Газета
17 августа 2002

17 августа 2002 | Футбол

СПОРТ-ЭКСПРЕСС ФУТБОЛ

ВОЕННЫЙ БИЛЕТ С ЗАПИСЬЮ "ФУТБОЛИСТ"

Александр ПРОХОРОВ

Их живо трое, игроков "команды лейтенантов" ЦДКА. Нырков с Николаевым, про которых писано-переписано. И Прохоров, игрок в той команде незаменимый, который первое в жизни интервью дал в 80 лет.

Говорить под запись поначалу Александр Иванович отказывался: "Я ведь и матерком сказать могу - а пленку эту по телевизору покажут..." Божусь, что по телевизору не будет ничего. "Ладно, пиши..."

Жена, Галина Николаевна, подсобила разговору здорово. Заглянет в комнату, обронит на ходу: "Что ж ты, Александр Иваныч, не расскажешь, как к тебе домой Вася Сталин приезжал, а мы, девчонки, шептались во дворе - сын сталинский!"

- А! - оживляется Прохоров.

- Было такое, было. Приезжал...

Замирает на минуту. Вспоминает. Потом, на шепот перейдя, делится тайным: "Хороший он был мужик, Василий-то Иосифович... Хороший!"

ПОПУЛЯРНОСТЬ

- Как себя чувствую, интересуешься? Плохо! Одной ногой в могиле... А почему ты про меня писать решил? Посоветовал кто?

- Сам додумался.

- А я думал, это Николаев Валентин Александрович надоумил. Видишь, портрет его какой у меня висит? Громадный. А Нырков большой не дал - пришлось маленькую карточку вешать. Зато с орденами. А между ними - узнаешь, кто?

- Как не узнать? Вы, Александр Иваныч.

- Смотри-ка, узнал! А я сам себя там не узнаю - даже волос не осталось...

- Вы в самом деле до 80 лет интервью не давали?

- Ни единого. И не просили. Популярность после войны была, а вот как-то не просили... У Гриши Федотова просили, Боброва, Гринина - а меня обходили. Защитник, что поделаешь? Зато было у меня триста фотографий с подписями - все до единой раздарил.

- Девчатам?

- А кому же? Они нам проходу не давали! Подаришь карточку - рада до смерти.

- На футболе когда в последний раз были?

- Гм... Давно не был. У меня и пропуск есть на стадион, но я не хожу.

- Неинтересно?

- Нет, очень интересно. Но тяжело. По телевизору смотрю. Как же мне футболом не интересоваться, когда у меня в военном билете с февраля 41-го написано: "футболист"?

- Разве такое писали?

- Так не сам же я написал? Вот, сейчас покажу.. Первая запись - "футболист". Рядом - "красноармеец". А что у других ребят из ЦДКА прописано было, не знаю.

- Вы, по карточкам судя, самый рослый в ЦДКА были.

- Да, не было выше, кажется. И здоровее тоже.

В БУНКЕРЕ У ТИТО

- Первая моя заграничная поездка была в Югославию, в 45-м. Команды там славные - но мы всех обыграли. И у самого хозяина Югославии на приеме были. В бункере. Такой, скажу, бункер - бомбой не проймешь! Здорово нас принимал товарищ Тито. И была у него собачка - хоро-о-шая... Как лошадь. Бегает - и у каждого вынимает что-то. Что даешь. Я сосиску какую-то взял со стола - и ей. Сожрала. Только потом понял - нюхала, нет ли оружия. Нас перед той поездкой во все военное вырядили. Одному только Пеке Дементьеву мундира готового не досталось.

- Он же в ЦДКА не играл вроде.

- "Укрепили" нас. Пеку дали, Севидова Сашку, Соколова из "Спартака", Малинина... А Пека - он росточка невеликого, щупленький, вот и не досталось обмундирования. Пришлось мерку снимать, специально шить. Смеху было! Но в Югославии он финтами шороху навел, конечно. Не зря форму шили.

- А "Динамо" в Англию в гражданском ездило.

- Так то "Динамо"! Мы тоже по Югославии в "гражданке" иногда ходили - но поехать надо было в военном. Потому что мы - ЦДКА, Красная Армия. Все тогда лейтенантами были, только Федотов капитаном. Потом старшего мне присвоили, перед тем как в Ленинградский институт физкультуры учиться пошел. Капитана и майора мне уже Василий Иосифович давал. Подольше б с ним поработали - и до полковника дослужился бы. Перед фронтовиками совестно было - они звание годами получить не могут, а я только дырочки на погонах сверлить успевал...

ПРОТИВНИКИ

- Вы про Дементьева заговорили. Трофимов Василий Дмитриевич мне как-то говорил, что сильнее игрока не видел...

- Умница он, Пека! Не повторялся! А Вася Трофимов - вечный мой противник. Туго против него приходилось. Лучше правого края сроду не видел. Хитро против него играть надо было, против Васи-то! Нырков за ним не поспевал, не тот бег у него был - не мог к трофимовской поступи приноровиться. А я - мог. Потому что и бежал быстрее, и отбирать умел, когда тот тормознет. Он притормаживал все время, Трофимов. А рядом с ним Карцев играл, тоже мастер. Умер, говорят, в Рязани где-то...

- Чью смерть тяжелее всего переживали?

- Федотова Гриши. Приехал из Тбилиси, выпил немножко - и прямо за столом умер. На Новодевичьем его похоронили, только я не ходил. Я на похороны не хожу.

- Трофимов говорил, что "Динамо" в те годы сильнее, чем ЦДКА, было.

- Они, может, физически покрепче, да только мы - умнее. Не были они сильнее! Да мы ж медали выигрывали - о чем спорить?

- А кто для вас самым неприятным противником был?

- Пономарев торпедовский. Страшный человек. Ударище какой! Против Парамонова туго бывало - он рослый, сильный... Пайчадзе Боря - тот еще хитрец! Стадион его именем назвали, умеют грузины своих игроков ценить... Не то что у нас - похоронили, и ладно.

- А Джеджелава?

- Это мой... враг! Номер один враг! Быстрый был - мне его с ходу все приходилось доставать.

- Били?

- Я вообще никого не бил. Меня с поля ни разу в жизни не удаляли! Я Гайоза чисто доставал, а он обиду-то затаил. Потом в ВВС тренером пришел, а я уже там играю - не ужились с ним. Он 34 игрока привез из Тбилиси в ВВС, хотел национальную команду сделать. Пришлось мне на Дальний Восток ехать. Грузины - они не прощают, и этот не простил...

"ЖИВУ - НЕ ТУЖУ"

- Самые памятные матчи за ЦДКА?

- Поражение от "Зенита" в 44-м, в Кубке, самое тяжелое в жизни! Никто понять не мог - как это ЦДКА проиграл? Иванов, вратарь, все брал - вот как. Зато в 45-м Кубок взяли, никто нам не помешал.

- А почему у вас только Федотов капитаном был, а остальные - лейтенанты?

- Начальство решало, не мы. Григорий Иваныч - он классный, конечно, игрок был. Мы его даже между собой по отчеству звали - такое уважение было.

- Бобров разве не сильнее?

- Если по товариществу говорить - для меня Гриша Федотов выше. А Бобер... Счастье его, что не полетел с хоккейным ВВС в Челябинск на игру! Я их после хоронил, всю команду. Севка хороший человек был, что говорить... Рано умер, мог пожить.

- О чем в жизни своей жалеете?

- Не о чем жалеть. Бедненько живу, но хватает. Не тужу. Одно жалко - вот сидят в федерации Парамонов, Симонян, да? Ладно, я мастер спорта... Ну, хоть перед смертью-то дайте "заслуженного"! Никак... Потому что против них играл. Только так сужу. А пенсии хватает - 2090 рублей. Военную даже не прошу.

- ЦСКА не помогает?

- Не-е-т... Путевку только дает в санаторий "Авангард", под Серпуховом. 8 лет туда езжу, тромбофлебит свой лечить, который футболом нажил.

- Начинали вы в "Локомотиве" - хорошая была команда?

- Хорошая. Там и играл, неподалеку от Елоховской церкви, и жил на Бауманской. А Николаев у нас капитаном был. В парилку идем, бывало, он вес свой проверяет - столько-то. После парилки - "Ага, полтора килограмма снял!" Доволен! Потом выпьет - еще три прибавил... Во как!

- Тогда, в 37-м, знали, что полстраны в лагерях?

- Молодые были - откуда знать? Даже не думали. Слышали, что Старостин с братьями сидит. Говорили - что-то они продавали... С Николаем мы потом познакомились: я уже в ВВС играл, полетели на Дальний Восток - а он там старшим тренером был. Мы его к себе в самолет на обратном пути посадили, да и увезли в Москву. А как меня в ЦДКА из "Локомотива" призывали - та еще история. Присылает военкомат человека: "Забираем!" 40-й год. Поехали с ним в какие-то казармы, а уж там мне выдают - ты, мол, военным считаешься, но сезон в "Локомотиве" доиграть можно. Никому такого не позволяли! Месяца три я еще за "Локомотив" играл, приезжают по новой: "Все, время..."

ЦДКА

- Так из "Локомотива" вы уходили в ЦДКА или просто в армию?

- Знал, что в ЦДКА, как не знать? Я уже тогда человеком известным был! Посидел немножко в казарме, а потом - в ЦДКА. Они тогда в Сухуми на сборах были - туда меня и подвезли. Приняли меня здорово. Заиграл. Поставили центральным защитником: рост - метр восемьдесят, головой играю, прыгаю... Потом в Москву возвращаемся, начинаю играть - а квартиры нет. Селюсь в гостиницу ЦДКА, там, где театр Советской Армии. И Демин у меня в соседях был, и Бобров, и Николаев...

- Игрокам лучшей команды страны - и не могли квартиры сделать?

- То-то и дело, что не могли! Не было квартир. Потом всех расселили - мне на Хорошевке жилье дали, Николаеву на Соколе в генеральском доме, Демину там же, Бубукину. Потом много квартир сменил. Нынешнюю мне Останкинский молочный комбинат дал, когда я там слесарем работал.

- А Сталин Василий Иосифович какую?

- На Можайке. Золотой человек - всех расселил. Мне, холостому, квартиру дал - две комнаты, 44 метра. Думаю, на велосипеде по ней ездить, что ли? Прихожу оформляться - в военной накидке, офицерский кортик болтается. "Тебе одному, - говорят, - и такую жилплощадь?!" Василий Иосифович, отвечаю, распорядился. "Ну ладно, прописывайся..."

- Женились поздно?

- Поздно, да удачно. Умерла уже моя первая жена, Ольга Марковна - известная легкоатлетка была... Хорошая была. И эта - классная. Хозяйственная, молодец. Мы с малолетства знакомы, в одном дворе жили - а сошлись вот к старости. Я-то, говорит, ей всегда нравился, она и на футбол раз в жизни только из-за того сходила, чтоб на меня посмотреть. Премию за победу получу, пирожных накуплю - девчат во дворе угощаю...

- У девушек ребята из ЦДКА популярностью пользовались?

- Мы выбирали, конечно, - не нас. Но и не скажешь, чтоб проходу не давали.

- И чемоданчик за вами носили?

- Нет. Я свою форму никому не доверял. Избави Бог.

- А кепки где шили?

- Был один портной - только у него. Возле Киевского вокзала жил. Бобров у него заказывал, многие в ЦДКА... А сейчас нет портного.

- А что ж вы с той "сталинской" квартиры съехали, на Можайке?

- После ВВС на Дальний Восток уехал и сдал ее. Мне не жалко было. На кой она нужна? Думал, вернусь, другую дадут.

ЗОЛОТЫЕ ЛЮДИ

- ...Самое интересное, ребята в тогдашнем ЦДКА подобрались - золотые люди. Добрые. Без такого, чтоб кого-то недолюбливали. Воспитывала армия-то!

- А война для вас какой получилась?

- Не воевал я. И никто из ЦДКА не воевал. Нас сохраняли всех - специально! Севку Боброва из Омска, кажется, привезли, из военного училища - чудом на фронт не загремел. И его сохранили. Поначалу не показался, парень и парень, а как играть начал - признали. Талант.

- И как сохраняли?

- Закон Чикина был. Генерал-полковника. Был такой начальник Политуправления Вооруженных сил. Он нас всех и сохранил: "Ни в часть не посылать, никуда!" Рукопашный бой преподавали всю войну. В Кимры ездили, Горький... Где только не были. И команда ЦДКА всю войну не распускалась - все до единого при ней числились. Генералов из министерства обороны охраняли. Еще команде нашей Хрулев помогал, большой начальник был по снабжению армии. Каждый месяц по 20 плиток шоколада, сахар, сгущенка...

- Как же вы столько шоколада съедали?

- Ели мало, больше девчонок угощали. Потом, в 44-м, Кубок мы неизвестно как проиграли, а в 45-м Николай Николаич Воронов, маршал артиллерии, кубок нам вручал. "Динамо" обыграли. А кубок здоровый - он туда и водки намешал, и вина, и шампанского. Каждому, руку пожав, отпить дал. Даже не по глотку вышло. По два...

- А вообще как победы отмечали?

- Если День Победы - обязательно в ресторане Дома Советской Армии три стола занимаем, министр приезжает, речь держит. А после игр победы не отмечали - выиграли, и ладно. Но в "Авроре" сидели часто.

- Знали вас там?

- Еще как!

- И все же дисциплина при "мягком" тренере Аркадьеве держалась, правда?

- Сам-то он, Борис Андреич, грамма в рот не брал спиртного! Такой человек. Художник... В 43-м в ЦДКА пришел, а до нас "Динамо" тренировал. Удивительный был - честный, благородный, на "вы" со всеми... К каждому подойдет отдельно, как играть, расскажет.

- Не боялись его?

- Уважали. Начальника команды - да, боялись. Был у нас полковник, фамилию не помню. Как не бояться? Мы офицеры! Армия есть армия, не расслабишься.

- Совсем непьющие в ЦДКА были?

- Кроме Аркадьева? Наверное, были. Только я не встречал. Закон был - никто никому не предлагает, никто никому не наливает. Хочешь выпить? Пей. Гринин Лешка парень был прижимистый, в складчину сидеть не уважал - больше за чей-то счет. Так мы как-то сговорились, ему в "Авроре" подливаем - он уж, бедный, задремал прямо на столе... А мы разбегаться начали - кому покурить, кому в туалет. Его и оставили. Просыпается - а счет ему несут! После ничего не сказал, но с тех пор первый за кошельком лез, скидываться.

- Хорошо зарабатывали?

- Толково. Нам со сбора платили, а народу на ЦДКА всегда полно ходило. Тысячи по две с половиной получали. Но свою машину никто из наших долго не покупал. Если ехать куда - каждый мог вызвать из ЦДКА, его и отвозили. Помню, Бобров машину купил, приезжает к "Авроре", поставить ее хочет, а Николаев помогать взялся. Командует, как ехать задом. Севка уж в арку уперся, газует, она не едет, а Николаев знай себе командует: "Еще газу, еще!"

- В финале Кубка-45 вы "Динамо" обыграли?

- 2:1. То самое "Динамо", которое в Англии всех раздело в том же году. А мы их - хлоп!

- Сильный был матч?

- О, да какой! Каждому из наших после матча болельщики принесли по букету цветов, а мне букет и бутылку водки. Мы по-особенному никак к тому финалу не готовились - все как обычно. Жили всей командой на Воробьевых горах, там база была, кормили-поили... Выиграли, а после в "Красной Звезде" написали, что за ЦДКА даже в Германии болели. Наши войска там стояли. Приятно было читать! За нас болели - не за "Динамо"...

- Почему?

- А потому, что мы - армия. А "Динамо" - МГБ.

- МГБ не любили?

- Нет. Команда Берии! Хоть самого его я живьем не видел ни разу - не повезло мне... Давеча телевизор включаю - показывают как раз, как расстреляли его да в ковер завернули.

- С Василием Сталиным они друг друга терпеть не могли.

- Василий про Берию не говорил - ни слова, ни полслова. Так что не знаю... А после того финала нас, кстати, и прозвали "командой лейтенантов". Газета какая-то всех нас перечислила по именам и приписала - "лейтенант такой-то, такой-то, капитан Федотов..." Так и пошло - "лейтенанты". Это мы спорт армейский подняли - только после нас, футболистов, и атлетика пошла, и борьба.

МАТЧ ПРОТИВ ДИПЛОМАТОВ

- Еще был, слышал, в вашей жизни памятный матч. Только не за ЦДКА или ВВС, а за "Крылья Советов".

- Да, было такое... Не помню, какой год - слух по Москве: англичане приезжают. Профессионалы. Кого против них ставить? ЦДКА нельзя - проиграем, позору не оберешься. Красная Армия проигрывать не может. Решили "Крылья Советов" пустить. Нас с Николаевым в подмогу отправили. Весь стадион НКВД оцепил, на трибуны специальные пропуска напечатали... Выходим, смотрим на профессионалов - а они странные. Кто пожилой, кто с пузом... Один в ботинках вышел, не в бутсах. Оказалось - не профессионалы они никакие, а посольские служащие. Наколотили мы им уж не помню сколько. Николаев ка-а-к даст метров с одиннадцати вратарю в лоб - тот лежит, не дышит... Насилу откачали. А Валентин Александрович мячик-то отскочивший в ворота и добил, молодец... Но боялись мы их - страшное дело! Черт их знает, какая команда приехала? Вот какие матчи помнит этот стадион - "Динамо". А игроков каких!

- Бескова, например...

- Костю-то? Мы с ним в добрых отношениях. Тоже сейчас болеет...

- Сильный футболист был Константин Иванович?

- Сильнейший! И Карцева, и Трофимова по технике выше. К слову, ты про режим в ЦДКА спрашивал? У нас курил-то один человек - Иван Кочетков. Зато как паровоз. Больше я с папиросой и не видал никого. Великий игрок. Не футболист, а золото наше было - Ваня. В ванной умер, довольно молодым... А я не курил, когда играл. Зато последние 50 лет - только "Пегас". Поехал на Дальний Восток в 50-м, там и начал.

- Что так?

- Приезжаю. Еще холостой был. В Москве ни души не осталось. Физрук армии, Мерзляков, меня принял хорошо. Поезжай, говорит, в Мучную. "Какая Мучная?!" А там, оказывается, авиадивизия стоит - и меня туда физруком определили. Я ж летчик был благодаря Василию Иосифовичу, майор - а на самолетах только пассажиром летал. И на Дальнем Востоке меня "сохранили", как в ЦДКА когда-то... Летчики куда собираются - им в самолет полагается 30 пачек сигарет. Кто не курит, тот мне отдавал - так я курить и начал.

СИНИЕ ПОГОНЫ

Мог перебраться из ЦДКА в ВВС тот же Гринин. В 48-м отправился в особняк Василия Сталина на Гоголевском бульваре. Чего только Василий Иосифович не обещал - и звание, и квартиру на улице Горького. Обещал Гринин подумать, а Сталин тем временем уехал: "Сиди здесь и думай. Еда в холодильнике..." Увидел Гринин грузовик во дворе - из окна в него спрыгнул, да и уехал.

Прохоров в ВВС перешел. Потому, быть может, и не пишет ни слова о давнем товарище в своей книге Валентин Николаев. Ни строчки о Прохорове и в книге Аркадьева. А Юрий Нырков прямо мне говорил: "Мы Прохорова своим не считаем..."

А команда, кстати, была удивительная - ВВС. Пример - играл за город Дзержинск удивительный парень по имени Василий Волков. Стометровку за 10,9 бегал. Сталину о том доложили, а уж он загорелся. Потому что сам в школе под псевдонимом учился - "Василий Волков". Тезка! И оказался настоящий Волков в ВВС. Назначили форвардом. Люди помнят - запустит мяч вдоль бровки, сам по беговой дорожке пронесется до углового флажка - и простреливает. Раз за разом фокус повторял.

- Так почему вы из ЦДКА ушли?

- Я не ушел - Сталин украл! Хотели меня из ЦДКА перевести в Хабаровск играть, а Сталин о том прознал: "Я им дам Хабаровск!" Послал срочно за мной Капелькина, тренера ВВС. Тот приезжает в 4 утра в гостиницу ЦДКА: "Поехали, Васька ждет..." Ну, поехали. Приезжаем на дачу к нему познакомились, по стопочке выпили... Он по этой части сильный был человек. Умел. С полмесяца я у него на даче прожил - и он лично все вопросы по переходу снял. На втором этаже жена его жила, дочка маршала какого-то, а я на первом. Как-то звонит он со службы жене: "Одевайся, сейчас в театр поедем!" Она одевается, прихорашивается... Приезжает, смотрит на нее: "Ты какого х.. вырядилась? Куда собралась?!" Ха-ха...

- Вы ему по ресторанам компанию не составляли?

- Один раз. В гостиницу "Москва" поехали, к какому-то литератору, а больше он меня никуда не брал.

- На "ты" не перешли?

- Язык не поворачивался, хоть он и молодой был. Постоянно ходил в форме, генерал-лейтенант - а я кто? Капитан. Как можно на "ты"? Это он, Василий, сразу меня капитаном сделал, как в ВВС зачислил. Дал синие погоны. До того я в пехоте числился, как и все из ЦДКА... Предлагали ему большую гражданскую должность - а он ни в какую. Авиацию любил.

- А сам Иосиф Виссарионович на дачу не приезжал?

- Не приезжал. И не помню, чтоб звонил. Не любил он его, Ваську-то, - за то, что тот с женой первой развелся, и выслал ее не знаю, куда... Василий за все время ни слова об отце не сказал. У меня уголок был на чердаке дома, и уж после как-то Вася ко мне в гости приехал. Я сам-то в ту дверь еле проходил, косяк задевал - и он тоже. Смотрит, смотрит... А мне и угостить-то его нечем! После этого квартиру мне дал. Хорошую. А Капелькин в ВВС тогда новую команду собирал. Я ко двору пришелся. Четвертое место выиграли - никто от нас не ждал! Василий всех собрал: "Премировать денег у меня нет. Всем по званию дам..." И стал я майором. А с ребятами из ЦДКА прервалась дружба. Никого не видел, никому не звонил. Не надо было.

УХОД

- Как из футбола уходил? Тяжело! Говорит мне Василий на прощание: "Учиться отправляйся..." А я на Дальний Восток улетел. Там и физруком работал, и ручной мяч освоил. Демобилизовался - и в Москву. А уж здесь слесарем работал на молочном комбинате, дворником на Арбате. Мундир с 54-го не надевал. Такая вот моя судьба.

- Что чаще всего вспоминаете?

- Свой единственный гол за ЦДКА - с пенальти, киевскому "Динамо". Сильно ударил - в левый нижний...

Юрий ГОЛЫШАК

Сегодня Александру Прохорову исполняется 81 год. Поздравления от "СЭФ"!

Материалы других СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...