02:55 2 сентября 2011 | РАЗГОВОР ПО ПЯТНИЦАМ

Василий Алексеев:
"На Олимпиаде-80 меня отравили"

Василий АЛЕКСЕЕВ. Фото Юрия ГОЛЫШАКА, "СЭ" Фото "СЭ"
Василий АЛЕКСЕЕВ. Фото Юрия ГОЛЫШАКА, "СЭ" Фото "СЭ"

РАЗГОВОР ПО ПЯТНИЦАМ

Самый сильный человек 70-х, обладатель 80 мировых рекордов и двукратный олимпийский чемпион по тяжелой атлетике был не в духе. Смотрел из-под густых бровей - и говорил отрывисто, зло. Быть может, неважное самочувствие тому виной.

В прихожей жена 69-летнего Алексеева выдала нам бахилы - чуть озадачив:

- Надевайте прямо поверх ботинок.

Сидели мы долго.

На Шахты спустилась мгла. Только что был теплый вечер, и вот уже южная ночь - со звездами и цикадами. Василий Иванович оттаял.

Тут раздался звонок. Он снял трубку - и минут десять отговаривал кого-то лечиться в Москве. Весьма красноречиво.

- Упаси господь с этими аферистами связываться! Конченные идиоты. Я был в этой клинике, через полчаса под задницу дали - так я быстрее самолета летел. А руководитель их - просто бандит.

И потом уже нам:

- Ох, сколько же шарлатанов среди докторов! Каждый второй!

* * *

- Как сегодня строится ваш день?

- Уже никак не строится. Все давно построено. Проснулся утречком, очухался - и начинаю шевелиться. Вечером телевизор посмотрел - всё, пора спать.

- При этом вы, говорят, до двух часов ночи гостей принимаете.

- Так ведь журналисты все едут и едут. Хоть бы кто к себе пригласил. Вот из Киева недавно явились, по всей комнате камеры расставили. Спрашивают: "А правда, что вы супругу поколачиваете?" Я не нашелся, что ответить. Кабы поколачивал - что от нее осталось бы через столько лет? А из дома выбираюсь редко. Разве что недели три назад вернулся из Франции - ездил на передачу "Большие гонки". Был капитаном команды.

- За руль садитесь?

- Перестал. Уважаемый возраст, заслуги перед страной - водителя дали. А был у меня уазик, собранный наполовину своими руками. Подарил тренеру по борьбе. Тот его сразу толкнул.

- А вы от души дарили.

- Нет души. Материалисты давно доказали. Я материалистам верю… Лет десять назад мне "Волгу" вручили, так влезть в нее не смог. Раньше была хорошая машина, а новую модель испохабили - сиденье зачем-то подняли, руль опустили. И всё... Год простояла во дворе - и продал.

- Никогда не хотели уехать из Шахт?

- Жизнь заставляла искать работу. Этот город - болото, работы не найти. За границу не пускали, только в Москву. А я Москву вашу в одном месте видел. Терпеть ее не могу.

- Мы читали, была у вас московская квартира. Потом пропала с деньгами и вещами.

- Все украли! Я был главным тренером сборной СССР, поехал в Германию. Вернулся - а в моей квартире живет милиционер. Ну, забрали и забрали. Пропавших денег не жалко.

- А что жалко?

- Я из-за границы мелочь привозил, большая коллекция образовалась. Пропала. Как и письмо от Дудаева. Тот приглашал погостить в Ичкерию - я же чеченского чемпиона мира подготовил.

- Ничего не вернули?

- Лишь холодильник. Ощущение было, что его привязали к грузовику и долго тащили по грунтовой дороге. Потом веником покрасили. А холодильник новый был.

- При советской власти письма вам мешками шли?

- Не мешками - но достаточно. Их жена в основном читала. На всякий пожарный.

- Ревновала?

- Шучу. Хотя, кто не ревнует? Разве что каменные бабы, которые с древних времен по Дону разбросаны.

- Поклонницы доставляли вам проблемы?

- Какие поклонницы? Я не в их вкусе. Вот пьяный сброд ко мне тянется. Человек я заметный. И отбиваться приходилось самому. Я же не первый секретарь горкома, которого два милиционера охраняли… А письма, кстати, по сей день шлют. Один из Англии написал. Я-то в языках не силен и решил, что к себе приглашает, а оказалось - сам приехать хочет.

- Потренироваться?

- Пожить. Не-е, думаю, тут наши желания не совпадают.

- Пишут просто - "Россия, Шахты, Василию Алексееву"?

- Да. Но многие знают адрес. Откуда? Может, в интернете достают?

- Вы-то интернет освоили?

- Нет. Я к компьютеру не подхожу. Берегу себя.

- Мобильником хоть пользуетесь.

- Удобно. Но в тонкости не вникаю. Если номер надо забить - прошу детей или внуков.

- В Донецке Сергею Бубке поставили памятник. Молодожены к нему цветы несут. Вы бы так хотели?

- На эту тему разговор был. Приехали в Ростов Ельцин с женой. Большой стол, и поднимается старший брат олимпийского чемпиона по греко-римской борьбе Вартереса Самургашева: дескать, в Новосибирске поставили спортивную композицию в честь трехкратного олимпийского чемпиона Карелина, а во Владикавказе - в честь Сослана Андиева. Хорошо бы и Вартересу в Ростове соорудить. Все были ошарашены. Ельцин про такого знать не знал, Наина смотрит на меня: "А вот Алексеев, очень известный спортсмен. Василий Иванович, желаете, чтоб вам спортивную композицию поставили?" - "Наина Иосифовна, я лучше дождусь памятника…"

- А Самургашеву памятник стоит.

- Поставленный за свои деньги. Ладно, не буду дальше эту тему развивать.

* * *

- Штангу давно поднимали?

- Некоторые писатели, вышедшие из штангистов, все время видят сон - будто поднимают штангу. Меня же она так достала, что и во сне гоню от себя. А наяву поднимал на Олимпийских играх, где меня отравили. 1980 год, Москва. Это добавляет "любви" к вашему городу.

- Как это - отравили?

- Да очень просто. Налили, выпил - и готов. Дураком стал.

- Кто наливал?

- Свои же тренеры. Перед выходом на помост говорят: "Пей настойку на алтайских травах, эликсир бодрости". Выпил - и потерял рассудок. Думаю: куда я иду? Зачем это надо? Словно в перевернутый бинокль смотрю, штангочка такая ма-а-хонькая… А в висках бьет - как молотком. 120 кило поднять не смог - а до этого 165 рвал в стойке. Я до правды через полгода дошел - они же, сволочи, специально это сделали! А все для того, чтоб освободить дорогу моему напарнику по сборной СССР. Ему нужно было медаль отдать.

- Олимпийским чемпионом в 1980-м стал Султан Рахманов. Разговаривали с ним на эту тему?

- Общались мы часто и подолгу, но об этом - никогда.

- Вы прежде об отравлении не рассказывали.

- Все думали, что я в 1980-м в сборную на авторитете влез. А не поднял потому, что оказался не готов. Чепуха. С моим-то опытом выходить и позориться? Да я еще и для себя долго после тех Игр штангу поднимал. И вообще пахал по системе Николая Алексеевича Некрасова.

- Это что за система?

- "До усмерти работаем, до полусмерти пьем". Самая передовая технология. И методика жизни. Рекомендую, пригодится в Москве.

- Спасибо. Какая-то дружба после Олимпиады у вас рухнула?

- С тренером из Чернигова Рыковым Александром Владимировичем, который наливал. С парнем, которого я поставил главным тренером, - ростом метр тридцать четыре. Думаю, за бабки их купили. На второй день явились ко мне в коттедж в Подольске, где жила сборная: "Если б рванул 170 - серебро тебя устроило бы?" Я ответил - толкнул бы ровно столько, сколько требуется. И никакого серебра. Кивнули: "Так мы и думали". Поэтому добивали. Я ведь с первой попытки едва не толкнул штангу. Они видят - а вдруг отойдет? И решили - надо заливать напрочь. Я вышел с помоста - мне подносят новый стакан. Затем еще один. После поинтересовался у врача - что могли подсыпать? Говорит - возможно, обыкновенного снотворного намешали. Но, скорее всего, что-то серьезнее.

- У вас кулак вон какой. Годы спустя, встречая этих людей, хотелось дать по голове?

- А я прежде уже отсидел ни за что. Целый месяц провел в тюрьме. Ну врезал бы - а что изменилось?

- Морально стало бы легче.

- Морально-то легче - а физически тяжелее.

- Как в тюрьму загремели?

- Что-то я вам все тайны выдаю. Пьяная компания принялась у меня значок "мастер спорта" срывать с груди.

- Кто же к вам решился подойти?

- В городе Коряжме Архангельской области неподалеку от моего дома справляли десятилетие стройтреста. Я проходил мимо, думаю - что за балаган? Пошел выяснять. И выяснил - на свою задницу. Человек пятнадцать за мной припустили - а я бежать. Мне ведь никак нельзя было с ними связываться. Я на сумках сидел - чтоб переезжать сюда, в Шахты.

- Значок не отняли?

- Не отняли - зато в зубы дали. Подло, из-за спины. И все равно я не стал применять боевые действия - рванул от них. Никогда ни от кого не бегал - а тут побежал. Но споткнулся, упал. И меня нагнали.

- Отмахнулись?

- Два раза махнул - два трупа.

- Ничего себе.

- Это я образно про трупы - уложил двоих на землю. Говорю: "Теперь поняли, что я мастер спорта - но не по бегу?" Повернулся и пошел.

- Так за что ж в тюрьму?

- Одному дебилу, которого уложил, надо было знамя вручать в обкоме партии. Он комсомольский вожак был. Его ждут в зале - а нету. Первый секретарь шумит: "Где?!" - "Челюсть переломана, не в состоянии приехать…"

- Забавно.

- Секретарь спрашивает: "За дело?" - "Да". Потом уточняет - кто бил-то? И ему ответили: есть парень, мастер спорта. Но он уезжает от нас… Вот здесь секретарь вскипел: "Ах, уезжает? Посадить!" Второго побитого затаили - иначе для них групповуха выходила. Оформили дело, будто вожак в одиночестве был - а я на него напал. И отправился я суда ждать.

- Суд состоялся?

- Конечно. Оправдали меня - не я ж бегал, а за мной. Выяснилось, что комсомолец этот регулярно, как напьется, драку устраивает. Тоже попал меж двух огней - с одной стороны, обком заставил заявление написать, а с другой - мои товарищи подтянулись: "Если не заберешь заявление, устроим хорошую жизнь. Это он на тебя напал? Это он у тебя лацкан оторвал со значком мастера спорта?"

- За месяц в камере - самый трудный день?

- Первый. В камере человек сорок. После баланды все разом закуривали. Я окно нараспашку - а народ-то вокруг хлипкий, орут: "Закрывай!" Был еще способ - на пол ложиться. Иначе не продохнуть. Двинул я к "куму": "Готовлюсь к Спартакиаде народов СССР. Штангу у вас не прошу - хоть рельсу подберите".

- Нашли?

- Притащили рельсу килограммов в сорок. Поднимал ее, поднимал в загончике - но что для меня, мастера спорта в тяжелом весе, сорок килограммов? Снова к "куму": "Эта маленькая. Мне б что-нибудь потяжелее". Отыскали рельсу килограммов в 160. Но ее в загон не затащишь, она семь метров в длину. Представьте картину: забор, вышка с охранником, и я рельсу ворочаю. На морозе. Однажды сбросил с плеча - упала, сломалась пополам. Так меня снова в загон отправили. Говорят: "Бригада не могла эту рельсу разрубить, а ты один переломил. Ты ж ею часового снесешь вместе с будкой". Зато теперь у меня было два рельса по 80. Мог другие упражнения делать.

- Исхудали там?

- Поправился на два килограмма - меня кормил весь город. Врач приносил в бутылке глюкозу, трески с картошкой давали сколько хочешь. Сел - 112 кг, вышел - 114. Подружился с дедом, который всю жизнь проторчал на зоне. Его выпустили - а на воле ни работы, ничего. Сам пошел в милицию: "Что сделать, чтоб сесть?" Украл что-то - впаяли новый срок.

* * *

- В последнее время у вас была особая штанга, вами же сконструированная. Сохранилась?

- Конечно. С прибамбасами.

- Какими?

- Ну как же - я вам сейчас бесплатно расскажу все секреты…

- Для себя придумали?

- Для себя, для друзей, для сборной.

- Нужны сегодня кому-то ваши секреты?

- Всем нужны. Приезжал Миша Кокляев - показал ему два упражнения, он отправился на чемпионат России. Думаю, после его выступления толпа ко мне в Шахты явится. К Олимпиаде в Лондоне мой опыт и дурь Кокляева могут вылиться в хороший результат. Вы этого парня наверняка видели - он постоянно побеждал в программе Володи Турчинского…

- С Юрием Власовым общаетесь?

- Вот с ним - нет. Власова сложно обнаружить - прямо как американского разведчика. Можете даже не искать, не получится.

- Почему?

- Потому что скрывается. Характер такой.

- Странная черта для писателя.

- На контакт не идет ни с кем. А насчет того, что Власов великий писатель… Не согласен. Когда Власову 75 исполнялось, мне позвонили, расспрашивали - я нашел много хвалебных слов. Но исключительно по поводу его физических данных. Про моральные качества говорить не стану. Не наш человек, даже тренировался всегда отдельно. Вот Жаботинский - нормальный мужик. С ним и пообщаться можно, и пошутить. В штанге без юмора не проживешь.

- Власов до сих пор считает, что Жаботинский его обманул на Олимпиаде-1964.

- Ну и пусть считает. А я считаю, что около штанги есть квадратный помост, четыре на четыре. Сбоку два судьи и спереди один. Еще пять членов жюри. Схема простая: берешь карандаш, столбиком прибавляешь - кто сколько поднял. Кто больше - тот и победил. Выиграл в 1964-м Жаботинский - а если тебя обманули, значит, ты, уж прости, идиот. Они что, в карты играли? "Обманули" его… Сквозило ощущение, будто Власов неприкасаемый, и Жаботинский не имел права бить мировой рекорд. Разве так можно?

- Кто в вашем внутреннем рейтинге сильнее - Жаботинский или Власов?

- Власов, конечно. Хоть Жаботинский - двукратный олимпийский чемпион, а Власов проиграл ему в Токио. Но Власов - это 29 мировых рекордов. Уникальный штангист.

- Если б ваш путь в спорте начинался сейчас - какую ошибку не повторили бы?

- Я бы путь до рекордов прошел намного быстрее. Только в Шахтах в 25 лет занялся штангой по-настоящему. Не представляете, сколько я всего придумал. Сегодня подготовка штангиста - на 70 процентов мои задумки. Например, двойные тренировки. Прежде тренировались раз в день. Трижды в неделю. А я стал работать два раза в день, без выходных. Помню, попал в олимпийскую сборную 1968 года. Ребята на тренировке поднимали там 3 - 4 тонны. Если вдруг случалось семь, шли заказывать коньяк.

- Вы не заказывали?

- Я нищий был. Угощали - не отказывался. Но я-то сорок тонн поднимал! Двадцать утром, двадцать - вечером! Сборники, Тальтс с Батищевым, смеялись: "Грузчиков мы видели". Я им в ответ: "Смейтесь, смейтесь, а первым шестьсот кило наберу я…" Так и вышло. Великие об этом лишь мечтали, Власов 580 набрал, Жаботинский - 590. И тормознулись.

- 700 вам было не поднять?

- Поднял бы - но в 1972-м специально из-за меня отменили жим. Я в тот год, упираясь, мог набрать 680. К моему результату, 237 кило на грудь, даже никто не приближался. Ученые вычислили: 250 разве что в ХХI веке человек сумеет поднять - а я уже тогда готов был.

- Штанга - живая?

- Я с большим уважением к ней относился. Никогда через штангу не перешагивал. Боже упаси - ногой на нее наступить. А многие так делали. Или фотографировались - ногу ставили на гриф… Меня радует, что вы до штанги добрались. Значит, не только тюрьма вас интересует.

- Первая ваша штанга - ось от вагонетки?

- Да, в леспромхозе я много бед наделал. Чем сильнее становился, тем тяжелее ось от вагонетки откручивал. Причем ось эта 60 - 80 миллиметров толщиной - и лишь потом, в институте, я впервые увидел настоящую штангу. Которая 28 с половиной. Все по Маяковскому: "Беру как ужа, как бритву обоюдоострую".

- Судьба у вас, Василий Иванович…

- Я знаю, что такое работа. С 11 лет вкалывал! В 20 был бригадиром на строительстве фенольного завода - бригада моя состояла из двадцати зеков. Потом десять лет подземного стажа, в шахте работал. В завале побывал.

- Жутко?

- Получилось как в кино: очнулся - гипс. Шел, по голове шибануло - и отключился. Глаза открыл уже в больнице. Вторую группу инвалидности дали. А когда со спортом закончил, задумался - что дальше. Не лезть же опять в шахту. В городе собирались открывать техникум физкультуры, предложили должность директора. Но я отказался. И директором дворца спорта быть не захотел.

- Почему?

- Сидеть и высчитывать - кто тряпку украл, кто ведро помойное?

* * *

- Травить вас травили. Еще с нечестной конкуренцией сталкивались?

- Сколько угодно. Меня и на чемпионате мира в Перу в 1971-м травили, и в Америке - дважды. Подсыпали что-то. Вот в Перу проснулся - голова раскалывается. Словно ее накачали насосом на 250 атмосфер. Похоже, тоже наши отличились. Потому что точно такое же состояние было в 1978-м в Лас-Вегасе. В 1977-м уже конкретно травили - да, видно, не рассчитали дозу. Я все равно выиграл. Но если в рывке был красавец, то в толчке смотрю - ноги прокисли. Один подход сделал и отказался. А через год мне сыпанули столько, что вертлюги оторвались.

- Это что такое?

- Место, где берцовая кость соединяется с тазом. Когда со штангой вставал - они хряпнули. Только после московской Олимпиады понял, кто за всем этим стоял. Тот же персонаж из Чернигова - Рыков. Поначалу-то я и мысли не допускал, что друзья способны на такое. Хотя в сборной, бывало, ребята находили в салате склянки от ампул с ретаболилом. Сыпанул конкуренту, потом анализ на допинг - и привет. Был в Краснодаре штангист, который трижды отправлялся на чемпионат Европы - но ни разу не выступал. Приезжает - а ему вдогонку: "Валера больной". И ставят того, кто везет икру, коньяк, водку…

- Вы были прекрасным тренером. Почему ж вас отодвинули?

- Советского Союза не стало, и главного тренера тоже. Вот посмотрите: Олимпиада в Барселоне, 1992 год. Руковожу сборной СНГ - из десяти медалей мы взяли пять золотых, четыре серебряных и одну бронзу. Через год эта команда, но уже без меня, вернулась без золота вообще. Что стряслось?

- У вас есть ответ?

- Я рубил прием анаболиков - тормозил, душил, выгонял… А после все стало иначе. К тому же, когда я в союзной сборной был главным, россияне всегда вели себя нагло. Человек занял шестое место в чемпионате Союза - а ты все равно вези его на Олимпиаду. Иначе враг России. Как-то послал таких подальше - и стал "антироссийским".

- После вас звали тренировать сборную России?

- Несколько раз приезжали в Шахты. Одному начальнику сказал: "Вы же мой характер знаете. Я лодырей отодвину от сборной. Они объединятся - и начнут лить грязь. Вы меня защитите?" - "Нет". Все, разговор закончился. За два месяца до сиднейской Олимпиады меня за горло схватили: "Возьми сборную…" Министр приезжал!

- Не взяли?

- Оставалось бы полгода - согласился бы. А за два месяца чужое дерьмо не разгрести. Ну, добавлю я кому-то от двух до пяти килограмм - это же не решит вопроса.

- Помните, как впервые столкнулись с анаболиками?

- Олимпиада-1972. Кто-то запустил слух, что будет проверка. И за десять дней до Игр бросили принимать. Итог - четыре "баранки". Но там проверки не было - она случилась в 1976-м. Найдите протокол чемпионата СССР, который проходил в Караганде. А потом посмотрите результаты Олимпиады в Монреале. Небо и земля. Потому что в Союзе можно было жрать что угодно - а перед Играми нужно было прекращать жрать за 55 дней. И конец.

- Для всех, кроме вас.

- Я перед Монреалем 17 дней лечил пах, ничего не поднимал. На Олимпиаде толкнул мировой рекорд - 255. Хотел вообще 265 толкнуть, чтоб всем ноздри прочистить. Журналисты помешали.

- Что-то написали?

- Затоптали мне весь помост. Штангу откатили. Я ж не могу им объяснить, что еще толкать хочу. Микрофоны под нос суют: "Мистер Алексеев, почему все плохо выступили, а вы установили фантастический мировой рекорд?" - "Кто на чем живет. Пейте рашн водку!"

- Вас в допинге подозревали?

- Да постоянно. Думали до 1976-го, что на этом сижу. В Монреаль приехал за 9 дней до Игр - прямо из аэропорта повезли на анализ. Штангу поднял - снова. А болгарин Христо Плачков в Монреаль прилетел, но в колхозе не прописался…

- ???

- Сначала надо было в Олимпийской деревне прописаться - потом тебя на анализы отправляют. Так и бродил он вокруг деревни. Улетел домой, выступать не стал. Понял: или вовсе ничего не поднимет, или поймают. А основной конкурент - Герд Бонк из ГДР поднял вес на уровне второго разряда.

Вот, кстати, история. В декабре 1975-го я переехал в Рязань. Вскоре звонит кто-то из вашей братвы. "Какая сумма нужна в двоеборье, чтоб выиграть в Монреале?" - спрашивает. - "420 кг хватит", - отвечаю. Хотя мой рекорд был 432. Просто я знал, что на Олимпиаде будет допинг-контроль, и это обязательно повлияет на результаты соперников.

Ну вот, а в мае 1976-го проходил чемпионат Европы в Берлине. Я там пару часиков почитал книжечку у окна - и слег с межреберкой. От боли два дня не мог сползти с тахты. Накануне соревнований объявляю тренеру: ставь запасного. А утром просыпаюсь - отпустило. Но деваться уже некуда, в Берлине остался в роли зрителя. Сидел, скрипел зубами, глядя, как Бонк устанавливает рекорд в толчке - 252,5 кг. Уж не знаю, чем его там накормили. Возвращаюсь домой - опять этот журналист звонит.

- С тем же вопросом?

- Да. Я повторяю: "420 хватит". Месяц спустя на чемпионате СССР в Караганде устанавливаю мировой рекорд - 435. Но через несколько дней Плачков в Болгарии поднимает 442,5 кг! И снова звонок журналиста, в голосе ирония: "Даже теперь цифры не поменялись?" - "Возьми фломастер и запиши - 420!" А что в итоге?

- Что?

- В Монреале Бонк осилил всего 405 кг. Но для серебра оказалось достаточно. А я поднял 440 и стал двукратным олимпийским чемпионом.

- Вам когда-нибудь предлагали анаболики?

- Был такой профессор Беленький. Как-то предложил попробовать. Я ответил: "На себе их испытывай". Но, думаю, в 1968-м в олимпийской сборной какую-то дрянь давали. Тогда у меня спину заклинило.

* * *

- Валерий Борзов нам рассказывал, что в Киевском институте физкультуры учился вместе с борцом, который позже эмигрировал в Израиль. На Олимпиаде в Мюнхене оказался в числе заложников и погиб…

- А я знал израильских штангистов, которых террористы положили. Но ведь тогда, в 1972-м, много и забавного было. Председатель Спорткомитета Сергей Павлов предупреждал - по Мюнхену расклеены плакаты: "Русский убил твоего отца в Сталинграде, а ты должен победить его здесь". Ко мне приставили офицера КГБ. Все опасались провокаций, отравлений - еду, например, мне таскали прямо в номер. Ее было так много, что хватало на артистов из группы поддержки. Миронов, Крамаров, Ротару, Галка Ненашева и какие-то неизвестные девки - все оголодавшие были. А я к тому же привез десять бутылок водки и десять рыбцов. Говорю: "Вон холодильник, доставайте, открывайте…"

- Еще встречались с артистами?

- С Хазановым, Толкуновой. На "Голубые огоньки" приходил. С Игорем Кирилловым всегда тепло общались. Однажды стоим перед съемкой - у него руки от волнения трясутся. "Как же выступать будешь?" - ахнул я. Кириллов улыбнулся: "Рот открою - мигом все пройдет".

- А вас перед соревнованиями колотило?

- Так - никогда. Но я поражался, в каком состоянии люди порой выходили на помост. Меня-то все как демона боялись. На бельгийца Сержа Рединга смотрю - и он потек…

- В смысле?

- Пот ручьем. Причем капли в три раза больше обычных. Я и не предполагал, что такие бывают. А с Рудиком Мангом из ФРГ парой слов перебросишься - он пятнами идет. "Эх, ребята, - думаю, - какие же вы слабые". Они воевали со мной и штангой, а я - только со штангой.

- В Мюнхене Мангу специальную дверь сделали на помост - лишь бы с вами не пересекался?

- Дверь-то ладно. Гораздо хуже, что немцы с грифом смухлевать решили. В первом подходе выхожу толкать 225 кг. На грудь штангу - цап, она меня сбивает, делаю назад кульбит. Встаю, отряхиваюсь - второй подход. Гриф прокручиваю - а его, оказывается, "задавили". Сделали так, что не крутится. При таком раскладе, когда штангу кидаешь на грудь, она тебя просто сбивает с ног. Я на чемпионате Европы в Румынии так же попался - и не мог сообразить, в чем дело.

- Из ваших восьмидесяти мировых рекордов - какой дался особенно тяжело?

- В 1977-м в Лужниках выступал перед депутатами Верховного совета. Чтоб порадовать их, пошел на мировой рекорд - 256 кг. И тут внезапно врубили восемь световых пушек. Для фигуристов это нормально. А у нас делать никак нельзя. Я почувствовал себя зайцем, которого из-под фар гонят браконьеры. Закрыл глаза, взял на грудь и толкнул 256. Абсолютно не соображая, где я, кто я. Это был ужас! Когда ушел с помоста, выдохнул: "По физическому напряжению толкнул 300 кило!"

- Сколько тогда платили за рекорды?

- 630 рублей. Но лепил я рекорды пачками, и наши чиновники нашли способ, как мои призовые обкорнать. Установишь рекорд на союзном турнире - дают 80 процентов от этой суммы. На российском - 60 процентов. На турнире спорт-общества - 40. Сдвоил - платят все равно за один. Потом новое правило ввели - если занял первое место и установил рекорд, премию получаешь за что-то одно.

- Разница большая?

- За рекорд те же 630 рублей, а за первое место - 500. Иногда специально притормаживал, чтоб раньше времени не установить рекорд. В рывке-то я не мог поднять сумасшедшие веса, а в толчке предел точно был далеко. Я остановился на 256 кг - а мог бы при хорошем настроении толкнуть 270. Здесь еще психология. Допустим, выгреби я сразу все, при отсутствии дальнейших рекордов у светлых умов возникли бы вопросы: мол, кончился Алексеев, отобрал свое. Да и противники бы быстрее подтянулись. Поэтому лучше потихоньку каждого бить по башке - то на одном турнире мировой, то на другом. И видно - штангист растет, уверенно поднимает.

- Вы были членом партии?

- Конечно. Рьяным!

- Сохранили партбилет?

- Обязательно. Вдруг наши еще придут к власти? Какие-нибудь неокоммунисты. А что, появились же неофашисты. Или вон, что творится в тихой, сытой Норвегии - один недоумок сколько человек убил!

- Кстати, и Чикатило в ваших краях обитал?

- Наш парень, из Шахт, это правда. Нашли, кого вспомнить.

- Он работал воспитателем в ПТУ. Не пересекались на мероприятиях?

- Бог миловал.

* * *

- Какой была ваша популярность? Что писали о вас на Западе?

- Нередко чушь - чтоб обгадить советскую власть. Вот в Дании пригласил домой судья международной категории. Он мясную лавку держал. Долго упрашивал меня котлетку съесть. А я не люблю котлеты. Но мясник не отставал: "Хотя бы на вилочку наколите - для фотографии".

- Согласились?

- Наколол. Там журналисты еще сидели. Сняли. А утром фото в газете. И подпись: "Алексеев умял 40 котлет. Наша страна такого не прокормит". Тварь! Больше с этим судьей не разговаривал.

- От какого зарубежного города самые мрачные воспоминания?

- От Москвы.

- Для вас она заграница?

- Да!

- Почему?

- Что, все перечислять? Там есть труженики, но и грязи столько перекочевало! Вы-то еще пацаны - не застали времена, когда в стране ничего не было. Зато Москва жрала в три горла. Я за хлебом туда ездил, когда в Рязани жил, представляете?! Покупал в универсаме разом двадцать буханок. Как-то набираю в мешок и слышу сзади шипение: "Все им мало". Поворачиваюсь: "Ты, что этот хлеб на Красной площади сеешь? А я - заслуженный работник сельского хозяйства, комбайнер! За своим приехал!" Мужика как ветром сдуло. Понял - еще немного, и эту буханку ему в рот засуну.

- О каком из своих поступков можете сказать: "Я от себя такого не ожидал!"?

- Для меня самого неожиданных поступков не было. А для других… Может, не стоит ворошить?

- Расскажите, Василий Иванович.

- Был эпизод в Рязани, где прожил четыре года. Для меня там дом выстроили, деньги выделило государство. Уж должны были ордер вручить. Но какой-то умник написал в ЦК: "Мы буржуев выгнали в 1917 году, а теперь Алексееву дом строят. С какой стати? И вообще он инженер, а я - старший инженер!" После этого дом переоборудовали в учебно-реабилитационный центр. Мне и ордер не дают, и в квартире, где живу, не прописывают. Тянулась волокита долго, пока зимой не пригласили в рязанский горисполком. Местный начальник вручает ордер и говорит: "Ты внимательно прочитай".

- И что там было написано?

- Как сейчас помню: "Алексееву В.И. на право занятия 48 квадратных метров при учебно-реабилитационном центре". Плюс выяснилось - если со мной что-то случится, семью в любой момент оттуда выгонят. Я завел машину, рванул к Вечному огню - на него и возложил ордер.

- Сожгли?

- Да. После этого вернулся в Шахты, где осел окончательно. Вот такой я человек. Меня не трогай - я не трону. Тронули - получите.

- Вы ведь любите охоту?

- И рыбалку. А кто не любит?

- Стреляете хорошо?

- Не то слово. Однажды установил рекорд, который не каждому охотнику под силу. Двадцатью пятью патронами сбил 27 уток. Может, и больше - но еще трех в камышах не нашел.

- Кроме уток на кого охотитесь?

- На зайца, лося, кабана.

- Кабан на вас выходил?

- Бывало. Я же не бегаю так шустро по лесу, как загонщики. Стоишь "на номере" - и тут кабан.

- Страшно?

- Да ну, чего его бояться? Хотя, если раненый кабан прет буром, - радости мало. Некоторые успевают с такой скоростью на дерево влезть, что сами потом не могут объяснить, как у них это получилось.

- По мнению Евгения Чазова, на охоту ради добычи ездят десять процентов людей. Остальные уезжают от жены и неприятностей. Согласны?

- Нет. А кто такой Чазов?

- Знаменитый кардиолог. Бывший министр здравоохранения СССР.

- Давайте-ка я вам анекдот расскажу. Выставка в Лувре. Идет Пабло Пикассо. Охранник спрашивает: "Ваш билет?" - "Я Пикассо!" - "Докажите". Тот быстро рисует голубя мира и проходит. За ним Фурцева. Охранник: "Ваш билет?" - "Я министр культуры СССР!" - "Докажите" - "Как?" - "Перед вами Пикассо без билета шел. Так он голубя нарисовал - сразу узнали". - "А кто такой Пикассо?" - "Проходите, товарищ Фурцева!"

- Смешно. Нравится песня "Штангист", которую посвятил вам Высоцкий?

- Все, кроме первой части припева.

"Не отмечен грацией мустанга,

Скован я, в движениях не скор.

Штанга, перегруженная штанга -

Вечный мой соперник и партнер…"

Что значит "скован"? "В движениях не скор?" Это он про абстрактного штангиста - но не про меня. Я же, пока на Севере жили, с лыж не слезал, второй разряд имею. В прыжках в высоту и толкании ядра установил рекорды Шахт. Чемпион Архангельской области по борьбе. Сами видите, не штангой единой.

- У вас большая библиотека?

- В подвале 12 тысяч томов. Много книг с дарственной надписью. Раньше приезжаешь куда-нибудь, на встречу обязательно приходит передовой отряд интеллигенции. Писатели дарят книжки с автографом. И сидим, общаемся. В Грузии - под вино, в Белоруссии - под самогон… Я собрал почти всю серию ЖЗЛ - и с огромным удовольствием перелопатил. Гоголя люблю перечитывать, Шолохова, Толстого. А из поэтов - Губермана. Его "Гарики" всегда поднимают настроение. Вот, например:

"Сомненья мне душу изранили,

И печень до почек проели.

Как славно жилось бы в Израиле,

Когда б не жара и евреи…"

- Чужие стихи вы помните наизусть. А собственные?

- Помню. Но никогда не читаю. И вообще никому их не показывал.

- Даже жене?

- Жене тем более. Я и без стихов за полвека ей надоел.

Юрий ГОЛЫШАК, Александр КРУЖКОВ
Шахты - Москва

Материалы других СМИ
Материалы других СМИ