Горе и счастье Романцева. Как великий тренер «Спартака» провел матч легенд с «Зенитом»

Наблюдения Рабинера.

Весь матч легенд «Спартака» и «Зенита», каждой секундой которого я наслаждался, мой личный фокус был на Олеге Романцеве.

Когда игра начиналась, Олег Иванович был черен. От горя и боли по Георгию Ярцеву, который незримо находился рядом. От того, что заставило Романцева на прощании с другом сказать слова на разрыв: «Надо учиться жить заново». Казалось, что в таком эмоциональном состоянии невозможно сосредоточиться на футболе.

Но потом с ним что-то произошло.

Минут через десять Романцева показали — и он уже был весь в игре. Даже взгляд у него изменился, морщины разгладились, глаза загорелись.

Он охотно, красиво и благородно — сколько было похвал в адрес зенитовцев! — комментировал матч коллеге Тимуру Журавелю со скамейки. Почему бы, кстати, как-нибудь не дать Романцеву роль второго комментатора матча? Это могло бы получиться потрясающе.

Он задавал эстетический тон словами: «Посмотрите, как голова у всех поднята! Наслаждаюсь!» Но и по-тренерски критиковал действия Хлестова и Филимонова перед пропущенным мячом: «Ненужный угловой привел к ненужному голу».

Тем не менее предсказывал, что по такой игре скоро «Спартак» сравняет. И «Спартак» сравнивал.

Ринат Дасаев и Олег Романцев.

Александр Федоров, Фото «СЭ»

В перерыве — классно, что телевизионщики могли работать в раздевалке! — Романцева особо слышно не было. Он тихонько подходил к игрокам и разговаривал с ними один на один.

А громко и для всей команды установку давал Дмитрий Аленичев, который не смог играть из-за травмы и превратился во второго тренера. Именно он — наверняка посоветовавшись с Романцевым — из-за скученности в центре у «Зенита» сказал атаковать флангами. Откуда и пришли оба гола — Павлюченко и Ширко. Растянули. Доставили. Завершили.

И подумалось — как жаль, что не было у Аленичева возможности ассистировать Романцеву в большом футболе. Может, переход к новой роли дался бы после этого гораздо легче.

А как смотрелись спартаковские экс-капитаны, которым уже за 50, — Онопко и Тихонов! Первого, жилистого и худощавого, невозможно было пройти. Второй — живот в кубиках! — готов был бегать весь матч, как бы жестко в него иной раз ни втыкался забивший топ-гол Денисов.

Народ глядел на прекрасное зрелище и скандировал: «Олег Романцев!» Тренер чуть смущался, когда Журавель просил его это прокомментировать. После чего говорил спасибо фанатам и подчеркивал: «Я — один из них!» Это ведь и о Fan ID, чтобы вы понимали.

«Спартак» смял «Зенит» в ответном матче легенд. Голы Павлюченко и Ширко — реально шедевры

Романцева спрашивали о Гильермо Абаскале. Он обмолвился, что игра «Спартака» ему очень нравится. Но со сравнениями спешить не захотел — чтобы все понять, нужно увидеть тренировки, на которые пока не звали. Позовите, Гильермо! А потом присядьте на часок и потолкуйте — пусть через переводчика. Этот разговор вы запомните на всю жизнь, и он вам многое даст.

Здорово, что Абаскаль (вместе с командой) за 48 часов до матча основных «Спартака» и «Зенита» пришел на матч легенд и что зашел перед игрой в спартаковскую раздевалку, и их с Романцевым представили друг другу. Значит, испанцу не все равно, что было до него. Тем больше к нему симпатии.

Романцев радовался победному голу Ширко с Ринатом Дасаевым и Александром Хаджи так открыто, как, по-моему, никогда в бытность главным тренером «Спартака». Теперь незачем сдерживаться.

А после финального свистка обнимался с Радимовым, который в 20 играл за романцевскую сборную России на Евро-1996. Тихонов в эти минуты дарил выигранный трофей фанатам — и потом нес им на трибуну футболки от всей команды.

После матча Романцев ответит на вопрос об эмоциях: «Я пришел в обычное свое состояние».

В состояние Тренера, которым по факту Романцев перестал быть 17 лет назад. По факту — но не по сути.

Если вспоминать, с каким лицом он сидел на скамейке, когда матч легенд начинался, остается только восхититься великой силой эмоционального излечения, которой обладает футбол. Пусть даже и временного...

И как же здорово сработал режиссер трансляции, который сначала показал памятник братьям Старостиным за воротами и тут же — Романцева на скамейке.

Тут не нужны были никакие слова.