19 ноября 2010

19 ноября 2010 | Футбол

ФУТБОЛ

РАЗГОВОР ПО ПЯТНИЦАМ

Андрей КОБЕЛЕВ: "БОЖОВИЧ НЕ ВИНОВАТ"

Окончание. Начало - стр. 1

- Тот же Кирьяков подметил еще один момент - за семь туров в "Динамо" сменилось четыре капитана. Наводило это Сергея на подозрительные мысли.

- Если сидишь на трибуне и желаешь увидеть в команде черную кошку - можно додуматься до чего угодно. У нас все было нормально. Капитаны менялись потому, что Хохлов, Колодин, Семшов не выходили на поле. И повязку надевал Габулов. Это говорит лишь о том, что в начале сезона искали оптимальный состав.

- Колодин, Хохлов, Семшов на лавке - это головная боль для тренера?

- Конечно. И для команды, и для тренера, и для них. Но с каждым разговаривал, все объяснял - не думаю, что кто-то держал камень за пазухой. Ребята вели себя достойно.

* * *

- Александр Тарханов вас через газеты попрекнул: напрасно стали использовать Комбаровых как защитников. Прока от этого не было.

- Тарханов никогда не работал с Комбаровыми. До конца не представляет их сильные качества. Хиддинк ставил Жиркова левым защитником, и все кричали: "Елки-палки, что это? Что он творит?!" Жирков на чемпионате Европы сыграл блестяще - и те же люди охали: "Вот это находка!" Не сравниваю себя с Хиддинком…

- А Жиркова - с Комбаровыми?

- Да. Я братьев знаю очень хорошо - они могут играть и в средней линии, и в обороне. Великолепные атакующие защитники. Сейчас в лучших клубах крайние защитники обязаны подключаться вперед. Когда у Комбаровых там есть свободная зона - польза от них огромная. Другое дело, что у братьев случались позиционные ошибки в обороне. Навыка не хватало.

- Габулов в запасе. Как думаете - надолго?

- Понятия не имею. Но я был удивлен. "Динамо" пропускало много, однако Габулов часто спасал. А Шунин сейчас стал гораздо увереннее, это чувствуется. Два года, что сидел под Габуловым, - отличная школа.

- Как-то Шунин с отцом ввязались в драку со спартаковскими фанатами. Вы отреагировали?

- Объяснил - футболист должен уметь пропускать мимо ушей многое. Ввязываться в драки не стоит. Антон и без меня все понял. Я ведь помню, как в 2006-м на базу "Динамо" после серии поражений приезжали агрессивно настроенные болельщики - мы вышли, спокойно с ними пообщались…

- Вам не страшно было выходить к этой толпе?

- Нет. Я знал, что до мордобоя не дойдет.

- Кокорина приглашает "Спартак". Стоит ему уходить?

- У "Динамо" есть тренер, которому и решать этот вопрос. Скажу за себя: будь я главным, никогда не продал бы ни Комбаровых, ни Кокорина.

- Даже если б Комбаровы требовали повышения зарплаты?

- Вообще-то зимой Комбаровы подписали контракт на три года. Не люблю слово "если бы", но если бы они что-то потребовали - я бы ответил: вот закончится контракт, и уходите. Но что было записано в их новом договоре, не знаю. Меня с некоторых пор не посвящали в такие тонкости.

- Как бороться со звездной болезнью у молодых?

- В наши времена говорили: чем раньше "звездную" поймаешь, тем раньше тебя от нее избавят. Хорошее средство - оставлять в запасе. Охлаждает. Хотя может и обидеться.

- Отдать парня в аренду в Нальчик или Махачкалу - где хочешь - не хочешь, а будешь жить на базе одним футболом?

- Это глупость.

- Вы полагаете?

- Если захочет развлечений, найдет их и в Махачкале. В аренде многие затухали насовсем - достаточно не вписаться в схему. Прежде ссылали в часть, и не думаю, что кому-то это помогло заиграть.

- Вас отправляли?

- Нет. Я в софринской части провел 17 дней. Обычная "учебка", в 6 утра подъем. Присягу принял.

- Унитазы чистили?

- Обошлось. Зато маршировал в кирзачах, учил военные песни. Новый год там встретил - и это самый памятный праздник в моей жизни. Лег в десять вечера, в полночь проснулся от горна. Включили свет. Увидел над головой сержанта, который протянул две конфетки и печенье: "С Новым годом, солдат!" - "Ура! Ура! Ура!" - прокричал я. И снова выключили свет. Спать.

- Вам не было интересно растормошить Булыкина?

- А чем же я занимался?!

- Пытались?

- И не я один, еще несколько тренеров. Вот сейчас у него в Голландии всплеск. Спросите у Булыкина - почему тогда не мог жить футболом?

- Когда поняли, что с ним работать не будете?

- Когда меня назначили главным. Ясно, что я или Вортманн для Булыкина авторитетами не были. Надеялся, хоть Юрий Палыч заставит его работать. И у Семина не вышло. Что уж мне пытаться?

- Сергею Овчинникову вы помогли завязать с футболом. Освободили его из "Динамо", когда до конца дозаявок оставалось всего ничего. Новую команду найти себе не смог.

- Да, так получилось. Наверное, и моя вина есть. Очень неприятная ситуация, решение принималось долго. В "Динамо" менялась власть - непонятно, кто владелец, кто - не владелец, команда вылетала… Никто не хотел, чтоб Овчинников завершал карьеру. И специально время не тянули. Стечение обстоятельств.

- Дик Адвокат сказал, что самый профессиональный футболист, с которым сталкивался за жизнь, - Тимощук. А кто для вас - самый-самый?

- Люк Уилкшир.

- Любопытный выбор.

- Он явился ко мне после двухдневного перелета из Австралии. Вижу - парень синий, не отошел от самолетов. Говорю: "Завтра отдыхаешь". Так он раза три ко мне подходил: "Тренер, я в порядке, готов играть". Это человек, который всегда тренируется в полную силу. Не смотрит ни на кого рядом. За все годы ни разу не опоздал. Вы представляете, какие у него перелеты? В каких группах играет сборная Австралии? Отношение к игре такое же - на любую позицию можно поставить, сказать: "Делай так и так". Люк будет выполнять.

- Дмитрий Иванов никак не мог взять в толк, почему вы настаиваете на покупке Уилкшира. Изучал записи его игр - и все равно не понял.

- Тогда мы вдвоем отправились смотреть на Уилкшира своими глазами. В Голландию.

- Там убедили?

- "Твенте" принимал "Арсенал". Отборочный матч Лиги чемпионов. Я сидел - и комментировал Дмитрию Александровичу действия Люка. Мы следили не за командой, а за Уилкширом персонально. Иванов согласился, что этот игрок нам подходит. Девяноста минут хватило, чтоб убедить.

- Кто Люка отыскал?

- Наша селекционная служба. Многие иностранцы, которые нынче блистают в премьер-лиге, были у нас на карандаше. Могли взять их гораздо дешевле, но не было возможности.

- Владислав Радимов назвал одну фамилию - Лазович. И добавил: "Только Кобелев его забраковал".

- Как раз про Лазовича ничего не слышал. Никто ко мне с этой фамилией не обращался, переговоров не вели. Кто-то Влада дезинформировал.

- За какую несостоявшуюся покупку особенно горько?

- Думбья. Тот играл в Швейцарии, и просили за него около трех миллионов евро. В наших списках был совсем юный Пасторе. Селекционер Александр Кузнецов ездил в Аргентину - фамилия Пасторе точно была в его блокноте. Но мы не могли рисковать. Нам требовались футболисты, которые сразу могли бы усилить команду. Это 2007 год. Пасторе стоил копейки.

- Самый обидный селекционный просчет?

- Агияр. Толковый футболист. Но как играл за "Брагу" в Лиге чемпионов и что показал в "Динамо" - небо и земля.

- Не сумел адаптироваться?

- Агияр приехал в Россию с девушкой, она через месяц не выдержала - укатила обратно. И все, парень закис. Просит об одном: "Отпустите!" Если в первую неделю мы нарадоваться на него не могли, то потом все хуже, хуже… В конце концов демонстративно стоял на тренировках. Ребята начали плохо к нему относиться. Я думал - все, потеряли три миллиона. Отдали Агияра в аренду "Браге", и он тут же преобразился. Играет, забивает. Вернули в Россию - история повторяется: "Не хочу здесь жить".

- Арсен Венгер перед подписанием контракта приглашает игрока к себе домой отобедать. Почему вы так не делаете?

- Да обед в доме Венгера ничего уже не решает! К тому моменту и Венгер, и селекционная служба "Арсенала" знают о человеке и его семье все. Мы взрослые люди, спектакли ни к чему. У нас тоже была такая традиция - каждого нового игрока я и Дмитрий Иванов вели в ресторан. Ужинали втроем.

- Ни разу ужин не отменил подписание контракта?

- Никто не напивался и не плясал на столе. Просто заранее нужно собрать как можно больше информации о семье игрока. Это важнейший момент. Мы так упустили Дерлея. Он был не прочь остаться в "Динамо" - а супруга сказала: "Нет, детям пора в школу". А уж Дерлей не пожелал оставаться в Москве один.

- Хохлов объявил, что заканчивает карьеру. Вовремя?

- Торопится. Я и Димке об этом сказал. Думал, что годик он еще поиграет. Даже в "Динамо" такой человек пригодился бы. Правильный парень, думающий.

- Что вы никогда не простите футболисту?

- Наплевательское отношение к работе. Если игрок не тренируется в полную силу.

- Расставались сразу?

- Нет.

- Иначе остались бы с одним Уилкширом?

- Доказано: когда человек не в полную силу тренируется, играть на сто процентов тоже не сможет. Это факт.

- Но есть же Бракамонте, которому дают передохнуть…

- Каждый по-разному воспринимает нагрузки. Но сегодня загнать футболиста невозможно. Это прежде было по три тренировки в день - к вечеру голова не соображала, а ноги отваливались. Теперь нагрузки дозируют, берут кровь, кардиограмму, проверяют пульс. Все под контролем!

- Многие игроки вам звонили после отставки?

- Звонили. Мне было приятно. В октябре на день рождения прямо на стадионе передали майку с автографами игроков. Я через Хохлова поблагодарил ребят.

* * *

- Василий Титов, вице-президент ВТБ, после вашей отставки сказал в интервью: "Динамо" нуждается в более энергичном тренере". Вам в глаза такого не говорилось?

- Нет. Интересно, что подразумевается под словом "энергичный"? Надо больше бегать по бровке, как некоторые тренеры? Или с самим Титовым чаще общаться? Вряд ли кто-то может упрекнуть меня в том, что мало работал. В Новогорск, к примеру, старался приезжать раньше всех, а уезжать - последним.

- Разве это обязательно?

- Конечно! Даже если тренировка вечером, на базу лучше прибыть с утра. Потому что там еще и дубль есть, и интернат. О них забывать нельзя.

- Вам встречались тренеры, которые появлялись за полчаса до тренировки и исчезали сразу после ее окончания?

- Вортманн. Но это исключение.

- Со стороны трудно понять, кто сейчас управляет клубом, потому что четкой руководящей вертикали в "Динамо" нет. Для тренера это проблема?

- Я не вникал, какую вертикаль выстраивали в "Динамо". Достаточно было того, что команда ни в чем не нуждалась. Другое дело, когда "Динамо" руководили Проничев и Степашин, многие вопросы действительно решались гораздо легче и быстрее. На мой взгляд, для клуба это была оптимальная структура. Ну а как сегодня обстоит дело там - не в курсе.

- По слухам, летом после неудачного матча на динамовскую базу пожаловал какой-то генерал, собрал игроков с тренерами - и устроил разнос в лучших советских традициях. Верите?

- Не верю. Что же это за генерал-то? Степашин или Проничев? Но ни Сергей Вадимович, ни Владимир Егорович разнос устроить не могли. Оба очень любят "Динамо" и никогда не позволяли себе кричать на игроков. Пока я был главным тренером, периодически они приезжали в команду. Но это были дружеские встречи. Никаких накачек или разборов полетов. Даже когда в жизни "Динамо" наступали тяжелые моменты.

- Когда вы почувствовали, что вам ищут преемника?

- Давно. Догадывался, откуда ветер дует. Кто ходил и капал в уши динамовскому руководству. Фамилию называть не хочу. При этом к Божовичу никаких претензий. Все разговоры о том, что он, мол, шел на "живое" место, - от лукавого. Божович же не виноват, что его пригласили. Да и не бывает такого - чтоб тренера сняли, и после этого ему начали искать замену. У клуба в такой ситуации всегда с кем-то уже есть договоренность. К этому надо спокойно относиться.

- Божович говорил, что его "Москва" играла в сексуальный футбол. Как вам в этом смысле нынешнее "Динамо"?

- Я не очень понимаю, что имел в виду Божович. Может, он как тот болгарин из "Анжи", который выругался матом в прямом эфире, хоть едва ли до конца понимает значение сказанного? Мне кажется, футбол сексуальным не бывает.

- Вообще-то в обиход это понятие ввел Руд Гуллит, охарактеризовав так однажды зрелищную игру сборной Португалии.

- Хм, раньше это по-другому называлось. Наверное, только жителю Голландии могло прийти в голову сравнить футбол с сексом. Сомнительное определение. Ведь есть много других хороших слов.

- Пока тренировали "Динамо", от каких предложений отказались?

- Прошлым летом приглашал один клуб. Жалею, что не согласился. В итоге подписал с "Динамо" новый контракт, - и это была ошибка.

- Побоялись срываться с насиженного места?

- Не в этом дело. Я чувствовал огромную поддержку Степашина с Проничевым. И не мог их подвести. Причем в том клубе готовы были подождать с назначением до конца чемпионата. В разгар сезона, да еще такого непростого для "Динамо", я бы точно никуда не ушел.

- Почему вы так и не отправились на стажировку, которую вам после отставки обещали в "Динамо"?

- О, интересная тема. Я сразу сказал: "С удовольствием поеду на стажировку в Европу. Но делать это следует во время предсезонной подготовки. Когда есть возможность увидеть тренировочный процесс".

- То есть в августе?

- Разумеется. Предупредил, что летом буду в Испании, откуда легко сорвусь в любую страну. На всякий случай мне и английскую визу поставили. Оставалось дождаться звонка.

- Его не последовало?

- Из "Динамо" позвонили в сентябре. Сообщили, что могу съездить в "Валенсию". Но к тому времени у нее уже шли игры два раза в неделю - в чемпионате и еврокубках. И что бы я увидел? Как футболисты восстанавливаются после матчей? Пришлось отказаться.

- Помните, как с группой тренеров ВШТ вы прилетели на стажировку к Моуринью в "Челси" - и тот откланялся через две минуты?

- Моуринью сослался на занятость и предложил все вопросы обсудить с его помощниками. Выглядело это странно. Приехали 30 человек, а их послали далеко и надолго. Такая стажировка, конечно, никому не нужна. Она имеет смысл, когда с тобой хотят общаться. Я вот летом был с женой в Петербурге и в компании общих друзей встретил Аршавина. Расспрашивал его, как в "Арсенале" устроен тренировочный процесс, какие упражнения дает Венгер. "Да ничего особенного, - пожал плечами Андрей. - Почти все как у нас". - "Почему же такая разница в результатах?" На что Аршавин с улыбкой ответил: "Футболисты другие…"

- Представим, что Моуринью захотел говорить с вами дольше. О чем бы вы его спросили?

- Все, что касается тактики, техники - это уже вторично. Потому что многое тут зависит от набора исполнителей. Самое важное - понять футбольную философию Моуринью. Не что он делает, а почему. Хотя сомневаюсь, что расскажет всю правду.

* * *

- Дмитрий Иванов отметил, что у вас два любимых слова: "нет" и "зачем". В самом деле?

- Не думаю, что близкие под этим подпишутся. Просто Дмитрий Александрович вспомнил, наверное, мои ответы на все свои задумки, - вот и сказал так. У него всегда море идей. Обычно я отвечал "нет", а потом мы уже начинали разговаривать. Могли и поспорить. Например, именно Иванов предложил к юбилею клуба выпустить ретро-календарь. Я долго пытался понять - нужен ли такой календарь, советовался с игроками. Или взять видеоклип, который снимал Федор Бондарчук. Отличная идея. Но ведь все это еще надо было вклинить в тренировочный процесс.

- Кстати, была в вашей жизни большая мука, чем эти съемки?

- Какая ж это мука? Наоборот, интересно открывать для себя что-то новое. Съемки быстро захватили всех.

- Вы - человек смущающийся, трудно вам было по заказу изображать ярость?

- Вот с этим и впрямь были проблемы. Поначалу меня разбирал смех. Особенно, когда помочь мне взялся сам Федор: "Давай, Андрей, смотри на меня с ненавистью! Ори на меня! Крикни, что Бондарчук - м…к!" Как тут не рассмеяться? Тогда Федор подошел и толкнул в плечо: "Разозлись!" А я еще сильнее начинаю хохотать. В общем, много дублей сделали, прежде чем я что-то прокричал так, как он хотел.

- Клип-то понравился?

- Очень. Позитивный. И снят здорово. Видно, что работал профессионал. Многое, правда, не вошло - длится клип всего минуту. Я до последнего не понимал, что же там получится.

- С Бондарчуком успели пообщаться?

- Да, время позволяло. Съемки растянулись с семи вечера до трех часов ночи.

- От футбола он, кажется, далек?

- Ну и что? Мы о футболе почти не говорили. Больше о кино и съемках. Федор рассказывал массу веселых историй.

- Вам нравятся фильмы Бондарчука?

- Да. Лишь его последнюю работу - "Обитаемый остров" не досмотрел до конца. Не мой формат.

- Все знают вас как тренера. А ведь был момент, когда чуть агентом не стали.

- Да, в 2002 году. Петр Макаренко позвал меня в футбольное агентство, в котором уже трудился Евгений Бушманов. Я в то время учился в ВШТ, работы не было. Решил попробовать. Но хватило меня на две недели. Чем больше вникал в суть агентской профессии, тем меньше хотелось этим заниматься. Все-таки здесь нужен определенный склад характера. И я ушел. А вскоре Петрашевский рекомендовал меня Заварзину, который предложил войти в тренерский штаб дубля "Динамо".

- Когда вы последний раз в футбол играли?

- Пару раз в неделю приезжаю в Одинцово - есть там футбольный клуб "Одолень". Собираются ребята, с которыми приятно и поиграть, и пообщаться. Хорошая мужская атмосфера. Забываешь обо всех неприятностях. Отдыхаешь душой.

- Бывшие футболисты есть?

- Хидиятуллин, Лосев, Колыванов, Шевцов. А в ветеранских матчах участвую редко. С моим коленом на искусственных полях разок побегаешь - сразу все опухает.

- Из вашего поколения в этом году ушли Попович, Тимошенко, Царев. Общались с ними в последние годы?

- С Генкой Поповичем после моего отъезда из Петербурга пересекались нечасто. Говорят, у него были проблемы с сердцем. Так же, как у Андрея Тимошенко. Он в Ростове жил. Виделись год назад, когда с "Динамо" на игру приезжали. Вот Слава Царев давно нигде не появлялся. Знаю, что он тяжело болел. Ужас, конечно. Все ребята моложе меня. Поповичу было 37, Тимошенко - 41, Цареву - 39. В последнее время вообще много ушло замечательных людей - Бесков, его жена Валерия Николаевна, Федотов, Голодец… С теплотой вспоминаю Адамаса Соломоновича, который взял меня с динамовским дублем на первый сбор в Гагру. В 14 лет! Учил там уму-разуму. У Голодца была папка с газетными вырезками, которые он мне каждый вечер зачитывал.

- Футбольные вырезки?

- Не только. Голодец собирал любую полезную информацию. Однажды достал интервью какого-то баскетбольного тренера: "Видишь, Андрей, даже в баскетболе, где нельзя касаться соперника, теперь играют один в один и прессингуют". Таким способом он и меня настраивал на прессинг.

- А вы хоть раз что-то вырезали из газет?

- Раньше - да. Сейчас этим занимается мама. Дома у нее солидный архив накопился.

- В Советском Союзе молодым футболистам могли скостить в паспорте год-другой. Мы читали, что это и вас коснулось. Расскажите, как вам подделывали паспорт?

- Да что вы! У меня "чистый" паспорт! Такие вещи были в моде на Кавказе и в Средней Азии. Обычно из этих республик игроки приезжали в юношеские сборные с повторным свидетельством о рождении. Вот это всегда подозрительно. А у меня нет никаких дубликатов. Я действительно родился 22 октября 1968 года.

- Вы упомянули, как в 98-м вас "ушли" из "Динамо". Тогда Толстых обвинил Ковтуна, Тяпушкина и вас в продаже матчей?

- Начнем с того, что нам год не платили деньги. А в конце сезона меня вызвал Толстых. Про сдачу игр не сказал ни слова. Мне, к примеру, заявил, что разлагаю коллектив, поэтому должен искать себе новую команду. Я перешел в "Зенит". И уже вдогонку понеслись обвинения, будто матчи сдавал. То же самое позже слышали Тяпушкин, Ковтун, Яхимович, Некрасов.

- Как сказал Ярцев, "атмосфера недоверия - динамовская черта".

- Динамовцы тоже разные бывают. Вот Толстых в любой ошибке футболиста мерещились заговоры. Но мы можем смело смотреть ему в глаза. Никто из нас игры не сдавал. Думаю, и сам Толстых с годами понял, что все это - чепуха.

- Почему же вас убрали?

- Чем-то я Толстых не устраивал. Допускаю, ему просто не хотелось выплачивать мне деньги за год контракта - вот и придумал самый легкий способ, как от игрока избавиться. Это сейчас все цивилизованно. А в те годы никаких КДК и Палат по разрешению споров не существовало. Футболисты были абсолютно бесправными. Если клуб отказывался платить, ничего нельзя было сделать.

- Значит, вас в "Динамо", грубо говоря, "кинули"?

- Получается, так. Да бог с ними, с деньгами. От перехода в "Зенит" я только выиграл. Благодарен Мутко, который был президентом клуба и позвал в Питер. Провел там три чудесных сезона, завоевал бронзовые медали и Кубок. Петербург стал для меня родным городом, там появилось много друзей.

* * *

- Хотя сперва отправились вовсе не в "Зенит", а в Китай.

- О, это было настоящее приключение! Как-то ко мне подошли два китайца - Си и Се. Представились работниками посольства. Оба сносно говорили по-русски. Сказали, что в Китае в моих услугах заинтересован один клуб. Условия неплохие, других вариантов не было - и я согласился. Все команды готовились к сезону на базе где-то на юге страны. Добрались туда к десяти вечера. Приезжаю - света в окнах нет, тихо, как на кладбище. "Перекусить бы", - говорю. - "Уже поздно, - отвечают. - Все кончилось. Завтра приходи". Се успокоил: "Не волнуйся, я что-нибудь придумаю". Вскоре возвращается - с двумя кусками хлеба и маслом: "Больше ничего достать не смог - все закрыто". Ладно, думаю, потерплю до утра. Поселили меня в комнатушке, где жили еще два югославских легионера. Они предупредили, что в 10 вечера там всюду гасят свет. "А что будет, если я торшер включу?" - спрашиваю. - "Попробуй".

- Включили?

- Да. Лежу, читаю. Через пару минут начинают колошматить в дверь. Открываю - стоят недовольные китайцы: "Никакого света! Запрещено!" Но как уснешь в 10 вечера?

- Что придумали?

- Закрылся в туалете - и дальше читаю. Но десяти минут не прошло, как снова прибегают: "Нельзя! Закончил свои дела, свет выключай - и в кровать". Оказывается, в туалете было специальное окошко с решеткой - и в коридоре видно, если у кого-то горит свет.

- Дурдом какой-то.

- Это еще что. В 6 утра подняли на зарядку. Потом завтрак. Мне протянули две алюминиевые миски и палочки. Вот, говорят, твоя посуда на время сбора. После еды - помоешь. Заходим с Се в столовую, посреди которой стоят котлы. Возле них толпятся игроки разных команд и накладывают в тарелки еду.

- Руками?

- К счастью, палочками. Но мне и этого хватило. Вручаю Се тарелки и говорю: "Я сегодня же улетаю в Москву". Тот засуетился, побежал куда-то выяснять. Вернулся и рассказал, что с другой стороны находится зал для иностранцев. Там все цивилизованно - европейская кухня, вилки, ножи. Се об этом просто не знал.

- Повезло вам с агентами.

- Да уж. Начал тренироваться. Спрашиваю, когда будем подписывать контракт? - "Когда тест Купера сдашь". А у меня с этим тестом сроду проблем не было - спасибо Адамасу Соломоновичу, который на сборах гонял нас будь здоров. И Купера я в любой момент готов был пробежать. О чем и заявил китайцам.

- А они?

- "Торопиться не надо, - отвечают. - Проверять тесты приезжает специальная комиссия. У каждой команды своя очередь. Наша - спустя четыре дня". Хорошо, тренируюсь дальше. И вдруг узнаю, что мои соседи-югославы уже заключили контракты. Правда, с оговоркой - вступают они в силу сразу после сдачи Купера. Я опять к Се: "Если эти подписали, чем я хуже?" Тот замялся: "Понимаешь, тренер - тоже из Югославии, ребят этих давно знает, а тебя хочет подольше проверить в деле". Но меня это не устраивало. Тренировались мы на каких-то огородах, не дай бог травму получишь - и привет. Ни денег, ни контракта. Да и казарменной дисциплиной был уже сыт по горло. Решил возвращаться домой.

- Курить вы в Китае бросили?

- Нет, уже в "Зените". Я с 16 лет курил. А в 30 почувствовал - это мешает играть. Перед отъездом на сбор жена купила мне карамельки "Никотинет". Целыми днями сосал эти конфеты, стараясь как можно реже заходить в номер.

- Почему?

- Чтоб не возникало соблазна закурить. Сигареты-то все равно захватил с собой. Вот так постепенно и бросил.

- Вы театр любите - давайте о нем поговорим. Когда в один месяц 87-го года умерли Папанов и Миронов, главный режиссер Театра Сатиры Валентин Плучек распорядился не прекращать гастроли. Вы его понимаете?

- Я не осуждаю. Наверняка это было не спонтанное решение, и с кем-то Плучек посоветовался. Понимаете, со стороны говорить легко. Но никто не знает, как сам поступишь в такой ситуации. Помните, когда разбился Караченцов, сколько было разговоров, надо ли вводить нового артиста на его роль в "Юноне и Авось". Захаров принял решение - хотя не все его тогда одобрили.

- Последний спектакль, на котором побывали?

- Ходил с женой и друзьями в "Ленком" на "Все включено". Мне нравится "Ленком". А благодаря Владимиру Владимировичу Кудряшову частенько и в Большой театр выбираюсь.

- Кто такой Кудряшов?

- Работал в рекламно-билетном отделе стадиона "Динамо". Когда-то он танцевал в Большом, член попечительского совета ветеранов этого театра. Спасибо Кудряшову - через него мы всегда доставали туда билеты. Помнится, лет десять назад смотрели в Большом с женой японский балет, который приехал на гастроли.

- Как вас занесло на японский балет?

- А что? Это интересно. Хотелось сравнить классический русский балет и японский.

- И как?

- В нашем балете отточены все линии, каждое движение. Никто не сделает лишних пол-оборота и уж тем более не упадет в прыжке. А японцы как повалились. То один рухнет, то другой поскользнется. Под конец в зале уже еле сдерживали смех.

- У вас есть приятели в актерском мире?

- Александр Лазарев-младший. У нас был общий друг - Сашка, через которого и познакомились. Год назад Сашка погиб в автокатастрофе. С тех пор и с Лазаревым стали видеться реже.

- А у вас аварии были?

- Серьезных, слава богу, нет. Была нелепая. В конце 80-х на шестой модели "Жигулей" заезжал на стадион "Динамо" за грузовиком, убиравшим снег. Он притормозил, я встал прямо за ним. Как вдруг он врубил заднюю скорость, подмял мой капот - и потащил. Я сигналю, ору, фарами мигаю - все бестолку. Потом сам заднюю включил, кое-как отъехал. "Чего творишь-то?" - спрашиваю. - "А я тебя не видел…"

- Машину за его счет восстанавливали?

- За свой, конечно. Что с простого работяги возьмешь? Страховок-то еще не было.

- Недавно Акинфеев поздравил по телефону с днем рождения Леонида Куравлева, одного из своих любимых актеров. Причем знаком с ним прежде не был. Вы бы смогли так же переступить через смущение?

- Раньше - точно нет. А сейчас спокойно бы позвонил. С годами вообще на многие вещи иначе смотрю. Понял - проще надо быть. И люди к тебе потянутся. Кстати, тоже поздравляю Куравлева. Мой любимый артист.

Юрий ГОЛЫШАК, Александр КРУЖКОВ

Прямой эфир
Прямой эфир