Газета
6 декабря 1997

6 декабря 1997 | Футбол - Олимп - ФНЛ

ФУТБОЛ

ЧЕМПИОНАТ РОССИИ. ПЕРВЫЙ ДИВИЗИОН

Михаил ДЖИШКАРИАНИ

МОЖЕТ, ПОЕХАТЬ К САРАТОВСКОЙ "БАБУШКЕ"?

Вылет из элитного дивизиона, как правило, сопряжен для неудачника с потерей ключевых игроков. Через распродажу лидеров проходили ставропольское "Динамо" и тольяттинская "Лада", камышинская "Энергия" и "Уралмаш" из Екатеринбурга. И "КАМАЗ" не стал исключением. Интерес к его лидерам проявляют многие команды. Форвард Михаил Джишкариани - один из тех, кто сезон-98 скорее всего начнет в новой команде. Его хотят видеть у себя, в частности, саратовский "Сокол-ПЖД" и "Черноморец" из Новороссийска.

-Тяжело было настраивать себя на матчи, когда участь "КАМАЗа" в чемпионате была уже предрешена?

- Мне - не очень. Я для себя установил планку в игре, ниже которой старался не опускаться. Жизнь этим сезоном не заканчивается. Думал о будущем и старался не уронить свое имя. Оно у меня есть. Репутация зарабатывается долго, а растерять ее можно быстро. Старался, чтобы этого не случилось.

-В середине чемпионата клуб выставил вас на продажу. А потом, через месяц, вернул обратно в команду. Это обстоятельство повлияло на ваше отношение к делу?

- Не особенно. Уже тогда у меня были конкретные варианты трудоустройства, но договориться не удалось. Я был связан контрактом с "КАМАЗом", который хотел получить за меня большие деньги. Охотников выложить такую сумму не нашлось, и я вернулся.

-А зачем вас выставляли на продажу, если вы нужны были "КАМАЗу"?

- Это была воспитательная мера. У меня возник конфликт с партнерами по команде. Дело дошло до серьезной стычки. Я тогда, наверное, погорячился, наговорил много обидных слов - сами знаете, как это бывает...

-Вы не совсем типичный грузинский форвард: ваши земляки обычно стремятся в первую очередь забить, а вы чаще передачи голевые раздаете.

- Просто я нападающий такого плана. Кто-то может действовать на острие, забивать, использовать любой шанс, как, к примеру, Терехин. А моя стихия - задергать защитников перемещениями, обводкой, спровоцировать их на фол. Заработать пенальти или отвлечь на себя двух защитников - это моя стихия. Поэтому и голов на моем счету порой меньше, чем голевых передач. Я по этому поводу не переживаю - каждый делает на поле то, что он лучше всего умеет.

-А то, что ваша карьера сложилась не совсем так, как, наверное, хотелось бы, - это тоже не вызывает разочарования? Вы ведь начали многообещающе - не каждый в 17 лет дебютирует в высшей лиге.

- Этот момент в своей биографии я вспоминаю с удовольствием: еще мальчишкой попал в основной состав тбилисского "Динамо". Чтобы вы поняли, что я чувствовал в момент, когда выходил на поле в футболке "Динамо" на игру с донецким "Шахтером", то назову только имена своих партнеров: Габелия в воротах, в защите Чедия, Сулаквелидзе, Цвейба, Кеташвили. Моим напарником в атаке был Гурули, а менял меня сам Рамаз Шенгелия. До сих пор не знаю, чем я понравился Герману Зонину, работавшему тогда в Тбилиси и поставившему меня в состав. Увы, удачным дебютом все и закончилось - сыграв еще пару игр, я получил травму, потом лечился, вышел на замену и снова отправился к врачам. Следующий год у меня практически полностью пропал. Затем грузинские команды вышли из чемпионата СССР. Я вернулся в родной город Сухуми, где понемногу восстановился. К сожалению, я попал в тбилисское "Динамо" в не самое удачное для команды время. За "Гурию" в чемпионате Союза тоже толком поиграть не успел. А самолюбие удовлетворил позже.

-Игрой в Лиге чемпионов за другое "Динамо" - киевское?

- И это тоже. Но сначала я попал в национальную сборную Грузии. Играл, правда, немного - все-таки на моей родине всегда было много талантливых нападающих. Сухумская "Цхуми" второе место заняла в сезоне-91/92, а я с 35 голами стал вторым бомбардиром чемпионата Грузии. Потом в Абхазии началась воина, и наша команда распалась. Я стал беженцем. Ребята тоже разъехались. Гогричиани, к примеру, отправился в Сочи, Чихрадзе - в Украину, Цаава - на Кипр.

-А куда уехали вы?

- В Германию, в клуб "Вормс" из одноименного городка под Франкфуртом. Это была оберлига. Дела у меня там пошли неплохо - даже приглашали в дортмундскую "Боруссию". Но ничего из этого не вышло - президенты клубов не сошлись в цене, и я остался в "Вормсе". Когда контракт истек, поступило приглашение от Михаила Фоменко, который знал меня еще по "Гурии". Он был главным тренером киевского "Динамо", и отказаться было невозможно. Но Фоменко вскоре после моего приезда в Киев сняли, а Йожеф Сабо иначе смотрел на футбол. Место в составе я потерял, успев, правда, дважды выйти на поле в Лиге чемпионов против парижского "ПСЖ". И когда Четверик пригласил меня в Челны, я сразу согласился: "КАМАЗ" тогда был отнюдь не аутсайдером, а играть всегда лучше, чем сидеть без особых перспектив на скамейке запасных, пусть и в именитом клубе.

-Теперь и эта страница вашей жизни перевернута.

- Да, мой контракт с "КАМАЗом" истек, и продлевать его я не намерен. Предложения у меня есть. С клубом определюсь в конце декабря. Хочется играть в высшей лиге или в команде, которая будет в первой лиге бороться за чемпионство.

-Таким клубом является саратовский "Сокол-ПЖД", который вроде бы интересуется вами. Насколько это соответствует истине?

- Контакты с представителями "Сокола" у меня были, не стану этого отрицать. А как получится, пока не ясно. Если я окажусь в Саратове, то это будет забавно: в моем российском паспорте, полученном в Челнах, написано, что я родился... в Саратове. Я всегда по этому поводу отшучиваюсь: "Там у меня живет бабушка". Может, и впрямь пора познакомиться с "бабушкой".

Андрей АНФИНОГЕНТОВ

Материалы других СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...