"Это просто капризы товарища Пака!". На суде по Кокорину и Мамаеву – злоба и бессилие

 

Апелляции Кокорина и Мамаева не удовлетворены. Они остаются в СИЗО

Дмитрий Зеленов
из Мосгорсуда

В деле Кокорина и Мамаева все меньше интриги. Заседания (а это было уже шестым) идут на автомате. По знакомому сценарию и с предсказуемым исходом.

Как и всегда, когда дело касается апелляции, обвиняемые выступали в суде по видеосвязи. То есть как выступали – в основном молчали и соглашались с адвокатами. После крика души Павла Мамаева, когда отказали в удовлетворении предыдущей апелляции ("это позор!"), футболисты больше чувств не выражали. Заканчиваются эмоции и у родных. Мать Кокориных Светлана все так же исправно приходит в суд, но уже не плачет. После оглашения предсказуемого решения она спокойно вышла из здания, а пару месяцев назад ее сотрясали рыдания.

Похоже, что все эти ходатайства и апелляции близкие используют исключительно как дополнительное свидание. Дарья Валитова (это жена Кокорина) махала в телевизор перед началом заседания, во время перерыва и даже в конце. Форвард "Зенита" приветливо отвечал.

Адвокаты отстаивали свою позицию, потратив час на приведение доводов, но в их словах не было особого задора. Вячеслав Барик, защитник Кирилла Кокорина, признает это в разговоре с "СЭ" на улице: "теряется вера в правосудие".

Почему арест надо было изменить на другую, более мягкую меру пресечения? Вот основные доводы:

– Следствие искусственно навязывает состав тяжкого преступления;

– Суд первой инстанции пошёл по формальному пути и согласился с доводами следствия, не придал веского значения доводам защиты;

– Суд первой инстанции не проанализировал утверждения о том, что обвиняемые могут скрыться и повлиять на следствие;

– Следствие по сути окончено, расследовать больше нечего.

Все это изложил представитель Мамаева.

А защитник Александра Кокорина – Андрей Ромашов – вспомнил, что в декабре 2018 изменился федеральный закон о порядке избрания меры пресечения.

"Суд должен указывать на конкретные основания, чтобы заключать под стражу, – заметил он. – Обвиняемые не подходят ни под одно из оснований!".

 

Суд отклонил апелляцию Кокорина и Мамаева. Как это было

Но это не убедило суд. Как и красноречие Барика. Тот напирал, что в деле умалчивается роль потерпевших, главный из которых – Денис Пак – якобы сам все начал.

"Хулиганство – деяние, совершённое без причины, – сказал Барик. – Если зачинщик ссоры и драки – потерпевший, это не хулиганство. Свидетели говорят, что было оскорбление, после которого завязалась драка. Один из свидетелей – официант заведения, сказал, что мой подзащитный перед тем как ударить потерпевшего, спросил: "ты как нас назвал?". Люди слышали матерное оскорбление, послужившее поводом для конфликта!".

А еще Барик предположил, что реального срока после исследования всех доказательств по существу быть не может.

"Когда мы дойдём до судебного следствия, не будет возможности доказать факт хулиганства, и не будет реального срока. Сейчас вменяют хулиганство только для того, чтобы держать их полгода за решеткой".

Наступление на Пака поддержала и опытная юрист Татьяна Прилипко, защищающая Протасовицкого.

"Это просто капризы товарищи Пака! Я вот месяц назад поскользнулась и с высоты своих метра шестидесяти ударилась головой об асфальт. Там удар был! Небо показалось с овчинку, потемнело в глазах! Но даже у меня не было закрытой черепно-мозговой травмы! А у Пака якобы есть...".

Какие именно повреждения у Пака, адвокаты также сообщили: ободрана левая рука и левая лопатка. И добавили – чиновник провел десять день на больничном, водитель Соловчук – три дня. А подзащитные уже сидят пять месяцев.

Посреди заседания, когда все уже стали клевать носом, в помещение, где сидят обвиняемые, ворвались сотрудники ФСИН с возгласом "Кто там поперёк лавки спит?"

Что-то произошло за кадром. Сидельцы развеселились. Но порядок в "Бутырке" был быстро восстановлен.

Право произнести последнее слово футболисты проигнорировали. От Кокорина была совсем небольшая реплика: "На предыдущем заседании следствие попросило времени до января, а скоро уже март".

Далее вместо слов Кокорин стал барабанить кулаком по столу – отстукивать ритм самой известной футбольной кричалки. Под эту морзяку все и закончилось. Вердикт судьи все встретили спокойно, будто так и должно быть.