21 января 2014

21 января 2014 | Фигурное катание

ФИГУРНОЕ КАТАНИЕ

ЧЕМПИОНАТ ЕВРОПЫ

Новоиспеченная чемпионка Европы - о ватных ногах, странностях олимпийского отбора и необходимости оправдывать чужие ожидания

Юлия ЛИПНИЦКАЯ: "ПЕРЕД ВЫСТУПЛЕНИЕМ СКАЗАЛА МАМЕ, ЧТО ПОШЛА УМИРАТЬ"

Елена ВАЙЦЕХОВСКАЯ

из Будапешта

Поздним вечером в пятницу, когда в будапештском дворце спорта завершились соревнования женщин, один из журналистов принес в зону для интервью конфеты и попросил Этери Тутберидзе передать их героине соревнований. "Спасибо. Но Юля это не ест", - категорично отвергла подарок тренер. С этой темы и начался наш разговор с чемпионкой Европы, когда на следующий день она пришла на каток.

- Как много существует в жизни вещей, в которых вы вынуждены себе отказывать?

- Да во всем отказываю. Наверное, могла бы делать все, что мне хочется, ну, разумеется, в меру, но ведь у меня тренировки с утра и до вечера. Больше я, получается, никуда и не хожу.

- А хочется? Надеть, скажем, каблуки вместо коньков, пойти куда-нибудь с друзьями?

- Каблуки я сейчас вообще не ношу. Понимаю, что нужно беречь ноги.

- Не устаете от постоянных ограничений?

- Не сказала бы, что устаю. Я так устроена, что если мне что-то нельзя, то и не хочется. Хотя раньше было наоборот: того, что мне запрещали, хотелось сильнее всего.

- Ваш тренер сказала в Будапеште, что вам все дается очень тяжело. Прокомментируете?

- Не скажу, что все, но многое. Почему-то некоторые думают так: все, что я показываю на льду, появилось как бы само собой и я не прилагаю к этому никаких усилий. Это абсолютная неправда. Взять ту же растяжку: если я не позанимаюсь ею хотя бы пару дней, спина тут же становится "деревянной". И на шпагат уже с такой легкостью не сяду.

- Вам нравится тренироваться или это просто работа?

- Раньше не нравилось. И очень надоедало. Сейчас это работа ради результата. Которая правда начинает нравиться.

- Принято считать, что фигурное катание - очень дорогой вид спорта. Вам приходилось это ощущать?

- Сейчас нет, поскольку нам очень помогают. А когда была маленькая, вообще об этом не задумывалась. Даже когда мы с мамой переехали в Москву, я достаточно легко все это пережила.

- Вы тогда отдавали себе отчет в том, что происходит? В вашей жизни, в маминой…

- Очень смутно, на самом деле. Помню, как два дня ехали на машине на просмотр к Этери Георгиевне, я большей частью смотрела в окно, как там красиво, как меняется пейзаж…

- Почему на машине, а не на самолете, например?

- Мы же ехали не на три дня, а жизнь менять. С вещами.

* * *

- А если бы Тутберидзе вас не взяла?

- Значит, поехали бы обратно. Меня мама тогда спросила, заканчиваем мы кататься или будем пробовать дальше. То есть теоретически я могла бы сейчас сказать, что все зависело от моего решения. Но какое решение мог принять десятилетний ребенок? Ну да, я сказала, что надо попробовать. Хотя в тот момент точно не расстроилась бы, закончив тренироваться вообще. Думала даже, что закончить со спортом было бы здорово. А потом вдруг меня как ударило: "Стоп! А почему это я должна заканчивать?" Вот и сказала маме: "Поехали!"

- От чего в связи с этим пришлось отказаться вашей маме?

- От всего. В Екатеринбурге у нее была и работа, и квартира в центре, и вообще вся жизнь. А в Москве - ничего. Мы даже не знали, где жить будем. Это сейчас все нормализовалось.

- Москва для вас - свой город или чужой?

- Уже не чужой, точно. Хотя таким родным, как Екатеринбург, она для меня никогда не станет. Этим летом мы отдыхали на Кипре, а потом я на один день вырвалась на денек домой. Днем съездила в деревню - к лошадям, потом всю ночь каталась с близкими по городу на машине. Мы все улочки объездили, заехали даже на каток.

- Ночью?

- Ну да. Охранники меня знают, пустили внутрь. Странное чувство было…

Окончание - стр. 8

Прямой эфир
Прямой эфир