Газета
3 ноября 2001

3 ноября 2001 | Борьба - Греко-римская

ГРЕКО-РИМСКАЯ БОРЬБА

Марк ПОРТУГАЛ - "МИСТЕР ЛИССАБОН"

В мире греко-римской борьбы он один из наиболее авторитетных тренеров. Среди воспитанников Марка Португала десятки победителей первенства мира и Европы. Самые известные - олимпийские чемпионы Николай Балбошин и Михаил Мамиашвили.

ВКУС КОЛБАСЫ

- Марк Анатольевич, а правда, что у вас португальские корни?

- Говорят, мои предки жили в Португалии. Хотя отец из Белоруссии, позже переехал в Москву, где я и родился.

- Случалось из-за фамилии попадать в забавные истории?

- Бывало. Когда на зарубежных турнирах диктор называл фамилию португальского борца и страну, которую он представляет - Portugal, я сразу вскакивал, думая, что меня кто-то разыскивает. А как-то в Египте руководитель местной федерации и член бюро FILA запамятовал мою фамилию и, повстречав меня, закричал: "О, мистер Лиссабон!"

- Чем занимались ваши родители?

- Мама трудилась в аптеке, отец - в Госстатиздате. У него был порок сердца, поэтому, когда грянула война, на фронт его не взяли. Оставили работать на оборону Москвы. А мама заявила, что без него в эвакуацию не поедет. Так всю войну и провели дома.

- Войну хорошо помните?

- Конечно, хотя в июне 41-го мне не было и пяти лет. Жили мы в районе Маяковки, и я помню, как на крыше концертного зала Чайковского стояли зенитки. Когда начинались бомбежки, мы спускались в метро или подвал. Потом привыкли и в убежище уже не ходили. Человек ко всему привыкает... Как-то раз во время воздушной тревоги сквозь занавеску в нашем окне пробивался лучик света. Это заметил милицейский патруль, и нас оштрафовали. Пришлось отдать последние копейки. А когда пленных немцев гнали через Москву, мы залезали с пацанами на крышу и палили по ним из рогаток.

- Голодать приходилось?

- Однажды на рынке у мамы украли карточки - это была трагедия. Ничего, выкрутились как-то... Помню оладушки из картофельных очисток, которые жарили на касторовом масле - деликатес! А колбасу впервые попробовал только после войны.

ДО ПЕРВОЙ КРОВИ

- В те годы в стране царил футбольный бум. Что ж вас в борьбу-то потянуло?

- Да, футбол мы обожали. Мячей было не достать, но выход из положения нашли быстро. Бегали на стадион "Метрострой", где играли мастера. Только мяч улетит за пределы поля, кто-то из нас сразу его подхватывал и давал стрекача. Догнать обычно никого не удавалось... В футболе у меня неплохо получалось, и я отправился записываться в "Динамо". Но тренер даже не посмотрел, как играю, а сказал: "Видишь на двери меточку? Вот когда дорастешь до нее - тогда и приходи".

- Расстроились?

- Едва не расплакался. Вообще-то я очень хотел заниматься боксом. Но дорога туда была закрыта: играли как-то в хоккей железными клюшками, мне попали по носу и сломали перегородку. Чуть заденут - из носа сразу кровь идет. Спортшколы еще не успели открыться, вот и не знали, куда энергию девать. Дрались часто. Двор на двор - от маленьких шкетов до старшеклассников. Драки были до первой крови. Мне, естественно, норовили по носу двинуть, зато на "валячку" я легко со всеми разбирался. Поэтому, когда приятель позвал в борьбу, охотно согласился.

- Говорят, подавали большие надежды?

- Входил в юношескую сборную Союза, выигрывал чемпионат Москвы среди взрослых, но замучили травмы. А после смерти отца мы оказались в очень непростой ситуации. На моих плечах остались мама и бабушка. Честно говоря, было тяжелее, чем в войну. Зарабатывал я гроши. Жили впроголодь. Бабушка втихаря даже ходила побираться на рынок. И тут неожиданно мне предложили ставку тренера во Втором медицинском институте. Оклад небольшой, но семью прокормить можно. А в 22, когда получил диплом, назначили старшим тренером "Буревестника".

СЛУЧАЙ В АВТОБУСЕ

- Выходит, тренером стали благодаря стечению обстоятельств?

- Мне всегда нравилась эта профессия. Уверен, рано или поздно она все равно бы вошла в мою жизнь. Начинал с нуля. Стадион "Наука", где я вел занятия, находился на окраине Москвы. Тогда это была настоящая деревня - на каждом углу паслись коровы. Борцовские ковры в зал мы без машины на себе перетащили с товарищем из инфизкульта. Официально я считался тренером студентов. Однако понимал, что только из детей могут вырасти настоящие мастера, и набрал втихую несколько групп.

- Трудно было с ними сладить?

- Расскажу такой случай. Еду к себе на "Науку" в автобусе, вдруг вижу: один из моих учеников, Витек, шурует по карманам. Внезапно наши глаза встретились, он страшно перепугался и пулей выскочил на улицу. На тренировках долго не появлялся, затем все-таки пришел. Попросил прощения, сказал, что это было в последний раз. Потом в нашем зале на соревнованиях у одного из гостей украли дорогую зимнюю шапку. Я подозвал Витька: "Разберись. К вечеру шапка должна быть найдена!" И он действительно сумел ее откуда-то достать! Иногда я проводил эксперименты - специально оставлял в зале, где занималась почти сотня мальчишек, бумажник и уходил. Никогда у меня ничего не пропадало!

БАЛБОШИН

- У вас было много учеников. На Балбошина сразу обратили внимание?

- Первым у меня начал тренироваться его старший брат Владимир. Он и привел Николая. Был еще младший, Виктор - на мой взгляд, самый одаренный из них. К сожалению, он рано умер. Ехал в электричке с дачи, задремал. Видимо, хотели ограбить, ударили по голове, и образовалась гематома. Его так и не спасли... А Коля, откровенно говоря, сначала не впечатлял. Высокий, с плохой координацией. Не умел бросать через спину, потому что у него были длинные ноги. Зато поражал выносливостью и фантастическим трудолюбием.

- Балбошин победил на Играх-76 в Монреале, но многие считают, что золотых олимпийских медалей в его коллекции должно было быть больше.

- Да, ему не очень везло. В Москве на Олимпиаде-80 от Балбошина ждали исключительно золота. Голову даю на отсечение, не было тогда в полутяжелом весе борца сильнее него! Но в первой же схватке на ровном месте порвал ахилл. Топнул ногой по ковру - и сухожилие словно бритвой разрезало. Врачи, которые делали операцию, были в шоке. А чуть раньше на чемпионате мира в Минске у Коли оторвались мышцы от тазобедренного сустава. Тоже жуткая травма! У него за карьеру их набралось немало. Думаю, оттого, что дважды переболел желтухой. Балбошину вполне по силам было победить и на Играх-84, но вместо Лос-Анджелеса спортсмены соцстран довольствовались турниром "Дружба"...

- А почему он ушел от вас в "Динамо" к Анатолию Парфенову?

- Пришла пора служить в армии. С тем же успехом он мог очутиться и в ЦСКА. Парфенову я передал Балбошина уже в ранге чемпиона мира. У него в стойке было два коронных броска, которые я ему поставил. Они давно были всем прекрасно известны, но найти противоядие соперники не могли. И до сих пор эти приемы никто не повторил! Я просил Колю: "Научи молодых". Увы... Знаете, к слову, чем отличается обычный тренер от того, кто сам стал олимпийским чемпионом?

- Чем же?

- У них совершенно разная психология. Тренеры, не достигшие больших успехов на помосте, весь свой неизрасходованный потенциал вкладывают в учеников. А олимпийские чемпионы привыкли работать только на себя, на собственный результат. И из них классные специалисты получаются редко. Не задумываются они над тем, как научить. Просто говорят: "Делай, как я!" Но нельзя повторить ни Балбошина, ни Хисамутдинова, ни Резанцева, ни Мамиашвили...

ТИГР

- Михаил Мамиашвили, кстати, тоже называет вас одним из своих учителей.

- Ученики - понятие растяжимое. Балбошин, скажем, попал ко мне в "Буревестник" ребенком. А вот в сборной Москвы, где я работаю главным тренером уже почти четверть века, через меня прошло много борцов-перворазрядников и даже мастеров спорта, которых я доводил до побед на чемпионатах мира. Среди них и Мамиашвили. Он не обладал выдающимися физическими данными или техникой. Зато какой характер! Для него не существовало мест, кроме первого. На ковре это был неуловимый тигр, готовый разорвать любого противника.

- Когда незадолго до сеульской Олимпиады Мамиашвили получил тяжелейшую травму колена, вы верили, что он успеет восстановиться к Играм?

- Надеялся. Ведь он работал на износ. Нога была закована в гипс, но Миша каждый день приезжал на тренировки из больницы. Лазил по канату, поднимал гири. И в итоге поехал в Сеул и завоевал золотую медаль. Если Мамиашвили ставит перед собой какую-то цель, ради нее способен горы свернуть. А еще невероятно добр. Часто помогает ветеранам. Мне, например, пять лет назад вместе с другими борцами собрал деньги на операцию в Израиле.

- А что стряслось?

- У меня дико болела нога - травматический артроз. Хромал, пачками глотал лекарства, но "под нож" ложиться побаивался. Наши врачи говорили, что минимум полгода в больнице придется провести. Однако постепенно ситуация стала ухудшаться, и Мамиашвили не выдержал: "Ты нам нужен живой!" - и направил меня в израильскую клинику. Оттуда, пусть и на костылях, я выписался уже через десять дней после операции. Когда вскоре заявился к знакомым докторам и начал танцевать у них в кабинете - у всех отвисли челюсти.

ЧЕМПИОН ИЗ КОНЦЛАГЕРЯ

- Мамиашвили вспоминал, что из родного Конотопа в Москву приехал очень худым. Вероятно, он один из немногих борцов, кто не имел особых проблем с лишним весом?

- Да нет, пока не перешел в более тяжелую категорию, как и все, накануне соревнований постоянно гонял вес. Для борцов это привычное дело. И самое ненавистное. Все мысли только об одном - утолить жажду. Тебе снятся фонтаны, водопады, журчащие ручьи из минералки и лимонада. Был знаменитый борец, который, парясь в бане, по совету массажиста опустил голову в таз с холодной водой. И... выпил ее до дна. Он просто уже не мог остановиться. С тех пор его так и прозвали - Тазик... Другой мой ученик сгонял вес и пару дней жил у меня дома. Так я с него и ночью глаз не спускал. Встает тихонько с постели, а я спрашиваю: "Ты куда?" - "В туалет". Ладно, иду за ним. Потом на кухне к крану сунется, а я: "Куда?!" - "Да руки помыть". Так и караулил.

- В нашей сборной по борьбе во все времена была бешеная конкуренция. Почти в каждой категории находилось несколько равных по классу и таланту борцов. Но путевка на чемпионат мира или Олимпийские игры одна. Как выбрать лучшего?

- Порой все зависит от того, чей тренер стоит у руля сборной. Анатолий Колесов, к примеру, здорово помог попасть в 72-м на Олимпиаду Рустему Казакову, а Геннадий Сапунов в 76-м - Виталию Константинову. Оба борца победили на Играх. Но если бы не их пробивные наставники, допускаю, что олимпийское золото могло бы достаться тем, кто остался за бортом команды.

- А у кого из борцов была самая оригинальная техника броска?

- У Якова Пункина. Уникальный борец! Воевал, попал в плен, три года провел в концлагере, сумел сбежать. Трудно поверить, но уже в 44-м он выиграл чемпионат Союза, а в 52-м - Олимпиаду в Хельсинки! После контузии у Пункина был нервный тик: слегка подергивались плечо и часть лица. Сопернику и казалось, что бросок будет влево, а Яков внезапно разворачивал его вправо. Непроизвольными, ложными движениями он ставил в тупик абсолютно всех. Добиться этого путем тренировок, конечно, невозможно.

КАК ДЕЛАТЬ ЧЕМПИОНОВ

- Что вам не нравится в современной греко-римской борьбе?

- Выхолощенность приемов. У борцов их теперь раз-два и обчелся, а раньше почти у каждого были свои фирменные броски. Потому и борьба была интересней и зрелищней. Сейчас тренеры делают упор на физическую подготовку. О технике же думают в последнюю очередь. Вот борцы и напоминают все больше матрешек - разница в массе да объеме. Главное, беда с тренерскими кадрами. А ведь именно этим мы всегда славились. Старики уходят, молодых - калачом не заманишь. Зарплата-то мизерная. Государство должно наконец-то понять: надо готовить здоровое поколение. А сделать это могут только учителя, врачи и мы, тренеры.

Помнится, в начале 70-х в Москву приехала американская журналистка Мэрион Мортон. Она писала книгу "Как делают чемпионов" и побывала в лучших детских спортивных клубах страны. Заглянула и к нам на "Науку". Подолгу сидела в зале, наблюдала за тренировочным процессом, общалась с ребятами. Ее книга имела в Америке оглушительный успех. После этого там поняли, что одними частными школами ничего не добиться, и государство бросило громадные средства на подготовку подрастающего поколения. Они знают, как поднять спорт и делать чемпионов. А мы разрушили эту систему, за что теперь и расплачиваемся.

МЕЧТА

- А мечта у вас есть, Марк Анатольевич?

- Да - открыть в Москве музей греко-римской борьбы. И первый шаг к его созданию уже сделан. В Олимпийской деревне художник Виталий Белоглазов, бывший борец, по просьбе президента столичной федерации греко-римской борьбы Виктора Мамиашвили расписал спортзал. На фресках изображены все чемпионы мира и Олимпийских игр, которые боролись за Союз и за Россию. Только на сбор материалов у него ушло около года. Фотографии некоторых чемпионов не мог отыскать даже в Олимпийском комитете! Люди уходят из жизни, и нередко их награды, медали, архивы исчезают бесследно. Обидно. Многие великие борцы прошлого сегодня забыты. Неправильно это, несправедливо. Своей историей надо дорожить.

Александр КРУЖКОВ

Материалы других СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...