Газета Спорт-Экспресс № 92 (6743) от 30 апреля 2015 года, интернет-версия - Полоса 3, Материал 1

30 апреля 2015

30 апреля 2015 | Футбол

ФУТБОЛ

"БУДУ ЖИТЬ!"

Окончание. Начало - стр. 1

Поначалу Толстых вообще был нарочито спокоен, но с третьей-четвертой минуты его тело начала сотрясать неконтролируемая дрожь; президента как будто транслировали по слегка барахлящему телевизору. В определенный момент возникло ощущение, что это не Толстых трясется, а весь мир вокруг него, сам же Николай Саныч, наоборот, абсолютно недвижим, будто из камня высечен. Дрожь на время унялась, лишь когда он начал искать в папке листок и найти не сумел. Хотя дело было совсем не в листке - папки действуют на Толстых успокаивающе, как на Бердыева четки.

- Начнем с того, что я пока не ушел, - отметил отвергнутый исполкомом президент и переименовал "вотум недоверия" в "вопрос о досрочном прекращении полномочий".

Главной претензией к нему, сказал Толстых, стали финансовые проблемы, которые "создавались искусственно" и появились по двум причинам: старые долги (840 миллионов рублей) и контракт с итальянским тренером сборной.

Толстых честно пытался уйти от очередного столкновения лбами с Мутко, прячась за витиеватой формулировкой:

- Мое отношение к нему не изменилось, несмотря на то что изменилось его отношение ко мне.

Но когда заговорили про договор с Капелло, сдержаться не вышло.

- Виталия Леонтьевича спросите! Виталий Леонтьевич вам ответит! - закричал Николай Саныч. - Круг лиц, готовивших контракт, был определен тем, кто Капелло приглашал. Партнерами итальянской стороны были юристы Прокопец и Зайцев - обоих я исключал из юридического комитета РФС. Утром я увидел соглашение, а вечером узнал, кто над ним работал. Будь я в курсе раньше, никогда не подписал бы контракт!

В помещении застрекотал пулемет - сотни пальцев стремительно начали колотить по клавиатурам, заглушая Толстых. Стало нестерпимо жарко. Какой-то мальчик, стоя за спиной юриста РФС Рогачева, стянул с себя свитер и так сильно нервничал, что едва не сдернул еще и рубашку, оставшись голым по торс, потом ринулся к стулу и повернулся спиной к Толстых. Ситуация с Прокопцом и Зайцевым (оба - видные спортивные юристы, которые, к примеру, выиграли у РФС в CAS "дело "Ростова" и отсудили у "Локомотива" миллионы для Кучука) выглядела, однако, еще более неоднозначной, чем нежданная попытка стриптиза. Я решил уточнить:

- Понимаю, что находись господа Прокопец и Зайцев рядом с вами в момент подписания, вы бы его не подписывали. Но ведь даже в отсутствие зловещих Зайцева с Прокопцом вы читали контракт и своими глазами видели прописанные в нем условия. Зачем подписали?

- Я имел договоренности, что все условия будут выполнены, - аргументировал Толстых и совершенно все запутал. Получается, главное зло пресловутого контракта - не в кабальных для РФС формулировках, а в личностях людей, приложивших к нему руку, и будь на месте Прокопца с Зайцевым, допустим, некие лояльные Иванов и Петров, это бы все поменяло.

- Появись у вас возможность вернуть время обратно, отмотать его на два с половиной года назад, в 2012-й, вы бы приняли предложение министра Мутко пойти на выборы президента РФС? - спросил я.

- Да, я все равно пошел бы на выборы. Потому что понимал, какие силы идут к управлению футболом. Моей идеологии удалось победить, а иначе могла прийти иная идеология. Я не стал бы баллотироваться лишь в том случае, если бы появилась фигура, способная выиграть без предвыборной кампании у ставленника этих сил.

Чем дольше продолжалась пресс-конференция, тем четче в речи Толстых звучала обреченность:

- Может быть, на конференции меня и не услышат. Но те, кто меня поддерживал, по крайней мере поймут аргументы.

Дальше - пауза.

- А как проголосуют, вопрос другой. Вообще уже четыре президента РФС досрочно прекратили свои полномочия. Ну, то есть я четвертый, да, Денис Игоревич?

- Но нет же еще! Нет, не четвертый! - возразил юрист РФС Денис Рогачев.

- Еще нет, но рискую стать, - сказал Толстых и, глядя мне в глаза, засмеялся так, что мне стало немножко не по себе. - В футбол пришел в 10 лет и уже 24 года работаю на выборных должностях. У меня есть государственные награды. Я имею право на собственное решение - и на защиту своей репутации.

- Возможно ли, что вы сами подадите в отставку? - зачем-то переспросили у Николая Саныча, хотя он только что именно это, в общем, и произнес.

- Я же сказал, мне надо подумать, - ответил он.

Тогда я спросил у Толстых:

- Если конференция все-таки решит досрочно прекратить ваши полномочия, что вы будете делать?

Окажись на месте Толстых Анатолий Воробьев, он бы процитировал Достоевского, Шекспира или на худой конец Конфуция.

Но Толстых не Воробьев. И ответил он кратко:

- Буду жить. Жить - и любить футбол.

Дмитрий СИМОНОВ