Кокорин и Мамаев: от драки в Москве до УДО из колонии

Явных причин для отказа вроде бы нет. А значит уже 17 сентября — на 11 день после вынесения решения — игроки могут выйти на свободу и начать новую жизнь.

Накануне заседания «СЭ» вспоминает путь Кокорина и Мамаева: от драки в Москве на праздновании 10-летия дружбы до матча в белгородской колонии и прошении об УДО.

Октябрь 2018-го: матч — драка — арест

Дело Кокорина и Мамаева. Все эпизоды

Все были очень рады за нападающего «Зенита» Александра Кокорина. Он вышел к журналистам в смешанную зону со счастливой улыбкой. Его команда победила «Краснодар», сам он вновь получил время на поле во втором тайме и уже не оставалось сомнений: пару недель и в РПЛ образуется мощная связка — Кокорин — Дзюба. Александр говорил, что чувствует себя отлично, страха при столкновениях нет, а в конце пожелал всем удачи. Но больше она нужна была ему самому.

Вечером 7 октября Кокорин вместе с Мамаевым на «Сапсане» поехал в Москву. Повод серьезный — десятилетие дружбы. Компанию им составили Александр Протасовицкий, брат Кирилл, Геннадий Куропаткин, водитель Кокорина, и общий знакомый Карен Григорян. Часть ночи с 7 на 8 октября они провели в баре Secret Room, потом был клуб «Эгоист» и в завершении — кафе «Кофемания». За это время компания успела:

— избить водителя ведущей Первого канала Виталия Соловчука. Кокорин, Мамаев и Протасовицкий сломали ему нос, также было диагностировано сотрясение мозга, многочисленные кровоподтеки. Вскоре видео смотрела вся страна.

— вступить в конфликт в «Кофемании». Там, через несколько часов после Соловчука, пострадал чиновник Минпромторга Денис Пак — однокурсник бывшего генерального директора «Зенита» Максима Митрофанова. Александр Кокорин ударил его стулом, поддержал брата и Кирилл. Кроме Пака, у которого зафиксировали черепно-мозговую травму, ушибы конечностей, досталось гендиректору НАМИ Сергею Гайсину.

Прошло несколько часов — и о конфликте с Паком знали все. Полиция возбудило дело по статье 116 УК РФ «Побои». На следующее утро выяснился и факт избиения Соловчука — ведущая Первого канала Ольга Ушакова написала заявление. Полиция возбудило еще одно дело уже по более тяжелой статье — 213 УК РФ часть 2 «Хулиганство». Кокорин и Мамаев пропали. Дальше ГУ МВД сообщило: если до 18.00 10 октября футболисты не явятся на допрос, то будут объявлены в федеральный розыск. Мамаев тут же нашелся. Кокорин опоздал на полтора часа. Они были задержаны на 48 часов. Позже нашлись Кирилл Кокорин и Протасовицкий.

СИЗО — апелляции — суд

Тюремный «Оскар». Они сделали рейтинги шоу «Кокорин и Мамаев»

После допроса было назначено заседание Тверского суда, который должен был избрать меру пресечения для футболистов. Параллельно клубы выступили с заявлениями: «Зенит» осудил действия своего нападающего, но был намерен дождаться итогов разбирательства. «Краснодар» повел себя иначе, заявив, что сделает все для расторжения контракта с Мамаевым.

11 октября Тверской суд постановил арестовать игроков, Кирилла Кокорина и Протасовицкого до 8 декабря. Усилия адвокатов ни к чему не привели. Прошение об иной мере пресечения отклонили. Следователь заявила, что у обвиняемых есть «связи и деньги», и они способны скрыться правоохранительных органов. Кокорин предложил сдать загранпаспорта. Суд остался непреклонен.

Дальше последовало несколько апелляций, заявления в прессе о тяжелых проблемах со здоровьем у Кокорина и не допуске к нему врачей из-за проблем с коленом, слова о возможном иске в ЕСПЧ и критика судебной системы. Тем не менее, арест продлевался трижды — до 8 февраля, потом — до 8 апреля, затем — до 25 сентября. В это время футболистов поддерживали другие игроки, устраивались флэшмобы, а в прессе показывали слезы родственников игроков. В СИЗО «Бутырка» Кокорин и Мамаев получали письма от болельщиков, находились в двухместной камере, но с разными соседями. А в феврале в изоляторе организовали товарищеский матч между заключенными. Мамаев принял участие в игре и забил 7 мячей.

К 9 апреля 26 томов дела были изучены всеми сторонами и начался суд с допросами свидетелей в присутствии обвиняемых. Участвовали приятели главных героев, которые рассказывали детали случившегося, девушки, которые находились с ними в ту ночь, случайные свидетели, охранники и многие другие.

Оттуда мы узнали, сколько девушек сидели на коленях Кокорина, на кого похож Пак, как Соловчук назвал футболистов, кто сломал ему нос и, конечно, сколько Мамаев и Кокорин заплатили в «Кофемании». А в один из дней в суд поступил анонимный звонок о заложенной бомбе.

17 апреля показания дал сам Пак, заявив, что не пойдет на мировую.

23 апреля допросили обвиняемых. Мамаев признался, что бил Соловчука и ударил Гайсина ладонью. Кокорин заявил, что удар Пака стулом — секундная слабость.

6 мая прокурор Светлана Тарасова запросила у судьи тюремный срок для обвиняемых, и через два дня решение было вынесено.

— Александр Кокорин приговорен к лишению свободы в колонии общего режима на срок 1 год и 6 месяцев.

— Павел Мамаев приговорен к лишению свободы в колонии общего режима на срок 1 год и 5 месяцев.

— Кирилл Кокорин приговорен к лишению свободы в колонии общего режима на срок 1 год и 6 месяцев.

— Александр Протасовицкий приговорен к лишению свободы в колонии общего режима на срок 1 год и 5 месяцев.

Апелляция — этапирование — футбол

Собирают «Каспер», ждут получку. Кокорин и Мамаев снова на футбольном поле

13 июня прошло слушание апелляционных жалоб. Адвокаты осужденных надеялись хотя бы на изменение вида заключения — с общего режима на колонию-поселение. Суд ожидаемо отклонил требования, и в этот же день приговор вступил в силу.

4 июля игроков этапировали в колонию общего режима в Алексеевке (Белгородская область). Их поселили в общежитие с 20 осужденными. И разрешили играть в футбол.

2 августа они подали прошение на УДО, а 10-го провели футбольный матч, где вместе со сборной колонии приняли в колонии белгородский «Салют». Формат встречи 5х5 завершился победой заключенных — 4:2. Мамаев сделал хэт-трик. Вместе с Кокориным они провели два тайма по 20 минут.

Теперь главные футболисты страны ждут 6 сентября — день, когда рассмотрят их прошения на УДО.

И, наверное, могут собирать вещи и прощаться с другими сидельцами. Вероятно, вскоре они их больше никогда не увидят.