5 сентября 2011

5 сентября 2011 | Хоккей

ХОККЕЙ

Как уже сообщал "СЭ", на прошлой неделе покончил жизнь самоубийством популярный "полицейский" "Нэшвилла" Уэйд Беляк. В это же межсезонье в НХЛ скончались и два других игрока силового амплуа. Корреспондент "СЭ" в Вашингтоне попытался объяснить трагическую тенденцию.

КЛИНИЧЕСКАЯ ДЕПРЕССИЯ

Перед тем как вы придумаете новое остроумное оскорбление в адрес тафгая "Витязя" Джона Мирасти, подумайте вот о чем. Уэйд Беляк был весельчаком и рубахой-парнем, всегда искренним, открытым и оптимистичным. Таким его знала вся НХЛ. Рику Рипьену было всего 27 лет, и он только что подписал новый контракт - с "Виннипег Джетс", для болельщиков которого он стал бы героем. В отличие от амбициозного "Ванкувера", которому Рик по большому счету только мешал. А Дерек Бугар был реальным громилой. Вот просто слонищем необъятным он был. Если вас зовут не Николай Валуев и не Федор Емельяненко, то при встрече с ним вы испытали бы непреодолимое желание вежливо извиниться, тихо отойти в сторону и спрятаться в ближайшей луже. Возможно, вашего же производства.

И этот самый Бугар, у которого варяжскими рунами по гранит-камню было написано на лице: "Щас будет больно", сам страдал от кошмарных болей каждый божий день. До такой степени, что принимал оксикодон - средство настолько сильное и с таким потенциалом химической зависимости, что в Америке его называют деревенским героином. Смешавшись в крови Дерека с алкоголем, когда тафгай "Рейнджерс", не подумавши, заложил за воротник одним прекрасным вечером, оксикодон отправил большого и сильного человека в могилу.

А молодой и еще далеко не отработанный Рипьен страдал от клинической депрессии с 17 лет. То есть с тех самых пор, как дебютировал в юниорской лиге. Почему это важно, вы сейчас поймете. В Ванкувере Рик "прославился" только тем, что однажды, будучи удаленным до конца игры, психанул и по дороге в раздевалку ударил чересчур ретивого болельщика другой команды. Этим летом, уже став игроком "Джетс", Рипьен вошел в свой дом в маленьком канадском городке со зловещим названием Кроузнест-Пасс (Тропа Вороньего Гнезда) и больше из него не вышел.

А весельчак-оптимист Беляк, только что ушедший из хоккея и ставший телекомментатором (без сомнения, его простецкая харизма и улыбка от уха до уха отлично квалифицировали его для такой работы), повесился в гостинице, оставив без отца двух маленьких девочек, таких же белокурых и улыбчивых, как он. Каких демонов должен был прятать этот человек в темных уголках души, которая, как все предполагали, была распахнута для мира настежь?

И кто сможет теперь утверждать, что все это - печальное стечение обстоятельств? Три хоккеиста, зарабатывавшие на жизнь в большей степени кулаками, чем клюшками, умирают в расцвете сил и практически одновременно. Через год, кстати, после того, как один из величайших хоккейных бойцов всех времен Боб Проберт умер от сердечного приступа в возрасте 45 лет. Случайность? Или та цена, которую платят эти современные гладиаторы за возможность заниматься любимым видом спорта?

Несколько лет назад мне довелось обсудить эту тему с великим драчуном Дональдом Браширом (по иронии судьбы, чуть позже именно Беляк нокаутирующим прямым левым в челюсть обозначил начало конца замечательной карьеры Дональда), и он описал процесс становления бойца примерно так.

Ты играешь себе в детской команде, забиваешь кучу голов, выделяешься среди сверстников габаритами. Может быть, ты не самый быстрый и техничный, но ты сильнее, наглее, смекалистее всех остальных. Ты привык быть лучшим. Тебя замечают в большой юниорской лиге, ты приезжаешь в клуб. И буквально за один день все твое самомнение отправляется прямиком в унитаз. Парни, играющие на этом уровне, катают вокруг тебя круги, а самому тебе обойти защитника удается с пятого раза на шестой. Из лучшего в команде - положения, к которому ты привык, ты становишься вдруг одним из худших. Твое здоровое, налитое тело, еще не так давно объект гордости, оказывается твоим главным врагом. Что делать? Если ты умен и бесстрашен, то превратишь свой недостаток в достоинство.

Да, в бойцы не идут полнейшие бездари. В бойцы идут бывшие талантливые дети, которыми восхищались в хоккейных школах, но которым чего-то чуть-чуть не хватило для успешной игры в юниорах. Вы можете себе представить, каково это для мальчика 17-18 лет - пережить такую ломку характера и такое крушение мировосприятия? Как там у Высоцкого в песне про американских футболистов? "А в общем, мы ребята нежные, с травмированной детскою душой".

А теперь давайте вспомним, в каком возрасте Рипьену поставили диагноз "клиническая депрессия". Брашир сумел переломить себя и никогда об этом не жалел. Рипьен не сумел. Беляк, по-видимому, тоже. Ему-то пришлось еще и похуже. Он, выбранный в первом раунде драфта НХЛ, держался за иллюзии величия куда дольше. А когда нагрянула реальность, долго и успешно скрывал свои душевные раны. Только сейчас мать Уэйда призналась в телеинтервью, что ее сын страдал от той же болезни, что и Рипьен, но при этом вся семья была полностью уверена, что он держит недуг под контролем...

Идя в драчуны, хоккеисты совершают сделку с фортуной, которую газета Denver Post метко окрестила "фаустианским выбором". Вот тебе, парень, шанс сыграть в лучшей лиге мира. Вот тебе деньги и известность. Условия просты: играешь по три минуты за матч и много-много раз получаешь кулаками по лицу. Согласились бы вы на такое? А очень многие соглашаются.

И что теперь? Вопрос назревает давно, копий сломана уже не одна вязанка. Запрещать драки совсем? Помогать несчастным, обеспечивая их, играющих за минимальную зарплату, дорогостоящими мониторингом и терапией? Все оставить как есть? Рано или поздно НХЛ придется рассмотреть все варианты.

Великий и несчастный Теорен Флери (не профессиональный тафгай, но задиристый, жесткий игрок в расцвете своей карьеры) пережил и алкоголизм, и оксикодон, и попытку самоубийства, когда держал во рту заряженный пистолет и всерьез рассматривал возможность сокращения мышцы указательного пальца. Его точка зрения однозначна: НХЛ должна вмешаться, пресечь, ограничить, запретить.

Полно и противоположных примеров. Ужасающий Стю Гримсон в жизни доброжелательный и милый человек, получивший хорошее образование и глубоко ушедший в религию. Бешеный Роб Рэй стал телекомментатором и развлекает фанатов "Баффало" шуточками в прямом эфире. Тот же Брашир стоит горой за культуру хоккейной драки и не хочет, чтобы НХЛ отнимала у таких, как он парней, работу и фанатскую любовь. Андрей Назаров, в свое время лидировавший по сезонным дракам во всей лиге, но страшно стеснявшийся своей профессии, сейчас сеет в КХЛ разумное, добр... В общем, есть хорошие примеры, есть.

Но стоят ли обеспечивание работой нескольких хороших парней и фанатские предпочтения еще одного некролога и еще одной пары сироток? Мы часто забываем о том, какая это жестокая штука - существующий на нашу с вами потеху профессиональный спорт. Нужны ли нам такие напоминания?

Слава МАЛАМУД

Вашингтон

Прямой эфир
Прямой эфир