«Павлович набьет будку Хокиту. А Перейра — залетный пассажир». Волков — о Куниеве и титульной гонке в тяжелом весе
24 октября на турнире UFC 333 в Абу-Даби Александр Волков встретится с Ризваном Куниевым. Перед поединком Волков пообщался с журналистами, вспомнил спарринги с соперником, объяснил, почему Джош Хокит получил титульный бой с Сирилом Ганом, и поделился прогнозом на встречу Сергея Павловича с Алексом Перейрой.
«Куниев просил не бить калф-кики, потому что получал урон»
— Видели ваш рилс, как вы смотрели бой Ризвана Куниева с Жаилтоном Алмейдой. Удалось подготовиться по этой записи?
— В общих чертах да. У меня, конечно, немного другой стиль, но мы периодически с тренерами смотрим бои. Так что удалось подготовиться. Там просто попался видос смешной [разговор прерывает Рэй Сефо, чтобы спросить у Волкова, заказать ли ему суп]... Когда такое было, чтобы Рэй Сефо подошел и спросил, хочу ли я суп? В каком мире я живу? Мне так еще неудобно при этом, потому что я обычно такого себе не позволяю, просто уже уселся. В общем, попался просто видос, где кто-то симулировал этот поединок. А так как Ризвана на тот момент еще не было в игре, кто-то создал его персонажа, причем не очень похожего. Нам попалось это видео, и мы решили его запостить просто в качестве юмора. Никого не хотели обидеть.
— Ризван в интервью в феврале рассказывал, что тренировался с вами в зале Porrada. Когда узнали, что будете соперниками, вспоминали эти тренировки? Что удалось из них вынести?
— Ничего особенного, кроме того, что... Вы же хотите какой-нибудь интриги, чтобы я сказал что-то такое? Если скажу, что все нормально, взаимное уважение, вам же неинтересно будет, правильно?
— Скажите как считаете нужным. Ризван говорил, что ему очень понравилось с вами тренироваться.
— Я тоже это поддерживаю. Дело в том, что была пара ситуаций, когда я бил калф-кики, а он попросил через тренера их не бить, потому что они наносили урон. Мне это передали, и я больше не бил калф-кики. Я обычно на спаррингах не прошу людей так делать. То есть как будто бы есть такой момент, что ему не очень нравится переносить боль. Может, у него была травма, сложно сказать. А так мы спарринговали, тренировались вместе. У меня были свои задачи, у него — свои. Не было такого, чтобы мы старались побить друг друга. Каждый работал над своими задачами.
— Правильно понимаю, что теперь в бою будете активно бить калф-кики?
— Может, давайте еще придем к нему и расскажем, что мы будем делать в бою? Это прямо идеально будет!
— Вам не хотелось бы на международной арене чаще драться с иностранцами, а не с другими российскими бойцами? Ведь когда встречаются два россиянина, сразу начинаются разговоры о том, что соотечественники вынуждены биться друг с другом.
— Самое сложное — момент с тем, что нельзя друг друга хейтить. Мы это как-то плохо воспринимаем. Даже если я буду говорить в интервью что-то, что сопернику может не понравиться, я делаю это не потому, что хочу его обидеть, а потому, что мне хочется поддержать интерес к поединку. Разные нюансы есть у всех, но я не хочу ничего выдумывать. В этом и сложность. У нас есть тактичность по отношению друг к другу, которая, как мне кажется, иногда превращается в двоемыслие.
С одной стороны, мы вместе тренировались и говорим: «Извини, что нам приходится драться. Не хотелось бы, но так получилось». А с другой стороны, мы деремся. Если бы не хотели, не дрались бы. Поэтому что уж делать? Мы будем драться, будет поединок. Мы оба захотим нанести друг другу достаточно серьезный урон, чтобы выиграть бой. Оба очень серьезно готовились. В связи с этим поединок начинается немного раньше, чем мы выходим в октагон. И хотя мне не хочется, это против моей натуры, иногда придется говорить какие-то более провокационные вещи.
— Петр Ян после поражений сумел вернуться и снова завоевать чемпионский пояс. Как считаете, в чем секрет его успеха? Ведь вы сами уже очень близки к титульному бою.
— Я не слежу за карьерой Петра Яна так, как следите вы по своей работе. О его боях я узнаю в основном, когда мы с вами встречаемся и вы меня о них спрашиваете. Тогда мне приходится что-то узнавать. Иногда краем глаза могу посмотреть какие-то отрывки, но целиком его бои не смотрю. Поэтому мне сложно сказать что-то о его пути, о том, что он переживает и как живет.
«Хокиту просто дали шанс сейчас. Другого может не быть»
— Насколько вас удивило или возмутило решение UFC дать Джошу Хокиту титульный бой? Многие в ММА-сообществе не совсем понимают такой выбор.
— Бывает такое. Решения бывают разные, приходится искать в них смысл. Вы мои эмоции хотите узнать? Мы сидим такие: «It's crazy!» А потом: «Ну, окей». Вот и все мои эмоции. А потом вы меня спрашиваете, и я не знаю, как реагировать. Мне нужно какую-то эмоцию сыграть, показать, что я прямо «ах, вы меня задели»... Сейчас по экономическим причинам зрители из России не могут оплачивать трансляции. Для UFC они в меньшей степени участвуют в рынке, если не приезжают в Абу-Даби и не покупают там билеты. Российских чемпионов уже много. Поэтому UFC пытается как-то перетасовать ситуацию, чтобы подрался Джош Хокит. Потому что у него такого шанса, возможно, больше не будет.
Давайте просто теоретически поставим Хокита против Павловича. Как вы думаете, кто фаворит? Павлович явно ему будку набьет. Кого еще можно взять? Перейра вообще залетный пассажир, он провел один бой в тяжелом весе, проиграл, а уже находится в рейтинге. Кого ни возьми, Джошу Хокиту будет тяжело. Чтобы добраться до титульного боя, ему пришлось бы провести еще пару поединков с серьезными соперниками. Даже если поставить его против Ризвана Куниева, он уже не сможет так легко его переводить. У него не будет легкого боя, а в ударке Куниев его спокойно побьет. Поэтому ему просто дали шанс прямо сейчас. Он подрался на турнире у Белого дома, оказался на слуху, и, пока он на этой волне, ему дали титульный бой. Другого шанса просто не будет.
— Вас не расстраивает, что вы выиграли столько боев за последние годы, но медийного соперника дают не вам?
— Я такие выражения не приемлю. Надо говорить: «Не огорчает ли?» Нет, не огорчает.
— Вы сказали, что Хокит отчасти получил титульный бой благодаря юмору, которым привлекает внимание...
— Это не юмор. Вы путаете юмор с...
— С некой комичностью?
— С шоу, он делает шоу. Это не юмор. Профессиональный рестлинг — это юмор или шоу? Это шоу. И он точно так же делает шоу. Шоу — это когда ты делаешь что-то, что приковывает внимание зрителей. Не обязательно это должен быть юмор. Юмор — немного другой формат. Просто это такое шоу, которое вызывает тупую улыбку: «Вот дебил, ха-ха! Опять какую-то херню исполнил». Но это не юмор, это просто шоу. У юмора должен быть какой-то сетап, чтобы это было юмором. А когда человек просто громко что-то делает... Я бы даже не сказал, что это как-то специально придумано. Просто пока он отличается от остальных, поэтому ему дали шанс.
Но с этим же потом нужно как-то жить дальше. У него формируется определенный образ. Пока он находится в UFC около года, а потом пройдет пять лет. Он все пять лет будет строить из себя идиота? Сколько он сможет делать таких приколов? Потом к нему будут подходить на улице и говорить: «Эй, блевани! Эй, сделай то-то!» И он станет заложником этой ситуации. Как Конор Макгрегор, который тоже стал заложником своего образа, а потом просто слетел с катушек и его карьера пошла под откос. И многие другие бойцы. Но это его выбор. Просто он пока не очень планирует наперед. Он пытается получить быстрый буст. Знаете, это как проколоть стероиды, попытаться быстрее выиграть бои, а потом через какое-то время быстро завершить карьеру, потому что дальше уже не тянешь. Он нашел быстрый способ, который ему подходит. Мне такая вещь не очень подходит. Меня бы, наверное, не поняли мои зрители.
«У меня горизонт планирования — сегодняшний вечер»
— Даже если вы уверенно победите Ризвана Куниева, никто ведь не гарантирует, что следующим будет титульный бой.
— Да вообще никому ничего не гарантировано! У меня горизонт планирования — сегодняшний вечер. Все. Я же никому ничего не гарантировал, и мне тоже никто ничего не гарантировал. Пока мы просто говорим о поединке. И вообще, надо немного выбросить из нашего спортивного менталитета представление, что здесь все решается исключительно по спортивному принципу. UFC — это шоу, еще раз говорю. Это бизнес. Кто в данный момент приносит больше денег UFC, кого организации выгоднее поставить, того она и будет ставить. Поэтому нужно относиться к этому немного легче. Здесь нет такого, что человек становится чемпионом мира просто потому, что он чемпион мира. Он становится чемпионом потому, что разные обстоятельства сложились вместе.
— Не было мысли в случае победы взять микрофон и обратиться к Дане Уайту? Напомнить, что после спорного решения в бою с Сирилом Ганом он обещал вам вернуть должок?
— Мысль была. Но теперь, из-за того что ты меня спалил, больше не буду так делать! Какой смысл спрашивать такие вещи? Ты спрашиваешь: «А ты не хотел бы так сказать?» Ну, хотел, но теперь уже не так прикольно. Теперь вы знаете, что я хотел сказать.
— Давай мы это вырежем, а ты потом скажешь.
— Кого вы вырежете? Вы давайте поаккуратнее с этими выражениями!
— Напоследок можно прогноз на бой Сергея Павловича с Алексом Перейрой? Как он пройдет?
— Я уже язык сломал от этих прогнозов! Раз двести говорил одно и то же. Я думаю, Павлович выиграет нокаутом. Но я только что говорил, что не люблю рассуждать о других людях. Случиться может что угодно. По большому счету, думаю, что Павлович сильнее. Но если кто-то поставит на него деньги, а потом проиграет, меня в этом не вините! Я не виноват, это ваша ответственность.
RSS