Газета
3 марта 2003

3 марта 2003 | Футбол

ФУТБОЛ

"ТОРПЕДО"

НОСТАЛЬГИЯ И РЕАЛЬНОСТЬ

История с появлением в Москве в 1997 году двух "Торпедо" внесла немалую сумятицу в умы и сердца торпедовских болельщиков. Все шесть лет, пока два клуба с однокоренным названием сосуществовали на российском футбольном пространстве, споры о том, кто истинные торпедовцы, не утихали. А после того как команда с Восточной улицы снова поменяла название и владельцев, ситуация и вовсе запуталась. Или прояснилась?

БОРЬБА ЗА БОЛЕЛЬЩИКА

"Рыночники! - еще совсем недавно восклицали апологеты автозаводского движения. - "Торпедо" потому и "Торпедо", что всегда имело отношение к ЗИЛу, а вы с "толкучки" кормитесь!"

"Самозванцы! - отвечали черно-белые черно-бело-зеленым. - Ваша команда - всего лишь бездушный клон великого "Торпедо", сплошное недоразумение и спекуляция на истории!"

Единая когда-то торпедовская торсида разделилась на два лагеря. К сотрудникам завода и их семьям, к бывшим и нынешним зиловским боссам, участвующим в судьбе клуба, к отдельным представителям артистического и политического бомонда, не пожелавшим расставаться с уютным стадионом на Восточной улице, примкнули жители густонаселенных жилых районов, прилегающих к заводу и спортивной арене.

Империя под названием "Лужники", дистанцированная от широких народных масс, на поддержку обитателей окрестных многоэтажек рассчитывать не могла, по причине отсутствия оных. Потому и довольствовалась наличием небольшой группы поклонников, верящих, что знаменитый торпедовский дух живет именно в лужниковской команде.

До драк между торпедовскими фракциями дело не доходило, но и любви между ними не было. А вот перебежчики из одного лагеря в другой случались - иногда по идейным соображениям, иногда из-за каких-то личных обид.

Однако к моменту появления на авансцене клуба с названием "Торпедо-Металлург" брожение умов в торпедовской среде худо-бедно улеглось. Зиловцы и лужниковцы (это слово почему-то очень не любят в самих Лужниках, но, рассуждая о нескольких "Торпедо", без него не обойтись) постепенно научились воспринимать наличие двух команд как данность, которая не нравится никому, но которую никак нельзя изменить.

И тут - грянуло! Приставка "ЗИЛ", милая сердцу автозаводских ортодоксов, ушла в небытие вместе с финансовой поддержкой автомобильного гиганта, переживающего сейчас не лучшие времена. В команду пришли новые люди и новые - сибирского происхождения - деньги. Зато сохранилась географическая привязка к стадиону и базе в Мячкове, которые, правда, теперь сдаются футбольному клубу в аренду, хотя завод сумел оставить у себя 45 процентов акций "Торпедо-Металлурга".

Ну и что прикажете делать бедному болельщику? Какой он должен воспринимать команду, едва не переехавшую в Красноярск, где тихо умирает еще один "Металлург", - новой или обновленной? В какое "Торпедо" верить и как быть, если ЗИЛ - так, для души - заявит в турнир КФК еще один футбольный коллектив, скажем, "Торпедо-АМО"?

Справедливости ради отмечу, что про него, болельщика, в суете будней не забыли ни на Восточной улице, ни в Лужниках. Руководители "Торпедо", прочувствовав момент, опубликовали обращение к автозаводским болельщикам. Суть его такова: между "Торпедо" и "Торпедо-ЗИЛ", несмотря на разницу во взглядах, никогда не было антагонизма. Но вышло так, что автозаводской команды больше не существует, а посему, дорогие любители футбола, добро пожаловать под знамена нашего - настоящего! - "Торпедо".

А за день до этого, упреждая действия конкурента, к общественности обратились ветераны "Торпедо-ЗИЛа". Точнее, близкие к автозаводскому клубу ветераны исторического "Торпедо". Цель этой акции была также ясна: удержать тех болельщиков, которых могла отпугнуть смена спонсоров или названия команды.

И что бы ни думали высокие стороны друг о друге, в данной ситуации и те и другие поступили весьма благородно. В том смысле, что не поленились немного попортить друг другу нервы ради болельщиков. А для России такое отношение к простым людям, фактически не влияющим на финансовое положение клубов, к сожалению, большая редкость.

Что же касается пресловутой истинности "Торпедо", то, на мой взгляд, давно пора понять: для каждого болельщика - даже с небольшим стажем - этот вопрос уже перекочевал из области выбора и сомнений в ячейку его души. Что бы ему ни говорили, какие бы документы ни подсовывали, и на какие бы факты ни ссылались, для себя он, как правило, все уже решил: моя команда - настоящая, родная, а в другой и игроки плохие, и стадион неудобный, и руководство - "редиски".

Правда, ежегодно подрастает немало юных, колеблющихся личностей, которые только собираются определиться с выбором клуба, поставив во главу угла его торпедовские корни. Вот для них-то, пожалуй, и стоит остановиться на торпедовской теме подробнее, разделив ее при этом на три очевидные составляющие: юридическую, историческую и морально-этическую.

ОФИЦИОЗ

Самая простая и ясная сторона вопроса - юридическая. Лужниковцы оберегают ее как зеницу ока, сознавая, что законность обладания торпедовским брендом - их мощнейший козырь. Об этом прекрасно знали зиловцы (то же самое, но в настоящем времени, можно сказать и о металлурговцах). Потому и старались быть предельно корректными, затрагивая щекотливую тему.

Периодически, впрочем, их все же заносило. В прошлом году, например, в программке к матчу "Торпедо-ЗИЛ" - "Торпедо" черным по белому (по-торпедовски!) было написано: "Год основания "Торпедо-ЗИЛа" - 1924-й. Трехкратные чемпионы СССР, шестикратные обладатели Кубка СССР..." и так далее. При желании люди из Лужников легко могли добиться официальных извинений и опровержений, но не сделали этого. Думаю, их остановил полуофициальный статус авторов программки, бодаясь с которыми, можно больше потерять (в плане имиджа), чем обрести.

Несмотря на подобные издержки, факты остаются фактами. 10 июля 1996 года председатель совета директоров АО "Лужники" Владимир Алешин и генеральный директор АМО "ЗИЛ" Виктор Новиков подписали договор о создании ЗАО "Торпедо-Лужники-Москва". В документе был определен уставный капитал нового клуба в размере 8 миллионов рублей, представленных именными акциями по 100 тысяч рублей каждая. Доля Лужников составила 95 процентов и была внесена в денежной форме. Оставшиеся 5 процентов ЗИЛу дозволялось внести в виде имущества или спортинвентаря.

Месяц спустя высшее руководство ЗИЛа направило в ПФЛ письмо за номером 501-70, в котором выразило свое согласие на создание ФК "Торпедо" (Москва), отказалось от каких-либо претензий к новому клубу - имущественных или личных - и передало ему все права члена (участника) ПФЛ, а также права на использование наименования и товарного знака.

В самом конце этого письма сообщалось, что ЗАО ФК "Торпедо" (то есть старое юридическое лицо) "будет ликвидировано в установленном порядке". При желании в этой фразе можно обнаружить все, что угодно: смерть единственного, великого и неповторимого "Торпедо", формальную смену учредителя или внезапное выздоровление клуба после тяжелой продолжительной болезни.

А вот чего нельзя обнаружить в этой фразе, так это былой принадлежности "Торпедо" к заводу. ЗИЛ не справился с бременем, которым стала для него команда, и передал ее в другие руки, уничтожив прежнюю юридическую оболочку. Пять процентов акций, которыми продолжал владеть завод, выглядели всего лишь реверансом прошлому и надеждой на далекое будущее, когда автогигант, быть может, снова разбогатеет и сумеет вернуть "Торпедо" в родные пенаты.

Поначалу, кстати, в рамках этих самых процентов ЗИЛ намеревался предоставить торпедовцам стадион на Восточной, базу в Мячкове, детскую футбольную школу, общежитие для иногородних, поликлинику и автобус из своего автопарка. По крайней мере об этом перед началом сезона-97 на презентации команды "Торпедо-Лужники" говорил бывший президент единого "Торпедо", зам. технического директора АМО "ЗИЛ" Валерий Носов. Но по мере того как рос и креп "Торпедо-ЗИЛ", проект объединения усилий забывался, хирел и в конце концов заглох окончательно.

В 2002 году пятипроцентная доля Лужниками у ЗИЛа была выкуплена - насколько мне известно, лично Владимиром Алешиным. Стадион же, школа, база и все остальное, что сгоряча было обещано лужниковцам, постепенно превратились в атрибуты причастности "Торпедо-ЗИЛа" к торпедовской истории. При этом надо отметить, что служили они новой команде на совесть. Строго говоря, без такого базиса автозаводцам вообще не удалось бы создать футбольный клуб столь высокого уровня.

А ПФЛ на письмо руководителей ЗИЛа отреагировала следующим образом. В решении совета Лиги (протокол № 7 от 23.07.96) девятым пунктом значилось: "Признать правопреемником футбольного клуба "Торпедо" Москва ЗАО ФК "Торпедо-Лужники-Москва" в части прав и обязательств члена (участника) Ассоциации "ПФЛ", в том числе финансовых обязательств перед другими членами (участниками) Ассоциации "ПФЛ", а также права на использование фирменного наименования и товарного знака".

Кроме того, лужниковцев обязали выплатить 70 тысяч долларов, которые предыдущие хозяева должны были "Асмаралу" за хавбека Камнева. А во всероссийский НИИ государственной патентной экспертизы за подписью Николая Толстых ушло подтверждение прав новых владельцев на наименование и товарный знак "Торпедо".

На этом перечисление юридических аспектов торпедовских "разборок", случившихся в конце прошлого тысячелетия, можно считать законченным.

ИСТОРИЯ

История - штука гуттаперчевая. В том смысле, что одни и те же события можно толковать по-разному. Но поскольку именно толкователям достаются потом все тумаки и шишки, заниматься этим большого желания нет. Ограничусь лишь перечислением фактов (не переводя их в разряд аргументов), среди которых вам могут встретиться как хорошо знакомые, как слегка подзабытые, так и вовсе не известные вещи.

Как ни странно, четкой позиции по вопросу о том, в каком году было основано "Торпедо", у историков нет. Началось все еще с Симоновского участкового клуба спорта, который был создан как филиал районного отделения Всеобуча в 1918 году. Через год усилиями работавших на заводе "Динамо" бельгийцев в районе нынешнего метро "Автозаводская" была построена спортивная площадка "Стрекоза". Она стала родным домом для спортклуба "Замоскворечье".

После решения VI съезда профсоюзов в 1924 году на свет появился Симоновский объединенный клуб "Пролетарская Кузница". (Учредил его, между прочим, союз металлистов - не на эту ли преемственность намекают руководители нынешнего "Торпедо-Металлурга"?) Туда и влилось "Замоскворечье", а "Стрекоза" стала милым стадиончиком с деревянными трибунами на 5 тысяч мест и названием "Рабочий дворец "Пролетарская кузница" (РДПК).

Играла на нем не только одноименная команда, в которую входили представители заводов АМО, "Динамо" и "Парастрой", но и "Рускабель" с "Шарикоподшипником", и даже "Котлоаппарат". А своего футбольного кружка на АМО в ту пору не было - заводчане предпочитали заниматься боксом, тяжелой атлетикой, плаванием и шахматами.

В ноябре 1930 года Всесоюзная конференция профсоюзов постановила формировать физкультурные организации по производственному принципу. Именно тогда на АМО был создан свой КФК, и именно этот год многие считают годом зарождения "Торпедо". А в марте 1931-го заводу отдали стадион напротив главного входа в ЦПКиО им. Горького, который стал именоваться "Стадион ЗиС".

22 мая 1936 года среди команд группы "Б" первого чемпионата страны появился коллектив с названием "Торпедо". Авторство столь звучного слова принадлежит автозаводцу Якову Мельникову, обладателю почетного знака № 1 "Заслуженный мастер спорта СССР", по спортивной специализации, кстати, конькобежцу. Он же вместе с бывшим игроком футбольных РДПК и АМО Вячеславом Орловым придумал эмблему, которую много лет спустя взяли за основу "Торпедо-ЗИЛ" и "Торпедо-Металлург". На что, между прочим, имели полное право: знаменитую букву "Т" без велосипедной шестерни и гоночного автомобиля, которая вместе с товарным знаком переехала затем в Лужники, торпедовцы стали использовать чуть позже - начиная с 1945 года.

В 1947 году был построен стадион на Автозаводской улице. Любопытно, что первый официальный матч на нем "Торпедо" сыграло лишь в апреле 1977 года - до этого арена не годилась для проведения матчей чемпионата СССР. А с 1956-го по 1977-й домашним стадионом черно-белых были... Лужники! Более того, именно к "первому лужниковскому" периоду относятся все три торпедовских золота - 1960, 1965, и 1976 (осень), а также четыре из шести союзных Кубков. Никогда не играли на Восточной и знаменитые Валентин Иванов с Эдуардом Стрельцовым. А Виктор Шустиков и Валерий Воронин, чьим именем названа автозаводская СДЮШОР, в свое время заканчивали ФШМ все в тех же Лужниках.

И все же торпедовская жизнь под крылом огромного автомобильного завода протекала размеренно и гладко. До тех самых пор, пока над клубом не задули ветры перемен.

Вот краткая летопись судьбоносного для черно-белых 1996 года, любезно предоставленная мне журналистом, статистиком и давним болельщиком "Торпедо" Владимиром Ергаковым.

23 января. В "Известиях" появляется статья "Лужники хотят купить "Торпедо", в которой содержится информация о переговорах между АО "АМО-ЗИЛ" и АО "Лужники" по поводу приобретения последним автозаводской команды.

9 июля. На пресс-конференции, посвященной 40-летию олимпийского стадиона "Лужники", Владимир Алешин заявляет: "Мы находимся на пороге подписания соответствующих соглашений и покупки футбольного клуба "Торпедо" Москва". Команда сохранит свое название и связи с заводом-гигантом не потеряет: доля ЗИЛа в уставном капитале "Торпедо" будет присутствовать. Автозаводцы будут продолжать проводить матчи на своем стадионе, а после завершения реконструкции БСА, будь на то их желание, смогут принимать соперников в Лужниках".

10 июля. Руководство АО "Лужники" в лице г-на Алешина и АО "АМО-ЗИЛ" в лице г-на Новикова подписывают договор об учреждении АОЗТ "Футбольный клуб "Торпедо-Лужники-Москва" .

22 июля. Уставные документы АОЗТ "ФК "Торпедо-Лужники" регистрируются и утверждаются Московской регистрационной палатой. На следующей неделе проходит первое собрание команды "Торпедо", на котором руководство АО "Лужники" объявляет об образовании нового ФК "Торпедо-Лужники", являющегося правопреемником прежнего ФК "Торпедо".

31 июля. Первый матч автозаводской команды, фактически представляющей клуб "Торпедо-Лужники" (победа над "Зенитом" со счетом 2:1 на торпедовском стадионе).

2 августа. Первая тренировка команды в Лужниках.

11 августа. Впервые в официальный протокол матча чемпионата России внесено новое название команды - "Торпедо-Лужники" (домашняя ничья с "Аланией" со счетом 2:2 на стадионе "Торпедо").

От себя добавлю еще один малоизвестный факт. В самом начале лета игроки и главный тренер "Торпедо" Валентин Иванов вместо плановой тренировки приехали в Лужники и провели два часа в приемной Владимира Алешина. Толкнуло их на этот шаг прежде всего хроническое безденежье, в предыдущие месяцы ставшее в зиловском клубе нормой. Лужниковский босс, не знавший о намерениях торпедовцев, специально вернулся на рабочее место для встречи с командой. Этот момент и стал ключевым в вопросе смены владельцев клуба.

ЭТИКА

Если уж одни и те же исторические факты зачастую интерпретируются у нас в совершенно разном ключе, то говорить о морали и этике в мире огромных денег и амбиций, каковым является мир футбола, можно лишь с большой долей условности. К тому же вопрос этот, и без того донельзя субъективный, во многом зависит от художественности образов и оценок, выдвигаемых противоположными сторонами в качестве аргументов, но не имеющими ничего общего ни с историей, ни с юриспруденцией.

Скажем, Виталий Шевченко, тренировавший "Торпедо" в течение четырех лет, в свое время сравнивал команду со знаменитой беговой лошадью, выигравшей немало призов на скачках. "Затем лошадь стала собственностью другого хозяина, - говорил Шевченко, - но это ведь не значит, что ее регалии остались в прежней конюшне?"

В свою очередь, легендарный Козьмич - Валентин Иванов - любит повторять с улыбкой: "Где я - там и есть истинное "Торпедо". А из уст столь авторитетного человека даже шутки, согласитесь, звучат весомо. С другой стороны, в вышеупомянутом обращении ветеранов к болельщикам "Торпедо-Металлурга" без всяких улыбок говорится: "В очередной раз не надо пояснять, что для нас, ветеранов и игроков клуба, истинное именно это "Торпедо". И хотя уточнение "для нас" вроде бы лишает фразу юридической солидности, в целом заявление выглядит как PR-ход и явное противопоставление одного "Торпедо" другому, чего в сложившейся ситуации хотелось бы меньше всего.

У лужниковцев с public relations дело обстоит хуже. По заводским цехам футболистов они не водят, именных касок им не дарят. (Хотя, на мой взгляд, в обеих командах есть игроки, причем не только иностранцы, которым на пресловутую истинность "Торпедо" в общем-то наплевать - платили бы зарплату вовремя.)

Были у первого президента клуба Павла Бородина с компаньонами и явные ошибки в формировании нового торпедовского имиджа (а если точнее - в сохранении старого). Например, появление приставки "Лужники" в названии команды с 1996 по 1998 год. Или приглашение большого числа армейских игроков, пришедших в "Торпедо" вместе с Александром Тархановым. Возможно, для любого другого клуба это было бы если и не нормальным, то объяснимым и приемлемым ходом. Для черно-белых же любое удаление от исторических корней в той ситуации автоматически становилось ударом по болельщикам, по десятилетиями складывавшимся стереотипам. И выдержали эту проверку далеко не все. Что говорить о растерянных торпедовских фанатах, если даже в среде армейских болельщиков после цээсковского десанта в Лужники муссировался вопрос о переориентации пристрастий и симпатий!

Вот и получается, что, когда терял связь с профсоюзами "Спартак", менял стадионы и учредителей ЦСКА, дистанцировался от производства комбайнов "Ростсельмаш", болельщики оставались верны своим командам. Торпедовцы же, оказавшись на историческом переломе, вместе с водой едва не выплеснули и ребенка - своих преданных поклонников.

А теперь... Сколько понадобится времени для того, чтобы черно-белая торсида обрела былую численность и сплоченность, а также какую роль сыграет в этом процессе "Торпедо-Металлург", не знает никто.

Евгений ДЗИЧКОВСКИЙ

Материалы других СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...