За Месси обидно, но Испания — безупречный чемпион. Репортаж из Нью-Джерси
Робот «Месси» на Таймс-сквер и аргентинский музыкант, спевший для нас
Два дня до матча. На подходе к знаменитой нью-йоркской Таймс-сквер вдруг встречаю двух... роботов. Один — в аргентинской футболке, другой — в испанской. И если с фамилией и номером южноамериканского все понятно, то пиренейский — почему-то Давид Вилья. Посвежее вроде Ямаля никого найти не могли?
На роботах, естественно, реклама — как в Штатах может быть иначе? Пробиваю, что за фирма. Оказывается, это американская финансовая компания, управляющая рынком прогнозов. Пользователи покупают и продают контракты на исход будущих событий — от спорта и выборов до инфляции и даже погоды.
Формально это не букмекер, а регулируемая биржа событий, а цена контракта отражает рыночную оценку вероятности прогноза. Вы торгуете контрактами с другими участниками рынка, а не делаете ставку против букмекера. Например, есть вопрос: «Выиграет ли Аргентина чемпионат мира?» На ЧМ-2026, говорят, компания серьезно развернулась, хотя в некоторых штатах в связи с их законами у нее возникли проблемы. Можно купить контракты Yes и No. В соответствии с ними...
Но в такие дебри я уже не полез. Мне интереснее было наблюдать за роботами.
Вначале они стояли на месте, скромничали. Но вот вокруг них начинает собираться толпа, и машины активизируются. Девушка подходит к роботу «Месси», осторожно гладит его по плечу. Тот пару секунд выжидает, а потом вдруг выдает тираду: Para Messi! Para Messi! Para Messi! — «Для Месси! Для Месси! Для Месси!»
Вот уже и «Вилья» машет механической рукой и начинает двигаться и разворачиваться. Насколько шагов делает и «Месси», причем в режиме «два шага — остановка». Видимо, изображая ложный замах, чтобы отправить тебя, защитника, «в буфет»...
Роботы стали отличным развлечением для туристов на одной из самых популярных площадей мира. Народ останавливался, фотографировал, разговаривал с ними. А они шли куда-то вперед. Интересно, куда?..
Оглядываюсь вокруг, поднимаю голову на легендарные таймс-скверовские рекламы — и, конечно же, здравствуйте, Месси и Ламин Ямаль. И даже Николас Отаменди — тоже здравствуйте, пусть вы и не мегазвезда.
Захожу в самый центр Таймс-сквер — и там царство аргентинцев. Пляшут, поют свою легендарную уже Muchachos. С огромным удовольствием вливаюсь в эту невероятную обстановку. Испанцев нет. Они прибудут на площадь попозже, вечером — исходя из видео, которые попадутся.
А пока вижу музыканта с маленькой гитаркой, в небольшой шляпе и, естественно, в майке Месси. Прошу что-то спеть для российских слушателей. Он передает им привет и исполняет:
«Я — болельщик сборной,
Люблю ее всем сердцем,
Мы выиграли третью с Лионелем (третий чемпионат мира для Аргентины. — Прим. И.Р.),
И хочу быть снова чемпионом».
Потом музыкально вспоминает о конфузе Аргентины 32 года назад на ЧМ-1994 в Штатах — и, мол, «Скалонета» (команда Скалоне) отомстит за тот чемпионат, который тогда выиграла Бразилия, вечный оппонент Аргентины. А последний куплет — о надежде на четвертую звезду.
Час прогулки по Манхэттену, по Таймс-сквер — и на предматчевую пресс-конференцию в нью-йоркском конгресс-холле «Явитц-центр» на берегу Гудзона с потрясающим видом на реку. Вопреки обычной процедуре, «прессуха» проводилась не за день, а за два до матча.
Пресс-конференция без Месси
Американский журналист Марк из Сан-Диего, с которым мы познакомились у остановки медиашаттла на финал (так и не пришедшего, но об этом позже), обычно пишущий об НБА, был совершенно обескуражен тем фактом, что Месси не привели на эту пресс-конференцию. Как он рассказал — да для меня это и не открытие, — тот же Леброн Джеймс перед финалом лиги, если он туда выходит, два с половиной часа отвечает на вопросы всех аккредитованных репортеров.
И чем ярче звезда — тем больше она общается с медиа. Потому что это — маркетинг лиги и вида спорта. Так же и с американским футболом: перед Супербоулом на медиадне прямо на поле выставляются тумбы, на которых стоят все игроки и отвечают на вопросы.
Футбол и ЧМ устроены по-другому, к сожалению. Кто придет на пресс-конференцию — решает только тренер. Притом что Месси — не только главная звезда мирового футбола, но и капитан «Альбиселесте». И, более того, он находился в том же здании и отвечал на вопросы других GOAT (об этом чуть ниже). Видимо, логика заключалась в том, что великий может разговаривать только с великими.
А Скалони выбрал спикером Эмилиано Мартинеса, потому что, по словам людей из ФИФА, именно вратарь приходил общаться с журналистами накануне финала в Катаре, а также перед последним победным финалом Кубка Америки.
При этом армянскому журналисту удалось задать единственный «иностранный» вопрос — как раз о приметах. Скалони сказал, что одна у него железная еще с игровых времен — заходить на поле с правой ноги. А вторая была до ЧМ-2022 — приходить на игры в одних и тех же ботинках.
Она работала долгую беспроигрышную серию, но в первом же матче с Саудовской Аравией перестала. Ботинки он поменял — и уже без всякого специального выбора обуви выиграл тот ЧМ. С тех пор в приметы он якобы не верит. Но как это стыкуется с приходом именно Эмилиано на пресс-конференцию?..
Если не верит аргентинский тренер в приметы — вот она и не сработает. Логично, правда?
Еще одно наблюдение коллеги из Сан-Диего: если испанская пресс-служба давала задавать вопросы людям из разных стран (и Родри, например, бразильский журналист спросил о том, как команда будет реагировать на провокации Аргентины, — капитан ответил максимально корректно), то аргентинская — только своим, «проверенным», кроме того журналиста из Армении. Поэтому и не прозвучало, в частности, вопросов о баннере игроков после полуфинала о том, Мальвинские острова — аргентинские.
Треш-тока не было, а Скалони и де ла Фуэнте — друзья
Впрочем, лично для меня много интересного прозвучало и от тех спикеров, которые пришли, и в тех вопросах, которые задали. В частности, выяснилось, что два главных тренера, Скалони и де ла Фуэнте, — друзья. Оба отзывались и друг о друге как о людях с огромной теплотой, и о командах — соперницах по финалу — с максимальным уважением. Кстати, по-моему, это первый случай, когда в финале играли одноязычные команды.
Никакого треш-тока не было и в помине. То же касалось и игроков — Родри, что неудивительно, и Дибу Мартинеса, что, памятуя о его жестах после прошлого финала, удивляет больше. Он представлялся мне человеком дерзким, не признающим авторитетов, любящим «перчинку». Но тут предстал совсем другим. Я бы сказал — лиричным. Не думаю, что дело тут в сломанном еще до чемпионата пальце, с которым он тут играет и о котором он тоже на удивление подробно говорил...
— Мне хотелось бы, чтобы люди чувствовали: мы такие же аргентинцы, как они. Практически все ребята в этой команде выросли в небогатых семьях. Их родные — обычные люди. Так было и у меня: и мама, и папа всю жизнь тяжело работали. Именно поэтому у нас такая крепкая семья внутри команды, столько между нами общего. Мне хотелось бы, чтобы нас запомнили как людей, которые много работали, никогда не сдавались и всегда продолжали идти вперед, даже когда все складывается против нас. Именно это мы показали и на нынешнем чемпионате мира.
Родри говорил о команде. Команде, которой было суждено стать чемпионом. Тем внимательнее надо читать эти слова:
— Мы очень сбалансированная команда. Нас чрезвычайно трудно победить — мы доказываем это на протяжении всего турнира, пропустив всего один гол. Мы очень хороши и у своих ворот, и у чужих, и в центре поля. Считаю, слабостей у нас немного. Но раскрывать их я не собираюсь.
Против Франции мы провели один из лучших матчей на этом ЧМ. Но с Аргентиной нам придется поднять уровень еще выше, потому что они чемпионы мира. Абсолютно уверен, что мы способны это сделать. Сказал ребятам после полуфинала: в финале желание победить должно быть сильнее страха проиграть.
В отличие от аргентинцев, Испания с этим лозунгом и сыграет.
— Мы росли постепенно, — продолжал Родри, назвавший при этом Месси лучшим футболистом всех времен. — Я уже говорил раньше, что это поколение еще заставит говорить о себе. И путь к самой большой мечте любого игрока — поднять над головой Кубок мира — должен был выглядеть именно так. Сначала мы доказали себе в меньшем масштабе, в Лиге наций, что способны побеждать. Затем продолжили этот путь, выиграв Евро. Теперь добрались до финала ЧМ — а это совсем другой уровень сложности. Всех нас ждет возможность вписать эту команду в историю как великое поколение.
Впишут — как и поколение Хави и Иньесты. Причем при очень похожих обстоятельствах.
Де ла Фуэнте, который во главе сборных, если считать молодежку, играл уже девятый (!) финал, успокоил журналистов по части здоровья Ямаля: все, мол, в порядке. Тренер говорил о своей любви к древнеримским мыслителям, которых читал и на этом чемпионате, цитировал Марка Аврелия, отмечая, что улей важнее отдельной пчелы. И разве мы не увидели на деле, что это действительно так? Его спрашивали о том, не хочет ли он применить персоналку к Месси, и тренер аж историю вспомнил:
— Когда я еще работал в юношеской команде «Севильи», мы играли матч Кубка Испании против «Барсы». Тогда мне говорили о каком-то очень талантливом мальчике по фамилии Месси. Мы действительно поставили против него персонального опекуна. До 70-й минуты счет был 0:0. Потом защитник, который его опекал, получил желтую карточку, я его заменил. И за оставшиеся 15 минут Месси забил нам четыре мяча.
Значит ли это, что мы теперь будем играть с персональной опекой? Нет. Но будем ли уделять ему особое внимание? Конечно. Так же как и Аргентина — нашим сильнейшим игрокам. В больших матчах всегда нужно следить за великими игроками.
Де ла Фуэнте спрашивали, к кому бы он обратился с единственным вопросом перед финалом, возникни такая необходимость. Он назвал Висенте дель Боске, тренера — победителя ЧМ-2010. Потому что он его глубоко уважает и усатый мудрец все это уже проходил...
А еще де ла Фуэнте шутил. Его спрашивали, нервничает ли он, испанец отвечал: конечно. Делал серьезное лицо. И сообщал, что его очень беспокоит обратный перелет вертолетом, которым они летели и в Нью-Йорк на игру. А больше — ничего.
Может, он так беспокоился из-за загрязненного воздуха в последние дни? Кстати, когда я прилетел за три дня до матча, еще ощущался запах гари от лесных пожаров в Канаде. Но уже на следующий день стало намного лучше, а после дождей в день, предшествующий финалу, смог вообще рассосался. И к решающему матчу ЧМ-2026 в Нью-Йорке установилась солнечная, при этом не очень жаркая погода. Может, чуть жарче, чем идеальная для футбола, но все равно — очень хорошая.
Месси рассказывал Тому Брэди, как купал Ямаля в ванночке
...А я все напряженно ждал сообщения, аккредитован ли на финале. Письмо пришло прямо во время пресс-конференции. Я уже начинал сильно нервничать — обычно подтверждают ровно за 48 часов до игры, а тут уже семь вечера пятницы, тогда как игра в воскресенье в три — и тишина. Но в одну секунду подтверждения пришли, может, даже и всем. Зал радостно загудел. Мы отбили друг другу «пятеру» с соседями по ряду — французом и ганцем.
И еще я «освятил» свою книгу о Месси — расположив ее на селфи рядом с мячом, по которому Лео будет бить. И на матч, конечно, взял ее тоже... А письмо с подтверждением стало большой радостью и облегчением. И даже место (на Англия — Аргентина оно было, скажем мягко, так себе) — уже не главное. Просто быть на такой игре, дышать ею каждой клеткой — мечта!
А четырьмя этажами ниже аккурат между испанской и аргентинской пресс-конференциями проходило мощное мероприятие для болельщиков — уж не знаю, кто из них мог туда попасть. Потому что если все — конгресс-центр разнесли бы к чертовой матери. Ведь когда о какой-то фотографии говорят, что ее «звездность зашкаливает», — то тут творилось бы что-то запредельное. Величайший квотербек в истории НФЛ Том Брэди задавал вопрос Месси. Легенда НБА Кевин Дюрант — Эмилиано Мартинесу. Новак Джокович — Родри...
Все это продолжалось совсем недолго, конечно. Но интересно. Нам в огромном, на тысячу где-то человек, пресс-зале все это вывели на огромный экран. Было интересно посмотреть и послушать, как говорит Лео. Весьма охотно, кстати, говорит — мне вообще рассказывали, что, когда до него кому-то удается добраться (что невероятно сложно), он не отделывается короткими скупыми фразами.
И отвечал он тут как раз на вопрос Брэди о легендарном фото конца 2007 года в раздевалке «Камп Ноу» для благотворительного календаря газеты Sport и UNICEF, где 20-летний Лионель купает в ванночке шестимесячного младенца, позже выросшего в... Ямаля. Причем вирусным этот снимок стал лишь в 2024-м, когда отец Ламина опубликовал его в соцсетях.
Что интересно, Месси даже после нескольких лет выступлений в МЛС совсем не то что не говорит, а похоже, даже не понимает английский. Выслушав квотербека, он повернулся к переводчице. Что ж, не всем дан талант к языкам. У Лионеля этот самый талант ушел на другое, и мы его за это простим, правда?
А вопрос его рассмешил. И вот что Лео, собственно, ответил:
— Хочу пожелать ему (Ямалю. — Прим. И.Р.) только самого лучшего. Честно говоря, когда он прислал мне ту фотографию, это было просто безумие. Жизнь удивительна: она была сделана, когда он был совсем маленьким, а сегодня мы с ним встречаемся друг против друга в финале чемпионата мира. Это невероятно.
Сейчас он один из лучших футболистов мира, и я желаю ему большой удачи в карьере, потому что если у него будет все хорошо, то это будет хорошо и для «Барселоны».
В зале, где все это происходило, раздалась буря аплодисментов. И хлопали, надо думать, не болельщики «Реала».
— Ну а мы постараемся провести хороший матч и не дать ему показать свою лучшую игру, — продолжил Месси. — Хотя это очень сложно, мы попробуем. И не только он — у Испании вообще великолепная команда. Там много отличных футболистов, поставленная игра. Но и у нас есть свое оружие».
Какое оружие главное, он из скромности говорить не стал. Но если уже даже ведущий испанский журналист, шеф-редактор газеты Marca Хуан Кастро заявляет мне, что в целом по карьере Месси уже превзошел Пеле — вне зависимости от результата финала...
Полтора часа в журналистской очереди на вход
День игры, перед которым даже репортерам неважно спится. Накануне всем журналистам пришло уведомление, что на стадион нужно прийти как можно раньше, меры безопасности в связи с приездом на игру президента США будут беспрецедентные, проверки — тоже. После длиннющей очереди на вход для журналистов на полуфинал в Атланте я уже был готов ко многому. А на «Метлайфе» в Нью-Джерси к тому же бывать прежде не доводилось, и в незнакомых условиях проявлять разгильдяйство нельзя ни в коем случае.
Приезжаю на Uber к гостинице недалеко от стадиона, откуда в 10.50 (игра — в 15.00) должен идти на арену журналистский шаттл. Его уже ждут несколько коллег — из США, ЮАР, других стран. Стоим до 11.20. Автобуса нет. Варианты — идти пешком, вроде минут двадцать, либо ждать следующего в 11.50, но где гарантии, что он придет?
Вдвоем с американским коллегой из Сан-Диего, о котором уже рассказывал выше, идем пешком. Причем Google Maps отказывался показывать пеший путь до арены, но американец накануне ходил туда на другое мероприятие и все освоил. Говорит — все есть. И без тротуаров, по газонам, действительно за двадцать минут доходим.
И видим совершенно нереальную, бесконечную очередь. Говорят, те, кто уже прошел, стояли два с половиной часа. А что будет сейчас, когда народу еще больше? Тем более что минут за десять спустя эта «змея» сдвинулась метров на пять. До игры оставалось три часа 15 минут, а я реально боялся на нее опоздать.
Все журналисты по негласной договоренности решили стоять в соответствии с тем, как пришли, не перескакивать, увидев в толпе знакомых. Потому что ситуация выглядела чумовой и все в одной лодке. Только какие-то южноамериканки перед нами все-таки подтянули кого-то сзади. Правда, пришедшие извинились. Ну и вообще на девушек сердиться в большей частью мужской толпе все сочли не комильфо.
Но как-то постепенно ситуация начала улучшаться. Первую часть «змеи» прошли за полчаса, мы с коллегами умножили на пять ее оборотов, насчитывавшихся там на тот момент, — получилось два с половиной часа. За полчаса до игры должны успеть.
Но потом проехал какой-то важный мотоциклетный кортеж, и опытный местный коллега сказал: это «трамповские». Видимо, он уже на стадионе и сейчас, по идее, должно стать легче. И действительно, с этого момента все пошло значительно бодрее. И простоял я в очереди всего полтора часа, зайдя на территорию арены за два часа до стартового свистка словенца Винчича. Еще очень даже ничего по сравнению с тем, как все выглядело вначале!
А еще и болельщиков встретили. Бородатый испанец в темных очках и с двойным подбородком, с кружкой пива в руке хрипло, увесисто и исчерпывающе прокричал мне в камеру: «We are the best team of the World Cup!» Примерно то же самое пел бородатый испанский дедушка в панамке. Я их с удовольствием снимал. А то кто-то из читателей жаловался, что я одних аргентинцев ставлю в Telegram-канал. Кого вижу, того и ставлю! Просто на этот раз не было времени и возможности искать так полюбившийся мне проход испанских болельщиков к стадиону, как на матчах с Австрией и Бельгией. А на Таймс-сквер пиренейцы, так вышло, прибыли в другое время...
В пресс-центре встречаю своего недавнего собеседника (если кто-то из вас не читал, обязательно сделайте это) — Серхио Левински, аргентинского журналиста и писателя. Уточняю одну вещь, о которой не спросил в интервью: как здоровье папы Месси, серьезно заболевшего перед началом чемпионата? Он отвечает, что никакой информации нет, а «отсутствие новостей — хорошая новость». Говорит, что вопросы вызывают только две позиции по составу, который еще не объявлен, — Молина или Монтиэль, Симеоне или Де Пауль. Оказывается — Монтиэль и Де Пауль. Плюс третья перестановка — внезапно Нико Гонсалес вместо Паредеса. Но второй сменит первого уже в перерыве. У испанцев все предсказуемо, и де ла Фуэнте снова, как и в последних двух матчах, не ставит в основе Педри. Опять в составе Фабиан Руис.
Все больше вспоминалось, что предыдущий финал ЧМ в США сыграли 0:0
И вот я на своем третьем ярусе «Метлайфа». Прихожу под самый конец церемонии открытия финала, которая завершилась за час до матча. Места оказываются хотя и высоко, но великолепные — по самому центру, без каких-либо помех. Сидим группкой российских журналистов, которых посадили вместе, в основном среди фотографов. И с наслаждением смотрим, как команды разминаются под My Way и голос Фрэнка Синатры.
Только солнце шмаляет с такой силой, что в брюках и пиджаке — на такой праздник, как финал ЧМ, в иной одежде лично для себя считаю приходить неприемлемым — становится все тяжелее. Со стыдом натягиваю бейсболку в надежде, что меня никто в таком виде — белый пиджак и кепка того же цвета — не снимет. Такое сочетание — позор, но иначе-то тепловой удар схвачу! А пиджак снимать и класть некуда. Впрочем, через несколько минут, когда команды будут разминаться, солнце зайдет за трибуну. С облегчением засовываю бейсболку в рюкзак.
Два знаменитых Баффера — Майкл, голос бокса, объявляющий выход на ринг главных кулачных бойцов мира, и его брат Брюс, голос UFC — своими раскатистыми голосами анонсируют начало финала.
Ямаль почти сразу чуть не забивает. Выходит с угла к вратарской, бьет с рикошетом от защитника — но Эмилиано Мартинес успевает ногой отбить. С этого начинается бенефис вратаря «Астон Виллы». Правда, в первом тайме ему пришлось потрудиться еще раза два — в остальном игра была негрубой, но медленной и скучноватой. Мяч целиком был у «Красной фурии», Аргентина (а значит, и Месси) не видела его вообще — вот только извлечь из этого много чемпион Европы не мог.
В конце первого тайма сначала получил желтую карточку, а потом и травму Лисандро Мартинес, и аргентинцы остались без одного основного центрального защитника. Проблемы «Альбиселесте», которых и так на поле более чем хватало, усугубились, поскольку на одну, так сказать, добровольную замену у Скалони стало меньше. В конце первого тайма запомнилось, что Месси отобрал мяч у своей штрафной. Такой была эта игра.
Ей нужна была какая-то искра, чтобы заполыхать. Но ее не было. После матча Англия — Аргентина встреча смотрелась, прямо скажу, не ахти. А уж после катарского финала Аргентина — Франция...
И я все больше вспоминал о том, что предыдущий финал чемпионата мира в США, Бразилия — Италия в Пасадене под Лос-Анджелесом в 1994-м, сыграли 0:0. А уже потом Роберто Баджо пробил свой грустно-легендарный 11-метровый выше ворот, которым впоследствии много лет утешали неудачливых пенальтистов: мол, если даже Баджо бьет с точки по воробьям...
Получасовой перерыв со словом «любовь» по-русски, геройства Мартинеса и роковой фол Энцо
После перерыва, который действительно ради шоу с выступлениями Мадонны и других составил полчаса (на огромном полотнище, развернутом на поле, в том числе по-русски было написано слово «любовь»), Скалони выпускает ожидаемого с начала матча Паредеса, и тот быстро и с удовольствием получает свою классическую желтую карточку. В остальном встреча поначалу изменений не претерпевает, а по истечении часа игры де ла Фуэнте с помощью двойной замены освежил атаку — выпустил Феррана Торреса и Педри. На поле выходит будущий автор победного гола, натерпевшийся в свой адрес столько насмешек...
Но пока герой — другой человек. Эмилиано Мартинес. Который на пресс-конференции рассказывал, что не его задача — быть главным героем. Но пришлось. И он справился. Вот только не все во вратарских силах...
Перед самым водопоем Ямаль выковыривает мяч на лицевой линии, простреливает — и Ферран бьет в упор. Но попадает в Эмилиано, главная заслуга которого заключается в том, что он ловит этот сильно летевший мяч намертво. Иначе бы кто-то из соперников и набежать для добивания мог.
Беда не приходит одна — у Аргентины травмируется и второй основной центральный защитник. Еще одна вынужденная замена — теперь Ромеро! Заодно вместо де Пауля выходит Симеоне. Может, не стоило все-таки после Англии искать от добра добра — и начинать снова надо было с сына главного тренера «Атлетико», а потом выпускать партнера Месси по «Интер Майами»?
На 72-й минуте Аргентина использует уже все пять положенных в основное время замен. Автор победного мяча в полуфинале Лаутаро Мартинес теперь может выйти только в овертайме, в котором разрешена шестая. Но он и там не выйдет — по объективным обстоятельствам, выкрутившим руки Скалони.
Де ла Фуэнте нагнетает — и меняет Ольмо с Баэной на героя сразу двух этапов плей-офф Мерино и Нико Уильямса. Тут же Эмилиано тащит от пробившего головой защитника Ляпорта. У Испании к концу основного времени пятнадцать ударов всего и десять — в створ. У Аргентины — два нуля. Она не била не просто в створ — вообще! И это — команда, которая забивала до этого пачками. Но кому? Пусть даже Англии, но не Испании, на этом чемпионате почти не пропускавшей.
Я приходил на стадион, если честно, «притапливать» за Аргентину. Но, глядя на ее игру, точнее, полное ее отсутствие, охладел. И думал: почему? Почему она такая? Неужели от Англии еще не отошла и этот день, на который было больше сил у испанцев, оказался ключевым? Или просто коллективный футбол де ла Фуэнте оказался в финале актуальнее куражного и эмоционального Скалони? Аргентине не забивали — она и не начинала играть. У нее же только так.
Арбитр Винчич добавляет ко второму тайму всего четыре минуты — меньше, по-моему, не было на этом турнире ни у кого. Настолько, видимо, даже ему не хотелось смотреть этот футбол.
Но именно за эти минуты происходит событие, которое многое предрешит. Энцо Фернандес, уже получивший десятью минутами ранее одну желтую карточку, влетает прямой ногой, открытыми шипами в ногу Кубарси и не оставляет Винчичу ни одного шанса не показать второе предупреждение.
Когда вы еле ползаете в основное время, а в его конце остаетесь в меньшинстве — продержаться и эти полчаса едва ли представляется возможным. Сама же Аргентина это Швейцарии в 1/8 финала и доказала. А тут уже она оказалась в роли швейцарцев.
Впрочем, Ямаль может закончить вообще все еще в основное. Но со штрафного бьет в угол Эмилиано. Этот удар точно не способен поставить куражного аргентинца в тупик. Нет, попотейте еще полчасика, синьоры испанцы. Допотейте до победного гола.
И все же теплилась надежда на то, сколько уже раз Аргентина на этом турнире восставала из пепла...
Включив песню группы «Европа», организаторы «нашаманили» испанский гол
Один испанский гол в первом овертайме отменили — после борьбы Мерино с защитником и вратарем Уильямс проткнул мяч в пустые ворота. Но перед тем Мерино наступил на ногу сопернику.
Аргентинские болельщики уже находились в предвкушении серии пенальти, скандировали все громче. Они понимали, что если Эмилиано тащит уже 105 минут плюс добавленные — затащит и серию. Но неужели, думалось, Испания не реализует ТАКОЕ игровое преимущество, помноженное на численное? Как такое может быть?
Это были какие-то абсолютные полюса — зимний вечер 2022-го с шестью голами под Дохой и летний день с нулем голов под Нью-Йорком. А по стадиону во время перерыва в овертайме очень грамотно, с хорошим таким нагнетанием эмоций запустили песню Final Countdown («Последний отсчет») группы Europe.
Европа тотчас и забила. Как написал мне коллега и друг, «название группы нашаманило больше, чем название песни».
Прошла минута с начала последнего кусочка матча перед уже приближавшейся во весь рост серией пенальти, когда Нико Уильямс скинул мяч Феррану Торресу, один вышедший на замену игрок — другому, и форвард «Барселоны» вколотил мяч под перекладину. Этот удар Дибу не смог бы отбить, даже если бы с ним вместе в воротах находились Лев Яшин и Джанлуиджи Буффон.
И это было абсолютно справедливо.
Я думал: сможет ли Аргентина и в ТАКОЙ ситуации включиться и хоть что-то создать? Хотелось чуда. Хотелось, чтобы Месси сотворил что-то такое, что заставит вскочить и сойти с ума. А то как-то до того не сходилось. В этом матче не было безумных переворотов, все шло в одном направлении.
Хотелось еще одного чуда от Месси — но в него уже не верилось. Один Лео... В 39 лет... Весь матч отбиваясь всей командой без намека на атаку... Без партнеров по ней — Альвареса заменили на защитника, Лаутаро не выпустили...
Это выглядело нереально. Скорее, думал, Испания второй забьет. И Ферран забил. Только из офсайда.
И все же аргентинцы два опасных момента в конце овертайма создали — после штрафного и углового, поданных, естественно, Лео. Почему только раньше не атаковали? А еще один раз Месси пробил по высоченной дуге, и мяч каким-то шальным образом мог нырнуть в «девятку», но пролетел выше. Или это мне хотелось так видеть, а на самом деле не было ни шанса, что он влетит? Может, и так.
Сюжет финала совпал с золотом Испании-2010
Испания — стопроцентно заслуженный чемпион. У нее никто не сверкал персонально, ее золото — идеальный образец торжества командной игры. И не случайно титул лучшего футболиста турнира отдали капитану испанцев Родри. Как и в тот год, когда полузащитник «Манчестер Сити» получил «Золотой мяч», он олицетворял в себе позвоночник коллективного футбола своей команды, а не персональную звездность.
А вот вручение Унаи Симону титула лучшего вратаря вызывает у меня недоумение — до него мяч же не долетал, у него работы не было. Ни одной встречи он не вытащил. Хоть Мартинесу давайте, хоть Пикфорду, хоть Возинье — но не Симону!
Испания в одну калитку обыграла в полуфинале Францию, в финале — предыдущего чемпиона мира Аргентину. За весь турнир пропущен один мяч от Бельгии, матч с которой в плей-офф получился для «Красной фурии» единственным сложным.
При этом — и близко никакой игры от обороны. Того автобуса, на фоне которого (именно испанского) я сфотографировался перед входом на стадион, задавшись вопросом, будет ли он чемпионским. Оказалось — да. А лучшей обороной оказалось не отдавать сопернику мяч.
Сюжет золота-2026 полностью совпал с сюжетом-2010. Опять «Красная фурия» была действующим чемпионом Европы — и добавила к этому звание чемпиона мира. Опять выиграла 1:0 в овертайме — только тогда у Нидерландов, а теперь у Аргентины. Ферран же стал в этом смысле наследником Иньесты. Испанцы стали вторыми в истории после немцев-2014, кто, представляя Европу, выиграл ЧМ в Америке: в первом случае Южной, во втором — Северной. Кстати, и первая победа испанцев была одержана за пределами Европы — в ЮАР.
И вот сборная Аргентины, понурив головы, идет по чемпионскому коридору между испанцами, получает свои серебряные медали и отправляется к своим болельщикам. И те, ни один из которых после поражения не ушел со стадиона, начинают ей и в ее честь петь.
И как петь! Перепевая любые голоса братьев Баффер. Любую музыку, звучавшую на нью-джерсийской арене.
Слушая их, я вспоминал слова Скалони на предматчевой пресс-конференции:
— Мы играем ради них. Мы вернули очень ценную вещь: люди снова надевают футболки сборной перед телевизором. Болельщики «Ховентуда» обнимают болельщиков «Росарио Сентраль», фанаты «Боки» — поклонников «Ривера». Это самая большая ценность, которую мы могли подарить. Мы это чувствуем и видим. Как после этого не растрогаться? Эта связь между командой и народом существует, и это очень трогательно.
Подтверждение тому я увидел во время церемонии награждения. И только когда Родри поднял над головой Кубок мира и начался салют, стоявшая перед своими поющими болельщиками сборная Аргентины пошла в раздевалку...
Это был не ее день. Но она и так на этом турнире слишком много переворачивала. И пусть теперь обошлось без чуда Месси — он ведь просто повторил судьбу Диего Марадоны, тоже после победы в 1986-м дошедшего до финала в 1990-м. Главное, чтобы не повторил 1994 год Марадоны. Но это точно не про него.
Нам еще только предстоит осознать весь масштаб значения для мирового футбола человека, который вчера, видимо, сыграл последний матч на чемпионатах мира в жизни.
А пока — с победой, великолепная Испания!
RSS