Газета
29 июня 2009

29 июня 2009 | Футбол

ФУТБОЛ

ЛЕТОПИСЬ Акселя ВАРТАНЯНА. 1950 год. Часть третья

"ЗВЕРИНЫЕ ИНСТИНКТЫ"

Неожиданное появление на прошлой неделе Лаврентия Берия нарушило плавный ход повествования и выбило автора из намеченного графика. Сегодня буду предельно внимателен и доставлю громоздкий состав класса "А" на станцию назначения. Но прежде напомню в общих чертах ситуацию.

С НОГ НА ГОЛОВУ

В начале пути турнирная таблица представляла собой зрелище экзотическое. На сцене мелькали персонажи второстепенные, из массовки. Кого здесь только не было: "Локомотив" московский, "Даугава" с ереванцами, обе ленинградские команды, волжские "Крылья", тбилисцы... За кулисами - главные герои, первые "любовники", чемпионы, призеры, держатели кубка последних двух лет.

На нижней строке сменяли друг друга "Спартак" и "Торпедо", всерьез намеревался занять их место чемпион-49, московское "Динамо". В непосредственной близости разбил лагерь ЦДКА.

Причины провала "Динамо" и вялого старта армейцев известны вам из прошлой публикации. Затянувшийся кризис чемпиона был на руку "лейтенантам". Впервые за последние годы появилась возможность оторваться от главного оппонента. Прибавив скорости, ЦДКА к середине июня после 12 беспроигрышных матчей опередил по потерянным очкам (по набранным не мог из-за меньшего количества игр) временщиков и значительно удалился от "Динамо".

АРМИЯ ПРОТИВ АВИАЦИИ

Несчастливой оказалась 13-я, весьма принципиальная встреча - с ВВС. Состоялась она в памятный для советских людей день - 22 июня. Десятки тысяч зрителей стали свидетелями бескомпромиссного сражения армии с авиацией.

Особую пикантность придавало зрелищу первое появление в Москве в летной форме Всеволода Боброва. До этого он сыграл за ВВС два матча на выезде (оба были проиграны) и остался "сухим". Приберегал порох для бывших однополчан? Как бы то ни было, получил он шанс не только открыть счет мячам в новом коллективе, но и сделать это в матче с командой, которой еще не забивал.

Разумеется, находился Бобров под неослабным, бдительным вниманием защитников ЦДКА. Сам он оставался инертен, к происходящему безразличен. Внешне, во всяком случае. Создавалось впечатление, что человек он посторонний и ему в порядке исключения позволили наблюдать за игрой не с трибун, а непосредственно на поле. Совестно было играть в полную силу против своих или хитрил? Если усыплял бдительность (такое с ним еще в бытность в ЦДКА случалось), то времени на это затратил немало. Зато цели достиг. Незадолго до конца молнией ринулся к отскочившему из штрафной мячу и, падая, с лета выстрелил в "паутину". Вратарь Чанов среагировал своевременно, летел, вытянувшись в струнку. Напрасно. Такие не берутся.

Сидел я в тот день на солнечной Южной трибуне ближе к воротам ЦДКА. И сегодня тот эпизод перед глазами. Эстетику бобровского гола оценить тогда не смог, ибо чувства к его автору испытывал, мягко говоря, недобрые. Пребывал в несмышленом (как говорил Аркадий Райкин, "подростково-хулиганском") возрасте, однако идейно-политическое воспитание благодаря каждодневным усилиям семьи и школы соответствовало высшим госстандартам. Потому и относился к великому спортсмену как к перебежчику и предателю, нанесшему удар в спину недавней своей команде. И моей: как многие пережившие войну мальчишки, достойного представителя армии-победительницы любил я беззаветно. К тому же семейное положение - сын офицера, полковника Советской армии - обязывало.

Единственный в матче гол ЦДКА пропустил в меньшинстве. Примерно за четверть часа до этого судья Латышев удалил ни в чем не повинного Валентина Николаева, игрока корректного, безукоризненного на поле поведения.

Николаев откликнулся на острую передачу в штрафную Коверзнева и на большой скорости спешил к мячу. Когда занес ногу, бросился к нему, как под танк, вратарь Акимов и на мгновение опередил форварда. Распластавшись на земле, вратарь схватил двумя руками мяч и для верности, рискуя получить травму (правила разрешали выбивать мяч из рук голкипера), опустил голову. Николаев не смог остановиться, и удар пришелся в Акимова. Его вынесли с поля, а Николаева арбитр, видимо, не разобравшись в ситуации (все произошло в доли секунды), удалил, оставив армейцев в меньшинстве.

ЦДКА, считая удаление несправедливым, матч опротестовал. В прессе Николаева за неосторожность слегка пожурили, криминала в его действиях не обнаружили. На этом можно было поставить точку, если бы где-то в верхах это событие не вызвало девятибалльный шторм в стакане воды. Не сразу, после двухнедельного раздумья.

"ДЕЛО" Валентина НИКОЛАЕВА

Меня не покидает ощущение, что героев в советской стране назначали повелители. Нужен был пример для подражания. Так, Алексея Стаханова (как он устанавливал фантастический рекорд, давно уже перестало быть тайной) избрали на роль основателя социалистического движения за перевыполнение пятилетних планов. В годы войны возвели на щит Александра Матросова, закрывшего своим телом вражескую амбразуру. Хотя аналогичных подвигов и до, и после него было совершено несколько сот. Происхождение, трудное детдомовское детство определили выбор.

Так же избирательно назначали и антигероев - козлов отпущения. В 58-м предали общественному и уголовному суду Эдуарда Стрельцова, обвинив его в недоказанном преступлении (иным аналогичные реальные проступки сходили с рук), дабы другим неповадно было.

В 50-м сфабриковали "дело Николаева". 4 июля в "Советском спорте" появилась заметка "Ошибка Валентина Николаева" за подписью В. Тайгина. Он признал - травму армеец нанес по неосторожности: "Мы не думаем, что это был умышленный удар, но непростительна та беспечность, с которой он был сделан, непростительно желание забить мяч любой ценой, не считаясь ни с чем", - пишет Тайгин, зная (не мог не видеть), что неосторожно, с риском для себя, сыграл Акимов. Смущает в этой фразе употребление множественной формы местоимения.

Статья путаная, противоречивая. Признав отсутствие злого умысла в действиях форварда, автор считал удаление правомерным и справедливым. Обвинил армейскую команду за необоснованный протест: "В нем... явно сквозит желание добиться отмены матча любой ценой, любыми средствами". Срикошетило и в тренера: "Желание вернуть потерянные очки, сохранить хорошего нападающего на следующие игры было столь велико, что даже такой авторитетный и опытный тренер, как Б.А.Аркадьев, попытался оправдать поведение Валентина Николаева".

Допустив, по мнению Тайгина, ошибку на поле, Николаев усугубил ее после игры: проходя мимо раздевалки ВВС, не извинился перед Акимовым.

Похоже, вся эта не стоившая выведенного яйца история нужна была ее инициаторам для широкомасштабных военных действий. Запущенная Тайгиным ракета стала сигналом к началу мощной артподготовки. Через три недели, 25 июля, та же газета устроила публичную порку футболисту руками его же товарищей. Было организовано собрание команды ЦДКА, на котором обсуждалась статья Тайгина. Отчету об этом собрании, где тренеров и игроков вынудили озвучивать заранее заготовленные тексты, газета с щедростью необыкновенной выделила полосу.

Аркадьев вел себя достойно, игрока защищал: "Хорошо знаю Николаева как одного из скромных, культурных футболистов. Мы все видели и убеждены, что он неумышленно нанес ушиб Акимову". В ошибке Николаева (не извинился перед Акимовым) тренер обвинил себя: "Виновен в первую очередь я, как его тренер и воспитатель... Мы не натолкнули его тогда на мысль подойти к Акимову, поговорить с ним, извиниться...

Мы, тренеры, иногда настолько увлекаемся чисто физической подготовкой игроков, разучиванием тактики и техники игры, что забываем о не менее важной - воспитательной стороне дела..."

Остальные футболисты послушно сказали то, что от них хотели услышать.

В уста парторга заказчики, пользуясь случаем, вложили заранее подготовленный текст, насыщенный изрядной порцией пропагандистского зелья. Предназначался он широчайшим трудящимся массам, в большинстве своем легко внушаемым: "Мы много слышали о футболе в Северной и Южной Америке. Ни один футбольный сезон там не проходит без того, чтобы во время игры нескольких спортсменов не убили или тяжело изувечили. Там особенно славятся те команды, которые имеют на своем счету не только больше спортивных побед, но и больше нанесенных противнику увечий.

Это и понятно: ведь весь буржуазный спорт, пропитанный гнилью разлагающейся американской цивилизацией, призван воспитывать человеконенавистнические, звериные инстинкты. Но то, что в буржуазных странах создает славу, в нашей социалистической стране является позором. Там высоко ценятся грубость, обман, стремление к личной наживе. Нормами нашей социалистической морали являются дружба, честность, выдержанность, взаимное уважение, неудержимое стремление к повышению своей общей и спортивной культуры".

С ПОВЯЗКОЙ НА ГЛАЗАХ

Фемида вскоре после развода с могущественным Зевсом возглавила департамент правосудия. Повязка на ее глазах - символ беспристрастия. Что символизировала повязка на глазах ее слуг из ведомства физкультурного Комитета, легко догадаться, проследив за их рабочими буднями.

За случайный, неумышленный удар опозорили, публично осудили Валентина Николаева, всыпав вдогонку четырехматчевую дисквалификацию. Между тем в концовке того же матча Латышев удалил защитника ВВС Анатолия Архипова. Проступок тот совершил тяжкий: в небольшой игровой паузе открыто при всем честном народе ударил армейского капитана Гринина. Власть, стало быть и пресса, возмутительный поступок "сталинского сокола" не заметила, общественного резонанса он не получил. Весь запас боеприпасов выпустили на Николаева, на Архипова не хватило.

Только автор отчета Петр Исаков ограничился в двух словах констатацией факта.

14 августа в Москве в матче со "Спартаком" киевские динамовцы объявили "красным" террор. "Советский спорт" осудил поведение футболистов украинской столицы: "С первых минут киевляне стали применять недозволенные, порой просто хулиганские приемы...

Бесстрастно регистрируя нарушения правил, Саар по существу не принял никаких мер, чтобы вовремя обуздать некоторых распоясавшихся динамовцев - Товта, Гулевича и Горбунова.

Особенное возмущение вызывает поведение капитана команды Лермана, который... явился зачинщиком ряда грубых выходок.

Возникает законный вопрос: может ли такой горе-футболист вообще выступать в команде мастеров?"

В последней фразе содержится прозрачный намек на пожизненную дисквалификацию. К этому подталкивала газета физкульт-начальников: "Надо надеяться, что отдел футбола Всесоюзного комитета воздаст по заслугам распоясавшимся хулиганам из команды киевского "Динамо".

Воздал. Лермана лишили звания мастера спорта, капитанских обязанностей и права участия в двух календарных матчах. Гулевич пропускал одну игру, Горбунов получил условный срок - удобная форма безнаказанного наказания, широко распространенная поныне. Еще четырем игрокам - по два из каждой команды - объявили выговор.

Что случилось с Сааром? Таллинский арбитр - человек репутации безупречной, квалификации высочайшей, беспристрастный, не в меру педантичный. Повязка госпожи Фемиды сползла на глаза или подвергся в тот день острому приступу человеколюбия и всепрощения? Скорее второе, ибо (пользуюсь выражениями безымянного автора) взирал он на "хулиганские приемы" и "распоясавшихся динамовцев" как истинный христианин, со слезами сожаления и жалости к неведающим, что творят, футболистам. Никого он в тот день не изгнал, предупредил одного... спартаковца Алексея Парамонова.

Саара за мягкотелость дисквалифицировали до конца сезона. А в отношении к "хулиганам" карательные органы проявили такую же мягкотелость и гуманизм. Приговоры в большинстве своем вынесли символические или не соответствующие тяжести содеянного.

Из бурного потока правонарушений выделю еще один. Из записки судьи республиканской категории В. Бергмана об инциденте, случившемся в игре дублирующих составов минского и московского "Динамо": "Недопустимый проступок совершил капитан команды москвичей Цветков, ударивший ногой лежавшего на земле вратаря минчан Тарабрина... Вызванный после игры в судейскую комнату Цветков не признал ошибки, не поинтересовался состоянием здоровья Тарабрина и даже пытался оправдать свое недостойное поведение ссылкой на спортивный азарт".

Полная аналогия с уже описанным эпизодом из матча ЦДКА - ВВС на поле и под трибунами. В первом случае - девятый вал, во втором - штиль. О прочих художествах не заикаюсь даже.

Дифференцированный подход властей с повязкой на глазах при вынесении приговора, возможно, объяснялся субъективными причинами: мера наказания частенько зависела не от степени содеянного, а от того, кто нарушал или кого обидели. Нельзя исключать и фактор идейно-политический. Поступок без вины виновного Николаева представили как пример единичный, исключение в безукоризненно здоровом обществе. Устраивать гласные суды над правонарушителями истинными, так же бурно реагировать на каждую неспортивную, хулиганскую выходку (их в одном футболе, не говоря о других видах спорта, не сосчитать) - значило дискредитировать самую "совершенную" в мире социальную систему. На абсолютную безгрешность выводов претендовать не смею, но в определенной доле истины уверен.

В ЗАКАВКАЗЬЕ СВОЙ ЗАКОНЧИЛИ ПОХОД

Вернемся на турнирную тропу. После проигрыша "летчикам" ЦДКА в 12 матчах собрал почти по максимуму - 23 очка из 24 возможных - и оторвался от ближайших преследователей на 9 очков. Собственно, преследовать "лейтенантов" никто не собирался: и без того все было ясно.

Армия успешно продвигалась вперед и победный в Закавказье свой закончила поход. Под словом "победный" имел в виду полученное в Тбилиси в матче со "Спартаком" очко, сделавшее команду Бориса Аркадьева недосягаемой.

На сей раз Красная армия (в отличие от начала 20-х годов) была расположена к народам Закавказья миролюбиво: ничьи во всех четырех встречах. Предвосхищая ироничные слова, ехидные улыбочки и недвусмысленные намеки, проясню ситуацию.

Совсем не то, что вы подумали. Договорняк - предварительный сговор стороны мотивированной с немотивированной. Выполнившие турнирную задачу уступают (отдают в долг или берут за услугу наличными, не суть важно) очко или очки - столько, сколько нужно. Тбилисский "Спартак" и "Нефтяник" в них уже не нуждались - в отличие от двух южных динамовских команд. Тбилисцы бились за бронзу с ВВС, ереванцы с Киевом - за выживание. Ни тем, ни другим армейцы не поддались. В итоге армянское "Динамо" при равных очках с украинским уступило ему по соотношению мячей и покинуло класс "А". Киев остался. Не помог немотивированный чемпион страждущим. Одних сбросил в пропасть, других чуть было не лишил призового места.

Ничейный эндшпиль - результат подкорковой расслабленности после долгого турнирного пути и досрочно выполненной боевой задачи. Ничего более. У наших предков кривые мысли не возникали - повода не было.

Осознав бесперспективность преследования ЦДКА, группа претендентов на два оставшихся комплекта наград решала локальные задачи.

О "Зените" рассказал в прошлый раз. Сегодня особо выделю одну игру. Не из-за спортивного к ней интереса - исторического.

ЗАВЕРШЕННЫЙ ДОЛГОСТРОЙ

30 июля в Ленинграде состоялось открытие стадиона имени Кирова, самого крупного в то время в стране, общей вместимостью (если основательно утрамбовать) 100 тысяч человек. Еще один довоенный долгострой. В отличие от гигантского в Измайлове довели его до ума.

В начале 30-х группа архитекторов, возглавляемая Александром Никольским, разработала проект. Через некоторое время началось строительство (мы об этом в довоенной летописи рассказывали), неоднократно прерываемое по причине объективной (война) и хронической, неизлечимой болезни - нецелевого расходования средств. Все же достроили благодаря неисчерпаемому энтузиазму народных масс - бескорыстному, бесплатному труду. Только в 49-м трудились на строительстве 70 тысяч студентов.

Место (указал на него Сергей Миронович Киров) - замечательное: стрелка Крестовского острова. Стадион органически вписался в ансамбль парка Победы. Поле - мировых стандартов: 105х70 метров. Открытие обставили празднично, провели в семейном кругу. Собрались только свои: тысяч сто ленинградцев, расположившихся на скамейках общей протяженностью 32 километра, сначала наблюдали за торжественным маршем местных физкультурников, выступлениями гимнастов, легкоатлетов, фехтовальщиков, затем за матчем земляков - "Динамо" и "Зенита". Рассудил их тоже свой - Валентин Фридман. И вывели на поле команды коренные питерцы: динамовцев - Михаил Бутусов, "Зенит" - Константин Лемешев.

Гола долго ждать не пришлось. На 4-й минуте первый мяч на новом стадионе забил динамовец Борис Чучелов, пропустил - Леонид Иванов. На 69-й счет сравнял Алексей Пшеничный - 1:1.

И погода в тот день не осталась безучастной к торжествам, создав ленинградцам привычные условия: во время футбольного матча от души окатила их дождем. Под темпераментный его аккомпанемент завершился праздник парадом на Финском заливе гребных и парусных судов.

Открытие стадиона, судя по отчетам газет, стало очередным поводом для славословий генералиссимусу. "Спортивный праздник явился свидетельством безграничной любви советского народа к великому вождю и учителю товарищу Сталину", - захлебывалась от восторга "Комсомольская правда".

Имя лучшего друга советского народа многократно упоминалось во время торжеств и особенно в их описании. Известная спортсменка Нина Савинова зачитала письмо трудящихся Ленинграда товарищу Сталину.

Строительство стадиона, о чем сообщил стотысячной аудитории председатель Ленинградского облисполкома Ладанов, - "свидетельство огромной заботы товарища Сталина об улучшении благосостояния советского народа и развитии физической культуры и спорта в Советском Союзе".

Ни инициатор стройки, в честь которого был назван спорткомплекс, ни основатель государства, чье имя уже более четверти века носил град Петров, упомянуты не были.

ПОДАРОК СТРОИТЕЛЕЙ

Раз уж рассказал о ленинградском стадионе, уважу и донецкий. Через 28 дней, 27 августа, строители, как обещали, сделали по случаю всесоюзного Дня шахтера спортсменам и жителям Донбасса шикарный подарок - стадион "Шахтер" вместимостью 30 тысяч зрителей. Если быть точным, стадион не новый, а реконструированный, если честным (насчет "шикарный" погорячился) - недостроенный. Об этом говорили перед следующим сезоном тренер и футболисты. Тогда и я вам расскажу об изъянах, особенностях стадиона, о замечательных болельщиках и славном футбольном шахтерском племени, выдавшем в 51-м "на-гора" результат рекордный, до того времени невиданный. А сейчас, чтобы не омрачать праздника, не буду о грустном - дефектах и недоделках.

В отличие от ленинградской погода выдалась солнечная. Масштабы торжеств - скромнее. Роднило оба праздника неумеренное восхваление отца и учителя. Сводный многотысячный хор начал с исполнения гимна Украины, завершил - государственным. В большом между ними временном промежутке лились песни, посвященные в большинстве своем, по выражению главного печатного областного партийного органа, "великому творцу всенародного счастья, лучшему другу советских шахтеров Сталину" ("Социалистический Донбасс" от 29.08.50).

После показательных выступлений спортсменов состоялся официальный календарный матч первенства "Шахтера" с тбилисцами - 2:2.

ТО В ЖАР, ТО В ХОЛОД

"Спартак", несмотря на чувствительную потерю (уход в "Динамо" Сальникова), состав стабилизировал. Закрепились в основе вчерашние дублеры - защитник Седов, полузащитник Нетто, нападающий Паршин...

По потенциалу команда вполне могла как минимум сохранить прошлогоднюю третью позицию. Задача была бы выполнена и перевыполнена, если бы не поддающиеся объяснению перепады в игре. В первых четырех турах - круглые нули в графах "Победы" и "Мячи": 2 очка при соотношении 0:4.

"Снял порчу" в первой домашней игре Никита Симонян. И пошло-поехало. Прорвало, шлюзы отрылись: четыре подряд крупные победы с общим счетом 18:1! Запомним эти цифры.

Дела пошли на лад, и в начале второго круга "Спартак" по игре и очкам был, пожалуй, самым перспективным претендентом на серебряные награды. Так бы, возможно, и случилось, если бы не подкралось неизбежное закавказское турне. Волноваться вроде не было повода: Баку, Ереван и тбилисский "Спартак" не в той весовой категории. Тремя месяцами ранее спартаковцы наглядно это продемонстрировали: +3=0-0, 12:1. Потеря одного, в худшем случае двух очков (с грузинским "Динамо") турнирные позиции поколебать не могла.

Когда же по завершении вояжа посчитали - прослезились. Собственно, считать-то было нечего - в Москву вернулись налегке, с пустой кошелкой и со второй (по потерянным очкам) ступеньки скатились на седьмую.

Что случилось со "Спартаком"? На этот вопрос пытались ответить журналисты. Серьезный анализ подменили общими, стереотипными фразами, давно уже кем-то заготовленными для подобных случаев: "Команда потеряла присущие ей боевые качества - волю к победе, коллективность в действиях, напористость".

Всего четыре гола забил "Спартак" в Закавказье. Три из четырех - "лицо кавказской национальности" Никита Симонян. "Спартак" стал для него домом родным. В 49-м, в год дебюта в орденоносной команде, он с 26 мячами стал лучшим ее бомбардиром. В 50-м настрелял аж 34, едва ли не половину всей спартаковской "артели". Этот результат - рекордный в СССР. Таковым, по моему глубокому убеждению, и остался. Если кто считает иначе, это его личное дело. Никита Павлович не побирался, все делал сам.

Необъяснимый кризис команда преодолела, но до прошлогоднего бронзового места немного не дотянула.

КАК В СКАЗКЕ

Смена тренера (независимо от того, кого на кого меняют) частенько действует как стимулятор. Динамовцы с возвращением Виктора Дубинина взбодрились, выбрались из низов. Вторую часть трассы преодолели резвее армейцев. Настичь их не смогли, слишком много было упущено на старте, но всех прочих обогнали и досрочно обеспечили себе серебро.

2 июля - день в биографии команды и одного ее футболиста памятный. В середине второго тайма матча "Динамо" со "Спартаком" (динамовцы вели 1:0) из-за травмы покинул поле вратарь Алексей Хомич и впервые место в воротах занял необстрелянный 20-летний Лев Яшин. Буквально через пару минут дебютант организовал гол в свои ворота: в неуклюжей попытке опередить кого-то из спартаковцев он нерасчетливо вышел из ворот и столкнулся со своим хавбеком Блинковым. Первым к мячу поспел Паршин и головой отправил его в незащищенное пространство - 1:1.

Через четыре дня - встреча еще с одним непосредственным конкурентом, тбилисцами. Во втором тайме чемпионы создали солидный запас - 4:1, гарантирующий, казалось, победу. Случилось, однако, непостижимое - в считаные минуты счет сравнялся. Тренер меняет Яшина на Саная. Для команды благодаря голу Бескова в концовке все закончилось благополучно. А вратаря отправили в глубокий запас. Следующий матч в динамовской основе Лев Яшин сыграет без малого через три года - 2 мая 1953 года.

Заголовок к первой главе биографии великого вратаря в великом клубе напрашивается фольклорный, из народного творчества: "Первый блин - комом". Фольклорным получилось и продолжение: награды из благородных металлов союзной и забугровой пробы, звания, регалии, правительственные награды, всенародная любовь и мировое признание... Как в сказке.

Финишную схватку за бронзу между тбилисцами и ВВС выиграли грузины, хотя шансы "летчиков" до конца казались предпочтительнее. Для этого им нужно было победить обеспечившее себе второе место московское "Динамо". При равенстве очков ВВС превосходили конкурента лучшим коэффициентом. А "Динамо", которому уже ничего не было нужно, возьми да обыграй мотивированных авиаторов и их амбициозного, честолюбивого мецената - 6:0!

Вот так, без надобности, подставили на ровном месте ножку землякам. Еще один наглядный пример из множества для тех, кто и мысли (деформированной многолетним воздействием явлений, стыдливо именуемых негативными) сегодня не допускает о существовании в отечественном футболе времен честного соперничества, исключающего закулисный сговор.

Вновь, шестой год подряд, на первых двух строках - ЦДКА и "Динамо". Армейцы в послевоенных поединках разрыв увеличили - 4:2. Но в сумме "многоборья" динамовцы по-прежнему впереди: пять выигранных чемпионатов. У ЦДКА - четыре. "Спартак" к довоенному багажу (три победы) не добавил ничего.

Материалы других СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...