"Мощнейший легионер в истории". Как провожали Данни

Сергей ЦИММЕРМАН, Артем РЯБОВОЛ 
из Санкт-Петербурга

ШЕСТЬ ОТТЕНКОВ ОДНОГО ПОРТУГАЛЬЦА

Болельщики "Зенита" начали собираться на Манежной площади больше чем за час до официального начала проводов Данни. При этом сам португалец встречал их аж в шести экземплярах. В виде картонных статуй во всех видах формы, в которой он успел поиграть за "Зенит" в течение 9 лет. Вот он совсем молодой, только-только выигравший Суперкубок Европы. Вот постарше – после двух чемпионств подряд в 2010 и 2011/12 годах. А вот современный. Вернувшийся на поле после третьего разрыва крестообразных связок колена.

"ЛЮБИМЫЙ ИГРОК МИЛЛЕРА!"

Официальную часть прощания с португальцем открыл конкурс на знание фактов из биографии Данни. Как ни странно, наибольшую осведомленность проявили юные участники. Они были в курсе даже того, что супруга Данни Петра в юности занималась баскетболом, а сам футболист – велоспортом. К слову, позже Петра вместе с сыновьями-близнецами Бернарду и Франсишку и новорожденной дочкой Эмили на руках вскоре и сама появилась на сцене. А Данни в минуты особого смущения (а может быть, чтобы скрыть свои слезы) подходил и целовал обеих.

Вывел же капитана "Зенита" на помост президент клуба Сергей Фурсенко. Под рев болельщиков, разумеется.

– Я всегда хотел закончить карьеру в Петербурге, – обратился к людям Данни. – Но в жизни случается всякое...

– Из "Зенита" уходит легенда, – объявил в свою очередь Сергей Фурсенко и неожиданно для многих продолжил, - мощнейший легионер в истории клуба, желаю Данни удачи от имени Алексея Миллера. Это его любимый игрок в "Зените".

ДАННИ и Сергей ФУРСЕНКО. Фото Евгений АСМОЛОВ, ФК "Зенит"

После этого президент сгреб португальца в объятия.

Так началась самая трогательная часть вечера. На большом экране запустили ролик. Нет, не с самыми яркими игровыми моментами с участием Данни. Болельщики от мала до велика высказывали португальцу с экрана свои чувства.

И если старшее поколение в основном желало Данни удачи в дальнейшем и отмечало, что он навсегда останется в сердцах болельщиков, то юное было куда более категорично.

– Ты еще должен стать лучшим в мире, и я тебе этого желаю! – безапелляционно заявил с экрана проектора мальчишка лет семи.

"ЛАЙК ПОСТАВЛЮ ВСЕМ"

– Я обязательно лайкну в соцсетях все ваши пожелания, – сказал Данни в микрофон. И выразил надежду, что болельщики будут поддерживать его всегда. В ответ на это около тысячи человек на Манежной вновь разразились ревом.

– Надеюсь, увидим твоих близнецов в "Зените", – перекричала всех женщина средних лет.

Тогда Сергей Фурсенко под скандирование "Данни, Данни" явно не по сценарию, на радость собравшейся публике, взял обещание с Данни приехать на один из матчей "Зенита". Чтобы проводить его можно было и на стадионе.

ДЕТИ И БЕРЕМЕННЫЕ – БЕЗ ОЧЕРЕДИ

Но и на этом прощание не закончилось. Данни пришлось убрать подальше телефон, на который он снимал буквально все происходящее на Манежной. Включая прижизненный гипсовый бюст, который был торжественно открыт тут же, рядом с памятниками Кваренги и Трезини. Прямо на сцене началась прощальная автограф-сессия.

А рядом был установлен кубок, который болельщики доверху наполнили письменными пожеланиями, подарками, игрушками, рисунками. Один из таких портретов мальчик прислал Данни с родственником аж из Раменского.

Растроганный португалец крутился и пытался расписаться для всех, однако примерно через час стало ясно – народу столько, что дело может растянуться до ночи. Пусть уже и белой петербургской. Болельщики стали пускаться на хитрости.

– Пропустите, пожалуйста, с маленьким ребенком. Он не переживет, если уйдет без фото.

– Беременной, женщине дайте пройти!

И все в таком духе.

Апогеем проводов стал девичий хор, который по взмаху своего дирижера-предводителя (тоже девушки) чисто спел бессмертный хит группы "Queen" "We are the champions".

К ожидавшей его машине Данни шел минут десять. И если бы не стюарды, пассажирскую дверь вряд ли открыл бы. Но все рано или поздно заканчивается. Данни протиснулся в авто через узкую щелочку, еще раз обеими руками помахал толпе, повторяя по-русски "Спасибо большой", и все-таки уехал.

– Возвращайся, капитан! – еще долго неслось ему вслед.