Газета
7 июня 2000

7 июня 2000 | Футбол

Сергей БЕРЕЗИН

В ДЕТСТВЕ БОЛЕЛ ЗА "СПАРТАК", А УМИРАТЬ ПРИШЛОСЬ ЗА ЦСКА

13 лет назад форвард и капитан ЦСКА Сергей Березин в матче чемпионата страны получил тяжелейшую травму головы. Жизнь и Смерть долго боролись за него. Березину удалось не только выжить, но и остаться в футболе.

"Свет... Я вижу свет. Странно, что я так давно его не видел. Сколько? Не помню.

Свет льется через большое окно. Очень похоже на больничное. Он довольно резкий, этот свет. Отражается от каких-то капельниц, большой лампы над головой и белых простыней с армейским штампом в углу.

Видимо, я лежу. Не знаю, почему мне так кажется... Надо подумать, но что-то мешает. Какая-то боль, резкая, острая. Она пришла до того, как я увидел свет. Где-то внизу, в ноге. Нет, в пальце, в большом пальце ноги. То появляется, то исчезает. Вот опять. Черт возьми, как больно!.. Повернуть голову не получится (надо потом подумать почему), но глаза скосить можно.

Какие-то люди в халатах, возможно врачи, стоят у меня в ногах и колют палец здоровенной иглой. Озверели они, что ли? Перестаньте, мать вашу... А-а-а-а...

Прекратили. Смотрят на меня, улыбаются. Говорят что-то. Мне плевать, что именно, потому что, едва они перестали меня мучить, захотелось спать. И стал мешать этот свет. Он не дает мне вспомнить, почему я, двадцатисемилетний футболист ЦСКА Сергей Березин, оказался... Где я оказался?... Халаты... болит палец... лампа... окно... потом... потом..."

* * *

"Мне было очень плохо тогда. Все плыло и перед глазами, и в голове. Поначалу я не чувствовал тела, мышц, не мог встать с кровати. Даже ощущения свои не в силах был собрать воедино. Здоровый человек не сможет понять это состояние, влезть в ту, гнившую и одновременно сохнувшую на мне, шкуру.

Сейчас передо мной сидит журналист и спрашивает, когда это случилось. И ждет - вдруг запнусь хоть на секунду, не сразу вспомню. 14 марта 1987 года. Никакой заминки быть не может. Эта дата все равно что анкетная. Родился, женился, появилась на свет дочка - до того как... Все остальное - после. В моей жизни - две половинки. И тур тогда был второй. Чемпионат СССР. Футбольный манеж "Олимпийского". ЦСКА "Жальгирис".

Я боролся за верховой мяч с кем-то из литовцев - Сукристовым или Мажейкисом. На их половине поля, в штрафной. Выпрыгнули вместе и опускаться начали вместе. Нет, не опускаться - валиться. Литовец, чтобы не потерять равновесие, оперся об меня рукой - туловище пошло вниз, ноги вверх. Если бы в "Олимпийском" под синтетикой была 10-сантиметровая резиновая подушка, как у нас в ЦСКА, - может, ничего и не было бы. А так - удар о прикрытый зеленым паласом бетон. В этом месте как раз застывшая спайка была, шов. Это потом комиссия установила.

Не помню, кто именно мне об этом рассказал. Родители или кто-то из ребят... И как я отреагировал на этот рассказ - тоже не могу сказать. Скорее всего никак. Ни ужаса, ни удивления я тогда, по-моему, не испытал - не до того было. Даже если бы литовцы пришли в больницу, не знаю, как себя повел бы. Впрочем, они не пришли".

* * *

Евгений ВЕЩЕВ, в 1987 году - врач футбольной команды ЦСКА, сейчас - начальник медицинской службы ЦСКА:

- Когда Сергей упал, я сразу подбежал к нему и увидел, что он задыхается - запал язык. Легкие лишились воздуха - наступала асфиксия. Пришлось доставать язык пальцем. Березин начал дышать, и мы на "скорой" увезли его в военный госпиталь имени Бурденко.

Оперировал Березина ныне покойный Борис Цехановский, главный нейрохирург Вооруженных Сил. Трепанация черепа продолжалась несколько часов. В теменной части головы был вырублен кусок кости, и через это отверстие хирурги удалили огромный кровяной сгусток. Естественно, пришлось жертвовать и какой-то частью мозгового вещества, но, к счастью для Сергея, гематома не задела ни одну из важных для организма зон. Никто не знал, выживет он или нет, однако хирурги сделали все возможное.

Потом кость была вживлена на место. Это не самый худший вариант - иногда отверстие в черепе закрывают титановой пластиной.

Олег БЕЛАКОВСКИЙ,в 1987 году - начальник медицинской службы ЦСКА, заслуженный врач России:

- Возможно, Березин потерял сознание еще в воздухе, когда столкнулся головой с защитником "Жальгириса". Потому и упал так неудачно. За то, что остался в живых, благодарить он должен прежде всего случай и Юрия Морозова, тогдашнего тренера ЦСКА (сейчас он возглавляет "Зенит". - Е.Д.). Морозов подвел крепкий организм Березина к началу сезона в великолепном функциональном состоянии. Случись подобное в конце чемпионата или на фоне весеннего авитаминоза - Сергей не выжил бы.

* * *

"Тот день был самым обычным. Никакого предчувствия, тревоги - знаете, как иногда бывает. Хотелось получше сыграть, забить. Сил было - через край. Я ведь в 86-м, когда играли в первой лиге, стал лучшим бомбардиром ЦСКА - 19 мячей вколотил. Капитанскую повязку надел, едва пришел в команду. Не снимал больше года. Когда с поля меня уносили - кому-то из ребят досталась.

А начинал играть в Благовещенске, за местный "Амур". До этого жил с родителями в городе с не очень сибирским названием Свободный. Стратегические ракетчики знают это место - сейчас там космический полигон. В секции футбольной не занимался, гонял мяч во дворе. Выл такой турнир детский, популярный - "Кожаный мяч". Неплохо в нем выступил, признали лучшим форвардом Сибири и Дальнего Востока. Потому, наверное, и позвали в Благовещенск. А в 78-м Бесков на меня вышел - в "Спартак" пригласил. Играл постоянно, но - в дубле, правым защитником. Молодой был - хотелось забивать. Не выдержал испытания Тарасовкой, назад в "Амур" сбежал. В ЦСКА попал только через семь лет, из Хабаровска, где срочную в местном СКА служил.

Странно все это. В детстве отчаянно болел за "Спартак", а когда выпал шанс - не использовал. К ЦСКА же - не знаю почему - относился негативно. Но связал с этой командой всю жизнь. Даже умирать за нее пришлось".

* * *

Евгений ВЕЩЕВ:

- Морозов требовал от нас перед каждой игрой проводить обследование игроков и докладывать ему результаты. Этими данными он руководствовался при определении состава на матч. В число обязательных процедур входило взвешивание. Перед матчем с "Жальгирисом" Березин весил 75 с половиной кило. Он провел в реанимации 47 дней. Когда выходил оттуда, в нем было 67 кило. Весил бы и меньше, но некуда было: кости и внутренние органы не худеют.

Олег БЕЛАКОВСКИЙ:

- Сергей не приходил в сознание больше трех недель - если совсем точно, то 22 дня. Сказать, что его организм был ослаблен, - значит, не сказать ничего. И без того тощий, Березин стал напоминать обтянутый кожей скелет. Гной начал скапливаться в одном из легких - плеврит. На теле появились пролежни, лишенные нагрузки мышцы разлагались. Кроме травматологов им занимался начальник отделения гнойной хирургии госпиталя Виталий Французов.

Только спустя месяц после его пребывания в больнице мы вздохнули с облегчением: стало ясно, что Сергей будет жить. Дальше предстоял не менее трудный этап. Борьба за то, чтобы сохранить родителям сына, жене - мужа, дочке - отца. Стране - гражданина, а не просто биологическую особь.

Сам Березин хотел еще и играть в футбол.

* * *

"Я понимал, что попал в серьезную переделку, но завязывать с футболом не собирался. В тот момент оценка собственных возможностей у меня была явно завышена. На подвиги толкала мышечная память: верилось, что скоро стану прежним - быстрым, сильным. Хотя самих мышц, по большому счету, почти не осталось.

Я был самостоятельным и непослушным больным. Врачи не разрешали мне ничего - даже ходить. Но я держался за стенку и делал несколько шагов - сначала в день, потом в час. Ближе к лету решил, что пора бегать. "Парень, пока забудь об этом", - сказали мне. "Тогда буду отжиматься от пола". - После такого заявления врачи сделали мне самый настоящий втык.

И все же мысль о возвращении меня не покидала. Выдержал массу проверок, ходил по воображаемой линии, стоял в позе Ромберга (глаза закрыты, руки и пальцы широко расставлены, главная задача - не упасть). С каждым днем самочувствие улучшалось, потихоньку начал тренироваться, вернулся в команду. Даже на предсезонные сборы съездил. Хэппи-энда не получилось - вмешалась Система. В те времена не было возможности подписать бумагу, взяв всю ответственность за проблемы со здоровьем на себя. Через несколько лет так поступил играющий без одной почки Минько. После всех медицинских консилиумов решение принималось на самом генеральском верху: "Отказать!" Своей смертью я мог бросить тень на весь армейский спорт".

* * *

Олег БЕЛАКОВСКИЙ:

- Система здесь ни при чем. Пока Березин балансировал на грани жизни и смерти, мы поддерживали в нем уверенность, что он сумеет вернуться. Эффект плацебо. Дух подчиняет себе материю, сознание вылечивает организм лучше всяких лекарств. Сергей видел перед собой цель. Отнять ее у едва живого человека было бы преступлением.

Евгений ВЕЩЕВ:

- Стать прежним Березиным он не смог бы. Сергей сейчас находится в прекрасной для сорокалетнего мужчины форме, тренирует своих пацанов, играет за ветеранов. Физкультура, бег, нагрузки - пожалуйста. Но большой спорт требует от человека совсем другого. У него была "коронка" - игра головой. "Штромбергер простреливает, а ты, Березин, несешься что есть мочи на ближнюю штангу, отталкиваешься, летишь "на бреющем" и башкой вколачиваешь мяч в ворота, понял?" - учил Морозов. После травмы такие трюки стали Сергею противопоказаны. Для миллиардов нейронов его мозга разрыв даже микроскопического кровяного сосуда может иметь необратимые последствия.

Мы объясняли это десятки раз - ему, его родителям, жене, начальству. Своим возвращением он достал всех, носился с этой идеей как одержимый. Не вышло - и не могло выйти. Сравнение с Минько здесь неуместно: почки и голова по своей значимости все же органы разные. Но Березин - мужик сильный. Когда понял, что на карьере игрока надо ставить крест, не раскис, не сломался.

* * *

"В 91-м я закончил тренерский факультет питерского Института физкультуры. Работаю вторым тренером армейского дубля. Имею двадцать лет выслуги в Вооруженных Силах - пенсию, какую-никакую, уже заработал. Вот-вот подполковника должны присвоить. Дочке 13 лет - школьница. Жена преподает английский. Одно время был в дубле главным, потом убрали - начальству виднее. Не скажу, что нашел свою нишу в жизни, - мне еще рано ставить крест на тренерской карьере. Но с ЦСКА связан крепко - словно породнился с этой командой.

Не случись того нелепого падения, жизнь могла бы сложиться по-другому, стать... более интересной, что ли. Но тут как в физике: круговерть событий придает человеку либо центробежное, либо центростремительное ускорение. К центру меня точно не прибило, скорее отшвырнуло на приличное расстояние. И все же проклинать судьбу не хочу. Потому что знаю о судьбе генерала Романова, который получил в Чечне очень похожую травму и которого лечили по испробованной на мне методике. Инвалидная коляска и неподвижность - я был на волосок от всего этого".

Олег БЕЛАКОВСКИЙ:

- Тренер Морозов - человек с очень непростым характером. Общаться с ним порой, извините за сравнение, все равно что с тигром в клетке целоваться. Но в той ситуации он сделал для Березина все возможное и невозможное. Когда никто не знал, выживет Сергей или нет, Морозов через министра обороны добился, чтобы семье Березина выделили квартиру в Строгино. Он был готов отменить выездные матчи ЦСКА, пока капитан команды стоял на краю гибели. Как только стало ясно, что Сергей будет жить, Морозов убедил армейское руководство оставить младшего лейтенанта Березина в Вооруженных Силах, хотя с такими травмами люди автоматически подлежат увольнению в запас.

Евгений ВЕЩЕВ:

- Когда ЦСКА возглавлял Барановский, грянуло очередное сокращение штатов. Березин был назначен командиром гаубичного взвода куда-то под Смоленск. Нам с Белаковским пришлось затратить уйму времени и нервов, чтобы убедить начальство отыскать для Березина должность в Москве.

Без ложной скромности скажу - мы следим за судьбой своего бывшего пациента и по мере возможности стараемся помогать ему. Человек, едва не отдавший за ЦСКА самое дорогое, что у него есть, - жизнь, имеет право на ответную благодарность со стороны руководства армейского спорта.

Кстати, одно из качеств, которые отличают Березина-тренера, - забота о здоровье своих подопечных. Редко доводилось встречать в тренерской среде такое внимание к мелочам, которые могут обернуться травмой или принести вред игроку. Начитанный, образованный Березин, опираясь на свой опыт, понимает: любой пустяк перестает быть таковым, когда человек оказывается на рубеже между жизнью и смертью.

* * *

От автора. С Березиным я познакомился в марте этого года, во время командировки в Сочи. Вечерами промокший курорт выглядел на редкость неприветливо - темень, за окном плюс пять, шум дождя и прибоя. Как убить время двум здоровым мужикам, которых занесло в продуваемую всеми ветрами "Жемчужину", - пить, спать, смотреть телевизор?

Мы двигали по столу мандарины. Вернее, двигал Березин, объясняя мне принципы командной игры в линию.

- Ты пойми, это ведь не просто - выстроились защитники в шеренгу, и все. Маневр каждого игрока подразумевает жесточайшую подстраховку. - Два мандарина в дальнем углу стола поменялись местами. - Не забывай, что и в середине поля тоже должна быть линеечка. - Четыре оранжевых цитруса послушно образовали прямую.

Иногда я клевал носом, но кое-что из теории все же уловил. А еще кое-чему поразился: человек, которого футбол едва не довел до гробовой доски, остался верен этой игре до конца, посвятив ей всю свою жизнь. Жизнь, которую он ценит, как, возможно, никто другой.

Евгений ДЗИЧКОВСКИЙ

Материалы других СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...