Газета Спорт-Экспресс № 45 (3723) от 1 марта 2005 года, интернет-версия - Полоса 11, Материал 1

1 марта 2005

1 марта 2005 | Хоккей - Россия

ХОККЕЙ

ЧЕМПИОНАТ РОССИИ. СУПЕРЛИГА

GOOD BYE, AMERICA! с Игорем РАБИНЕРОМ

Сергей БРЫЛИН: "НА ЧЕМПИОНАТ МИРА ПОЕДУ С УДОВОЛЬСТВИЕМ!"

Великий защитник Рэй Бурк, чтобы завоевать Кубок Стэнли, на излете своей карьеры был вынужден сменить родной "Бостон" на "Колорадо" - и, когда чудо свершилось, слезы 40-летнего ветерана едва не растопили лед. Блистательный нападающий Павел Буре, обласканный славой и деньгами, при всех своих снайперских подвигах не держал в руках кубок ни разу. И наверняка бы пожертвовал внушительной частью своего контракта с "Рейнджерс" и светской популярности, чтобы полюбоваться чемпионским перстнем на руке.

У куда менее сиятельного, чем Бурк и Буре, нападающего "Химика" Сергея Брылина таких перстней - три. Больше из российских хоккеистов нет ни у кого, столько же - у Игоря Ларионова и Сергея Федорова. Все 10 лет своей заокеанской карьеры Брылин провел в одном клубе, "Нью-Джерси Дэвилз", - случай для хоккеиста, не имеющего статуса суперзвезды, уникальный. Со своими невысокими для энхаэловского хоккея 178 сантиметрами роста 31-летний трудяга пережил в "Дэвилз" пятерых тренеров, с тремя из которых - Жаком Лемэром, Лэрри Робинсоном и Пэтом Бернсом - выигрывал титул.

ЛЮБИМЫЙ - ТРЕТИЙ ПЕРСТЕНЬ

-Как-то раз вы сказали, что за девять лет, проведенных за океаном, вас в России ни разу не узнали на улице. А если бы вам предложили поменяться местами с Павлом Буре - согласились бы? - спрашиваю Брылина. - Его-то в нашей стране узнает каждый.

- Не согласился бы. Каждый человек должен прожить свою жизнь. Тот же Павел забил пять голов в полуфинале Олимпиады. Да, в Нью-Джерси меня узнают гораздо чаще, чем дома, но у каждого своя судьба, и уж мне-то грех на нее жаловаться.

Перстни он хранит там, где их и завоевал, - в Нью-Джерси. Не дома, разумеется, а в банковском сейфе - иначе с такими драгоценностями поступать нельзя. Даже в Америке. Надевает их только по большим праздникам.

- Считаю себя еще молодым, а такие крупные перстни, думаю, лучше смотрятся на более взрослых мужчинах.

-Все три - одинаковые?

- И материалы, из которых изготовлены, разные, и дизайн. Первый был сделан из желтого золота, второй - из платины, третий - из белого золота. На каждом - бриллианты, а на втором и третьем еще и с красным рубином.

-Из трех перстней есть любимый?

- Третий, за победу в Кубке 2003 года. Это настоящее произведение искусства. Если в 1995-м нам вручили перстни уже через два-три месяца, то здесь спустя больше чем полгода. Очень долго выбирали компанию-изготовителя и дизайн. Знаю, что генеральный менеджер "Дэвилз" Лу Ламорелло даже пригласил нескольких игроков - Стивенса, Нидермайера, Бродера, и они участвовали в выборе камней, да и вообще решали, как будет выглядеть перстень. Видимо, в клубе посчитали, что третья победа - особая. И перстень по такому случаю должен быть лучше предыдущих.

ЛАМОРЕЛЛО ВЕРЮ БЕЗОГОВОРОЧНО

Неудивительно, что перстень № 3 для Брылина - самый дорогой. Чего он ему стоил, российский хоккеист не забудет никогда. Это и называется - цена успеха. Болельщики должны о ней знать.

Данная история началась задолго до 2003-го. Еще в 97-м, в тренировочном лагере, Брылин порвал связки колена. Операцию решили не делать, и следующие пять сезонов игрок выходил на лед с наколенником. Хотя нога болела все больше, времени на операцию не было - два года подряд, в 2000-м и 2001-м, "Дэвилз" доходил до финала Кубка Стэнли, а там уже и следующий сезон не за горами. Из-за этого дважды Сергею вырезали мениск - связки не было, и колено разболталось.

Летом 2002-го, когда "Дьяволы" не прошли первый круг плей-офф, у Брылина наконец-то дошли руки до собственного здоровья. Все межсезонье он часами разрабатывал колено. Но только набрал форму, как в феврале 2003-го сломал кисть. Да как!

- Честно говоря, вообще не был уверен, что смогу вернуться в хоккей, - рассказывает Брылин. - Мне вставили в руку три стержня, металлические спицы. Они торчали наружу, и врачи на шесть недель категорически запретили вообще какие-либо тренировки - нельзя было потеть, потому что существовала угроза заражения крови. Я ничего не делал, места себе не находил - и в это время мне очень помог Лу (Ламорелло. - Прим. И.Р.). Он сказал: "Не волнуйся. Постарайся сконцентрироваться на том, чтобы быстрее залечить травму и вернуться в команду. А если жизнь сложится так, что не получится, мы тебя не бросим". В тот момент мне было важно это услышать. Тем более что верил и верю я Лу безоговорочно. Другого такого человека слова я в хоккее не встречал. Мой агент Пол Теофанос говорил мне о том, что Ламорелло - один из немногих генеральных менеджеров, чье слово - закон. У него можно никаких официальных бумаг не просить: если на словах договорились, значит, так и будет.

БОЛЬ, КОГДА ГЛАЗА ЛЕЗУТ ИЗ ОРБИТ

- За шесть недель мышцы кисти атрофировались так, что в пальцах не осталось никакой силы, - словно переживая все заново, с гримасой боли продолжает Брылин. - Когда сняли фиксатор, в первый день зубную пасту из тюбика выдавить не мог. Кисть пришла в такое состояние, что я до сих пор не могу ладонью свободно вращать. Заросла настолько, что не собиралась ни сгибаться, ни разгибаться. Чтобы хоть частично восстановить ее функции, нужна была жесточайшая терапия. С утра я два часа через дикую боль разрабатывал руку. Потом - на тренировку. Затем опять на терапию. Еще были свежи воспоминания - летом я занимался тем же с коленом. Так вот, кисть - в несколько раз больнее. И восстановление далось в столько же раз тяжелее. После двух таких операций за один сезон, каких даже злейшему врагу не пожелаешь, для меня не то что завоевать Кубок Стэнли, выйти на площадку в плей-офф было фантастикой!

Поначалу не шло и речи о том, чтобы вернуться в хоккей до конца сезона. Спицы из кисти вынули только в середине марта - за месяц до начала плей-офф. Потом были недели кошмарной терапии, когда глаза лезли из орбит. Первый раунд, против "Бостона", Брылин пропустил - а команда уверенно выиграла. И тут...

- Операцию мне делал врач, не работающий в клубе, жесткий и независимый, который специализируется как раз на переломах рук. Он же наблюдал за моим восстановлением. Говорил, что с такими травмами люди возвращаются в лучшем случае через несколько месяцев. И я точно знаю, что в какой-то момент Лу позвонил хирургу, попросил еще раз посмотреть, готов ли я играть. С тем намеком, что он хотел бы меня видеть в составе. Не знаю, каких усилий стоило генеральному менеджеру уговорить врача. Но когда я приехал, хирург дал понять: играть разрешаю, но при других обстоятельствах ни в коем случае этого бы не сделал.

Победная сирена - это было чудо какое-то. Фантастика. Награда за все мучения, которые я в том сезоне перенес.

Теперь мы знаем, что чувствует Брылин, глядя на перстень из белого золота с бриллиантом и рубином. Перстень из боли и крови.

ВСТРЕЧА С Джорджем БУШЕМ

Свой первый Кубок Стэнли - в 95-м - Брылин домой на положенный каждому игроку день не забирал. Все лето тогда он провел в Москве и даже не предполагал, что такое правило существует. Да и мог ли парень в 21 год, в первый же сезон выступлений в НХЛ (!) завоевавший культовый трофей, до конца знать ему цену?

Второй кубок - в 2000-м - Брылин в Россию тоже не привозил, день с ним провел дома в Нью-Джерси. Но с третьей попытки это все-таки произошло. "Хочу показать Кубок Стэнли отцу", - сказал хоккеист в одном из интервью.

Путь от счастья до горя оказался страшно короток. Через месяц отца Брылина не стало. О тех днях форвард говорит заметно дрогнувшим голосом:

- Тогда я впервые оказался на приеме в Белом доме, который каждый год президент США устраивает для обладателей Кубка Стэнли. Предыдущие два раза приемы проходили, когда я находился в отпуске в России. Теперь - в сентябре.

Мне было не до того - но когда, похоронив отца, я прилетел в Нью-Джерси, услышал, что на следующий день - поездка в Вашингтон. Никто меня не заставлял, но мы с женой решили, что это единственная возможность как-то отвлечься.

-И как вам Белый дом?

- Все для меня было как в тумане, но сам факт прихода в Овальный кабинет и встречи с Джорджем Бушем многого стоит. Президент США уделил нам полчаса, произнес речь, пожал руки, сфотографировался - снимок у меня дома в Нью-Джерси остался. Охраны при Буше, конечно, хватало, и дружеских чаепитий с его загруженностью быть не могло - но все равно приятно. Хотя более неподходящего момента для такой поездки трудно и придумать...

ЕМУ БЫ КОСМОНАВТОМ...

Родители Брылина - инженеры. Мама (сейчас она на пенсии) работала в Химках на закрытом предприятии, занималась сборкой космических спутников, нередко ездила в Центр управления полетами. В конце 80-х к спутнику Марса Фобосу запустили два наших спутника, и она, наверное, целый год до того по полночи проводила на заводе во вторую смену, чтобы довести все до ума.

Отец тоже много лет работал в космической отрасли. Но сын, как это ни странно, при таких родителях никогда не мечтал стать космонавтом. Потому что сердце было отдано хоккею. Опять же благодаря отцу! Когда-то Брылин-старший, уже будучи инженером, одновременно играл в классе Б, а раньше - на первенство вузов, изучая премудрости науки в МВТУ имени Баумана. И Сережу начал ставить на лед озера в Химках, когда тот еще пешком под стол ходил, - иначе его никогда бы в шестилетнем возрасте не приняли в школу ЦСКА. Но знали бы вы, что пришлось вытерпеть отцу трехкратного обладателя Кубка Стэнли ради этой любви к хоккею!

- Мой дедушка был полковником, а бабушка - заслуженная учительница русского языка и литературы, в свое время была депутатом Верховного Совета, - рассказывает Брылин. - Для них спорт был чем-то очень далеким, и они всячески препятствовали увлечению отца. Он рассказывал, что дед однажды перерубил топором его футбольные бутсы, обнаружив их дома. Приходилось конспирироваться - оставлять форму у друзей, не носить ее домой.

-Вам-то дедушка с бабушкой хоккей не запрещали?

- Деда я не видел - он умер до моего рождения. А бабушка жила далековато, чтобы влиять на процесс, - в подмосковном Монине, где я и родился. Я проводил у нее всего месяц во время летних каникул, и все дни были посвящены русскому языку и литературе. Один раз, правда, произошел случай, когда она гостила у нас дома, должна была в тот день уезжать к себе - а я сломал палец в матче на первенство Москвы. Мы с отцом поехали в травмопункт, сделали рентген. Мне наложили гипс, и мы с папой специально гуляли несколько часов, ждали, пока бабушка уедет домой, чтобы не показывать ей, что я палец сломал.

В ШКОЛЕ ЦСКА - В ОДНОЙ ТРОЙКЕ С БУРЕ-младшим

К тому времени маленький Брылин уже не мыслил жизни без хоккея и ЦСКА. Армейскую хоккейную школу он прошел от звонка до звонка, и хоккеистом его сделал первый тренер Вячеслава Фетисова - Юрий Чабарин, для которого Сергей нашел много теплых слов. Так что на хоккейное образование ему жаловаться не приходится.

- В школе играл в одной тройке с Валерой Буре. Он очень много забивал, а я ему в основном пасовал. Тогда познакомился и с его отцом, который потом стал моим тренером в "Нью-Джерси". Он мне и летом очень помогал готовиться к сезону, и после многочисленных травм физические кондиции восстанавливал. Профессиональный, авторитетный человек. Нагрузки у него, кстати, такие, что не забалуешь. Не так давно дал мне тренировку по теннису, какие постоянно дает своей дочери Кате, - было очень тяжело. А она ведь еще совсем маленькая!

Ни в одном из трех сезонов в ЦСКА юному Брылину не удалось забросить в ворота соперников больше пяти шайб. Кто мог тогда подумать, что он станет самым титулованным российским энхаэловцем!

ЗА БРЫЛИНА ЦСКА ЗАПЛАТИЛИ. БЛАГОДАРЯ ЛАМОРЕЛЛО

- Тогда все уезжали. Во втором моем сезоне мы заняли предпоследнее место. Ниже нас финишировала только Караганда. Время было тяжелое, подолгу не платили зарплату. Кое-кто подрабатывал частным извозом, мне пару раз пришлось занимать деньги у родителей.

У меня тяжело шел процесс перехода от юношеского хоккея к мужскому. Время, когда почувствовал себя увереннее, пришлось как раз на отъезд за океан. Там, правда, тоже началось несладко - в первых 20 матчах за фарм-клуб ничего не мог забить. Но мне продолжали доверять - и в конце концов вызвали в главную команду. С которой я в первый же сезон завоевал Кубок Стэнли...

В те годы из ЦСКА в основном не уезжали - сбегали. Если "Динамо" удалось наладить цивилизованный процесс отъезда в НХЛ и почти за всех игроков клуб получил компенсации, то армейцы этим похвастать не могли. За редкими исключениями, каким и оказался наш герой.

- Даже в газетных интервью руководители ЦСКА говорили, что Брылин стал одним из немногих, за кого удалось получить компенсацию, - отмечает нападающий. - Меня это не удивляет, потому что я знаю генерального менеджера "Дэвилз". Лу - человек очень порядочный. Недаром он считается лучшим генеральным менеджером в НХЛ.

-Почему, вернувшись во время локаута из-за океана, вы оказались не в ЦСКА, а в "Химике"?

- Мой агент общался с руководством армейцев, но переговоры завершились, фактически не начавшись. "Химик" же проявил наибольшую активность и в своем предложении был конкретнее всех. Может, сыграло роль и то, что Теофанус также представляет интересы Валерия Каменского и Германа Титова, которые появились в Воскресенске раньше меня. И вариант с "Химиком" возник сам собой.

-Но изначально вы были настроены на ЦСКА?

- Да, в глубине души надеялся вернуться. Это же клуб, в котором я вырос, в нем почетно оказаться любому его воспитаннику.

РАЗГОВОР С ФЕТИСОВЫМ

Зимой 94-го, во время олимпийского перерыва в чемпионате МХЛ, ЦСКА под названием "Русские Пингвины" отправился за океан, где провел почти полтора десятка матчей с клубами НХЛ. Для клуба турне получилось провальным - лишь две победы, но ту поездку Брылин называет очень важной для собственного открытия Америки. Пусть в соперниках и были фарм-клубы, 20-летнему армейцу дали понять, что такое "их" хоккей. А когда Брылин надумал уезжать в НХЛ, там начался локаут. Молодого русского, с его двусторонним контрактом, "Дэвилз" отправил в фарм-клуб "Олбани". Соотечественников там не было. И получилось точь-в-точь как у его старшего товарища Зелепукина, который несколькими годами раньше за несколько месяцев в том же отшельническом "Олбани" начал видеть сны на английском.

- Тут все зависит от человека, - говорит Брылин. - Многие, попав в такую ситуацию, замыкаются в себе, начинают переживать и стесняться. Но мне сразу же объяснили, что смеяться над моим английским никто не станет. Наоборот, ребята мне помогали научиться говорить правильно. Первые недели жил дома у врача "Олбани". Ни одной стычки или злой шутки не помню. Из-за такой атмосферы, может, и выкарабкался после неудачного начала. А это все ведь тоже от Лу идет! Для него единство команды важнее всего.

А в самом "Нью-Джерси" отлично приняли его и русские. В свободное время нередко играл в теннис с Зелепукиным, а у Александра Семака следующие три сезона снимал дом.

Две недели Брылин играл в "Дэвилз" вместе с Вячеславом Фетисовым - до того, как легендарного защитника обменяли в "Детройт". "Посчастливилось играть", - уточняет нападающий. Спустя несколько лет Фетисов будет уже тренировать Брылина - в роли помощника Лэрри Робинсона. Они вместе завоюют Кубок Стэнли-2000. Но на Олимпиаду в Солт-Лейк-Сити, ко всеобщему удивлению, Фетисов своего надежнейшего хоккеиста не возьмет.

-Обиделись на Фетисова? - спрашиваю Брылина.

- Это не имеет значения. Слава был главным тренером, и выбор состава - исключительно его право.

-Но вы в "Нью-Джерси" разговаривали с ним на эту тему?

- Да. Но о подробностях умолчу. Эта тема давно уже неактуальна, и мне не хотелось бы к ней возвращаться.

Брылин явно уходит от разговора о Солт-Лейк-Сити - видно, как болезненно он до сих пор это переживает. Ведь при трех титулах обладателя Кубка Стэнли он так ни разу на Олимпиадах не сыграл: перед Нагано-98, как мы помним, порвал связку колена. Да и в чемпионатах мира из-за постоянной занятости "Нью-Джерси" в Кубке Стэнли участвовал лишь однажды - и то девять лет назад.

Было это, кстати, в той же Австрии, в которой пройдет и первенство мира-2005. Потому очевиден вопрос:

-Если пригласят сейчас в сборную - поедете?

- С удовольствием. Но я - лишь хоккеист, и выбор состава от меня не зависит...

Тут надо заметить, что Брылин - человек очень семейный. В сентябре прошлого года у него родился второй ребенок, и многомесячную разлуку с семьей (жена с детьми осталась в Нью-Джерси, и Брылины в течение сезона бывают друг у друга наездами) переносит очень тяжело. Видно, как мрачнеет его лицо, когда затрагиваешь эту тему. Тем большего уважения заслуживает его желание участвовать в чемпионате мира.

Он ведь в течение этих десяти лет всегда оставался российским человеком. В Москву приезжал каждое лето ("Эту традицию мы не нарушили ни разу"), не упускал возможности даже сходить в Большой театр или на какую-нибудь столичную драматическую постановку.

ЗА ЧТО УВОЛЬНЯЮТ ТРЕНЕРА-ЛИДЕРА

Много интересного видел Брылин за годы, проведенные в "Нью-Джерси". Например, как за месяц до окончания регулярного чемпионата убирают главного тренера, занимающего первое место в конференции. Дело было в 2000-м, пострадавший тренер - Робби Фторек.

- Ни один генеральный менеджер, кроме Лу, не решился бы на такое! - восклицает Брылин. - Есть у него какое-то чутье на то, что происходит в команде. Он чувствует, чем она живет, понимает, когда нужна встряска, вне зависимости от результата. А тогда было именно так. В плей-офф со Фтореком мы бы вряд ли сыграли достойно, причин хватало. Например, у него были напряженные отношения с ветеранами, и в накаленной кубковой обстановке это бы обязательно выплыло. Странный поступок тренера в отношении Кена Данейко лишь подлил масла в огонь.

-Что за поступок?

- Кен должен был проводить юбилейный матч - кажется, тысячный. Бывший владелец "Дэвилз" доктор Макмаллан очень любил Данейко, называл его сыном. Подсчитали, что торжество придется на домашнюю встречу, и готовились к тому, чтобы провести его с размахом. И тут на предыдущую игру на выезде Фторек, который обо всем знал, его не ставит! И весь юбилей оказывается сорванным, потому что приходится на следующий выезд! Это было неприятно всей команде и явно отложилось в головах и у Лу, и у доктора Макмаллана.

-Были и другие причины?

- Робби явно перегибал палку с авторитарностью. Ему тяжело давалось общение и с игроками, и даже с помощниками - он хотел все делать сам. Отказывал уставшей команде в выходных. Помешанность на хоккее, готовность проводить 24 часа на катке переносились на игроков, которые сильно по этому поводу роптали. А еще произошел знаменитый случай с Робинсоном и Фетисовым, которых после тренировки в Сан-Хосе Фторек демонстративно не дождался в автобусе и приказал водителю ехать в гостиницу. Самое неприятное, что Лэрри со Славой уже вышли из дворца, и все видели, как они идут к автобусу. Но Робби захотел таким образом подчеркнуть, что он - главный тренер. Они, естественно, очень обиделись.

-Когда узнали об отставке Фторека и назначении Робинсона, облегчение испытали?

- Вначале, конечно, было удивление, но эта перемена явно пошла мне на пользу. Я стал намного больше играть - ведь во времена Фторека далеко не всегда попадал в состав и даже ходил к Ламорелло говорить об обмене. Тот попросил подождать и сказал, что, если так же будет продолжаться, препятствий чинить не станет. А вместо этого взял и уволил Фторека. И назначил Робинсона, который для меня является лучшим тренером из тех, с кем я когда-либо работал. Жаль только, что в какой-то момент не все оценили по достоинству его дружелюбие и коммуникабельность. Лэрри перестали бояться, и начались некоторые проблемы с дисциплиной. В результате доброго Робинсона тоже уберут и назначат на его место сурового любителя видеоразборов каждого микроэпизода Кевина Константина...

Вот только до этой отставки будет Кубок Стэнли. Завоеванный "Нью-Джерси" под руководством Лэрри Робинсона.

Ламорелло, кстати, и особые правила на время плей-офф в "Дэвилз" ввел: за день до домашних матчей команда, представьте, садится на сбор в местном отеле! Этот закон действовал в годы всех трех Кубков - и при Лемэре, и при Робинсоне, и при Бернсе. О последнем - человеке, который из серьезного полицейского превратился в одного из лучших тренеров лиги - Брылин тоже говорит с увлечением.

- Бернс рассказывал нам, как был секретным агентом, внедрялся в бандитские группировки в самых страшных районах, боролся с наркомафией. Ему доводилось участвовать в уличных перестрелках, стрелять в людей (правда, убивал ли он, Пэт не говорил). Несколько раз его ранили ножом. Только потом он начал тренировать детей и постепенно дорос до тренерства в НХЛ. Так что неудивительно, что после такой бурной деятельности он может прикрикнуть на игроков и не боится самых больших авторитетов.

ХОЧУ ЗАКОНЧИТЬ КАРЬЕРУ В "ДЭВИЛЗ"

За десять лет "Дьяволы" стали для Брылина чем-то много большим, чем место работы. В клубе из Нью-Джерси он провел ни много ни мало треть своей жизни.

- Никуда из "Дэвилз" уезжать бы не хотелось. Это уже моя родная команда. Я отдал ей десять лет и видел от нее только хорошее. Благодарен Ламорелло за все, что он для меня сделал.

Вот только будущее НХЛ пока в плотном тумане. И Брылин к перспективе гибели лиги относится уже совсем не легкомысленно.

- В свое время я всерьез надеялся, что этот сезон в НХЛ все-таки начнется, но ошибся. Жизнь заставила приехать в суперлигу, чего поначалу в моих планах не было - при грудном-то ребенке! Пришлось проводить год вдали от семьи. Теперь вообще опасаюсь что-либо загадывать. Ясно одно - мы, хоккеисты, эту войну вчистую проиграли. Худшего исхода для профсоюза невозможно было и предположить. А главное - непонятно, что дальше. И ради чего.