Газета
16 января 2004

16 января 2004 | Футбол

СПОРТ-ЭКСПРЕСС ФУТБОЛ

ЛИЧНОСТЬ

Игорь ЧЕРКАСОВ. Не ищите это имя в футбольных справочниках. 45-летний киевлянин в последние годы был известен в своей стране как президент крупнейшей компании "Интергаз". Между тем в футболе он человек отнюдь не новый, и приглашение занять пост начальника сборной Украины для него, наверное, полной неожиданностью не стало.

ОЗЕРОВА ВЫРУЧИЛА РАЗВЕДКА. А ОН И НЕ ЗНАЛ

Таковы сегодняшние реалии: люди, прошедшие школу серьезного бизнеса, востребованы в футбольном менеджменте точно так же, как забивные форварды или "непробиваемые" вратари. Но в случае с Игорем Черкасовым это только одна сторона медали. Выбор Олега Блохина был продиктован не только желанием иметь в своем штабе опытного менеджера: новый главный тренер жовто-блакитных знаком с Черкасовым еще с той поры, когда тот исполнял в киевском "Динамо" весьма специфические функции.

При выездах команды за рубеж он официально именовался заместителем руководителя делегации, хотя за глаза его называли человек из конторы. В то время офицер КГБ Черкасов (после развала Союза он уволился из органов в звании майора), естественно, никаких интервью не давал. Наоборот, больше слушал. Такая работа.

ЧЕЛОВЕК ИЗ КОНТОРЫ

- Игорь Федорович, говорят, отставных чекистов не бывает...

- Если бы это было так, мы бы с вами сейчас не беседовали. Хотя доля истины, наверное, в таком утверждении есть. Собранность, осторожность, внутренняя дисциплина, склонность к анализу своих и чужих слов и поступков, умение в экстремальной ситуации быстро принимать решение - со всеми этими полезными навыками человек продолжает жить и после того, как снял погоны.

- КГБ и футбол - каким образом они "срослись" в вашей жизни?

- Правильнее будет - КГБ и спорт. Как "срослись"? С одной стороны, случайно, с другой - довольно обыкновенно по тем временам. В Донецке, где я родился и вырос, увлекался сначала футболом (даже занимался в группе подготовки "Шахтера" вместе с Виктором Чановым), но в конце концов отдал предпочтение боксу. Дослужился до кандидата в мастера спорта, был чемпионом Украинского совета ДСО "Трудовые резервы", боксировал на союзных чемпионатах по этому ведомству.

После школы поступил в киевский институт физкультуры, окончил его с отличием, получил диплом тренера по боксу, отслужил срочную в армии. КГБ в то время приглашал на работу лучших выпускников из разных вузов, в том числе и спортивных. Кроме отменного здоровья (а по этой части требования были очень жесткие), у меня был хороший немецкий - выиграл даже республиканскую языковую олимпиаду. В общем, посчитал предложение "конторы" престижным - и дал согласие. Год проучился в киевской школе КГБ, где акцент делался на юридические знания, и в Киеве же остался работать. По линии контрразведки курировал спортивные команды, причем поначалу не только футбольное "Динамо".

- Человек из конторы вроде вас включался в каждую советскую спортивную делегацию, выезжавшую за рубеж?

- Нет. Только на поездки "в страны главного противника", как это тогда формулировалось. Иначе говоря, в капиталистические, а также в некоторые развивающиеся государства, которые, перестав быть колониями, оставались под большим влиянием бывших метрополий. Такие выезды использовались нашими оперативными работниками, кроме всего прочего, для выполнения каких-то локальных задач по линии разведки: передачи документов, встреч с интересующими людьми.

- Почему "заместитель руководителя делегации" в вашем лице на постоянной основе появился именно в киевском "Динамо"? Разве другие советские футбольные клубы не выступали в еврокубках и не требовали к себе такого же пристального внимания КГБ?

- Выступали, конечно. И "Спартак", и "Торпедо", и московское "Динамо"... Но зарубежные визиты этих клубов носили эпизодический характер. Киевское же "Динамо" - особый случай. Кроме того, что команда регулярно играла в еврокубках, она в то время была основой сборной СССР, а с января 1987 года стала регулярно выезжать на тренировочные сборы в германский город Руйт. Поэтому мое руководство посчитало целесообразным иметь в лучшем советском клубе постоянного "инструктора спорткомитета Украины".

ПСИХОЛОГ ЛОБАНОВСКИЙ

- Интересно, как восприняли футболисты и тренеры "Динамо" появление нового "инструктора"?

- В точку попали: это действительно было самое интересное! И, пожалуй, самое трудное во всей моей чекистской практике. Как меня восприняли футболисты? Чего скрывать: как еще одного - наряду с тренерами - надзирателя над их свободой. Конечно, они легко вычислили мое "конторское" происхождение. Этим объяснялась настороженность, которая ощущалась на первых порах. Но коль скоро передо мной стояла задача войти в футбольную семью всерьез и надолго, нужно было психологически вписаться в коллектив, стать его частью. Научиться жить его жизнью. Для этого мало было, например, утром подниматься вместе со всеми и бежать традиционный 42-минутный динамовский кросс - моя спортивная подготовка позволяла безболезненно справляться с таким испытанием. Гораздо труднее было ощутить себя "своим парнем" в бытовой обстановке. К тому же среди футболистов с довольно заметным возрастным разбросом: скажем, Блохин был на шесть лет старше меня, а Протасов, наоборот, на шесть лет моложе.

- И каким образом вы растопили лед недоверия?

- Самым естественным: старался быть полезным ребятам в обыкновенных, житейских ситуациях. Допустим, при нашем тотальном дефиците тех лет одним из пунктов "обязательной программы" любой советской делегации за рубежом было посещение магазинов. Я с удовольствием и "безвозмездно" помогал футболистам в качестве переводчика. Со мной они увереннее чувствовали себя в чужой стране, незнакомом городе.

- Не разбивали их на "пятерки" или "тройки" с назначением "старшего группы"? Спрашиваю потому, что сам сталкивался с подобной практикой, когда выезжал за рубеж в те годы.

- Ведомственная инструкция действительно этого требовала, но следовать ей в моей ситуации было бы глупо. По существу, я имел дело с уже сложившимися и "тройками", и "двойками". Как в любом коллективе, они формировались на почве взаимных симпатий, многолетней дружбы. Никакая инструкция не давала мне права в это вмешиваться.

- Лобановский знал, кто вы и откуда?

- Наивный вопрос! Ну какой же руководитель делегации (без кавычек) не знает, кто у него ходит в "заместителях"? Валерий Васильевич был не только выдающимся тренером, но и величайшим психологом. Он очень тонко чувствовал людей и помог мне вписаться в динамовский коллектив. Иначе я вряд ли задержался бы в его команде почти на пять лет - вплоть до распада Союза и исчезновения КГБ.

ГРУППА РИСКА

- В чем прежде всего заключались ваши функции?

- В общих словах - сделать все возможное, чтобы футболисты "Динамо" в повседневной жизни, связанной, в частности, с выездами за рубеж, не выходили за рамки правового поля. Каждое поколение живет в определенном времени и при определенных обстоятельствах, вытекающих из государственного устройства, законов страны. Насколько совершенны были эти законы, насколько "правильно" мы жили, сейчас обсуждать не станем. Замечу лишь, что мне одинаково неприятно слушать и тех, кто наше недавнее прошлое чрезмерно возвеличивает, и тех, кто его беспощадно шельмует.

Тогда говорили так: милиция занимается раскрытием уже состоявшихся преступлений, на КГБ же возложены главным образом профилактические функции. И в общем-то правильно говорили. В советском уголовном кодексе, чтить который призывал еще Остап Бендер, было несколько статей, напрямую подпадавших под юрисдикцию комитета: измена Родине, идеологические диверсии, антисоветская пропаганда, валютные операции... Понятно, что в первую очередь они могли коснуться людей, которые часто выезжали за рубеж. Футболисты как раз входили в "группу риска". Скажем, западные спецслужбы могли их использовать втемную для сбора информации.

- Например?

- Вокруг популярных футболистов всегда вьется море поклонников, обожателей, гордящихся знакомством со знаменитостями. Среди них - и люди, имеющие допуск к государственным секретам. В неформальной обстановке, допустим, на теннисном корте или за столиком в ресторане, спортивная звезда ненавязчиво выуживает информацию о своем визави, его привычках, слабостях...

СЛУЧАЙ ИЗ ПРАКТИКИ

- Это вы, Игорь Федорович, какой-то советский боевик "про шпионов" пересказываете, а хочется просто "случая из практики майора КГБ".

- Напрасно иронизируете. Все киношные сюжеты - из жизни. Слава богу, что с моими подопечными ничего подобного не происходило. В каких-то пограничных ситуациях удавалось вовремя их поправлять. Думаю, динамовское происхождение само по себе тоже имело немаловажное значение. Все игроки и тренеры киевской команды были офицерами внутренних войск МВД. Пусть надевали они мундиры по очень большим праздникам, а то и вовсе не надевали никогда, присяга все равно дисциплинирует человека, делает его более ответственным за свое поведение.

- Получаются прямо-таки ангелы с крылышками...

- Какие ангелы?! Живые люди, да еще подверженные таким соблазнам, какие большинству их сверстников и не снились. Хотите конкретный "случай из практики"? Пожалуйста.

Во второй половине 80-х годов, по мере того как набирала обороты горбачевская перестройка, резко возрос поток эмиграции из Союза, который добавил хлопот сотрудникам КГБ. Всеми правдами и неправдами вывозились вещи, имевшие большую художественную и культурную ценность, считавшиеся по законам того времени достоянием государства. Антиквариат, картины, старинные монеты. А поскольку футболистов на таможне серьезно не проверяли, это был очень удобный канал. Не стану уточнять как, скажу лишь, что я получил достоверную информацию о том, что один игрок "Динамо" согласился провезти десять золотых царских червонцев. За день до выезда команды пришел к Лобановскому, поставил его в известность, попросил разрешения на беседу с парнем. Валерий Васильевич согласие дал. После нашего разговора футболист благоразумно от затеи отказался и вернул монеты хозяину.

- Потом он был как-то наказан?

- За что? Он ничего противоправного не совершил. Только собирался, да вовремя был остановлен. Кроме меня, Лобановского и самого игрока об этом эпизоде больше никто не узнал.

ХАЙМАНН - НАШ ЧЕЛОВЕК

- А случалось, что дело обретало огласку?

- К сожалению. Был случай, когда два наших футболиста косвенно оказались причастны к преступлению, которое советским уголовным законодательством квалифицировалось как "пропаганда буржуазного образа жизни". Тогда в моду входили видеомагнитофоны, и особым спросом пользовалась кассеты с зарубежной "клубничкой". Человек по имени Саша, работавший проводником на железной дороге, уговорил ребят привезти "на заказ" несколько таких кассет. И стал устраивать дома киносеансы для посторонних людей, причем за просмотр брал деньги. В итоге он получил четыре года тюрьмы, а наши футболисты удостоились очень серьезного разговора с высшим руководством КГБ Украины.

- Строгий надзор над спортсменами, выезжавшими за рубеж, объяснялся в советское время опасностью провокаций, "идеологических диверсий" со стороны западных спецслужб. Вам приходилось сталкиваться с чем-то подобным?

- Напрямую - нет. Самой большой "идеологической диверсией" на моей памяти была так называемая антисоветская литература, которую футболисты нередко находили в своих гостиничных номерах. Журнал "Посев", издания НТС, украинских националистов. Серьезного впечатления на ребят все это не производило. Что меня по-настоящему "напрягало" по долгу службы, так это попытки незнакомых людей за рубежом вступить в прямой контакт с футболистами.

- Вы их решительно пресекали?

- Для начала старался получить достоверную информацию об этих людях. Понятно, что у Блохина, Беланова и других киевских звезд за границей было немало искренних поклонников. С одной стороны, не хотелось обидеть их недоверием, но с другой - существовала опасность, что среди настоящих доброжелателей "Динамо" могли затесаться и откровенные провокаторы.

- И как удавалось отделять "зерна от плевел"?

- Как правило, с помощью нашей резидентуры в этой стране. Обо всех людях, желавших, допустим, приехать к динамовцам на базу в Руйте, я по долгу службы узнавал первым. Скажем, поначалу мне ни о чем не говорило имя Карл-Хайнц Хайманн. Поэтому отправил запрос в резидентуру и получил, как мы выражались, обратку: издатель и редактор еженедельника "Киккер" очень уважаемый в футбольном мире журналист, с большой симпатией относящийся к киевскому "Динамо" и нашей стране. С тех пор в моем фотоархиве хранится снимок: мы с Хайманном сидим рядом за праздничным столом, накрытом в Руйте по случаю дня рождения Лобановского.

МИССИЯ В СТАМБУЛЕ

- За происками, как тогда говорили, западных спецслужб вы тщательно следили. А они, эти спецслужбы, догадывались, кто такой "заместитель руководителя делегации Игорь Черкасов"?

- Абсолютно не сомневаюсь, что догадывались. Навыки, обретенные в разведшколе, не раз позволяли мне безошибочно вычислять "наружку". В Турции, куда в марте 1987 года "Динамо" выезжало на еврокубковый матч с "Бешикташем", приключился довольно забавный случай, о котором стоит рассказать. В гостиничный номер постучался динамовский игрок и сообщил, что меня спрашивают "какие-то турки". Я еще уточнил: "Как спрашивают - по фамилии? Господина Черкасова?" Футболист кивнул: да, именно по фамилии.

Пока спускался из номера в гостиничный холл, быстро прокручивал в голове весь день по часам и минутам - и не мог вспомнить ничего такого, что привлекло бы внимание местных спецслужб к моей скромной персоне. В конце пустынного холла стояли три человека, которые в стамбульской толпе безупречно сошли бы за турок. Один направился в мою сторону. "Вы - Игорь Федорович?" - спросил по-русски, хотя и с акцентом. "Да, - отвечаю, - вы не ошиблись". И тут же слышу пароль для связи с резидентом в Стамбуле... Только после этого перевел дух.

Это были сотрудники советской разведки, сами родом с Кавказа (поэтому отличить их от турок при всей профессиональной наблюдательности я бы не смог). В Стамбул приехали по делам и... с "особым поручением" посла СССР в Турции, который оказался страстным болельщиком киевского "Динамо" и хотел бы иметь мяч с автографами наших футболистов. Выполнить просьбу посла было несложно - такой мяч всегда имелся в заначке. Но случайная (и, не скрою, приятная) встреча с коллегами из разведки вскоре получила продолжение...

- Шпионское?

- (Смеется.) Нет. Но совершенно неожиданное - точно. На следующее утро на Стамбул вдруг обрушился такой снегопад, что огромный город оказался парализованным. Стало ясно, что никакого матча с "Бешикташем" не будет (его действительно отменили и провели позже в Измире). Закрылся аэропорт, встал на прикол весь автотранспорт. Наш "Сюрмели-отель" превратился в осажденную непогодой крепость. Ничего другого, как ждать, пока стихия угомонится, не оставалось.

На второй день вынужденного безделья позвонил Лобановский и попросил зайти к нему в номер. По его голосу понял: Валерий Васильевич чемто встревожен. Собрался весь тренерский штаб. Лобановский объяснил причину беспокойства: оказывается, с Владимиром Веремеевым только что связался по телефону Николай Озеров, который прилетел в Стамбул, чтобы комментировать по Центральному телевидению матч "Динамо" - "Бешикташ". Номер в гостинице, где он остановился, оплачен по сегодняшний день, а больше денег у него нет. Поэтому просит помощи у друзей из киевского "Динамо", до которых сам добраться в связи со стихией не может. "Надо подумать, как выручить Озерова", - подытожил Лобановский.

И тут, как нельзя кстати, сработала моя зрительная память: вспомнил, что колеса автомобиля коллег из разведки, на котором они приезжали ко мне пару дней назад, были "обуты" цепями! Значит, дорожные катаклизмы им нипочем. Набрал нужный телефонный номер - и примерно через час вызволенный советской разведкой (и сам того не подозревавший!) из снежного плена Николай Николаевич Озеров уже находился в теплой динамовской компании. Мы организовали для него номер в "Сюрмели-отель" и устроили в честь знаменитого комментатора товарищеский ужин.

"ДЕЛО" БЛОХИНА

- Судя по всему, свою службу вы в целом несли исправно. И тем не менее одно "бегство" за рубеж, извините, проморгали. Олег Блохин - можно сказать, знамя нашего футбола, да еще майор внутренних войск, да еще член КПСС - в 1988 году уехал играть в Австрию! Невиданный прокол КГБ! Шучу, конечно.

- Как свидетель и даже в известной степени непосредственный участник тех давних событий, могу засвидетельствовать: самому Блохину было совсем не до шуток... Желание 35-летнего футболиста завершить игровую карьеру в скромном австрийском клубе встретило жесточайшее сопротивлении в спортивных, военных и партийных верхах. Для них это был вызов: советский майор, коммунист вознамерился открыто уехать за кордон. Неслыханная дерзость по тем временам! Огромные заслуги Блохина перед советским футболом этими людьми в расчет не принимались. Простые житейские доводы - человек может достойно продлить свое пребывание в игре, чтобы потом постепенно перейти на тренерскую стезю, - тоже. Это сейчас мы все гордимся играющим в Италии Андреем Шевченко, следим за каждым матчем с его участием, а первопроходцам вроде Блохина пришлось ой как несладко...

- Тем не менее он все же добился цели - уехал.

- Слава богу, уехал, но каких нервов и унижений все это стоило! Олег сам рассказывал, как был вынужден стоять в Москве перед каким-то многозвездным генералом, оравшим на лучшего футболиста Европы, словно на нашкодившего мальчишку. "Да ты у меня не в Австрию, а на Чукотку, к оленям, поедешь в футбол играть!" - и для наглядности генерал тыкал указкой в висевшую на стене огромную карту Советского Союза.

- Исполни он угрозу сейчас - глядишь, Блохин очутился бы в "Челси"... Опять шучу. Вы обмолвились, что были среди тех, кто помог великому футболисту осуществить задуманное...

- Олегу помогали многие знаменитые, уважаемые в стране люди. В силу своего высокого должностного положения они не всегда могли действовать открыто, однако их симпатии были на стороне Блохина. Капля, говорят, точит камень. Такой "каплей" я и ощутил себя во всей этой истории. Центральный совет "Динамо" в Москве тогда возглавлял Валерий Сысоев, генерал-майор КГБ. Ясно, что он был далеко не последним человеком, от которого зависел исход "дела Блохина". Но очевидно и другое: самую объективную и исчерпывающую информацию по этому вопросу Сысоев мог получить только от меня. Я же свою искреннюю расположенность к Блохину, свое желание ему помочь ни от кого не скрывал.

ДОЛГ И СОВЕСТЬ

- Между прочим, этим признанием вы невольно подталкиваете меня к вопросу, который, честно признаюсь, вертится на языке с самого начала нашего разговора. Назовем это вопросом долга и совести. Ну в самом деле: с одной стороны - искренние симпатии к людям, даже дружба с ними, а с другой - служебная необходимость добывать об этих же людях "объективную информацию", строго следовать должностным инструкциям...

- Понимаю. Вы правильно заметили: это вопрос долга и совести. В поисках ответа на него, наверное, всегда предпочтителен разумный компромисс. Что называется, золотая середина. Ведь даже отъявленному праведнику трудно сказать о себе: всю жизнь был рабом совести. Но о том, что я не был рабом должностной инструкции, сейчас говорю воистину с чистой совестью. Никому из динамовцев того поколения карьеру не испортил, наоборот, старался помочь, как в истории с Блохиным. Если нужно было, мог похлопотать перед Лобановским, которого сами ребята немного побаивались за строгий нрав, например, о квартире для семьи игрока. На какие-то бытовые "мелочи жизни" футболистов, выходившие за рамки инструкции, закрывал глаза. И при этом считал, что поступаю по совести. Жизнь сама по себе мудра, она все расставляет по своим местам. А непорядочному, бессовестному человеку, по-моему, и долга не хватит надолго.

- Со своими бывшими "поднадзорными" в последние годы связи поддерживали?

- По большому счету, нет. Каждый пошел своей дорогой. Правда, после увольнения из органов я еще год проработал в динамовском клубе. А дальше - только бизнес. Два года - в Австрии, так сказать, по "следам Блохина", потом - президентом "Интергаза". Не так давно возвращаюсь из командировки, у стойки в аэропорту Будапешта кто-то окликает. Поворачиваюсь: ба, да это же Василий (он же Ласло) Карлович Рац собственной персоной! В "мое" динамовское время - блестящий полузащитник, теперь - преуспевающий венгерский бизнесмен. Выдернул меня из очереди и провел через паспортный контроль - прямо как VIP-персону. Пустячок, а приятно.

"ЧеКа ВЕРНУЛАСЬ?!"

- Как вы восприняли предложение Олега Блохина вернуться в футбол и стать начальником сборной команды Украины?

- Как жест большого доверия, сохранившегося у него ко мне с тех времен. И как еще одно доказательство нашей верности друг другу. Говорил же недавно Блохин вам в интервью, что рядом с собой в сборной хочет видеть людей, готовых пойти за ним в огонь и в воду. Уверен, что в этом смысле он не ошибся ни в одном из приглашенных тренеров-ассистентов, ни в начальнике команды.

- Черкасов-чекист и Черкасов - начальник сборной, как сказал бы любой одессит, две большие разницы...

- Хотите спросить, чем могу быть полезен команде в новом качестве? Объясню. Рассчитывать на серьезную финансовую поддержку со стороны государства национальная сборная не может. Поэтому постараемся сами зарабатывать деньги. С моим десятилетним опытом в серьезном бизнесе, обретенными связями в деловых кругах, смею думать, это реально.

Кстати, насчет Черкасова-чекиста - совсем свежий "случай из практики". Вы, вероятно, помните, как Олег Лужный осенью объявил было, что прекращает выступления за сборную Украины. Однако на сбор перед матчем с командой Македонии в октябре все-таки прилетел. Увидел меня в Конча-Заспе - глаза из орбит чуть не вылезли: "Федорович, а вы что здесь делаете? Неужели ЧеКа вернулась?!" Я представился ему в новой ипостаси, однако по чекистской привычке сразу провел "профилактическую беседу": дескать, ты бы, Олег, не спешил с уходом, а по старой динамовской памяти помог Блохину - трудно ему придется на первых порах без таких надежных бойцов, как ты. Блохин, в тот же день, только чуть позже, беседовавший с Лужным, потом мне сказал: "Спасибо, Федорович. Ты мне здорово облегчил разговор с Олегом. Думаю, он еще послужит нашей команде".

- Напоследок, пожалуй, задам экс-майору КГБ хотя бы один сугубо футбольный вопрос: как вам отборочная группа ЧМ-2006, в которую попала сборная Украины?

- (Смеется.) Пусть экс-майор КГБ на эту тему лучше промолчит: не по чину ему отнимать хлеб у специалистов и прогнозистов. Хочется сказать о другом. В 1988 году, когда сборная СССР была, по сути, синонимом киевского "Динамо", мне посчастливилось пережить незабываемые минуты серебряного успеха наших футболистов на чемпионате Европы. Хотите - верьте, хотите - нет, но я тоже ощущал свою причастность к этому достижению. Теперь бы почувствовать что-то похожее на мировом уровне...

Юрий ЮРИС

Киев

Материалы других СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...