Газета
25 сентября 2004

25 сентября 2004 | Бокс

БОКС

Игорь РУЖНИКОВ: "У МЕНЯ БЫЛИ СОПЕРНИКИ И ПОСЕРЬЕЗНЕЕ, ЧЕМ Рой ДЖОНС"

Игорь Ружников был чемпионом СССР, Европы и мира, но для многих поклонников бокса его главным достижением останется победа, которой он сам не придает особого значения, - над Роем Джонсом на Играх доброй воли 1986 года. В субботу Джонсу предстоит бой с чемпионом мира по версии IBF в категории до 79,4 кг Гленкоффом Джонсоном, а потом, вполне возможно, и третий поединок с Антонио Тарвером, который в мае нанес Рою поражение, поставившее под сомнение место этого виртуоза ринга в истории бокса. Поэтому сейчас самое время поговорить с тем, кто победил Джонса задолго до Тарвера, и узнать, что он думает об этом. Однако было бы неправильно не вспомнить и карьеру самого Ружникова, которая интересна не только потому, что он встречался с Джонсом.

- Мой турнирный путь начался с курьеза, - рассказывает Ружников. - После полутора лет занятий боксом на первенстве родного города Темиртау я победил в финале, но когда мне вручили приз и почетную грамоту, в ней было написано: "За 2-е место". Однако я было настолько счастлив и горд своей первой победой, что это досадное недоразумение меня совсем не расстроило. Мы с братом, который за меня болел, решили не ехать домой на автобусе и прошли весь город пешком: ведь у нас в руках были такие трофеи! Первое серьезное достижение датировано 1982 годом, когда в Кишиневе я победил на чемпионате СССР среди юношей в категории до 54 кг. Там, кстати, категорией ниже выступал и будущий чемпион мира среди профессионалов Орзубек Назаров, ставший призером тех соревнований. Кишиневский успех заставил обратить на меня внимание. Потом у меня был сложный юниорский период - я совсем ничего не выигрывал. Видимо, не хватало соревновательного опыта, да и соперники были талантливые. А вот с переходом во взрослую сборную все встало на свои места. Начало было положено на Кубке СССР 1985 года в Иванове, где я единственный из команды Казахстана завоевал золото.

- В чем заключался стиль Игоря Ружникова?

- Наверное, в том, что я предпочитал работать на контратаках, вторым "номером". Если мне удавалось завести соперника, заставить его напролом идти вперед, он был мой. С техничными боксерами вроде Василия Шишова или кубинца Канделарио Дюверхеля получались красивые бои, но тут уж решение было за судьями. А вот самым неудобным для меня оказался левша из Москвы Канцель. Я так и не смог его просчитать, хотя и побеждал.

- Главная вершина в карьере боксера-любителя - олимпийское золото. Почему не удалось принять участие в Играх?

- В начале 1988 года нас было трое кандидатов в олимпийскую сборную в весовой категории до 63,5 кг: мой земляк и вечный соперник Эрик Хакимов из Кустаная, Слава Яновский из Белоруссии и я. Мы постоянно спарринговали и уже собирались на сборы в Армению, как в один совсем не прекрасный день за мной, что называется, пришли. И я стал военнослужащим Советской Армии. А Яновский оказался единственным чемпионом на сеульской Олимпиаде в нашей боксерской сборной. Не берусь утверждать, что тоже победил бы, но у соперника Яновского по финалу австралийца Чини я выиграл в первом же бою на чемпионате мира-89.

- Ваш звездный час наступил именно в том году. Вы сделали хет-трик: стали чемпионом СССР, Европы и мира. Это на вас так подействовала пропущенная Олимпиада?

- Просто пришло мое время. Тот же Яновский, который победил меня в финале чемпионата СССР в 1987 году разменял к тому времени четвертый десяток. А у меня тогда все получалось. В январе 89-го - первое место на первенстве СССР во Фрунзе в категории до 63,5 кг (там же в категории до 60 кг впервые стал чемпионом совсем еще молодой Костя Цзю), в июне - победа в Греции на европейском чемпионате, а в ноябре в Москве - золото мирового первенства.

- То есть круг замкнулся. Что же вы решили делать дальше?

- В то время советские боксеры получили возможность перейти в профессионалы. Вот и мне захотелось попробовать себя в новой роли, хотя понимал, что больших высот не успею достичь, так как я мог только отлично боксировать, а этого для профи маловато. Между прочим, я думал тогда, что в ближайшие 10-15 лет из советских боксеров вряд ли кто-то станет чемпионом мира среди профессионалов. Мне казалось, что профи сделаны из другого теста. А ведь это тот же бокс, который был у нас. Провести 15 раундов на тренировке в сборной было в порядке вещей. Снять майки - и получился бы настоящий чемпионский поединок среди профессионалов. Только позже я понял, что между любителями и профессионалами нет какой-то непреодолимой границы, и рад, что сначала Юра Арбачаков, а затем Орзубек Назаров и Костя Цзю это наглядно продемонстрировали.

- Ну а теперь давайте вернемся к Играм доброй воли в Москве 1986 года, на которых вы встретились с одной из самых ярких будущих звезд профессионального ринга.

- Это был мой первый крупный международный турнир во взрослой сборной. Думал, что в финале мы будем драться с Хакимовым, ан нет. В первом поединке я одолел боксера из Германии, а во втором моим противником был Рой Джонс. Он уже тогда выглядел неплохо, но не был еще звездой. Мы с ним немного "порубились", хотя в основном я ловил его на ошибках и смог перехитрить. Вот, пожалуй, и все. Этот бой оказался не самым трудным для меня. А для него... Полагаю, если бы мы встретились сейчас, он бы меня узнал. Кстати, я не попал на Олимпиаду в Сеул, а Джонса там "обворовали" судьи. Сейчас Рой действительно суперзвезда профессионального ринга. И я очень рад, что в свое время мне удалось одолеть его, хотя тогда это была далеко не главная победа в моей жизни.

- Чем вы объясняете сенсационное поражение Джонса от Тарвера?

- Это бокс. Рой мог упасть и пять лет назад, но он гений и боксировал так, что не позволял соперникам в себя попасть. Но от шального удара никто не застрахован. Уверен, что, если будет третий бой, Джонс обязательно победит.

Геннадий КОМАРНИЦКИЙ

Материалы других СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...