27 октября 2009, 08:40

Николай Морозов: "Я бы уже сейчас <br /> воздвиг Плющенко памятник"

ПО ВТОРНИКАМ С Еленой ВАЙЦЕХОВСКОЙ

Морозов - один из самых успешных тренеров в фигурном катании. Ставил программы женщинам и мужчинам, танцорам и тем, кто выступает в парах. Был автором знаменитой "Зимы" Алексея Ягудина и композиции "Очи черные" Саши Коэн. Выиграл туринское золото с Шизукой Аракавой и золото чемпионата мира-2007 с Мики Андо. За два года поднял японского одиночника Дайсуке Такахаши из второй десятки до серебра мирового первенства. Прочно занял позицию лучшего тренера "Гран-при" этого сезона благодаря победам Нобунари Ода - в Париже и Андо - в Москве.

А еще он абсолютно уверен в себе. Когда представители японской федерации попытались было традиционно "поучаствовать" в тренировочном процессе "своих" спортсменов, Морозов просто выгнал их с катка.

ЦЕЛЬ У ВСЕХ ОДНА

Количество японских журналистов в микст-зоне ходынского "Мегаспорта" после окончания женского турнира превышало все допустимые пределы. Они осаждали вопросами победительницу Мики Андо, с пристрастием расспрашивали о чем-то Мао Асаду и ее тренера Татьяну Тарасову, и только Морозова словно не замечали. Но стоило нам с тренером отойти в сторонку и начать разговор, как над нашими головами тут же завис громадный "лохматый" микрофон, который с видимым усилием удерживал на длиннющей "удочке" японский оператор.

Увидев, что его заметили, японец быстро ретировался. И мы уже спокойно продолжали обсуждать турнир.

- Никаких особенных задач я перед Андо в Москве не ставил, - сказал тренер. - Все-таки этот старт у нас с ней первый, и нужно было просто прокатать программу. Понятно ведь было, что при таком составе участников она либо выиграет, либо займет второе место. Это сейчас совершенно непринципиально. А вот судить о том, как катались соперницы, пока не могу: кроме выступлений Андо и мужчин в одиночном катании, я в Москве ничего не видел.

- Мне было бы крайне интересно услышать от вас - человека, работающего с сильным одиночником, - оценку мужского турнира.

- Вообще-то я потрясен катанием Жени Плющенко. Это для меня пока самое сильное впечатление сезона. Я бы уже сейчас воздвиг ему памятник. То, что он совершил, трудно оценить по достоинству.

- Получается, вы вообще не допускали, что Плющенко сумеет вернуться?

- Почему? В свое время я был активно задействован в противостоянии Ягудин - Плющенко, когда они оба готовились к Олимпийским играм в Солт-Лейк-Сити, прекрасно знаю этих ребят, знаю, на что они способны. Когда Леша Ягудин еще до операции на бедре захотел попробовать вернуться в спорт, он приезжал ко мне в Нью-Джерси, тренировался несколько дней и даже пробовал прыгать четверной. Это вообще спортсмены другого уровня. Не такие, как все.

В намерениях Плющенко вернуться я тоже не видел ничего нереального, но в Москве меня потрясли не его тройные и четверные прыжки. А то, что сейчас он выглядит на льду лучше, чем когда уходил из спорта в 2006-м.

- Об этом говорят многие. Как и о том, что Плющенко будет тяжеловато приспособиться к новым требованиям в той их части, где речь идет не о прыжках, а о других компонентах программы.

- Не хочу даже говорить об этом. Последние два чемпионата мира, если помните, выигрывали спортсмены, вообще не владеющие четверным прыжком. Лично я не считаю это нормальным.

- Помню наш с вами разговор за полгода до Олимпийских игр в Турине. Тогда вы сказали, что стоимость четверных прыжков должна быть повышена. Но этого так и не произошло. Насколько оправдана суперсложность в ситуации, когда она не очень высоко оценивается?

- Думаю, что люди, которые готовы идти на четверные прыжки, обязательно будут стараться сделать их на Играх в Ванкувере. Если захотят выиграть, конечно. Тот же Брайан Жубер намеревался прыгнуть на этапе "Гран-при" в Париже аж три четверных, и это вовсе не потому, что в спорт вернулся Плющенко. И совершенно не имеет значения, что Жубер не справился с ними. Цель-то у всех сильнейших одна: выиграть в Ванкувере.

- В свое время Андо вошла в историю, как первая женщина, сумевшая сделать на соревнованиях прыжок в четыре оборота. Но это было семь лет назад. Вы будете предпринимать попытки включить в произвольную программу этот элемент?

- Мики прыгала четверной сальхов много раз. Другое дело, что, как только была принята новая система оценок, ей перестали этот прыжок засчитывать. Не засчитали и в прошлом году на финале "Гран-при", хотя сальхов был выполнен точно с таким же недокрутом, как в 2002-м. Мы по-прежнему тренируем четверной. А дальше просто будем смотреть, насколько велик шанс добиться в этом прыжке стабильности и как сложится соревновательная ситуация на Играх. Смотря за что мы будем там бороться.

Понятно ведь, что в Москве Андо могла ограничиться в короткой программе каскадом "3+2" и, скорее всего, была бы первой. Но мы пошли на риск, как постоянно шли на него в прошлом сезоне - на всех соревнованиях прыгали в короткой программе "3+3". Высоко стоящая планка закаляет спортсмена.

- Знаю, что второй ваш ученик Нобунари Ода неплохо владеет четверным прыжком. Почему он не стал прыгать его на этапе "Гран-при" в Париже?

- Это тоже был расчет. Ода пока не готов выполнять произвольную программу максимально хорошо, если в ней стоит четверной прыжок. До Олимпийских игр еще много времени, форсировать подготовку нет необходимости. Мы приехали в Париж заранее, провели там в общей сложности две недели, акклиматизировались. Для меня было важно, чтобы у ребят продолжался нормальный тренировочный процесс. Поэтому Андо, хоть и не выступала в первом этапе "Гран-при", тоже поехала с нами.

МЕДАЛИ ДЛЯ ЯПОНИИ

- Вы довольны тем, как Мики каталась в Москве?

- Очень. В последние годы она каталась либо очень хорошо, либо - если делала в начале программы какую-то ошибку - тут же бросала бороться. В Москве я впервые увидел то, чего долго добивался. Мики делала какие-то ошибки, но при этом продолжала выжимать из себя максимум возможного: выдерживала позиции во вращениях, держала под контролем эмоции. Безусловно, это более высокий уровень профессионализма, чем был раньше.

- С чем связаны такие изменения?

- Наверное, с возрастом. С опытом. Мне вообще в этом сезоне очень нравится, как идет работа. Заметил даже, что не приходится почти ничего говорить спортсменам. Они словно чувствуют, что именно я от них хочу, и делают все сами.

- Вы удивительный тренер. Обычно все, кто работает с японцами, жалуются на непостижимый восточный менталитет спортсменов этой страны.

- О своих учениках я этого сказать не могу. И с Такахаши у меня долгое время таких проблем не возникало. Что касается представителей Японской федерации фигурного катания и прессы, на них я не обращаю внимания, а с некоторыми даже не здороваюсь.

- Слышала, что между вами и чиновниками федерации даже был конфликт на этой почве. Это правда?

- Он и сейчас есть. И продолжается довольно давно. Я им в свое время сказал: фигурное катание - не ваш вид спорта. Ваш вид - сумо. В фигурном катании у Японии нет таких традиций, какие есть в России, в Америке, в Канаде. Поэтому любой, даже не самый известный тренер из этих стран, понимает больше, чем вся ваша организация.

- Зачем вообще было нужно идти на конфронтацию?

- У меня не было другого выхода. Не хочу, чтобы мне мешали работать. Не хочу, чтобы постоянно давали советы. Я расстался с Такахаши именно по той причине, что он стал прислушиваться к мнениям людей из федерации, которые не знают спорта, не понимают тенденций развития фигурного катания, очень смутно представляют себе, что и как будет дальше.

Точно так же год назад этих людей слушал Ода. Доходило до того, что чиновники писали ему на бумажке, какие прыжки надо выполнять на соревнованиях. Рассуждали о том, что прыгать выгодно, что нет...

Единственная японская спортсменка, которая никогда не слушала федерацию, - это Андо. Шизука Аракава тоже перестала слушать, когда стала у меня тренироваться. Но тогда было проще - в японской федерации работали другие сотрудники. После Игр в Турине состав федерации поменялся, и все стало только хуже.

Победа Аракавы на Олимпиаде подняла популярность фигурного катания в Японии на небывалую высоту. Сейчас японцам нужна золотая медаль на Олимпийских играх в Ванкувере. Что необходимо для этого сделать, не знает никто, но все пытаются рулить процессом в меру своих возможностей.

- Конфликт не осложняет жизнь вашим спортсменам?

- Их он вообще не касается. На самом деле я очень рад, что вы затронули эту тему. Я пытался поднимать ее, когда был в Японии, но местные журналисты просто вырезают то, что им кажется "лишним", прежде чем публиковать материал. Понять это тоже не могу. Как тренер, я выиграл для Японии больше медалей, чем было у этой страны в фигурном катании за всю ее историю. Андо стала чемпионкой мира в 2007-м, Тахакаши на том же чемпионате выиграл серебро, до этого была олимпийская победа у Шизуки. На последнем мировом первенстве в Лос-Анджелесе Андо стала третьей, после этого приезжаю в Японию, прихожу на каток, и мне начинают объяснять, что я должен делать на льду. В Москве я вообще тренировался со своими японскими спортсменами по ночам - у Лены Водорезовой в ЦСКА. Нам все были рады, и ни у кого это не вызывало раздражения.

ЛЮБИМЫЕ СПОРТСМЕНЫ

- Как получилось, что Такахаши решил с вами расстаться? Или это было вашей инициативой?

- После того как Дайсуке стал вторым на чемпионате мира в Токио, его приемные родители настояли на том, чтобы он заключил контракт с японским менеджером. С тем, который до этого работал с Аракавой. И начались проблемы. Раньше, например, ботинки для катания своим спортсменам заказывал я. Менеджер сказал, что отныне будет заниматься этим сам, и для начала перепутал размеры. В начале 2008-го Такахаши вернулся из Кореи с Турнира четырех континентов, где откатал произвольную программу с двумя четверными прыжками и побил рекорд Плющенко, и я заметил, что у него сломан ноготь на ноге. Естественно, спросил, как это произошло. Дайсуке и признался, что был вынужден кататься в ботинках, которые оказались на полразмера меньше, чем нужно.

Подобные проблемы начали сыпаться со всех сторон, причем одна тянула за собой другую. Поэтому на чемпионате мира в Гетеборге Дайсуке остался без медали.

После этого я и сказал, что дальше так работать не намерен. Либо Такахаши по-прежнему катается у меня, либо остается со своим менеджером. В итоге под давлением родителей и федерации он перестал у меня тренироваться.

- Вы жалели об этом?

- Конечно. Дайсуке был одним из моих любимых спортсменов. Он очень талантлив, да и по характеру хороший мальчик. Мне было интересно с ним работать, ставить ему необычные программы.

- Другими словами, вложили в этого фигуриста слишком много сил, чтобы безболезненно вычеркнуть его из памяти?

- Можно сказать и так.

- Кто из фигуристов сейчас вам особенно дорог?

- Наверное, Мики. С ней я работаю дольше всего. Мы с ней преодолели немало проблем. Были и неудачные выступления, и травмы. Из-за одной из них Андо даже была вынуждена сняться с чемпионата мира в 2008-м. Но все сумела выдержать.

- Ее, насколько знаю, у вас тоже пытались забрать?

- Было дело. Японцам вообще свойственно часто менять тренеров. Как раз после чемпионата в Гетеборге, когда выяснилось, что Андо не сможет кататься, федерация стала настаивать, чтобы Мики со мной рассталась. Но она категорически отказалась это делать.

- А если бы согласилась, вас это удивило бы?

- Наверное, нет. Все-таки японские спортсмены бывают не очень предсказуемы.

- Как думаете, почему она тогда не ушла?

- Наверное, потому, что успела приобрести опыт не только побед, но и неудач. Стала более мудрой. Девочки ведь редко задумываются о серьезных вещах. В более раннем возрасте их обычно контролируют родители, пытаются брать на себя все проблемы. Размышлять самостоятельно спортсмен, как правило, начинает тогда, когда ему трудно.

Один из таких сложных периодов возник у нас в прошлом году, когда Андо выступала на первом этапе "Гран-при" в США, заняла там третье место и проиграла четыре балла соотечественнице - Юкари Накано. Я был очень доволен тем, как она откаталась. Тем более что предыдущий сезон у нас получился скомканным из-за травмы. А представители японской федерации заявились прямо в женскую раздевалку и стали говорить Мики, что ей нужно немедленно изменить программу, потому что в ней, на их взгляд, не хватает transitions - связующих шагов между элементами.

Я был в шоке, когда узнал об этом. Какие transitions? У нас была четкая задача сделать в программе все прыжки. Старт-то первый. А моей спортсменке объясняют, что если она не поменяет программу, то на чемпионат мира в Лос-Анджелес вообще не поедет.

Вот тогда Мики и проявила характер. И стала в итоге единственной японской спортсменкой, кому удалось завоевать в Лос-Анджелесе медаль.

- Языковой барьер в общении со своими спортсменами вы чувствуете?

- В этом отношении мне повезло. И Андо, и Ода уже много лет живут в Америке, прекрасно говорят по-английски. Нобунари до прихода ко мне катался в Канаде у Ли Баркела - тренера Джеффри Баттла (Баттл - чемпион мира-2008. - Прим. Е.В.).

ЧТО ЖДАТЬ?

- Скольких спортсменов вы будете выводить на лед в Ванкувере?

- Помимо Анды и Оды у меня тренируется японская танцевальная пара и испанский одиночник Хавьер Фернандес.

- А как же работа с чемпионами мира-2006 в парном катании Цинь Пан/Цзян Тон?

- Им я только ставлю программы. Уже третий сезон.

- Как, с вашей точки зрения, будут развиваться олимпийские события в мужском одиночном катании?

- Это самый сложный для меня вопрос. Пока могу сказать лишь то, что этот вид программы станет наиболее интересным за много последних лет. Уже сейчас можно назвать десяток фигуристов, способных выиграть. Это Плющенко, Жубер, Стефан Ламбьель, Томаш Вернер, Патрик Чан, Эван Лайсачек, Джереми Эббот, Ода… Почему-то мне кажется, что результаты коротких программ окажутся в Ванкувере настолько плотными, что решаться все будет только в произвольной.

- Сразу вспоминается женский олимпийский турнир в Турине, где Сашу Коэн, Ирину Слуцкую и Аракаву разделял после короткой программы всего один балл. Даже чуть меньше - 0,71. Вы, кстати, сейчас поддерживаете отношения с Шизукой?

- Общаемся только на соревнованиях. Аракава была в Париже - приезжала туда с какой-то японской телекомпанией. Кстати, вот тоже непонятный для меня парадокс. Шизука - звезда необычайной величины. Спортсменка с большой буквы. Единственная японская олимпийская чемпионка. При этом ее никто нигде не видит. Она не участвует ни в каких известных шоу, находится в прекрасной форме, но катается только в Японии. Да и там ее популярность неуклонно падает. Хотя, на мой взгляд, Шизука и сейчас могла бы выступать в любительском спорте и успешно бороться со всеми сильнейшими. Технический арсенал ей вполне это позволяет.

- Что же вы ее не удержали?

- Пробовал. Уговаривал целый год. Но японцы рассудили иначе. Новые Олимпийские игры - значит, должны быть новые имена. Сейчас все их внимание переключено на Мао Асаду.

Реклама
Прогнозы на спорт
Канал Спорт-Экспресс на YouTube
Новости