Судьи РФПЛ: cлепонемые

СОГАЗ – ЧЕМПИОНАТ РОССИИ. ПРЕМЬЕР-ЛИГА. 27-й тур

Халк и уроки актерского мастерства // Слуцкий и ЦСКА: Лига чемпионов на день рождения // Кто вдохновил "Анжи" - Хиддинк или Керимов? // "Спартак" и арбитры: необъявленная война

Очередной тур чемпионата страны не обошелся без странных судейских решений. Кто объяснит, в чем их причины?

Евгений ДЗИЧКОВСКИЙ

Чем ближе к финишу – тем увлекательнее сводки с полей. Одни выиграли, но не убедили. Другие проиграли, хотя не должны были. А третьи, которые раньше были в черном, а теперь в разноцветном, опять поперчили и без того острое варево.

Российские судьи все ближе к тому, чтобы превращать каждый матч в уравнение с тремя неизвестными: два традиционных – соперники, третье – арбитр. Как хочешь, так и решай.

Вот мы и решаем. Зачем Михаил Вилков в матче "Зенит" – "Алания" назначил пенальти после падения Халка? От места как бы нарушения рефери находился недалеко. Не видел эпизода? Получается так, потому что, если бы видел, – не назначил бы. Но зачем назначал, раз не видел? Неизвестно. X все равно выиграл бы у Y, поскольку сильнее, однако Z внес в процесс ненужную сумятицу.

Что там случилось у Тагирбекова и Рондона на последних секундах матча в Махачкале? Один говорит: его ударили, он ответил. Второй молчит. Третий тоже молчит. Эти третьи всегда молчат. Судья Владимир Казьменко, работавший на матче "Анжи" – Рубин", – не исключение.

Надо ли было удалять Макгиди в Саранске? Откуда нам знать? Размытый интернет-повтор намекает скорее на симуляцию Божовича, чем на хамство ирландца. Действия судьи Сергея Иванова ни на что не намекают: момент он, похоже, упустил, поскольку игру остановил не сразу. Но у Иванова были помощники. Боковой, вероятно, намекнул главному о фоле посредством радиосвязи, резервный позволил удаленному Макгиди вернуться на скамейку запасных. То ли помогли, то ли подставили.

Все ли динамовские голы засчитали в Самаре? Не находился ли в офсайде Траоре, забивая первый мяч "Рубину"? Спросите что-нибудь полегче. Решения арбитров не позволяют судить о том, как было на самом деле. Они информируют лишь о самом факте: рефери повелел вот так. Остальное – сюжет на два исхода. Что делает нас страной не только вечно зеленых помидоров, но и вечно посредственного судейства.

С другой стороны, в мире мы такие не одни. Но "там" телевидение позволяет хотя бы сравнить судейскую сказку с былью. Не успеет Суарес кого-нибудь куснуть, как его зубы со всеми пломбами демонстрируют на голубых, жидкокристаллических и плазменных экранах. Здесь же научно-технический прогресс почему-то стесняется глубокого проникновения в футбол. Если кто-то случайно матюгнется прямо в камеру – получит на орехи. А вот целевая детализация важных событий и на новой "Анжи Арене", и в Саранске, принимающем ЧМ-2018, пока является чем-то вроде редкого бонуса.

Как продавать такой телепродукт? Как наказывать всех "суаресов", а не только тех, кого заметил арбитр? Как, наконец, вести карьерный отбор судей, если повторы не помогают ранжировать их по степени "глазастости"?

А ведь только он, отбор, способен родить что-то стоящее. Российский футбол – крупный импортер иностранных игроков, тренеров и даже судейских начальников. Но только не самих судей. Хотя система их воспроизводства в России ничем не продуктивнее прочих футбольных питомников. На арбитров за воротами квалифицированных кадров наскрести не можем, однако узость судейского круга патриотично блюдем. В расчете на что, интересно знать? Ждем, когда само вырастет и заколосится?

В таком случае, кто агроном? Итальянец Роберто Розетти им точно не выглядит. Мастер назначений и планировщик семинаров, он вряд ли представляет глубинные особенности нашего судейского миропорядка. Российский второй дивизион с его заплечных дел арбитражем и инспектированием для Розетти, не исключено, – школа роста. А матчи молодежных команд, после которых лайнсмены уходят из футбола в бокс, – этап становления…

Да еще и эта омерта. Закон молчания хорош на Сицилии, но не в судействе. Придуманный как защита психики арбитров (которую действительно надо щадить – их и так осталось мало), на деле он отключает селекционные фильтры для тех, у кого психика и впрямь не ахти. А заодно превращает рефери в человека-функцию. После матча говорят все – игроки, тренеры, массажисты и директора стадионов. Лишь одно официальное лицо всегда молчит – арбитр. И мы перестаем видеть в нем личность, отказываем ему в праве на живые эмоции, человеческие чувства, извинения и оправдания, наконец. Из Дзюбы или Валерия Газзаева чувства брызжут. Из Вилкова с Мешковым – нет. В этом смысле они еще более закрыты, нежели настоящие судьи, от которых зависит человеческая свобода.

Кто и когда вернет этих людей в нормальную жизнь, сказать непросто. Ясно лишь, что привести к этому должна не нервическая эксплуатация старой системы, а строительство новой. В которой будет место детальным повторам, недрачливым лайнсменам, объективным критериям отбора и, как знать, отставным судейским звездам, приглашенным из-за рубежа. Но – в качестве лекторов на семинары. И за умеренную плату.