Газета Спорт-Экспресс № 133 (2329) от 16 июня 2000 года, интернет-версия - Полоса 8, Материал 2

16 июня 2000

16 июня 2000 | Хоккей

Вячеслав ФЕТИСОВ

ЧЕРТОВСКИ ВЕЗУЧИЙ ДЬЯВОЛ

Везунчик - по-другому и не скажешь. 7-кратный чемпион мира, 2-кратный олимпийский чемпион. Двукратный обладатель Кубка Стэнли как игрок "Детройта". Тренер-дебютант совершенно зеленой команды "Нью-Джерси" - и вновь ошеломляющий триумф. А ведь, если задуматься, перстней обладателя Кубка Стэнли в карьере Фетисова вполне могло быть и четыре - не продай его "Дьяволы" в 1995-м за два месяца до конца сезона в Детройт. Но то - дело прошлое.

Голос в телефонной трубке звучал как-то уж слишком сипло, словно его обладатель был разбужен среди ночи. Предчувствуя вопрос, Фетисов сказал: "Вчера еще хуже было. Сегодня по крайней мере разговаривать могу. Вот они - издержки тренерской работы: голос сорвал".

Дело было во вторник, но толком поговорить нам в тот раз, увы, не удалось: в Нью-Джерси полным ходом продолжались торжества по случаю большой победы: сначала - традиционный прием у хозяина команды, затем - встречи с друзьями. Договорились созвониться на следующий день. Вячеслав - человек слова, он был у телефона в точно назначенное время.

- Можете ли вы сказать, что розыгрыш Кубка Стэнли этого года чем-то отличался от предшествующих?

- Пожалуй, нет. Все так же нервно и напряженно, как всегда. Вот только журналистов из России на финале не было. Жаль.

- В одном из интервью, по сообщениям агентств, вы сказали, что радость от победы была все же не столь яркой, как три года назад, когда вы стали обладателем Кубка впервые.

- Такого я сказать не мог. Победы не могут стать привычными. Каждый раз они приносят безумную радость. Тем более когда выигрываешь такой приз, который нельзя купить ни за какие деньги. Вот эти слова я действительно говорю в каждом интервью.

- Все же, наверное, вдвойне тяжело быть вместе с командой и одновременно осознавать, что в сложной ситуации сам выйти на лед, забить гол не можешь. Чувство вот такой тренерской безысходности вам знакомо?

- Безысходность - это когда проигрываешь. А победа - двойная радость.

- Вы едва успели дебютировать в НХЛ как тренер - и тут же достигли вершины, к которой многие стремятся всю жизнь. Нет желания попробовать сделать нечто подобное в России?

- Я же работаю совсем в другой стране.

- Спрошу по-другому: существует ли должность в российском хоккее, которую вам хотелось бы занять?

- Это некорректный вопрос. Тем более что ответ на него будет опубликован. Не думаю, что кто-то во мне заинтересован. Во всяком случае, нынешние руководители российского хоккея, комплектуя сборную перед чемпионатом мира, полностью игнорировали то, что я единственный тренер, представляющий Россию в НХЛ, что на протяжение целого сезона я видел всех российских игроков и знал, кто из них на что способен. Игнорировали мой опыт, знания, авторитет, связи...

- Вы обиделись?

- Да что вы! Другое дело, что считаю: бывают ситуации, когда нужно делать общее дело, а не следовать амбициям. К сожалению, с самого начала я был уверен, что с таким подходом руководителей нашего хоккея чемпионат мира ничем хорошим для страны не закончится.

- Вас лично итог чемпионата расстроил?

- Больно за болельщиков. Они такого никак не заслужили.

- В чем же, на ваш взгляд, заключается главная ошибка руководства?

- Ошибок было много. Назову две. Во-первых, не каждый хоккеист НХЛ может играть в сборной. Во-вторых, как я понимаю, главный тренер не имел ни малейшего понятия, кто из приглашенных в каком состоянии находится. Со мной Якушеву, видимо, общаться запретили. Объяснить то, что он мне ни разу даже не позвонил - как коллега коллеге, - ничем другим я не могу.

- России, как вы знаете, свойственны крайности. Сейчас частенько приходится слышать, что в будущем вообще не стоит приглашать игроков НХЛ в сборную.

- Я и не сомневался, что первыми во всех грехах будут обвинены именно хоккеисты. Понимаете, так уж сложилось, что все лучшие собраны действительно в НХЛ. Из тех парней, которые играют в России, можно, конечно, составить команду, но такая команда никогда не выиграет Кубок Стэнли. Просто подбор людей должен изначально быть правильным.

- А как бы поступили вы, если бы имели отношение к руководству сборной?

- Какая разница? Я вообще, если уж на то пошло, чемпионата не видел - следил только по Интернету. Интересы совсем другие были.

- Откуда же столько обиды в голосе?

- Да за престиж обидно. Престиж нашего хоккея, к которому я, между прочим, не последнее отношение имею. Думаете, забыл, какие нагоняи мы получали даже за второе место? Кстати, именно поэтому чествование российской сборной по поводу серебряных медалей в Нагано показалось мне в свое время по меньшей мере странным. Чему радоваться? Как требовать от команды победы, если можно чувствовать себя героем и проиграв? Скорее всего именно то чествование стало началом конца.

Это, кстати, не только мое мнение. Спросите любого другого ветерана - и увидите, что все думают именно так. Особенно обидно то, что олимпийской сборной было по силам выиграть.

- И все-таки, с чего, по вашему мнению, надо начинать, чтобы изменить ситуацию к лучшему?

- С того, что кто-то должен нести ответственность. Не можешь - уйди. Вы можете представить себе ситуацию в бизнесе, чтобы руководитель довел фирму до такого состояния и остался в кресле?

- Давайте о приятном. Как "Дэвилз" праздновали победу? Остались ночевать в Далласе?

- Самолет ждал до конца третьего периода, а когда стало ясно, что матч затянется надолго, улетел. Перед игрой второй самолет привез в Даллас родных - жен, детей. Поболеть за нас из Москвы приехала даже Лариса Долина с мужем Ильёй. Естественно, отмечать начали в раздевалке, часам к четырем утра перебазировались в гостиницу, подняли сонных поваров и официантов - и продолжали веселиться.

- Официанты-то, наверное, расстроенные были?

- Как выяснилось, у них достаточно интернациональный коллектив, так что "своих" они нашли и у нас в команде. А потом, все так гордились, что могут прикоснуться к Кубку, выпить вместе с чемпионами, что было уже не важно, кто именно стал чемпионом. Ну а наутро мы двумя самолетами улетели домой.

- Жены летели отдельно?

- Да. Мы так решили, чтобы никому не было обидно - раз уж все желающие в один самолет не поместились. Во вторник все, кто имеет отношение к клубу, долго фотографировались с Кубком - получились почти семейные снимки, вечером пошли на прием, который в "Хилтоне" устраивал хозяин. "Дэвилз"-то он продал. Но напоследок успел получить хороший подарок.

- Скажите честно, неужели верили в успех с самого начала? Команда-то совсем молодая...

- Окончательно поверил, когда мы прошли "Филадельфию". Понял, что, умея так мобилизовать силы даже в, казалось бы, безвыходной ситуации, мы действительно можем все. Главное, в это поверили ребята.

- Каким вы хотели бы видеть свой прощальный матч в Москве, подготовка к которому, как мне известно, идет достаточно активно?

- К сожалению, пока у меня не было времени этим заниматься. Хотелось бы, конечно, чтобы был праздник. Так получилось, что сейчас со льда уходят многие игроки моего поколения и играют прощальные матчи в своих родных городах. Могу только мечтать увидеть на таком матче сильнейших - и тех, с кем играл я сам, и тех, кто играл против меня. Но все ведь зависит от личных планов каждого.

- А каковы ближайшие планы у вас?

- Наверное, поедем в Европу, потом хотелось бы в Москву. Более конкретно пока сказать не могу. Мы с Ладой стараемся не строить долгосрочных планов. Однажды - в Детройте - распланировали все на несколько месяцев вперед, и все оборвалось из-за катастрофы...

Пожалев Фетисова, голос которого к этому моменту разговора сел окончательно, я попросила к телефону его жену.

- Какой момент последнего матча финальной серии стал для вас, Лада, наиболее нервным?

- Когда травмировали Сикору. Со мной началась истерика. В себя пришла от того, что болельщики "Далласа", которые до этого со всех сторон кричали нам "Бу-у-у", замолчали и стали передавать в наш сектор бумажные салфетки. Ну а когда все кончилось, сама не знаю, как оказалась на льду вместе с дочкой. На нас напялили хоккейные свитера, бейсболки, все бегали, суетились, обнимались, поливали друг друга шампанским.

Потом вдруг поняла, что уже сижу в раздевалке, глупо улыбаюсь и не могу встать - ноги не слушаются. Меня наши, русские, ребята окружили: "Мамулька, - говорят (Славу-то Папой зовут), - все в порядке, мы выиграли!" Сашка Могильный чуть не плакал:

11 лет в НХЛ отыграл, и все не случалось выиграть Кубок. У Володи Малахова тоже состояние похожее было. Да у всех. Ведь такой молодой команды-чемпиона в НХЛ не было ой как давно.

Я в себя пришла немного, стала всех в гостиницу гнать - они ж голодные были, пять часов на льду - а еще шампанское... Но перед гостиницей все прямо с Кубком заехали в госпиталь к Сикоре. Он тоже из него выпил. "Фанты"...

Прощаясь, я спросила у Фетисова, за какую сборную - России или мира - хотел бы он сыграть в своем прощальном матче.

- За сборную СССР, - последовал хриплый ответ.

Елена ВАЙЦЕХОВСКАЯ