25 декабря 2002

25 декабря 2002 | Лыжные гонки

ГОРНЫЕ ЛЫЖИ

НАРКОТИК С 50-ЛЕТНЕЙ ИСТОРИЕЙ

Российские горнолыжники потирают руки в ожидании светлого будущего: при прежнем президенте оно наступило для тенниса, при нынешнем - их черед. Но у горных лыж в России есть и достойное прошлое. И люди, которые о них знают все.

Вначале 80-х один приятель решил узнать: что это такое горные лыжи? Поехал с компанией в Карпаты, сразу врезался в дерево, сломал ногу и лыжу, получил в ухо от хозяина лыжи и все десять дней пил горькую, бренчал на гитаре и волочился (в прямом смысле, предпочитая такое передвижение скачкам на одной ноге, к тому же нетрезвый) за студентками.

"Ну и как?" - спросил я его по возвращении. "Отлично!" Приятель стал настоящим горнолыжником: все отпуска проводил в горах, купил фишеровские лыжи и учебник Жубера...

"Я везучая, - пишет в "Лыжном спорте" девушка-инвалид (одна нога ампутирована выше колена) Татьяна Асаченко. - У меня есть гора и есть лыжи. Лыжи - как наркотик: хочется еще и еще". Татьяна уже 8 раз становилась чемпионкой России среди инвалидов.

250 KM В ЧАС

Горные лыжи - наркотик со сложной химической формулой: кроме адреналина в нем присутствуют природа, солнце, воздух и первосортный снег, которым вполне можно закусить глоток водки... На этот наркотик подсела половина австрийцев (более 3 миллионов), 8 миллионов японцев, столько же американцев. Но точной статистики нет и быть не может - столь велик и неподконтролен поток горнолыжников. Не счесть этого народа и у нас. Одно ясно, сказали мне в Российской горнолыжной федерации: катающихся стало во много крат больше, чем в советские времена. При том что число ДЮСШ и профессиональных спортсменов значительно уменьшилось.

Лучший комплимент виду спорта - то, что он уже для большинства и не спорт вовсе, а просто отдых. Однако поговорим о спорте.

Высунь голову, читатель, из автомобиля на скорости 150 км в час, представь, что вне машины и остальное тело. Впрочем, российские дороги - не для таких скоростей. А лыжники на специальных спусках разгоняются уже до 250 км в час! Ощущения при ветре 200 км в час описал мне неоднократный чемпион СССР Талий Монастырев: "Встал на лыжи в аэродинамической трубе, надел очки, принял стойку "яйца". И вот при 200 км в час очки начали сдвигаться, я почувствовал, как у меня глаз вытягивает. Так бы и вытек - хорошо, тренер заметил, остановил. Ведь и крикнуть невозможно - рот открыл, а звука нет..."

НОУ-ХАУ НАГОРНОГО

- Талий Геевич, в интервью о трамплине ваши "ботинки, прибитые к лыжам", меня просто потрясли. Сюрреализм!

- Лыжами заведовал в "Динамо" Эдгар Нагорный, отец знаменитого тренера Вольдемара Нагорного. Строгий был мужик. Чтобы после тренировки мальчишки домой лыжи не таскали, ботинки к ним прикручивал шурупами. Травмы бывали очень тяжелые. Но и профессиональные крепления были опасны: нога намертво пристегивалась к лыжине ремнем. При любом падении можно было сломать ногу - крутились вместе с лыжами, и, если лыжа зарывалась в снег, нога ломалась чуть выше лодыжки, где кончался край ботинка. Поэтому была такая рекомендация: если упал, сгруппируйся и лети комочком, боком... У нас считалось: если на чемпионате нет нескольких переломов - это не чемпионат! Только снимешь гипс - сразу на лыжи. Открытые переломы были редкостью. Но если случались - конец карьере. Тогда кости соединяли, забивая гвозди. Елизаров со своим аппаратом позже появился.

- И долго на таких креплениях ездили?

- В 56-м "Маркеры" появились, полуавтоматы. При падении носок освобождался, лыжа крутилась вокруг пятки. Травм стало меньше, но иногда крутящимися лыжами спортсмен кого-то калечил. Я в 60-м уже на "Маркерах" сломал ногу в Австрии, в Заальбахе, на скоростном спуске.

Но еще году в 52-м Нагорный придумал автоматические крепления. Пятка фиксировалась специальной защелкой. А к лыжине с боков были приделаны шурупами две металлические пластины. Они шли вдоль ботинка вверх и крепились к лодыжке - там специальный был ремень с войлоком, чтобы не терло. Пластины ходили вместе с ногой вперед-назад, но елозить вправо-влево ботинку не позволяли. При сильном ударе нога из крепления вылетала.

- Нагорный их запатентовал?

- Нет. Так они и остались для внутреннего пользования. За рубежом выступать на самопальных креплениях не разрешалось. А сейчас такой выбор! Переломов практически нет, зато гораздо чаще травмируются колени. Летят крестообразные связки, боковые...

"РОЯЛЬ" И "ДУБОВЫЕ"

- В 54-м к нам завезли первые пар 40 знаменитых лыж "Росиньоль" из гикко. Получил я пару, еду в метро - все смотрят, открыв рот. Это же не лыжи, а произведение искусства! Их сразу окрестили "роялем" - черные, лакированные. Найти, мукачевские, были из сосны, в лучшем случае с добавлением карельской березы. Но мы их называли "дубовыми". А потом так все стало быстро развиваться! Если разрезать современные лыжи, увидите и металл, и дерево, и смолы, и специальные клеи, и даже чистые полости.

Лыжи с дюралевыми кромками появились в 57-м. Но металл применялся и до войны: сначала железные накладки на шурупах в районе крепления. Были и у нас умельцы - прикручивали к лыжам железяки. Но эффекта это давало мало. Тогда катались по мягкому снегу, и острота кромки большой роли не играла. Это сейчас склоны практически ледяные.

- Почему?

- В наши дни соревнуются 70 - 80 человек. Если трасса будет мягкая, последним склон достанется совсем разбитый.

- Кромки затачивают, как лезвия коньков?

- Мы затачивали вручную, напильником. В 70-е в СССР продавались канторезы - три с половиной рубля стоили. Надо было выдержать угол в 90 градусов. Сейчас для жестких трасс надо затачивать под 86 - 87 градусов. Изменились и длина, и форма лыж. В слаломе повороты надо делать круче, чем раньше, на классических двухметровых уже не выйдет. Года три назад появились так называемые карвинговые лыжи - короткие, 168 - 177 см, с узкой (7 - 7,5 см) "талией" и широкими (до 12 см) носком и пяткой. Как вытянутая восьмерка. Казалось бы, в слаломе должны побеждать юркие, мелкие, но на этих "коротышках" такие атлеты катят - под 2 метра ростом и весом в 100 килограммов! Ведь надо иметь большую массу и очень сильные ноги, чтобы на повороте выдавить лыжи, сплющить "талию" - иначе за лед не зацепиться.

Зайдите в магазин - любые лыжи стоят. Но не уверен, что найдете спортивные - это штучный товар. Если фабрика делает 100 тысяч пар, то из них спортивных, дай Бог, сотня-другая. Их делают индивидуально.

- А под наших-то делали?

- Сборники катались в основном на "Кнайссл" и "Кестле". Присылали партию, выдавали нам эти лыжи, но все ждали выезда, чтобы за границей обменять их на спортивные. Внешне они были красивые, но жесткость... Приходили на фабрику, и так как Франц Кнайссл нас хорошо знал, нам шли навстречу - говорили: это лыжи из спортивной серии - выбирайте!

- А почему сразу спортивные нельзя было закупить?

- Закупали организации, которые в этом ничего не соображали.

ГИМН БОТИНКУ

Периодически земляне отсылают в космос посылки инопланетянам: глобус, пластинка битлов, соленый огурец, томик Толстого... Предлагаю в одну из бандеролей обязательно включить ботинок для горных лыж - как пример изощренности человеческой мысли. Разновидностей сотни. Читаю в рекламном каталоге: "С пеной медленной памяти в области щиколотки", "с кантингом" (то бишь регулировкой оси наклонения голенища вправо-влево: для колченогих - в одну сторону, "кавалеристов" - в другую), "с системой виброгашения AVS"... Женщины при приседании больше наклоняются вперед, чем мужчины, и это в женских моделях учтено.

- Ботинки должны быть как испанский сапог: никакого люфта стопы, каждая косточка притерта, - объясняет Монастырев. - Мы новые ботинки мочили в горячей воде и двое суток ходили в них, не снимая даже на ночь. Весной сезон заканчивается - ног не ощущаешь. Я иголку втыкал в стопу - не чувствовал! Нервные окончания атрофируются, и только недели через 2 - 3 возвращаются ощущения.

Современный сапожок по стопе формируется сам, надо только феном разогреть, надеть и походить полчасика. Есть модели, где внутренний ботинок "надувается" пеной, а застыв, как гипсом, схватывает ногу.

Пластмассовые ботинки появились в начале 60-х. А до этого катались в кожаных. Чтобы сделать их жестче, пропитывали парафином над огнем. Палки были бамбуковые, камышовые. В 55-м австрийцы начали делать стальные. Сейчас катаются с дюралевыми. В скоростном спуске и слаломе-гиганте палки изогнутые - ради аэродинамики.

Шлемы до 60-х на советских горнолыжниках были кожаные, типа велосипедных. На Олимпиаде-64 в Инсбруке передо мной у австрийского спортсмена шлем сорвало, ударился головой о пень - смерть. Вообще при такой скорости любой удар головой - на 100 процентов сотрясение мозга. В 67-м у меня лыжу оторвало - упал. Скорость была где-то под 120, это значит метров 20 летишь по воздуху, ударяешься, еще метров 10 летишь, потом еще 200 метров штакетника вдоль трассы снес. Нет, без шлема смертельно опасно...

Катались раньше в свитерах, шароварах, в коленках подвязывали их веревочками - чтобы не парусили. Трико первым надел Вячеслав Мыльников, конькобежное. Все его на смех подняли - тонконогий такой. А он взял и выиграл скоростной спуск на чемпионате СССР. Сейчас катят в комбинезонах из очень тонкого материала. Для лучшей обтекаемости спортсмены под него даже белье не надевают!

ДРОВОСЕКИ

- Проблем с летними трассами у горнолыжников в СССР не было?

- Никаких: на высокогорье снег лежит круглый год. Проблемы были с подъемниками. К Олимпийским играм 60-го готовились под Эльбрусом на высоте 4100. Хорошая была база, "Приют одиннадцати". Но хоть и питались здорово, все равно худели там килограммов на 5 - 6. В той же Австрии тоже тренируются на высокогорье. Но они потренировались - и вниз на подъемнике. А у нас пешком вверх-вниз не нашагаешься! Позже, когда сборная работала на Кавказе, ребята на руках затаскивали на гору бензиновые движки и сами подъемники оборудовали.

На одном летнем сборе летом в Бакуриани вся сборная пилила лес обыкновенными пилами - а там ели и чинары в полтора обхвата. Сделали просеку в 60 метров. В 62-м на ней Спартакиада народов СССР проходила.

"РЕБЯТА, ВЫ ЧОКНУТЫЕ!"

Слушая разговоры о трассах, дилетант не поймет ничего. На склонах, оказывается, пасутся "верблюды" с "ишаками", проложены "арыки" и "аллеи", имеются какие-то "шпильки", "мышеловки", "змейки", "качели" и "трещотки"...

- Восточная терминология пошла с трассы в Алма-Ате, - разъясняет Монастырев. - "Верблюд" - это два бугра. Кто владел опережающим прыжком, то есть подпрыгивал за 2 - 3 метра до первого горба, тот справлялся с "верблюдом" без проблем. А кто не умел - приземлялся на макушку второго горба, и его бросало метров на 50 - 70!

- На современных трассах такие "верблюды" есть?

- Нет. Сейчас трассы куда безопаснее, чем раньше. А на чемпионате 57-го года в Чимбулаке поломали ноги 13 человек! Машины туда не доходили - переломанных везли вниз на санях, лошадьми... Среди них оказался и Виктор Тальянов, 20-кратный чемпион СССР. В книге "Вниз к вершинам" он этот случай описал подробно: летел по трассе, словно песню пел, опережал всех на 6 секунд, у финиша при выходе на "арык" неправильно атаковал "верблюда", улетел со второго горба, упал - сломал ногу: гипс. Чуть было не завязал со спортом - нога неправильно срослась, пришлось ломать и сращивать заново.

Страшная трасса была и в Чегете. Легендарный Карл Шранц, когда этот склон увидел, сказал: "Ребята, вы чокнутые! Здесь проехать невозможно!" Александр Жиров, будущий победитель Стенмарка, признавался, что в первый раз, еще юниором, там часа три до низа полз. Но и за рубежом страшных трасс было немало. Склон Стратофана японец Игайа назвал "харакири с разбега". В австрийском Шладминге трассу в трех местах пересекает автомобильная дорога! Чтобы ее перепрыгнуть, сделаны трамплины. А в Венгене, в Швейцарии, лыжники перелетают через железную дорогу!

Александр МАТРОСОВ И ПИВО ДО УТРА

Пишу, а телевизор сообщает: под лавиной погибли два горнолыжника. На экране служащий трассы жалуется: спортсмены так затачивают канты, что те прорезают сетки безопасности. Голос за кадром вещает о смерти швейцарских лыжников: он упал на скорости 120 - перелом позвоночника, она врезалась в инструктора...

В 97-м Татьяна Лебедева въехала в тренера. Выжила. 30 октября прошлого года так погибла чемпионка мира в слаломе-гиганте француженка Режин Каванью. Тренер сборной Франции Жан-Филип Вюийе вспоминал: "Немецкий тренер должен был получить радиосигнал, что на трассе находится лыжница. Мы пытались махать ему..." В Шамони занесло на льду 30-летнего журналиста Ханса Саари - смерть. В 91-м в Венгене разбилась австрийка Гернот Райнштадлер. В 94-м в немецком Гармиш-Партенкирхене сломала шею австрийка Ульрике Майер...

Главное для горнолыжника - не мускулатура (это дело наживное), а смелость и крепость нервов. Побеждают те, кто рискует. В 60-е ученые обследовали горнолыжников сборной Франции и выяснили, что по психологической устойчивости те превосходят летчиков-испытателей. "Спуск - это атака лоб в лоб на скорость, - пишет Тальянов. - Или ты ее подчинишь себе, или она тебя сломает".

- Аутогенными тренировками не пользовались? - спрашиваю Монастырева.

- Пользовались. Соберут в комнате: "Закройте глаза, представьте..." Но я не видел таких людей, кто бы не боялся. Все боятся. Но перед стартом. А как только оттолкнулся - уже ничего не существует, кроме трассы... Страх - здоровое чувство, легкий мандраж перед стартом нужен. Из своей практики знаю: будешь спокоен, как танк, - никогда не победишь!

- Как ловить кураж?

- В советской сборной было так: завтра скоростной спуск, в 11 вечера - в койку! А иностранцы пляшут всю ночь, выпивают, с девушками гуляют. Выходят на старт - и... первые! Весь этот режим, оказывается, глупость! Чем сбить страх? Да вот хотя бы танцами и девушками... Чтобы не зацикливаться. Карл Шранц, помню, заболел на чемпионате мира. Один вид пролетает, второй... Остается скоростной спуск. У него температура - а он всю ночь сидит в баре и пиво пьет. А наутро - выигрывает! У нас же, бывало, на Олимпиадах комсомольские работники настраивали: рассказывали, как Матросов грудью амбразуру заслонил...

СТРАХ

- А бывало, что на старте конкуренты пытались выбить из колеи?

- Всякое случалось. Стоишь на старте - и гадость какую-нибудь слышишь: упадешь, мол... А на внутренних соревнованиях и похлеще бывало. Лыжи оставишь где-нибудь - могут украсть к чертовой матери!

- Вам страх ни разу старт не сорвал?

- В 64-м было такое. Окончил институт физкультуры, выиграл чемпионат страны, получил квартиру, обмыли это дело... За полтора месяца потерял форму, в весе прибавил. Потом - 10 дней форсированных тренировок. И в декабре в Кировске на старте мотор отказал - упал в обморок, очнулся в больнице. Лежу под капельницей, приходит друг с бутылкой: "Сейчас вылечим!" Граммов 20 принял - сознание потерял. И после этого целый год боялся стартовать. Ходил на равнинных лыжах, но часто терял сознание. И мой первый тренер повел меня к врачу. Тот меня усыпил, что уж там внушал - не знаю, но после 10 сеансов я начал потихоньку оживать. К августу вернул физическую форму. В декабре первые соревнования, а я на старт не могу встать. Страшно: за пульс схвачусь - колотит! Но как-то преодолел себя. Той же зимой выиграл Спартакиаду народов СССР.

ПЕРЕТРЕНИРОВАЛИСЬ

Без мощных мышц в нынешних горных лыжах не выиграть. Однако, как и в других видах, требующих тонкой координации движений, излишний атлетизм может и навредить. "Перегрузки лишают тонкости ощущений, без чего удачи не видать. Уж лучше недоработать накануне старта, чем загнать себя!" - пишет Тальянов и вспоминает, как провалилась сборная СССР на ЧМ-82 в Шладминге из-за чрезмерного рвения на тренировках. Главные конкуренты Стенмарк и братья Маре - летом к лыжам и не прикасались. Братья строили дом - прекрасная ОФП! Наши же катали по две тренировки в день. Зимой братья стали на Кубке мира один первым, другой третьим, между ними втиснулся Стенмарк, наша же надежда Жиров, который в предыдущем сезоне бил их всех, остался с носом.

Вспоминает Тальянов и то, как в сборной тягали каждый день по 7 тонн. Виктор поменял пиджак с 48-го на 50-й размер, все стали Шварценеггерами, но мышцы задеревенели, потеряли чувствительность, эластичность. Так и просится аналогия с футбольным ЦСКА при Тарасове - он так загонял "физикой" футболистов, что те во время матчей мяч толком остановить не могли - ноги были деревянными.

Было и еще одно объяснение "необъяснимых" провалов сборной: за рубежом дорывались до нормальных условий, до подъемников - и катались до изнеможения. Совершенствовали технику, но теряли свежесть. Так было и перед Олимпиадой в Кортина д'Ампеццо, когда вечером еле до кроватей добирались, а утром - снова на подъемники.

Специалисты разобрали до винтика технику спуска Карла Шранца. Оказалось, что его тело не было закрепощено в какой-то обтекаемой стойке, а, как умная подвеска современных автомобилей, постоянно совершало микроколебания, откликаясь на малейшие изменения рельефа. Евгения Сидорова, завоевавшая бронзу на Олимпиаде-56, писала, что такая чувствительность мышц - дар Божий, и по-хорошему завидовала Тальянову и Стенмарку: "Мне такой мягкости не хватало, трудно было расслабиться, я всегда была очень уж сосредоточенной, собранной - казалось, руки сводит, как камень, становились..."

- Сейчас без атлетизма не выиграешь, - говорит Тальянов. - Но вот что меня недавно потрясло на совещании. В глубинке проверяли спортсменов и выяснилось, что многие физически не готовы по причине... голодания! Парень стал мастером спорта, проверяют - дистрофия! В наши времена такого не было.

ПАМЯТЬ

- В ваше время было соперничество школ Нагорного и Дмитрия Ростовцева. Как в футболе - Киева и "Спартака".

- Были еще и австрийская, и французская школы катания. Но сейчас школа одна. И стиль гораздо агрессивнее. Вот Херманн Майер - как зверь бросается на трассу! Полторы минуты длится спуск. Мороз, а финишируют - пот льется!

- Все катят вроде по одному маршруту; но у победителя-то путь короче...

- Путь в голове намечен до миллиметра! На одном повороте выиграл сантиметр, на другом... Если проигрывают сотую доли секунды, сколько это будет сантиметров, скажем, в слаломе (скорость там 60 - 65 км)? Считайте! (Подсчитываю - где-то 10 см. - Т.Д.). И еще. Выигрывает тот, кто меньше времени проводит в полете. Как только взлетаешь - теряешь скорость.

- Получается, в отличие от трамплинщиков спусковики не заинтересованы в том, чтобы лыжа стала "крылом"?

- Да. Быстрее вниз! А положение лыж - параллельно склону. Чтобы приземлиться всей плоскостью на подошву.

- Насколько важно для спусковика боковое зрение?

- Хороший спортсмен видит впереди 6 - 7 ворот. Мы раньше тренировали глаза - чтобы угол зрения был не 180, а больше. Специальные упражнения делали, зрачками вращали. Но главное - память. Спортсмен всю трассу сначала проходит пешком. На каждом повороте - остановился, закрыл глаза, опустил голову, какие-то колебания корпусом делает... Это он мысленно проходит данное место, имитирует движения. Врачи с нами занимались - проверяли зрительную память. Мы должны были сказать, сколько там кружочков, треугольников... Я вот - больше 30 лет прошло! - все мои самые удачные спуски могу хоть нарисовать: где пролетел, где срезал. Все помню!

Дмитрий ТУМАНОВ