13:30 4 сентября 2011 | ФИГУРНОЕ КАТАНИЕ

Евгений Плющенко: "Возвращаться сейчас намного тяжелее, чем перед Ванкувером"

Евгений Плющенко: "Возвращаться сейчас намного тяжелее, чем перед Ванкувером" Фото "СЭ"
Евгений Плющенко: "Возвращаться сейчас намного тяжелее, чем перед Ванкувером" Фото "СЭ"

В субботу стартовали контрольные прокаты сборной с участием ведущих российских фигуристов. Первое за несколько месяцев выступление провел олимпийский чемпион Турина Евгений Плющенко, которому нынешним летом официально вернули любительский статус.

- Незадолго до прокатов ходили слухи, что вас, вопреки ожиданиям, здесь не будет. Действительно существовала такая возможность?

- Нет. Я уже давно принял решение с федерацией, что буду участвовать в прокатах. Единственное, сегодня это был показательный номер с акселем в три с половиной оборота. Но я полностью тренировался, прыгал четверные. Нога, да, болит немножко. Но ведь все делается через боль. Есть тренер по ОФП Виталий Балыкин, который мне очень сильно помогает, и благодаря ему я в строю.

- Помимо коленей вы не так давно также перенесли операцию на спине. Как она себя чувствует?

- Спина более-менее нормально. Если будет так, как сегодня, то в общем можно будет дожить и до 2018 года. (Пауза.) Шучу на самом деле, докататься бы до 14-го (улыбается).

- С учетом всех операций, когда смогли начать полноценную подготовку к сезону?

- Полноценные тренировки на самом деле начинаются только сейчас. Работа в полную силу уже, прокаты. А до этого было тяжело, особенно летом на сборах. Несколько раз хотел закончить. Сказать, что все – достаточно, больше не могу. Но…переборол себя, и сейчас видим уже какой-то результат.

- Перебороть помогла та самая высокая цель – Сочи-2014? Или, может быть, Алексей Мишин нашел нужные в тот момент слова?

- Нет, безусловно, это цель - Сочи. Четвертая Олимпиада. Попробовать себя на Играх еще раз. Может быть, даже доказать что-то самому себе и тем людям, которые не верят и говорят, что это невозможно сделать. Но я считаю, что если человек задался целью и у него есть желание, он идет до конца, у многих может получиться. Но я никому не советую делать это второй раз. Очень тяжело.

- Можно сравнить нынешнее возвращение с тем, через что вы прошли перед Ванкувером? Или это все же разные вещи?

- Нет. Сейчас намного тяжелее. Тогда это была вообще ерунда. Просто потому, что не было операций, а сейчас вопрос связан со здоровьем. Ну и 27 лет - это не 28, и не 29 (улыбается). Это сказывается, если честно. Очень сказывается,  в том плане, что больше нужно разминаться, больше работать. Голова-то еще молодая (смеется).

- Хотя тот перерыв в активном фигурном катании у вас был более длительным. И даже это не компенсирует?

- Нет. В этот раз намного тяжелее.

- На контрольных прокатах вы исполняете произвольные номера. Не хотите показывать публике программы в "сыром" виде? Или из каких-то еще соображений?

- Вы правильно сказали, что это еще "сырые" программы, их надо накатать. Из-за ноги я просто не смог бы сейчас сделать многие элементы, например, вращения, какие-то шаги, да и вообще в полную силу докатать короткую и произвольную программы. Нужно привести себя в нормальное физическое состояние и тогда показывать все уже на соревнованиях.

- По мнению врачей, когда колено позволит выдержать обе программы целиком?

- Врачи рекомендуют еще несколько уколов, которые состоятся, наверно, на следующей неделе. И думаю, что в середине октября колено будет хорошо себя чувствовать.

- В ваших соревновательных планах значатся этапы Кубка России.

- Да, первый старт, скорее всего, будет в конце октября. Это этап Кубка России, еще не знаю, правда, какой именно.

- Почему остановили свой выбор именно на Кубке страны, а не на каком-то из небольших международных турниров, к примеру?

- Я не исключаю, что, возможно, какие-то соревнования подобного рода и будут. Но пока первые старты – это российские. Нужно здесь показаться, нужно, чтобы судьи посмотрели. Ну а вторые соревнования как раз могут быть и международные.

- На закрытых прокатах для руководства федерации и специалистов в Новогорске, которые предшествовали открытым, вы показывали свои программы?

- Нет, там я не катался, а просто тренировался. Приходил президент федерации, некоторые судьи. Смотрели просто мои прыжки – я выполнил все тройные, несколько раз попробовал три с половиной. Был и четверной с касанием льда рукой. Но был уже такой посыл, что могу. Руководству понравилось, сказали: продолжай (улыбается).

- Можно сейчас рассказать о программах хотя бы в общих словах?

- Нет. Пока нет (улыбается).

- Вся эта история с восстановлением любительского статуса стоила вам большого количества нервов? Или удалось как-то абстрагироваться?

- Вы знаете, я просто продолжал тренироваться, выступать с показательными номерами. Жизнь продолжалась. Хочу сказать спасибо Федерации фигурного катания и лично президенту ISU Оттавио Чинкванте. Думаю, они сделали правильный выбор и не стали больше портить никому нервы. Ни болельщикам, ни в том числе и мне. (Улыбается.) Спасибо, что поддержали меня и вернули любительский статус.

- В этом межсезонье у вас появился новый хореограф. Расскажите об этом сотрудничестве.

- Это Ирина Шаронова, бывшая танцовщица, сейчас она преподает в консерватории Петербурга. Ей уже доводилось работать с фигуристами, правда, не самыми крупными. Я видел некоторые ее работы, и мне понравилось. Иру я знаю уже очень давно. Мы сразу нашли общий язык, и работать у нас получается очень быстро.

- Она ставит вам обе программы?

- Над ними работают и Давид Авдыш (постоянный хореограф Плющенко. - Прим. "СЭ"), и Ира, и Стефан Ламбьель. Правда, с последним мы делаем какие-то кусочки - переходы, выходы, но не программу в целом. Но какие-то фрагменты мы сейчас вставляем в программу.

- Работа с женщиной-хореографом имеет свою специфику?

- Безусловно. Я большую часть карьеры работал с мужчинами. Попытался попробовать что-то новое. Это необычно, работать приятно. Мужчины двигаются немного по-другому, а женщины - более мягко, нежно что ли. Может быть, мне именно это и нужно.

- Подумываете о том, чтобы как-то поменять привычный образ фигуриста Плющенко?

- Вы знаете, это, наверно, невозможно. Вот если бы я сейчас начинал, было бы мне 15 лет, и можно было бы из меня лепить. А сейчас фигурка сделана. Можно просто добавить какие-то новые движения, новые костюмы. Но перебежка - как она была у Плющенко, так и будет. Естественно, пытаемся добавить что-то новое. Тем более, фигурное катание сейчас этого требует, система ведь изменилась.

- Не бывает досадно, что "фигурка уже сделана", и хотелось бы что-то менять, да не выйдет?

- Вы знаете, жизнь идет. По крайней мере я не говорю "нет", я пытаюсь.

- Вы решили пропустить серию "Гран-при", что, по всей видимости, связано со здоровьем и необходимостью восстановиться после операций?

- Вы правы, как раз с этим и связано. Но, знаете, "Гран-при" ведь проходит каждый год. И я уже на стольких был. Сейчас главная цель - выздороветь, вернуть форму, окончательно поставить и доработать программы.

- Следите за тем, что делают именитые зарубежные конкуренты? Патриком Чаном, который обещает два четверных, или тем же Эваном Лайсачеком,  решившим вернуться к соревновательной деятельности?

-  Конечно, я слежу за всеми. Получаю большое количество информации: кто, что, какие программы. Это обязательно. Но я считаю, что нужно прежде всего думать не о соперниках, а о себе. И делать свою работу.

Екатерина КУЛИНИЧЕВА

Материалы других СМИ