Гимн тренерам. Рабинер — об одной из самых cложных и тонких профессий на Земле

Игроки по сравнению с тренерами футбола вообще не понимают

По случаю Дня тренера, который в России отмечали в четверг, скажу, что с особым удовольствием и интересом общаюсь с людьми этой профессии, которая кажется мне одной из самых сложных, тонких и интересных на Земле. Меня всегда восхищают люди, которые умеют делать то, что абсолютно неподвластно мне. И труд главного тренера — как раз из таких. В него ведь входит целый набор более узких профессий, который требует совершенно разноплановых знаний и навыков.

Ты должен иметь свою тактическую концепцию, то есть научиться не просто разбираться в игре гораздо лучше, чем в бытность игроком (сравните, как становится понятно происходящее на поле, когда в роли эксперта к микрофону садится тот же Леонид Слуцкий, по сравнению с любым экс-футболистом, не ставшим тренером), а сформировать что-то свое, ни на кого не похожее. Игроки по сравнению с тренерами футбола вообще не понимают, вернее, понимают крайне узко, только в том, что касается их самих (недаром Жозе Моуринью как-то сказал: «Пока они играли, я учился»). А задача тренера — одновременно и выжимать каждый день из этого игрока максимум, используя и физические, и тактические, и технические, и педагогические рычаги; и развивать его, чтобы он становился сильнее и учился большему; и вписывать в общую концепцию, которая далеко не всегда идеально подходит для того или иного футболиста.

Тренеров РПЛ массово опрашивают по теме имени и отчества от Галактионова — уже высказались Черчесов, Карпин, Семак

Безусловно, у тренера есть штаб, и с нюансами по физике, по подведению отдельного игрока (еще же всегда есть травмированные) и всей команды к определенному уровню готовности на конкретный момент ему поможет, в частности, тренер по физподготовке. Но и главный в плане этих знаний тоже не может быть невеждой и полагаться только на знания помощника. В том числе и в плане отношения к той или иной травме, методам восстановления и времени возвращения на поле. Поэтому организму футболиста уделяется столько внимания и в институтах физкультуры, и в тренерских школах.

Важнейший, кстати, момент — умение правильно подобрать штаб, и профессионально, и по-человечески. Нередко главного подставляют ассистенты — помню, например, как спартаковцы при Александре Старкове ненавидели его помощника Игоря Клёсова, и это срикошетило на главного. А Станислав Черчесов говорил, что к своей работе в «Спартаке» как раз не осознал еще важности штаба, и это стало для него одним из главнейших уроков.

Александр Мостовой.

Фото «СЭ»

Почему Мостовой никогда не станет тренером

Наконец, психология. Опять же — и индивидуальная, и командная. Когда-то Гус Хиддинк сформулировал один из важнейших факторов успеха: скамейка должна быть за основу, желать ей успеха, радоваться ее голам. А как это сделать, если каждый хочет играть? Недавно Саша Кокорин очень простыми словами объяснил, по какой причине он не может стать тренером: потому что там надо обманывать половину футболистов, объясняя им, почему они не попадают в состав, а он так не может. На самом же деле не надо обманывать. Не от одного и не от десяти тренеров и футболистов слышал: абсолютно неважно, диктатор тренер или демократ, главное — чтобы игроки ощущали СПРАВЕДЛИВОСТЬ решений, которые он принимает.

«Главный» должен обладать дикой работоспособностью и энергетикой, каждый день передавая ее подопечным. Он не может приходить на тренировки вымотанным, психологически уставшим, выгоревшим — это тут же передается футболистам и они начинают соответственно работать. Недаром говорится: какой тренер, такая и команда. И его труд — это 24/7, на что способен далеко не каждый. Поэтому тот же Александр Мостовой никогда не будет тренером, поскольку он не способен жить работой в таком режиме.

«Мостовой готов тренировать! Считайте это моей рекомендацией». Романцев — о Дзюбе, Карпине и «Спартаке»

Сделать так, чтобы 25 человек, больше половины из которых не выходят в стартовом составе, тебе верили и шли за тобой, не сомневаясь, что ты — не Иван Сусанин и ведешь их правильным путем, а не на погибель — это же великое искусство. Как убедить каждого, что ты — не самозванец, а тот, кто им и нужен? Причем сделать это сначала на низовом уровне, а потом пройти весь путь наверх — оттого и изумляюсь людям, никогда не игравшим и поднявшимся с детского футбола до чемпионства на взрослом, как Слуцкий или Мурад Мусаев. Как им удалось сделать так, чтобы профи им поверили?..

Поскольку кое с кем из тренеров я дружу, то иногда за ужином с ними слушаю и поражаюсь, до какой степени они должны быть наблюдательны и подмечать каждый нюанс по каждому игроку на каждой тренировке. И насколько каждая тренировка важна в плане оценки каждого футболиста. И даже после разминки перед самим матчем тренеры проводят быстрое совещание с обсуждением, как там что было, и это влияет на поведение главного тренера по отношению к команде перед стартовым свистком — взбадривать их или, наоборот, успокаивать, или просто нейтрально напомнить самые важные вещи. Миллион невидимых миру деталей, которые влияют на результат! И ты никогда не можешь быть сосредоточен на себе — ты должен видеть, слышать и чувствовать команду. А иногда как раз чего-то не видеть и не слышать — умышленно, конечно.

Валерий Непомнящий.

Фото Никита Успенский, архив «СЭ»

Пять слагаемых успеха

Главный тренер — это и лидер, вожак, который обязан находить правильные слова, чтобы поднять команду и перед игрой, и в перерыве, причем при совершенно полярном течении матча. С нынешним поколением уже не пройдут такие методы унижения, как 20 или тем более 40-50 лет назад, когда тренер в гораздо большей степени был хозяином в команде, чем теперь, и не было никаких агентов, никаких контрактов. А теперь и все эти вещи нельзя не учитывать, и к этим представителям футболистов подходы ему надо искать, иной раз через них и самих игроков мотивировать. А умение по-разному по форме, но одинаково по содержанию, то есть справедливо, подойти к футболистам из разных стран, зная и играя на их национальных особенностях, кнопках, на которые нужно нажимать? Насколько для этого нужно быть незашоренным и умеющим впитывать новую информацию человеком!

Много лет назад Валерий Непомнящий сформулировал мне пять категорий, с которыми главному тренеру надо поддерживать правильный контакт, и провал даже в одной из них может привести к провалу повсюду: 1) игроки, 2) штаб, 3) руководство, 4) журналисты, 5) болельщики. Как вот с теми же спартаковскими фанами совладать? Зачастую надо уметь и манипулировать аудиторией, говорить ей то, что она хочет услышать. А этому тоже надо учиться.

Он усмирил Дзюбу и победил Марадону на ЧМ. Почему тренера Непомнящего не признали в России

Представляете, сколько всего надо учитывать, понимать и чувствовать? Да еще и постоянно смотреть большие лиги, видеть новые тенденции, понимать, что стоит внедрять, а к чему этот подбор игроков не готов. И держать 90+ минут под контролем бушующие в тебе эмоции, обращаясь не к ним, а к разуму, а потом еще прийти в полуобморочном состоянии после обидного поражения на пресс-конференцию и не наговорить того, что будет потом стоить тебе отношений с командой, а может, и работы...

Это потрясающая профессия. Сложнейшая. Та, в которой нет никаких рецептов успеха, и можно прийти к нему, будучи великим футболистом, рядовым игроком или вообще не сыграв ни матча на профессиональном уровне. И так же можно провалиться при любой из этих вводных.

Наблюдая за матчем и его перипетиями, мы не представляем себе даже пяти процентов того, что за каждым из этих поворотов стоит — к такому выводу я пришел, много лет общаясь с десятками тренеров. Желаю всем, кто пошел по этому пути, терпения и удачи. Отсутствие которой так часто ломает весь их огромный проделанный труд.