Газета
5 августа 2013

5 августа 2013 | Футбол

ФУТБОЛ

ЛЕТОПИСЬ Акселя ВАРТАНЯНА. 1965 год. Часть двенадцатая

НА ДАЛЕКОМ КОНТИНЕНТЕ СВОЙ ЗАКОНЧИЛИ ПОХОД

Зимнюю сессию, заключительную, сборная СССР сдавала на далеком континенте. Зимняя - по нашим понятиям, ибо фактически отправилась она в жаркое южноамериканское лето. Результаты сессии провозгласим позже на основании оценок зарубежных и советских экзаменаторов.

"ТРЕНЕР - ЛУЧШИЙ ПСИХОЛОГ"

Перед отлетом старший тренер Николай Морозов на страницах "Комсомольской правды" (от 14 ноября) отвечал на вопросы читателей. Отвечал в свойственной ему манере - путано, противоречиво.

Болельщики больше составом интересовались. Объяснил отсутствие Численко и Сичинавы ( "имеют замечания по поведению в своих клубах"), Понедельника ("перенес операцию"), Казакова ("за ЦСКА играет хорошо, а в матчах сборной его не узнать"), Рябова ("остановился в росте"). Уделил несколько слов новобранцам, осеннему призыву: "Молодые - Банишевский и Хмельницкий - игроки не сегодняшнего, а завтрашнего дня". В поездку, однако, взял их уже сегодня, а Валентина Иванова, о котором высказался лестно ("он умеет многое, он хитрый, может мяч подержать, дать неожиданный пас"), оставил дома.

О суевериях (амулеты, брелочки) и приметах ("чтобы в автобусе, когда едут на игру, не было женщины, а покойника перед игрой встретить неплохо и т.д.") ответил, как и должно атеисту: "Ерунда все это".

О роли психолога: "Не нужен он нам. Этим тренер занимается... Тренер - старший товарищ, он знает игрока, его психологию, в нужный момент поможет, подскажет". И тут же поведал о негативной роли прессы в июльском поражении бразильцам: "Не в обиду будет сказано, журналисты нам тоже помогли проиграть. Вспомните, сколько было написано о чемпионах мира перед матчем в Москве! Начитались наши футболисты и проиграли матч еще до выхода на поле - до того было сильное нервное напряжение. Даже опытный Воронин не спал перед игрой. Что же говорить об остальных?"

Вот и проявить бы Николаю Петровичу педагогические способности, найти нужные слова, успокоить, поддержать, снять нервное напряжение... Куда проще со своей головы на журналистскую взвалить ответственность за проигрыш. Журналисты отмести обвинения тренера не смогли. Пришлось через несколько десятков лет вступиться за коллег вашему покорному слуге.

Организовали поездку в дальние края на обычном, нормальном "совковом" уровне. Заранее было известно - вылетают из Москвы 15 ноября. А на 16-е назначены две ключевые встречи первенства ("Черноморец" - "Торпедо" и киевское "Динамо" - "Зенит"), в коих судьба чемпионата определялась. В последний момент перенесли их на 15-е. Но все равно игроки сборной, торпедовцы Кавазашвили с Ворониным и киевляне Сабо с Хмельницким, в московский аэропорт из Киева и Одессы не поспевали. Команда отправилась в путь без них, четверка присоединилась к сборной уже в Бразилии.

ТОРСИДА ЖАЖДАЛА КРОВИ

Из московского холода бросило ребят в жар, нестерпимую духоту. Готовились, пока относительно прохладно, ранним утром на знаменитом пляже Копакабана. 18-го провели тренировку на не менее знаменитой "Маракане", посвежевшей, похорошевшей после недавнего ремонта, в 16 часов - время начала матча. Температура воздуха в тени зашкаливала за плюс 30 по Цельсию. Поле игрокам понравилось.

Оперативные сведения поступали в советские СМИ скудные. Журналистский корпус представлял один Лев Филатов - обслуживал "Советский спорт" и "Футбол". Позже в обширных статьях Льва Ивановича, в путевых заметках Валерия Воронина, героически сражавшихся с Пеле Валентина Афонина и Муртаза Хурцилавы было описано турне с анализом и живописными подробностями.

Сборная Бразилии с начала июля, то есть после московской встречи, была распущена, не провела ни одного матча (если не считать выигранную встречу в сентябре экспериментальным составом у уругвайцев), находилась не в лучшем состоянии. Наспех собранная, плохо подготовленная, играла практически с листа. Единственное, что сохранила, - непомерные амбиции, подогреваемые прессой. Требовала она от своих кумиров победы крупной, убедительной - 6:0, на худой конец - 5:0. Не меньше. Счет не казался аборигенам нереальным, учитывая результат московского матча и ту легкость и непринужденность, с какой был достигнут.

Приятные июльские воспоминания сидели в подкорке. Сомнений в успешном исходе, хоть оснований для этого, учитывая их сиюминутную готовность, быть не могло. Между уверенностью и самоуверенностью - небольшой шажок. Его и сделали, как только повели 2:0.

Сила инерции занесла меня в начало второго тайма. А я еще о первом не рассказал. Мощный стартовый натиск "бикампеонов" разбивался о плотные, насыщенные ряды обороняющихся. Вскоре игра, вопреки ожиданиям, выравнялась. Из небольшого преимущества хозяева не сумели извлечь материальных выгод. Наши ребята держались уверенно, защищались стойко, самоотверженно и находили возможность для ответных угроз.

После перерыва бразильцы взорвались. В течение трех минут в ворота Яшина влетело два гола: первый - в мастерском исполнении лучшего, пожалуй, игрока матча Герсона, второй - Пеле. Распалившаяся, ненасытная торсида, почувствовав запах крови, скандировала: "Еще гол!" Чемпионы (признались в этом после игры) посчитали дело сделанным.

УЛЫБКА ФОРТУНЫ

Наверняка довели бы встречу до победы, не вмешайся в ее ход случай - нелепый, курьезный. Вратарь Манга пробивал свободный. Мяч, попав в голову стоявшего недалеко от линии штрафной Банишевского, отразился от нее и по замысловатой траектории спланировал за спиной голкипера. Форвард и его товарищи не сразу поняли, что произошло.

Сначала советские издания, внимательно изучив информацию из Рио, были уверены - Банишевский забил мяч головой. Со временем Лев Иванович внес поправку: "Манга, делая удар от ворот, попал мячом в голову Банишевского... Это было похоже на везение" ("Футбол" № 49). В тех же выражениях рассказал об ответном голе корреспонденту "МК" сидевший на лавке Галимзян Хусаинов.

"Творец" гола несколько смягчил сказанное журналистом, товарищем по сборной и бесстрастную телекартинку (запись матча дважды прокручивали в стране): "Их вратарь выбивал мяч от ворот... Я стоял метра за два от линии площади ворот и смотрел, как он все это делает. Вдруг вижу: в меня летит мяч. И подставил голову. Смотрю - мяч в сетке..." ("Советский спорт" от 29 декабря).

Везунчик наш центрфорвард, как и большой его "поклонник", старший тренер.

Шла 59-я минута. Преимущество бразильцев сократилось до минимума. Пытаясь вернуть прежнее, а по возможности его приумножить, хозяева несколько авантюрно бросились на ворота Яшина. Разреженным пространством воспользовались наши края. Метревели переигрывал Рилдо, Месхи несколько раз уходил от Сантоса. Они-то и создали второй гол за пять минут до конца.

Месхи после очередного рейда сделал удобную передачу на противоположный фланг одноклубнику. Метревели пробил головой, Манга неуклюже отбил мяч, тот, ударившись о штангу, возвратился в поле. Ненадолго. Через мгновение Метревели вогнал его в сетку - 2:2! С чемпионами мира! На их поле! Это был, пожалуй, лучший матч за двухлетнее пребывание Николая Морозова у руля.

БРАЗИЛИЯ - СССР - 2:2 (0:0)

Голы : Герсон, 51 (1:0) Пеле, 54 (2:0). Банишевский, 59 (2:1). Метревели, 85 (2:2).

Бразилия : Манга, Д. Сантос, Орландо, Беллини (к) (Мауро, 26), Рилдо, Жаирзиньо, Дуду, Герсон, Флавио (Адемир, 46), Пеле, Парана.

СССР : Яшин, Пономарев, Шестернев, Афонин (Хурцилава, 73), Данилов, Воронин (к) (Хусаинов, 76), Сабо, Метревели, Банишевский, Малофеев (Месхи, 46), Копаев.

Судьи : Дагналл, Тэйлор, Клементс (все - Англия).

21 ноября. Рио-де-Жанейро. Стадион "Маракана". 132 000 зрителей.

В советской прессе указано число нереальное - 200 тысяч.

Бразилия в шоке. Бразилия настолько растеряна, что ничью восприняла как поражение. После игры поздравляли советскую команду с победой. Газета O Globo даже счет объявила - моральный: 3:2 в пользу русских.

СМИ обрушились на своих, поносили за вялую, инертную игру, плохую физическую форму. Единодушно признали виновником в пропущенных мячах вратаря Мангу.

Характеризуя нашу сборную, были сдержанны, не льстили, говорили, что видели. Пресса отметила "недостаточно хорошую игру советских футболистов, которые превосходили бразильцев в физической подготовке и скорости".

"Чего недоставало советской команде, - писала Jornal do Brasil , - так это главного игрока, который бы завершал голом ситуации, подготавливаемые другими нападающими". Намек на недееспособность и неэффективность центральной пары. Признали мастерство Яшина, Шестернева, Воронина, Месхи ("доставил много хлопот Д. Сантосу и Мауро"), и Метревели ("непрерывно старался прорываться сквозь нашу защиту").

"ЗАКОНОМЕРНАЯ СЛУЧАЙНОСТЬ"

Афонина не отметили. У нас утверждали, будто он самого Пеле "закрыл", что противоречило истине. Да, Афонин делал все, что мог, сыграл настолько удачно, насколько можно против Пеле, пусть и в не лучшем состоянии. "Король" и гол забил, и несколько раз накручивал нашу оборону поодиночке и оптом.

Впрочем, послушаем самого Афонина: "Первый раз… я запоздал, и мне ничего не оставалось, как подставить бедро… На лице Пеле, когда он поднимался с земли, я увидел откровенную обиду за разрушенную столь грубым приемом красивую комбинацию. Честно говоря, я почувствовал себя неловко" ("Волжский комсомолец" от 23.01.1966).

Описав два удачных действия против Пеле, защитник откровенно признал: "Безусловно, единоборство в мою пользу оканчивалось не всегда. Пеле эффектно обыгрывал меня, выходил победителем".

О том же рассказывал на страницах "Молодежи Грузии" (от 04.01.66) Муртаз Хурцилава, заменивший крайне измотанного Афонина. Получив фирменную установку Морозова ("Не давай ему получать мяч, следуй за ним по всему полю, будь его тенью, даже если он встанет в ворота"), Хурцилава приклеился к бразильцу: "Я стал преследовать его по всему полю, старался не дать ему получить мяч. Иногда мне это удавалось. Я говорю "иногда", потому что полностью прикрыть Пеле, выключить его из игры - дело невыполнимое".

Старший тренер Висенте Феола, ошарашенный неожиданным исходом, потерял дар речи. Заговорил на второй день. С критикой журналистов согласился, слабую игру своей команды объяснил еще и чрезмерной уверенностью в успехе и запоздалыми сборами.

Восхитившись отменной физической готовностью соперника, коротко охарактеризовал его тактический план: "Русские играли в закрытый футбол, были хорошо расположены в зоне своих ворот, что создавало бразильским нападающим большие затруднения. Оба полузащитника находились в центральном коридоре, подстраховка была налажена четко. Сабо играл фактически лишнего защитника, был прикреплен к Герсону. И Воронин был оттянут".

По прошествии времени, когда эйфория в советской прессе по случаю героической ничьей с чемпионами мира пошла на убыль, взгляд на случившееся на "Маракане", трезвый, объективный, высказал участник матча Валерий Воронин. Признав плохую форму чемпионов мира, причину благоприятного для нас исхода отыскал в области психологии: "Я вовсе не склонен переоценивать значение ничейного результата, который сами бразильцы возвели в ранг нашей победы. И в этом матче, как и в московском, психологические обстоятельства сыграли, на мой взгляд, немаловажную роль, на сей раз в обратном порядке. Мы боялись проиграть, хотя и были уверены, что сыграем лучше, чем в июле, бразильцы же ничуть не сомневались в крупной победе" ("Футбол" № 1, 1966).

Косвенно признав долю везения в благоприятном исходе, Воронин заключил: "Насколько случаен результат матча в Рио? Думаю, что он настолько случаен, насколько и закономерен, хотя бы потому, что в стечение случайных обстоятельств проявляется закономерность". Блестящий игрок, один из лучших на своей позиции в середине 60-х в Европе и в мире, проявил отличную осведомленность в иной сфере, процитировав фрагмент из "Основ марксистско-ленинской философии".

Сыграв через несколько дней вничью (0:0) в Белу-Оризонти со сборной штата Минас-Жераис, наша команда отправилась в Буэнос-Айрес.

30-ЛЕТНИЙ СТАРЕЦ

В аргентинской прессе после матча в Рио проскальзывали нотки обеспокоенности за результат предстоящей встречи, но внешне бодрились и не скрывали решимости взять реванш за четырехлетней давности поражение.

Стадион "Ривер Плейт", на котором в ноябре 61-го сводили с ума темпераментную стотысячную аудиторию Месхи с Метревели, восхищали голы Понедельника, класс Воронина и Яшина, ничуть не изменился. Юный по архитектурным меркам, 30-летний, выглядел не по годам престарелым, громоздким, неуклюжим. Без электронного и вообще какого-либо табло. "У нас не принято на стадионе показывать счет, - объясняли журналисты заокеанским гостям. - Опоздавшие справляются у соседей".

Вторая странность - "массовые гулянья" во время предматчевой разминки. Фотокорреспонденты расположились между нашими нападающими, бомбардировавшими ворота, и Яшиным, закрывая ему обзор. На настойчивые уговоры покинуть поле внимания не обращали до тех пор, пока мяч не угодил кому-то в голову. Их как ветром сдуло.

Между центральным кругом и штрафной, где разминались защитники с хавбеками, путалась между ногами ватага мальчишек. Подобрав бесхозный мяч, детишки демонстрировали технические трюки, дриблинг, финты, вступали в единоборства с нашими ребятами. А Сабо с двумя мальчишками, образовав треугольник, сосредоточенно перепасовывались.

ДВА РАЗНЫХ ТАЙМА

Первый тайм прошел с бесспорным, безоговорочным преимуществом гостей. Солировали, как и в 61-м, Месхи с Метревели. Михаил, сделавший тогда из Дельгадо "петрушку", и сейчас легко с ним расправлялся. Уже на третьей минуте Месхи, "не заметив" опекуна, пронесся по своему краю и предоставил возможность Банишевскому отличиться. Тот замешкался и момент упустил. Левый край был настойчив. Через шесть минут, получив своевременный пас от Воронина, он вновь одурачил Дельгадо и дал центровому еще один шанс. На сей раз Банишевский проявил самые сильные свои качества - быстрый бег и отменную игру головой. На большой скорости он настиг мяч метрах в восьми от ворот и вбил его в аргентинские сети.

"Стремительные проходы Метревели и Месхи то и дело ставили оборону в трудное положение. Они действовали так остро и на такой скорости, что защитники и полузащитники аргентинской команды опасались уходить далеко вперед", - передавал из Буэнос-Айреса Лев Филатов.

Нерасторопность центральной пары форвардов и удача (Воронин угодил мячом в штангу) уберегли вратаря Санторо и его товарищей от больших неприятностей. За свои ворота в первом тайме мы могли не опасаться. Тягучая, неторопливая игра аргентинцев, бесконечные перепасы позволяли нашим перестраивать ряды и легко разрушать их намерения при приближении к штрафной. Создавалось впечатление, что хозяева совершали обязательный ритуал: переходили на чужую половину поля после того, как мяч побывает в ногах каждого игрока, иногда по нескольку раз.

После перерыва декорации сменились. Морозов, словно враг себе и команде, снял с игры обоих крайних, заменив их (незаменимых) на Малофеева и Хмельницкого. Аргентинцы вздохнули полной грудью, расправили плечи и, не опасаясь за тылы, пошли вперед. Откуда-то взялась скорость, напор. После того как отыграли пропущенный гол, игра переместилась на советскую территорию.

Огромное давление испытывала оборона с Яшиным. Лучшим среди защитников, как и во многих матчах сборной, был Альберт Шестернев. Он и его соратники по обороне играли со своими подопечными плотно. Отвечая за самую важную, центральную зону, Шестернев на интуитивном уровне безошибочно ориентировался в сложнейших ситуациях, знал, когда можно оставить своего и оказать помощь коллегам. Такие действия на протяжении всего матча требовали предельной концентрации, огромных физических и моральных затрат. "Шестернев то "возьмет" форварда, то "отпустит". И сам всегда свободен, и всем успевает помочь. Учиться и учиться у него надо", - советовал Воронин коллегам.

И сам Воронин трудился в поте лица: и защите помогал, и связи на передовой наладить пытался. Ничего там не получалось. Каждый из форвардов в квартете, сильно напоминавшем крыловский, дул в свою дуду, причем сильно фальшивил, оскорбляя тонкий слух эстетов. Ничью (лучший для нас исход) мы выстрадали. Пробить лбом железную стену аргентинцы не сумели.

Отчаявшиеся, разъяренные, устроили под занавес потасовку. В Яшина, когда он кулаком отбивал мяч, поданный с угла поля, врезался кто-то из нападающих. Афонин бросился на помощь товарищу. Вмиг к месту событий поспешили запасные хозяев, фотокорреспонденты, толпа зрителей, сумевшая преодолеть оградительный ров. За ними не спеша, прогулочным шагом, шествовали полицейские. Порядок, не сразу и не без труда, все же восстановили.

Игра советской команды аргентинскую прессу и специалистов разочаровала. Отзывались о ней нелицеприятно, кто-то назвал примитивной. Лев Филатов, в целом согласный с оценкой заокеанских коллег, в подборе слов был аккуратен: "Матч советской сборной был не из лучших. Мало угрожали аргентинскому вратарю наши центральные форварды. Временами команда сбивалась со своей игры и начинала следовать манере аргентинцев, и это у нее, конечно, не получалось" ("Футбол" № 50).

АРГЕНТИНА - СССР - 1:1 (0:1)

Голы : Банишевский, 9 (0:1). Онега, 48 (1:1).

Аргентина : Санторо, Дельгадо, Феррейро, Альбрехт, Мальбернат, Раттин (к), Гонсалес, Луна (Пьянетти, 67), Лальяна, Онега, Мас.

СССР : Яшин, Пономарев, Шестернев, Афонин, Гетманов, Воронин (к), Сабо, Метревели (Малофеев, 65), Банишевский, Копаев, Месхи (Хмельницкий, 65).

Судьи : Варгас, Эстебан, Кодесал (все - Уругвай).

1 декабря. Буэнос-Айрес. Стадион "Ривер Плейт". 90 000 зрителей.

КОЛОСС О ГЛИНЯНЫХ НОГАХ

Через три дня - игра с мощной футбольной державой из великой латиноамериканской троицы, со сборной Уругвая. Застали ее в плачевном состоянии. Смена поколений и тактических преобразований проходила болезненно. Тренерские рокировки не прекращались. Дело дошло до того, что вновь привлекли в сборную (не раз до того изгнанного) престарелого Хуана Лопеса по прозвищу "Колдун". Именно он в 50-м совершил чудо, обыграл на "Маракане" в решающем матче ЧМ бразильцев, вернув стране после 20-летнего перерыва титул лучшей команды мира.

Железную хватку и прежний авторитет старец утерял. Состав с каждым матчем тасовал. Престиж страны, проиграв в Монтевидео сборной ГДР (0:2), опустил ниже плинтуса. Это был второй в истории уругвайского футбола проигрыш европейцам на своей земле (впервые более мощная и организованная, уступила у себя в 61-м сборной СССР - 1:2).

До встречи с нашей командой уругвайцы обменялись победами с Парагваем, дважды сыграли вничью с Чили и опростоволосились на товарищеском международном турнире в Белу-Оризонти, попали под жернова бразильского "Палмейраса" - 0:3. Изрядно расшатанное под сеньором Лопесом тренерское кресло вот-вот могло развалиться. Матч с СССР многое для "Колдуна" значил. Увы, время ушло, потеряли силу его колдовские чары.

Выход команд трибуны стадиона "Сентенарио" встретили оглушительным ревом. В небо взлетели изрядные запасы пиротехнических средств - петарды и огненные ракеты. Еще одну порцию оприходовали в момент взятия советских ворот. Оставшаяся не была востребована: большую часть матча трибуны безмолвствовали - преимущество наших парней было подавляющим.

Выявилось оно не сразу, после четверти часа нервной со взаимными ошибками игры. Реализовали его в середине тайма в результате несложной "стенки": Хусаинов - Копаев - Хусаинов и заключительного аккорда спартаковца, поразившего левый верхний угол. Простенько, но со вкусом - 1:0. Через шесть минут Соса, мастерски исполнив штрафной, поднял на ноги трибуны, устроившие огненный фейерверк. Праздник, не успев начаться, завершился через три минуты, когда к мячу, отбитому вратарем после удара Копаева, вовремя поспел Банишевский. Ему оставалось попасть в семиметровой ширины пространство, не задев беспомощно распластавшегося голкипера. С задачей Анатолий справился отменно - 2:1.

Во втором тайме тотальное господство наши ребята реализовали, разыграв, как на тренировке, трехходовку: Хусаинов - Малофеев - Осянин. 3:1. Счет мог быть и более убедительным, реализуй форварды хотя бы малую часть из того, что имели.

"ЭТО НЕ ПРИМИТИВ, А ПРОСТОТА"

Хусаинова (назвали его в отсутствие Воронина "маленьким Ворониным") признали лучшим игроком матча. Отметили еще и Сабо с Хурцилавой.

"Нет, это не те уругвайцы, что знакомили нас с лучшими образцами латиноамериканской игры четыре года назад. Тогда они проявили и темперамент, и выносливость, и вкус к скоростным действиям... Уругвайская сборная переживает кризис", - делился впечатлениями о сопернике, видя бой со стороны, Валерий Воронин. Отмеченные профессиональным взором нашего полузащитника недостатки уругвайской сборной местная пресса изложила подробно, не стесняя себя в крепких выражениях, и кое-что добавила. А прежние представления о советской команде чуть смягчила.

Газета Bien Publico Color : "До матча в Уругвае писали и говорили о примитивизме советского футбола. Нет, это не примитив, а простота на базе скорости. Русские показали футбол рациональный".

Тренер Хуан Лопес: "У русских оказалось больше мощи, скорости, веса". О росте умолчал, видимо, из-за отсутствия точных сведений.

Dario : "Логичная, справедливая и неоспоримая победа советского футбола. Возможно, его простая концепция понравилась не всем нашим зрителям. Однако вряд ли кто может усомниться в ее эффективности".

Популярная в стране газета Pais предварила отчет о матче броским подзаголовком: "Они гуляли на нашем поле, как у себя на Красной площади". Отметив достоинства сборной СССР - скорость, хорошую физическую готовность, самоотверженность, обозначила и недостатки: невысокая техника, игра схематичная, нетворческая, неподготовленные, неточные удары...

Коротко охарактеризовала участников матча. Кавазашвили: "Хорошая реакция, хуже берет верховые мячи. Слабее чувствует себя вне ворот. Но, в общем, неплохая замена Яшину".

Хурцилава: "Хозяин своей зоны. Отбивает далеко, но не очень заботится, куда попадет мяч".

Метревели: "Снаряд, продырявивший нашу оборону".

Хусаинов: "Диспетчер, стрелок, дриблер, летающий господин поля".

Банишевский: "Играет на скорости 200 километров в час. Но он из тех, кто не всегда бьет в нужном направлении".

УРУГВАЙ - СССР - 1:3 (1:2)

Голы : Хусаинов, 25 (0:1). Роча, 31 (1:1). Банишевский, 34 (1:2). Осянин, 71 (1:3).

Уругвай : Соса, Манисера, Каэтано, Альварес, Мендес, Гонсалвес (к), Роча, Аббади, Бергара (Доуксас, 46), Виргили (Сильва, 65), Эспарраго (Уррусменди, 53).

СССР : Кавазашвили, Гетманов, Хурцилава, Афонин, Данилов, Сабо, Хусаинов, Метревели (к), Банишевский (Осянин, 71), Копаев (Малофеев, 46), Хмельницкий.

Судьи: Комесана, Спинетто, Пестарино (все - Аргентина).

4 декабря. Монтевидео. Стадион "Сентенарио". 27 903 зрителя.

(Минуты замен и количество зрителей приведены по уругвайским источникам.)

Турне завершили в Чили в матче с идущим на третьем месте клубом "Коло-Коло" - 1:3. Местная пресса, не ожидавшая такой прыти от своих, в восторге. Расхваливала команду и отдельных игроков сверх меры. Сдержанно (мол, это ваши проблемы) писали о минусах советской сборной: "Футбол, продемонстрированный сборной СССР, отличался недостаточной гибкостью". Указали на несогласованность в обороне и в атаке. Обозреватели популярных изданий Clarin , Nacion и El Siglo ничего путного, помимо "исключительной физической закалки советских футболистов", не обнаружили.

"СТАВКА НА УДАЧУ"

Итог поездки за тридевять земель в цифровом выражении нейтрален: +1=3-1, 7-7. Твердая "тройка". Что же до творческого, то бишь качества игры команды, отдельных ее звеньев и футболистов, Морозов в целом остался доволен.

В обширном после возвращения интервью ("Футбол" № 51) Николай Петрович выразил чувство глубокого удовлетворения результатом матчей с южноамериканскими сборными. После чего прошелся по линиям. С вратарями - Яшин, Кавазашвили, Банников (не провел на поле ни одной минуты) - полный порядок.

Защита. "По техническим качествам хороша, в тактике имеются проблемы (исключение - Шестернев), плохо играют в зоне". Слышать эту фразу из уст сторонника жесткой персональной опеки странновато.

"Полузащита (Воронин, Сабо, Биба) на высоте. Игроки отвечают современному уровню мирового футбола". Так отчего Бибу в сборную не привлекал?

Характеризуя игру нападающих, показания давал путаные. Как обычно. Сначала пожаловался на "трудности в подборе центральных нападающих". Из последующих слов оказалось, что уже определился и весьма ими доволен: "С вводом в линию нападения Банишевского, Копаева и Малофеева команда во многом выиграла. Изменилась тактика игры". Почему-то никто из советских и зарубежных специалистов этого не заметил. В общем, в центре все хорошо. Правда, бьют неточно, техника не ахти, не умеют играть пяткой, как это делает Стрельцов (сам, добровольно, назвал его фамилию). Пообещал "совершенствовать их игру". Грузинских краев (только их и расхваливали иностранцы и Лев Филатов) внимания не удостоил.

В еще одной беседе, с корреспондентом "Московской правды" (от 20 декабря), назвал 29 кандидатов на поездку в Англию и произнес традиционную фразу: "Двери сборной открыты". Даже поименно перечислил игроков, кого в эти двери готов впустить: "Возможно также, что мы привлечем еще И. Численко, Г. Сичинаву, Э. Стрельцова, Б. Казакова, за которыми мы внимательно наблюдаем".

Что касается оценки форвардов, мнение многих советских экспертов не совпало с тренерским. Коротко его выразил Лев Филатов: "Если можно смело считать, что Метревели и Месхи как фланговые нападающие выполняют свои обязанности по отношению к центральным, то ответную любезность они встречают изредка. Да и внутри самого звена центральных нелегко разглядеть характер намерений и действий, у них преобладает ставка на рывок и удачу" ("Советский спорт" от 29 декабря).

С удачей, похоже, был скреплен тесный союз. Удача (не зря женского рода) особа ненадежная. Сегодня в глаза преданно смотрит, в любви до гробовой доски клянется, а завтра мимо пройдет и не заметит.

Материалы других СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...