с его отцом в 1970-х, а потом тренировал Яо в 1990-х. — Именно поэтому я думал, что его должны назвать Яо Панпан». Долгожданный Яо.

Некоторые спортивные чиновники хотели сразу начать оказывать помощь семье, предоставив ей материальную поддержку и дополнительное питание для ребенка. Кто-то предлагал сделать исключение в демографической политике «Одна семья — один ребенок». Китай законодательно ограничил размер семьи в 1970-е, когда на государственном уровне было признано, что огромное количество людей перегружает земельные, водные и энергетические ресурсы страны.

Но в таком исключительном случае, в конце концов, если Китай хочет стать реальной силой на международной спортивной арене, то почему самая высокая чета страны не может родить целую команду великанов? Но не все разделяли такой рьяный настрой.

Яо Мин. Фото Getty Images
Яо Мин (слева) с партнерами по команде. Фото Getty Images
Фото Getty Images

«Железная миска риса»

В 1965 году Фэн Фэнди было 15 лет. Именно тогда она была привезена в небольшой спортивный интернат, который стал ее домом на следующие пять лет. Именно там он превратилась из веселой девочки в звезду баскетбола и знаковую фигуру для Китая. Но когда она впервые оказалась в своей комнате под общим номером 651, эмоции были куда менее радостные. Да Фэн просто не хотела там находиться: «Я была юной девочкой, которая любила петь и танцевать. И никогда не думала о баскетболе».

Выдающийся рост Да Фэн привлек внимание китайских чиновников, которые не постеснялись навестить ее родителей. Им доходчиво объяснили, что Да Фэн ждет большое будущее в спорте и что она может прославить не только свой город, но и весь Китай. Посыл был четок и ясен: спорт станет для нее «железной миской риса». Она будет обеспечена едой, жильем и может получить дополнительные преференции.

Однако жизнь в спортивном интернате была непростой. Юные спортсмены ютились по пять-шесть человек в одной комнате. Они получали стабильное, но при этом скудное питание. Изнурительные многочасовые и каждодневные тренировки. Постоянные контроль и наблюдение.

Да Фэн попала в руки жестких тренеров, которые изначально не были впечатлены ее способностями: «Она могла быть самой высокой девочкой в Китае, но она медленно бегала, не могла поймать мяч и очень быстро уставала», — вспоминал один из них.

Детей гоняли на тренировках по 8-10 часов в день. Каждый день. В любую погоду. В любом состоянии. Физические наказания были также весьма распространены. Все это было направлено на то, чтобы выработать в молодых спортсменах бойцовский характер.

Подкреплялось это постоянной идеологической накруткой, отвечал за которую господин Чжу Юн. Он любил собирать юных спортсменов на первом этаже школы и учить их «единственно правильным взглядам».

Да Фэн выдержала эти тренировки и стала делать успехи на площадке. Она все еще оставалась слабым игроком, но теперь она умела хорошо бороться под щитом и не боялась вступать в контакт на любом участке площадки. Для нее баскетбол стал единственным способом пробиться дальше и вырваться из этого места.

Яо Мин. Фото Getty Images
Яо Мин.
Фото Getty Images

Путь хунвейбина

Девушка с красной повязкой на правой руке затолкала мужчину в знакомую комнату под номером 651. «Враг народа! Шпион! Предатель! Контрреволюционер!» — кричали ему в спину. Мужчину обрили налысо. Связали ему руки за спиной. В его глазах читался настоящий испуг. Сложно было поверить, что это тот самый господин Чжу Юн, который всегда держался так уверенно и ощущал себя выше остальных.

«Враг народа, признай свои преступления», — требовала толпа. Громче всех кричала высокая девочка с красной повязкой на рукаве. Голос Фэн Фэнди явно окреп с годами.

Ей было 17 лет, но она сильно изменилась. Короткая стрижка, строгий темный наряд, который разбавляла только та самая красная повязка. Она называлась тем, кто вселял ужас в сердца многих китайцев: хунвейбин. «Красный охранник».

Как и многие китайцы, Да Фэн не любит вспоминать то время: «Культурная революция не особо повлияла на меня, — говорила она годы спустя. — Просто на некоторое время мы прекратили баскетбольные тренировки и сосредоточились на нечто другом. Но я вышла из семьи рабочих, так что для меня в тот период мало что изменилось».

Но, согласно рассказам других участников тех событий, Да Фэн все-таки сильно переменилась. После начала Культурной революции миллионы школьников и студентов объединились в группы «красных охранников» — хунвейбинов. С подачи Мао Цзэдуна они пошли войной на весь старый мир: подвергали критике, то есть публично издевались над своими вчерашними учителями и наставниками.

Хунвейбины без разбора громили храмы, гробницы, музеи, жгли книги, картины и театральные костюмы, по всей стране на месте древних памятников за собой они оставляли лишь руины. Досталось и профессиональному спорту, который был признан «негативным влиянием Запада». Тренировки были остановлены, соревнования — прекращены. Уже бывших тренеров и спортсменов обвиняли в стремлении добиваться золота любой ценой. Это стремление даже получило свое осуждающее название: трофеизм.

Многие старшие товарищи Да Фэн были отправлены на работы на фабрики. Они так и не вернулись в баскетбол. Господин Чжу Юн вместе со многими тренерами и членами администрации превратились в заключенных.

17-летняя Да Фэн была одним из лидеров этого движения в интернате. Ее группа отвечала за допросы и выявление «ненадежных элементов» среди бывших тренеров и руководства.

«Кто-то вступил в ряды хунвейбинов, чтобы просто избежать проблем. Потому что любой, кто выступал против, сразу же объявлялся врагом. Но Да Фэн искренне верила в верность этого пути. А такие люди были способны на многое», — говорит один из свидетелей тех событий.

Никто не утверждает, что Да Фэн лично участвовала в пытках и избиениях, но они явно проходили с ее ведома и одобрения. В итоге многие руководители и тренеры из интерната подверглись репрессиям. Господин Чжу Юн был отправлен в тюрьму на несколько лет.

Яо Мин. Фото Getty Images
Яо Мин.
Фото Getty Images

Муж от партии

С окончанием Культурной революции Да Фэн могла постичь тяжелая участь многих ее соратников, которым пришлось отвечать за свои поступки. Но в ее жизни снова появился баскетбол. Стремление к трофеям все еще считалось неправильным поведением, но теперь в спорте видели возможность объединить людей, а также наладить дипломатические отношения с другими странами. Тренировки возобновились в 1969 году.

19-летняя Да Фэн превратилась в лидера женской сборной по баскетболу. Тем временем в мужской команде засияла звезда Яо Чжиюаня, который в смутное время работал на машиностроительном заводе Шанхая № 8. Его папа, дедушка Яо Мина, был одним из самых высоких людей в Шанхае. Он тоже играл в баскетбол, но начал слишком поздно, чтобы достичь особых успехов.

Да Фэн стала капитаном женской сборной Китая по баскетболу. Также она часто входила в делегацию, которая принимала иностранных гостей из мира спорта или проводила собрания с членами Политбюро. С партнерами же по команде она держала себя иначе, редко идя на контакт.

Однако проблемы со здоровьем оборвали ее карьеру. В 28 лет из-за хронических болей в спине она закончила карьеру.

Но у руководителей комитета по спорту были на нее уже другие планы. И речь шла не об административной или тренерской работе. Ей позволили завершить карьеру, но прозрачно намекнули, что таким генам нельзя пропадать и пора подумать о потомстве чемпионов. Но где найти подходящего мужчину? Вся жизнь Да Фэн была прежде посвящена двум целям: спорт и революция. В любом случае спортсменкам было запрещено заводить детей до тех пор, пока они не закончат карьеру или им не исполнится 28 лет.

Но прежде чем Да Фэн имела шанс найти себе партнера, руководство партии уже нашло такого за нее: Яо Чжиюань. Действующий игрок, на два года младше. Выдающийся рост. Что еще нужно?

Тренеры начали работу. На протяжении двух лет они ели в одной столовой, жили в одном общежитии, тренировались на одной площадке. Сначала Да Фэн не проявляла к молодому человеку большого интереса, но частые беседы с тренерами убедили ее, что лучше пары не найти.

Почему именно тренеры? «Эти девушки проводили больше времени с тренерами, чем с родителями. Мы становились для них вторыми родителями. Именно поэтому они прислушивались к нашим советам», — объясняет один из них. И скоро все труды окупили себя: на свет появился долгожданный Яо.

Яо Мин.
Яо Мин в детстве.

Старые обиды

Но рождение сына принесло не только радость, но и обеспокоенность в семью. В 1976 году скончался Мао Цзэдун, к власти пришел Дэн Сяопин, который хорошо помнил времена Культурной революции. При нем свободу получили многие репрессированные граждане. В их число попал и господин Чжу Юн.

Завершив карьеру в 1978 году, Да Фэн стала помощником женской молодежной команды в Шанхае. Все ожидали, что это только первый шаг в ее многообещающей карьере. Но ее судьба изменилась, когда Чжу Юн занял один из руководящих постов в комитете по спорту Шанхая. Через шесть месяцев Да Фэн была уволена с поста тренера команды. И больше никогда не работала в этой должности.

А отсутствие качественного профессионального образования не позволяло ей найти другую работу вне баскетбола. Ее мужу также не разрешили тренировать, так что всю жизнь он проработал в порту Шанхая. На двоих они зарабатывали 80 юаней в месяц — половину от дохода среднестатистической семьи и явно недостаточно для того, чтобы растить сына-великана.

Почти все скромные деньги семьи уходили на еду: к четырем годам Яо Мин весил 27 кг при росте солидно за метр. Еще через четыре года его рост был уже 170 см. Такой потенциал уже невозможно было игнорировать. К тому времени мстительный Чжу Юн ушел на пенсию, так что скрываться уже не было такой необходимости.

Тренеры хотели забрать Яо Мина в спортивную школу. Родители изначально не хотели отдавать сына, помня, через что они сами прошли в этих стенах. Но им напомнили, что талант Яо Мина принадлежит не только им, но и всей нации. «Мы не выбирали эту карьеру для него, — говорит Да Фэн. — Но все тренеры с первых лет следили за ним. Ему просто не оставили другого пути».

Выдающийся рост Яо вкупе с его неуклюжестью на площадке сделали его объектом насмешек со стороны сверстников. Но моральные испытания были намного менее тяжелыми, чем физические тренировки. Каждый день детей заставляли бегать до тех пор, пока они не валились с ног. Заставляли бросать мяч в кольцо до тех пор, пока у них уже не поднимались руки.

Отец пытался привить сыну любовь к баскетболу, тренируясь с ним по вечерам. Мать выбрала другой путь. Она смогла достать два билета на выставочную игру команды «Гарлем Глобтроттерс», которая приехала в Китай. Никогда прежде они не видели, чтобы баскетбол мог приносить столько радости. «Думаю, это сильно повлияло на Яо, — говорит Да Фэн. — Он увидел в баскетболе не работу, а развлечение».

Тем не менее мама беспокоилась за будущее сына. На своем личном опыте она отлично знала, что спортивная карьера не гарантирует ничего в жизни, поэтому стремилась дать сыну то, чего была лишена сама, — хорошее образование.

В 1992 году тренеры стали настаивать, что пришло время начинать усиленные тренировки и отдавать Яо в спортивный интернат. Но родители не просто отказались, но и забрали сына из спортивной школы, отдав его в обычную, среднеобразовательную.

Однако уже в первой четверти стало понятно, что в плане есть изъян. 11-летний Яо Мин не отлынивал от учебы, любил читать, но он так сильно отставал по программе от остальных учеников, что просто не мог усваивать информацию на этом уровне. Пришлось переезжать в спортивный интернат. «Уход из школы — это самое большое сожаление в его жизни», — говорит один из друзей Яо из Шанхая.

Яо Мин.
Яо Мин (слева).

Драфт НБА

К 13 годам Яо Мин достиг роста в два метра. Лучшие тренеры Китая каждый день работали с удивительным юношей. В одном из интервью Яо рассказал о постоянных тестах: «Когда мне было 12 или 13, у меня брали замеры рук». Если быть точнее, у Мина замеряли запястья — так китайские ученые вычисляли, в каком возрасте кости окрепнут и перестанут расти.

Следующие несколько лет родители почти не видели сына дома. Вся его жизнь проходила в тренировках. При этом мама старалась обеспечить сына всем необходимым: новой одеждой, дополнительной едой. Однажды она так отчаялась найти подходящую пару обуви для Яо, что обратилась к знакомым из США. Они прислали кроссовки Nike Airs за 92 доллара.

К тому моменту в компании Nike уже знали о существовании китайского великана. И хотели с его помощью выйти на китайский рынок. Именно с их помощью Да Фэн удалось уговорить китайские власти отпустить Яо в 1997 году в тренировочный лагерь для баскетболистов в Париже. В 1998-м его на два месяц отправили в тур по США. Впервые китайский спортсмен получил такие свободы.

В 1999 году Яо Мин заключил контракт со спортивной компанией Evergreen Sports Management, согласно которому треть его дохода доставалась фирме. Тогда в Китае еще не знали, что в НБА агентское вознаграждение может максимум составлять 4 процента от суммы, а не все 33.

Вскоре баскетболист подписал спонсорский контракт с Nike. В фирме опасались, что другая компания может увести китайскую звезду, которую они выхаживали столько времени, поэтому дали ему контракт на четыре года и 20 миллионов долларов.

К 2002-му Яо Мин стал главной звездой китайской лиги. 21-летний центровой ростом 2 метра и 26 сантиметров набирал по 40 очков и делал по 20 подборов за матч. Он привел «Шанхай» к первому чемпионству за полвека. Руководство спортивного комитета решило, что теперь можно отпустить игрока на драфт в НБА. Но поставило одно условие: 50 процентов от его дохода в Северной Америке будет доставаться комитету. При этом никто не ставит под сомнение комиссию в 33 процента агентской фирме.

В июне случилась еще одна неприятность. Китайский баскетболист Ван Чжичжи, который выступал в то время в НБА, отказался принимать участие в тренировочном сборе национальной команды Китая. Будучи на тот момент военнообязанным, он был признан дезертиром.

Это ситуация напугала спортивных чиновников. А что если Яо Мин также откажется возвращаться? Только клятвенное обещание молодого баскетболиста выступать за сборную по первому требованию убедило чиновников дать согласие. Всего за несколько часов до начала драфта «Хьюстон» получил письмо, в котором говорилось, что игроку дадут возможность выступать в Северной Америке. Яо Мина выбрали под первым номером на драфте-2002.

Однако семья была так измучена всеми перипетиями данного процесса, что сил на особую радость уже не осталось. Для них организовали прямую трансляцию из Шанхая. Когда комиссионер лиги Дэвид Стерн объявил, что Яо Мин был выбран под первым номером, то члены семьи лишь улыбнулись и сдержанно похлопали. Когда их аккуратно попросили проявить чуть больше эмоций на камеры, то трио неуклюже отбило друг другу пять.

Новая жизнь

Вместе с сыном специальное разрешение на переезд в Хьюстон получила и Фэн Фэнди. Вскоре к ним присоединился и отец. Для Яо переезд вышел непростым. Он не жил с родителями на протяжении восьми лет, что провел в спортивном интернате: «Родители не контролировали меня. Я привык к этому», — объяснял 22-летний баскетболист.

Но родителям было еще сложнее адаптироваться к новой жизни. Да Фэн днями напролет занималась тем, что убирала в доме и готовила сыну еду: «Если он не будет хорошо питаться, то ему не хватит энергии на площадке», — твердила она.

Яо Мин купил для семьи большой дом в пригороде Хьюстона. Особенно он гордился большой кухней. Однако маме такие просторы пришлись не по душе: она попросила сделать для нее отдельную кухню в одной из небольших кладовок.

Родители не говорили по-английски. Они не умели водить, а ближайший продуктовый магазин был в нескольких милях от дома. Можно сказать, они были заперты в четырех стенах. Выручал только нанятый переводчик, который одновременно исполнял роль личного водителя.

Дебютный матч Яо Мина за «Хьюстон» пришелся на игру против «Индианы». Но его родителей не было на трибуне. В этот момент они ждали приезда мастера, который должен был настроить кабельное телевидение. Когда им предложили перенести визит настройщика, то они безапелляционно ответили: «Нет, мастер сказал нам его ждать». С такой логикой спорить было невозможно.

Прогнозы на спорт
Канал Спорт-Экспресс на YouTube
Новости