02:50 22 октября 2011 | Футбол — РФПЛ

Андрей Воронин: "С чего все так разволновались?"

Лидеры "Динамо" – Александр САМЕДОВ и Андрей ВОРОНИН. Фото Никиты УСПЕНСКОГО, "СЭ" Фото "СЭ"
Лидеры "Динамо" – Александр САМЕДОВ и Андрей ВОРОНИН. Фото Никиты УСПЕНСКОГО, "СЭ" Фото "СЭ"

СОГАЗ - ЧЕМПИОНАТ РОССИИ.
ПРЕМЬЕР-ЛИГА. 28-й тур.
24 октября. "ДИНАМО" - "РУБИН"

Капитан "Динамо", удививший всех скорым исцелением от серьезной болезни к матчу с "Зенитом", рад, что к решающему этапу чемпионата подходит в добром здравии и хорошей форме.

Помните распорядок дня барона Карла Фридриха Иеронима фон Мюнхаузена? Ну, того, из фильма? С восьми до десяти 30 мая 1776 года у него был запланирован подвиг.

Не знаю, как назвать то, что сотворил с половины седьмого до почти половины девятого 15 октября 2011 года 32-летний нападающий "Динамо". Как говорил герой все того же фильма: "Не скажу, что это подвиг, но вообще что-то героическое в этом есть..." Ведь Воронин вышел на поле "Петровского" в игре против "Зенита" при том, что за неделю с небольшим до этого у него обнаружили воспаление легких.

В СБОРНОЙ СКАЗАЛИ: ЭТО НЕДЕЛИ НА ТРИ

- Для обывателя словосочетание "воспаление легких" звучит страшновато. Вы-то сами испугаться успели?

- Конечно, испугался. Особенно, когда мне сказали, что, скорее всего, пропущу минимум три недели. А то и больше. Приплюсуйте еще время на восстановление... Словом, от такого известия испытал настоящий шок. Сами подумайте: второй круг входит в завершающую фазу, команда борется за "тройку", а я, к тому же находясь в хорошей форме, выбываю на месяц или полтора. Катастрофа!

- Если честно, я, задавая предыдущий вопрос, прежде всего имел в виду ваше здоровье, а не команду и прочие футбольные моменты. О себе-то подумали?

- На самом деле я не понимал и, честно говоря, до сих пор не понимаю всей серьезности этой болезни. Когда позвонил родителям, они сильно испугались. Супруга - тоже. Как и мой агент. А я чувствовал себя нормально, температуры не было - разве что в первые два дня, да и то небольшая. Потом мое состояние и вовсе стало, как мне казалось, обычным. Вот поэтому и удивлялся: что здесь такого, отчего все волнуются? Правда, мне говорили: если рано "полезу", могут случиться осложнения, и вот тогда возникнут проблемы.

- Сергей Силкин сказал, что, как только узнал о диагнозе, тут же для себя решил: "Нет, на Андрея в Санкт-Петербурге не рассчитываю". Неужели у вас были иные мысли?

- Да точно такие же! Да и как могло быть по-другому, если врачи сборной Украины мне сказали, что три недели лечения - минимум. Спросил: "А если анализы будут хорошими?" - "Нет-нет-нет, даже не думай, с этим шутить нельзя!" Приехал в Москву, начал уже наших динамовских докторов доставать одним и тем же вопросом: "Когда смогу тренироваться?" Теребил их: давайте, дескать, применяйте какой-нибудь интенсивный курс лечения, чтобы я как можно быстрее вернулся в строй.

В ПИТЕРЕ БЫЛО ТЯЖЕЛО, НО ДУМАЛ - БУДЕТ ХУЖЕ

- И в итоге вышли против "Зенита". Не сумасшествие ли это?

- Если бы снимки показали, что улучшение идет, но все же были бы плохими, а анализы не дотягивали бы до нормы, то, как бы я ни хотел, мне запретили бы даже тренироваться и на поле не пустили бы. Однако и снимки, и анализы оказались нормальными. Опасения, конечно, имели место, но - минимальные.

- И все же на поле вы рвались, еще будучи больным. Так любите "Динамо", не родную вообще-то для вас команду?

- Просто не хотелось пропускать матчи за клуб, цвета которого защищаю. Тем более - встречу против "Зенита", которая в принципе была за первое место. И совершенно ни к чему было терять ту форму, в которой находился до болезни.

- Как оцениваете свою игру против "Зенита"? Тяжело пришлось?

- Тяжело - однозначно. Одышка, например, имела место. К тому же прохладно было, а холодный воздух в таких ситуациях совсем ни к чему. Плюс восемь дней не тренировался, а "сидел" на антибиотиках. Но думал - будет хуже. Ведь за два дня до матча на тренировке пришлось куда труднее, чем уже на самом "Петровском".

- Ваш выход на поле с первых минут, в который мало кто верил, со стороны смотрелся весьма, скажем так, красиво. Не играли на публику?

- Нисколько. Совсем об этом не думал. Возможно, для кого-то это и выглядело глупо, но мне уже давно не десять лет, чтобы выпендриваться. Как только стали известны результаты флюорографии, сразу подумал: буду играть. Если, конечно, тренерский штаб решит, что я выйду в стартовом составе.

- А откуда на 77-й минуте взялись силы на рывок в свою штрафную, где вы в подкате помешали Данни сделать нормальный прострел?

- Не знаю откуда. Надо было бежать, помогать - бежал и помогал. Некогда было думать - есть силы или нет. Действовал по ситуации.

- Звучит просто. Но после матча - что называется, на холодную голову - тот момент вспоминали?

- Какое там! После игры на меня навалилась колоссальная усталость. В последние десять минут пришлось непросто, "Зенит" прижал нас к воротам, мы толком не могли зацепиться за мяч, практически не выходили со своей половины поля. Какие уж тут воспоминания?!

- В любой момент, по словам Силкина, вы могли попросить замену - и сделана она была бы незамедлительно. Такой мысли не возникало?

- Нет. Нормально себя чувствовал, полагал, что смогу помочь команде: отдать голевую передачу или забить. И моменты были. Взять хотя бы эпизод, когда отдавал Самедову. Только я сам там не до конца разобрался.

ВОЗМОЖНО, ЗАБОЛЕЛ ЕЩЕ В САМАРЕ

- Где вы эту хворь подхватили?

- Трудно сказать. Скорее всего, все пошло с Самары, где мы больше в плавании сос-тязались, чем в футболе. Хотя со стопроцентной уверенностью утверждать не могу. Кто же знает, когда болезнь в организме поселилась? Во время следующего матча с "Краснодаром" тоже было не очень тепло. Кстати, в ту субботу, проснувшись, я как раз и понял, что чувствую себя плохо.

- Кому-нибудь сказали об этом?

- Доктору. Он знал.

- То есть получается, вы провели две, скажем так, необычные игры?

- Не стал бы так говорить. С "Краснодаром" у меня температуры и прочих болезненных симптомов не было - только вялость. Но чувствовал: что-то не так. И не ошибся. Сразу после матча у меня поднялась температура, а через два дня стало совсем плохо! Установили диагноз врачи сборной Украины, когда прибыл в ее расположение. Большое им спасибо - и слава богу, что вышло именно так. Когда потом анализировали, пришли к выводу: если бы диагноз не был поставлен, я, сбив температуру, мог бы через день-два начать тренироваться и, возможно, вышел бы в одном из двух матчей за сборную, но сейчас наверняка лежал бы в больнице. В общем, все было бы в сто раз хуже.

- Теперь все нормально?

- Уже после возвращения из Питера в Москву решил сам для себя проверить, как организм отреагировал на нагрузки. Сдал анализы, сделал снимки - к счастью, никаких осложнений нет.

НА РОДИНЕ МЕНЯ НЕДОЛЮБЛИВАЮТ

- Вы сейчас в России один из самых популярных футболистов - несмотря на то, что номинально являетесь иностранцем. На Украине так же популярны?

- В России, пожалуй, побольше. С чем это связано, не знаю. Возможно, дело в том, что никогда не играл в чемпионате Украины - только за сборную. Ко мне на Украине всегда не особо хорошо относились. Нет, с болельщиками проблем никогда не возникало, им за поддержку огромное спасибо, но если брать в целом, недолюбливают меня на родине.

- За резкость высказываний?

- Скорее всего.

- Отношение к футболистам в России и на Украине примерно одинаковое?

- Думаю, да. Как вашу сборную здесь "гоняют", так и нас - там. Критиков - выше крыши.

- Но никто не бросил бы в ваш огород и камушка, если бы вы не вышли на поле "Петровского", согласны?

- Пожалуй. Но меня, как нормального профессионального футболиста, волнуют результат, команда. У нас неплохой период, мы играем в хороший футбол, и не хочется ничего растерять в каких-то двух-трех матчах. Для нас сейчас каждая игра куда важнее, чем, к примеру, полгода назад. В том смысле, что настает пора решающих встреч. Ведь потерянное в начале сезона можно наверстать, но чем ближе к финишу, тем делать это сложнее. А нам хочется доказать, что "Динамо" не случайно находится в первой тройке. Более того, я хочу стать чемпионом России. Да в нашей команде все об этом мечтают. У нас ведь, если не ошибаюсь, золотых медалей никто из ребят не выигрывал.

- Не ошибаетесь. Но до золота еще долгая дорога, а в ближайшем матче "Динамо" принимает "Рубин", который по стилю заметно отличается от "Зенита", проповедуя главным образом игру от обороны. Для вас как для форварда это имеет значение?

- Насчет казанцев вы правы: они и в самом деле по большей части демонстрируют "закрытый" футбол. "Рубин" очень неудобная команда, в том числе для "Динамо". В первом круге мы им 0:3 уступили в Казани, в прошлом году дома 2:0 вели и едва не проиграли, закончили - 2:2. Но нам сейчас все равно с кем встречаться. Выйдем играть в свой футбол, который демонстрировали в предыдущих матчах. Главное - проявлять особую концентрацию при "стандартах". Тогда проблем возникнуть не должно.

- Вы имеете в виду "стандарты" казанцев?

- Конечно. Они, по-моему, со стандартных положений половину мячей забили. Что же касается игры нападающего против "закрытых" команд, то, разумеется, в таких условиях действовать гораздо сложнее. Мало свободных зон, места, куда можно ворваться, открыться. Но мы к этому привыкли: против нас в последнее время так часто играют.

СИЛКИН ПРОСИТ БЫТЬ ВОЗЛЕ КУРАНЬИ

- Вы номинальный нападающий, хотя играете, такое ощущение, везде: и слева, и справа, и назад отходите… Как вас правильно величать?

- Не знаю. Кому как удобнее, пусть так и называет. Но в принципе не могу сказать, что в "Динамо" у меня есть конкретное место на поле. Я и не форвард, и не "под нападающим" - стараюсь действовать по ситуации. Слева, если надо, справа, назад "опускаюсь"…

- То есть Воронин - везде?

- Наверное, можно и так сказать.

- И что в таком случае вам говорит Силкин перед выходом на поле? Или ничего не говорит, подразумевая, что вы "свободный художник"?

- Тренер просит, особенно в последних играх, чтобы я больше был возле Кевина (Кураньи. - Прим. А.М.). Позади есть Семшов и Юсупов, а мне важнее находиться ближе к Кураньи, недалеко от ворот, оттягивать на себя защитников, а заодно - не распыляться.

- Но вы, судя по последнему матчу, не особо тренера слушаете?

- Как я могу его не слушать?! (Смеется.) Просто в игре бывают разные ситуации. Иногда нужно отойти назад, помочь, поменяться местами с партнером.

- После того что произошло на прошлой неделе, вы, такое ощущение, и со сломанной ногой - не дай бог, конечно - будете рваться на поле.

- Елки-палки, пожалуй, все-таки есть ситуации, когда даже Воронин на поле выйти не в состоянии. (Смеется.) А если серьезно, то у меня были травмы, когда до последнего надеялся сыграть, но не получалось. Однако если есть хоть один шанс оказаться в составе, я его использую.

Александр МАРТАНОВ

Материалы других СМИ