Выбрать дату:

17.12.2001
Поделиться на odnoklassniki.ru

СЕКРЕТНЫЙ АРХИВ Акселя ВАРТАНЯНА

КАК МЫ ВСТУПАЛИ В ФИФА

Невероятно, но факт: такая, без преувеличения, историческая веха для нашего футбола, как присоединение к ФИФА, до сих пор оставалась практически не исследованной. Более того - даже дата вступления не была определена: в разных источниках указывались то июль, то октябрь, то декабрь 1946 года! О деталях и речи не шло.

Продолжение. Начало в "СЭ" от 1, 15, 22, 29 октября, 5, 12 ноября и 10 декабря

Ориентироваться в нескончаемых архивных лабиринтах непросто. Путеводители указывают на общее направление поиска. Что же касается частностей, тут уж как повезет. Мне повезло. В одном из закутков нежданно-негаданно обнаружил бесценные документы, пролившие свет на вступление Секции футбола СССР в ФИФА. Так появилась возможность проследить за процессом в подробностях.

В этой части повествования ограничусь скромной ролью статиста. Пусть говорят документы, извлеченные из недр Госархива Российской Федерации.

ВОРОТА РАСПАХНУТЫ

"Срочно. Телефонограмма.
МИНИСТЕРСТВО ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ
Председателю Всесоюзного комитета
по делам физической культуры и спорта
при Совете Министров СССР

Посланник СССР в Финляндии тов. Орлов 19 июля 1946 г. сообщил, что за время пребывания советской спортивной делегации в Хельсинки руководитель делегации тов. Вершинский интересовался вопросом об очередном Конгрессе Международной Футбольной Ассоциации в связи с возможностью вступления в нее советских футболистов. Для сведения Комитета по делам физической культуры и спорта сообщаем: 25-й конгресс Международной Футбольной Ассоциации состоится в гор. ЛЮКСЕМБУРГЕ 25-26 и 27 июля с/г.

На Конгрессе будут рассмотрены следующие основные вопросы:

1. Отчет Генерального секретаря Ассоциации о ее работе со времени предыдущего конгресса, который состоялся в 1938 г. в гор. ПАРИЖЕ.

2. Принятие в Ассоциацию национальных футбольных союзов, в частности Британской Футбольной Ассоциации, подавшей по этому поводу специальный меморандум.

3. Обсуждение предложений Исполкома и национальных футбольных союзов об изменении устава Ассоциации.

4. Выборы официальных лиц и финансовых контролеров Ассоциации.

Программа Конгресса была разослана членам Ассоциации в мае с/г Генеральным секретарем.

Адрес секретариата: гор. ЦЮРИХ, ШВЕЙЦАРИЯ, ул. БАНХОВ ШТРАССЕ.

Генеральный секретарь
доктор ШРИКЕР
Посланник СССР в Финляндии -
ОРЛОВ".

Из стенограммы заседания Конгресса: "Жюль Римэ просит Зильдрэерса ознакомить Конгресс со следующим сообщением: югославские делегаты получили извещение о том, что футбольная организация СССР решила присоединиться к ФИФА. Ассоциации Югославии и Чехословакии согласились сообщить об этом Исполнительному Комитету и выразили надежду, что это сообщение будет весьма приятно Исполнительному Комитету. Оба делегата подчеркнули выдающееся положение России в ООН и обратили внимание на то, что русский футбол уже доказал свой высокий класс. Они предложили Исполкому ФИФА пригласить русскую организацию в ФИФА и предоставить СССР одно место вице-президента.

Это предложение поддержали фон Френкель (Финляндия) и Маллов (Польша).

Римэ выразил искреннее удовлетворение этим сообщением и согласился изменить в связи с этим Устав. Теперь официальными лицами ФИФА будут:

1. Президент.

2. Вместо четырех - пять вице-президентов: один избирается от Великобритании, один - от Южной Америки, один - от СССР и два - путем голосования членов ФИФА.

3. Президент и шесть членов Исполкома избираются на Конгрессе".

Сенсационная новость мгновенно просочилась в прессу.

26 июля 1946 года агентство "Франс Пресс" сообщило из Люксембурга: "На заседании, проходившем вечером 25 июля, в ФИФА обсуждали вопрос о присоединении СССР к ФИФА. Как уже сообщалось, футбольная федерация СССР выразила пожелание войти в ФИФА и принять участие в Конгрессе. Просьба была представлена Югославией и Чехословакией. Присоединение одобрено с той оговоркой, что формальная просьба должна поступить от самой русской федерации. Решено также доверить одно из пяти мест вице-президента представителю СССР".

В тот же день глава международной футбольной федерации телеграфирует из Люксембурга:

"Телеграмма
ВСЕСОЮЗНЫЙ КОМИТЕТ
ПО ДЕЛАМ ФИЗИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ
И СПОРТА МОСКВА
ЛЮКСЕМБУРГ

В ДОПОЛНЕНИЕ К СООБЩЕНИЮ ЮГОСЛАВСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ЧЕХОСЛОВАЦКОЙ ФЕДЕРАЦИИ СЧАСТЛИВ СООБЩИТЬ ВАМ, ЧТО ПРОСЬБА СОВЕТСКОГО СОЮЗА О ВСТУПЛЕНИИ В ФИФА БУДЕТ ПРИНЯТА СОЧУВСТВЕННО.

ПРЕЗИДЕНТ ФИФА - РИМЭ
26.7.46"

ФИФА готова гостеприимно распахнуть ворота. Осталось нажать на кнопочку звонка. Но ни Комитет физкультуры, ни тем более Секция футбола не смели и пальчиком шевельнуть без ведома старших партийных товарищей. Вытянув руки по швам, они пребывали в томительном ожидании вестей из Кремля. Пауза затянулась. Лишь через три месяца в одной из кремлевских палат приняли роды: решением от 4 ноября 1946 года (Приказ № 55/178) ЦК ВКП(б) одобрил вступление футбольной секции в ФИФА. Получив добро, соответствующий приказ подписал Комитет физкультуры и вместе с заранее заготовленным прошением секции отправил их лично Жюлю Римэ.

ПРИКАЗ
ВСЕСОЮЗНОГО КОМИТЕТА ПО ДЕЛАМ
ФИЗИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ И СПОРТА
ПРИ СОВЕТЕ МИНИСТРОВ СССР
16 ноября 1946г. №658
"О ВСТУПЛЕНИИ В МЕЖДУНАРОДНУЮ
ФЕДЕРАЦИЮ ФУТБОЛА (ФИФА)

Принять предложение Конгресса Международной Федерации Футбола (ФИФА) от 25 июля с.г. о вступлении футбольной организации СССР в число членов федерации.

Направить в Исполнительный Комитет и Международную Федерацию Футбола (ФИФА) заявление о вступлении в Федерацию Всесоюзной Секции футбола (текст прилагается).

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ВСЕСОЮЗНОГО
КОМИТЕТА ПО ДЕЛАМ ФИЗИЧЕСКОЙ
КУЛЬТУРЫ И СПОРТА ПРИ СОВЕТЕ
МИНИСТРОВ СССР (Н.Романов)

Текст заявления:

"15 ноября 1946 г.
Исполнительному Комитету Международной
Федерации Футбола (ФИФА)
Уважаемые господа.

Всесоюзный Комитет по делам физической культуры и спорта при Совете Министров СССР, получив Ваше любезное предложение о вступлении в Международную Федерацию футбола, имеет честь сообщить Вам о желании Всесоюзной Секции футбола вступить в Федерацию.

Всесоюзный комитет по делам физической культуры и спорта просит принять Всесоюзную Секцию футбола в число членов Международной Федерации футбола.

Всесоюзная Секция футбола является организацией, осуществляющей руководство футболом в Советском Союзе, уполномочена представлять интересы советских футболистов и вступать в международные спортивные связи по этому виду спорта.

В соответствии со статьей 14 Положения Международной Федерации футбола, футбольная организация СССР обязуется выполнять устав, положение и законы (правила) игры, утвержденные ФИФА, а также придерживаться правил, изложенных в ст.ст. 26 и 27-й "Положения ФИФА".

Иван НИКИФОРОВ - заместитель
председателя Всесоюзного Комитета
по делам физической культуры и спорта
при Совете Министров СССР
Михаил КОЗЛОВ - председатель
Всесоюзной Секции футбола
Господину ЖЮЛЮ РИМЭ
Париж
Направлено через МИД СССР
и посла СССР во Франции 15/ХI 46".

Пока письмо совершало легкую оздоровительную пробежку из Москвы в Париж, нетерпеливые господа из ФИФА забросали Козлова телеграммами. Одна поступила из Франции 21 ноября:

"Михаилу Козлову, председателю
Футбольной Секции Советского Союза.
Москва. Россия.

Получил Вашу телеграмму. При получении Вашего соответствующего письма футбольная Секция Советского Союза будет присоединена к Международной федерации.

Я дал указание Генеральному секретарю доктору Шрикеру в Цюрихе для выполнения формальностей окончательного вступления и информирую Вас официально.

А пока сердечно приветствую Ваше благополучное вступление в нашу Федерацию и желаю, чтобы присоединение содействовало мировому господству нашего спорта под руководством ФИФА.

ЖЮЛЬ РИМЭ
Президент".

Другая - из Швейцарии

"МЕЖДУНАРОДНАЯ ФЕДЕРАЦИЯ ФУТБОЛА
Основана 27 мая 1904 г. Цюрих.
3 декабря 1946 г.
Господину Михаилу Козлову,
Председателю футбольной Секции СССР,
Москва, Скатертный пер., 4.
Господин Председатель.

Господин Президент РИМЭ сообщил мне Вашу телеграмму, которую Вы ему послали в Париж от имени футбольной Секции СССР, являющейся организацией, руководящей футболом СССР.

В этой телеграмме Вы выразили желание о присоединении к Международной Федерации Футбола.

Господин Президент Римэ подтвердил получение Вашей телеграммы и сообщил, что как только будет получено Ваше письмо, согласно вышеуказанной телеграмме, Секция футбола СССР будет присоединена к Международной Федерации футбола.

Для того, чтобы можно было без всякого замедления провести все формальности по окончательному присоединению, я был бы Вам очень признателен, если бы Вы мне прислали, как указано в Вашей телеграмме, письмо, подписанное соответствующими должностными лицами Вашей организации.

Я буду рад получить это письмо обратной почтой и заранее благодарю Вас за Вашу любезность.

Соблаговолите, господин Председатель, принять выражение самых лучших чувств.

Генеральный Секретарь".

Но вот письмо доковыляло до конечного пункта, и безмерно счастливый Шрикер спешит поздравить советских господ:

"Международная Федерация
Футбольных Ассоциаций
Генеральный Секретарь
д-р И.ШРИКЕР
Цюрих 13 декабря 1946 г.
Господину МИХАИЛУ КОЗЛОВУ
Председателю футбольной
Секции Комитета физической культуры
и спорта при Совете Министров СССР
Москва, Скатертный пер., 4.
Господин Председатель.

Я получил от г-на Президента Римэ из Парижа Ваше письмо от 15 ноября и, ссылаясь на мое письмо от 3 тек. м-ца, я с большим удовольствием подтверждаю, что футбольная Секция Комитета физической культуры и спорта отныне присоединена к Международной Федерации Футбольных Ассоциаций. Я сердечно приветствую Вас в лоне нашей международной организации и я всегда в Вашем распоряжении, чтобы дать те сведения, которые Вы желали бы получить.

На Конгрессе ФИФА, который происходил в Люксембурге 25-го июля с.г. решено предложить Вашей организации пост вице-президента Исполнительного Комитета, и вы меня очень обяжете, если сообщите фамилию того господина, который будет делегирован в Комитет.

С этой же почтой высылаю Вам список Ассоциаций, присоединенных к ФИФА.

Соблаговолите, господин председатель, принять выражение моего глубокого уважения.

Д-р Шрикер
Генеральный Секретарь".

Итак, наши в Цюрихе! Когда это случилось? Видимо, числа 11-12-го. Поздравительная телеграмма Козлову отправлена 13 декабря. Не стал бы Шрикер томить нас ожиданием.

Во всей этой истории руководство ФИФА не скрывало добрых чувств к СССР. Новых членов в эту организацию принимали исключительно на Конгрессах. Нам, чтобы не ожидать следующего, намеченного на 1948 год, господин Римэ сделал исключение, позволив скрепить союз Секции футбола с ФИФА узкому кругу членов Исполкома.

БОЙКОТ

Попав в изысканное буржуазное общество, советские товарищи поначалу были скованны, избегали общения... Отвергли они и предложение ФИФА участвовать в матче Великобритании со сборной Европы.

"МЕЖДУНАРОДНАЯ ФЕДЕРАЦИЯ ФУТБОЛА
Цюрих, 8 января 1947 года
Секции футбола Комитета физкультуры
и спорта при Совете Министров СССР
Москва

Господа, как Вам известно, Исполнительный Комитет принял предложение Британских Ассоциаций об организации в пользу ФИФА 10 мая в Глазго матча Великобритания - Континент...

Обращаясь к Вам от имени указанного Комитета, я был бы Вам обязан, если бы Вы сообщили мне до 31 января фамилии игроков Вашей Ассоциации, могущих быть кандидатами на одно из свободных мест в этой команде, и дали о них необходимые сведения не позднее 1 марта. Заранее благодарю Вас за Вашу любезность.

Понятно, что речь идет об игроках высокого международного класса, продемонстрировавших его во многих международных матчах с противниками также высокого класса.

Соблаговолите сообщить нам фамилии, имена и адреса этих игроков и дать заверение, что в случае, если они будут отобраны в основной состав или запас, они прибудут в Амстердам не позднее чем вечером в понедельник, 5 мая... Без сомнения, все расходы по размещению и обеспечению игроков за пределами их страны будут отнесены за счет ФИФА...

В принципе наш комитет хочет создать сильную стремительную команду с линией нападения, каждый игрок которой обладает исключительным ударом.

Для того, чтобы наш комитет мог выбрать тактику игры, которая будет предложена команде, мы просим Вас сообщить о каждом игроке, применяет ли он систему WM и по какой схеме обычно располагается его команда.

В заключение просим Вас сообщить нам даты международных матчей, в которых указанные игроки примут участие до 1 мая 1947 года.

В надежде получить быстрый ответ прошу Вас, господа, принять выражение моих сердечных чувств.

Д-р Шрикер".

Ответа не последовало. ФИФА проявила настойчивость, отправив еще три письма - 14 и 27 января и 6 февраля. Никакой реакции.

Не дождавшись ответа, Шрикер 27 февраля направляет Козлову пятое по счету письмо. В нем, в частности, говорилось:

"До настоящего времени я не получил еще извещения о Ваших игроках, которых Вы предлагаете для участия в этом матче в составе континентальной команды. Между тем очевидно, что команда Континента не будет иметь возможности представлять футбольную команду Европы, если в ней не будет русских игроков.

Господин Ж.Римэ, наш Президент и члены Комиссии по отбору поручили мне убедительно просить Вас сообщить нам имена Ваших игроков, которых Вы считаете достойными состоять в этой команде. Судя по матчам, проведенным в Англии, вратарь "Динамо" (Алексей Хомич. - Прим. А.В.), который играл во время выступления этой команды, как нам кажется, является в настоящее время одним из лучших в Европе, и наша Комиссия по отбору очень желала бы получить Ваше согласие на его участие.

Я позволю себе просить Вас ответить мне в кратчайший срок, и если, как мы надеемся, ответ будет положительным, этот вратарь будет введен в состав команды на заседании Комиссии по отбору...

В ожидании хороших от Вас известий я прошу Вас, господин Председатель, принять выражение моих наилучших чувств".

Наши наконец отозвались. Но только для того, чтобы выразить свое мнение по этому поводу:

"СССР
ВСЕСОЮЗНАЯ СЕКЦИЯ ФУТБОЛА
Москва, 8 марта 1947 года.
Д-ру И.Шрикер
Генеральному Секретарю Международной
Федерации футбола (ФИФА)
Цюрих
Уважаемый
господин Генеральный Секретарь.

Всесоюзная Секция футбола, подтверждая получение Ваших писем от 14-го января, 27-го января и 6-го февраля с.г. с приложением циркулярного письма от 8-го января с.г., имеет честь сообщить Вам, что, по мнению Секции и советской футбольной общественности, организация международного футбольного матча Великобритания - Континент представляется нецелесообразной.

Всесоюзная Секция футбола полагает, что сама по себе идея противопоставления сборной футбольной команды Великобритании соединенным силам всех футбольных ассоциаций европейского континента не является достаточно обоснованной.

Известно, что ряд стран Европы располагает не только национальными сборными, но даже отдельными клубными командами, которые по своему спортивно-техническому уровню стоят если не выше, то, во всяком случае, не ниже сборной команды Великобритании.

Вместе с тем футбольный матч Великобритания - Континент не может дать сколько-нибудь реального представления о действительном соотношении сил в области футбола, так как континентальная сборная команда и с чисто спортивной точки зрения заранее ставится в невыгодные условия по сравнению с английской командой.

Совершенно очевидно, что даже при условии длительной тренировки, продолжающейся несколько месяцев, команда, составленная из отдельных игроков, представляющих различные школы и системы игры и говорящих на разных языках, никогда не сможет противостоять на равных основаниях команде, владеющей общей для всех системой игры, говорящей на родном языке и воодушевленной идеей защиты спортивного престижа своей страны.

Исходя из вышеизложенного, Всесоюзная Секция футбола имеет честь довести до сведения Исполнительного Комитета ФИФА о том, что она не имеет намерения выставить кандидатуры советских футболистов, которые могли бы претендовать на включение в состав сборной команды европейского континента.

Пользуясь случаем, прошу Вас, господин Генеральный Секретарь, принять уверения в моем глубоком к Вам уважении.

Михаил КОЗЛОВ
Председатель Всесоюзной Секции футбола".

17 марта 1947 года Шрикер еще раз обращается к Козлову в надежде все же заполучить вратаря московского "Динамо". Относительно нашей позиции пишет следующее: "Я с благодарностью подтверждаю получение Вашего письма от 8 марта, содержание которого я принял к сведению.

Признавая справедливость Ваших замечаний, я должен подчеркнуть, что встреча, которая будет иметь место 10 мая в Глазго, между командами Великобритании и Континента, организована в духе спортивной дружбы, чтобы отметить возвращение четырех британских Ассоциаций в ФИФА..."

Первое же совместное мероприятие после вступления в ФИФА было нами бойкотировано.

МЕЖДУ МОЛОТОМ И НАКОВАЛЬНЕЙ

В процессе "археологических раскопок" удалось установить и точную дату вступления в должность вице-президента ФИФА Валентина Гранаткина. Случилось это не в октябре 46-го, как указано в некоторых справочных изданиях, а несколько позже.

Впервые Шрикер попросил назвать фамилию "господина" (которому еще в июле забронировали должность вице-президента ФИФА и постоянное место в Исполкоме) 13 декабря 1946 года. Не получив ответа, генеральный секретарь через месяц (14 января 1947 года) в столь же любезных тонах, ненавязчиво просьбу повторил.

Затянувшаяся закулисная возня с выдвижением кандидата на престижный пост лишала Козлова возможности удовлетворить любопытство Шрикера. Но и тянуть далее с ответом становилось неприлично. 8 февраля он направил в Цюрих длинное письмо, в котором содержались такие строки: "Кандидатура представителя Всесоюзной Секции футбола на пост вице-президента ФИФА в Исполнительном Комитете федерации будет выдвинута и утверждена на Пленуме Всесоюзной Секции футбола, который состоится в марте с. г.

Немедленно по окончании Пленума фамилия представителя будет сообщена Вам".

По прошествии указанных в письме сроков Москва продолжала хранить молчание. Шрикер, будучи уверенным в том, что пленум состоялся и выбор сделан, вежливо, не теряя самообладания (не нервы - канаты у этих западных господ!), вновь напомнил о себе: "Ссылаясь на мои предыдущие письма, я позволю себе просить Вас сообщить фамилию господина, который Вами назначен в качестве вице-президента".

Весточку о себе Козлов подал лишь в конце апреля: "Кандидатура представителя Всесоюзной Секции футбола на пост вице-президента в Исполнительном Комитете ФИФА, к сожалению, не могла быть сообщена Вам в марте, так как Пленум Секции, который предполагалось провести в марте, был отложен на более поздний срок".

Надо полагать, немало удивился генсек ФИФА, прочитав эти строки. Откуда было западному невежде знать, что руководитель футбольной Секции СССР, ничего не решавший, и в самом деле не имел ни малейшего представления о сроках проведения Пленума, и что обращаться следовало в другие организации, непосредственного отношения ни к спорту, ни к футболу не имевшие. Во всем этом Козлов, находясь между молотом и наковальней, признаться, естественно, не мог.

Переписка продолжалась, и когда Козлов попытался выведать у Шрикера содержание обсуждаемых на очередном Исполкоме ФИФА вопросов, тому впервые за время общения с советским председателем изменило самообладание: нечего совать нос не в свое дело, кому положено, тому и сообщим - таков был смысл ответа. В переводе на язык дипломатический это звучало так: "Что касается повестки дня собрания Исполнительного Комитета, состоявшегося в Глазго, то она была вручена господам из Исполнительного Комитета, но, к сожалению, господин, назначенный для принятия обязанностей вице-президента, мне не знаком.

Я с удовольствием представлю в распоряжение Вашего господина вице-президента все сведения, которые Вы просили.

Соблаговолите, господин Председатель, принять выражение моего уважения.

Д-р Шрикер. Генеральный Секретарь".

Форма обращения Шрикера к Козлову в заключительных строках письма неуклонно шла по нисходящей (от "сердечных", "наилучших чувств" до "глубокого" и, наконец, обычного дежурного "уважения"), что свидетельствовало о явном охлаждении к советскому председателю.

СВЕРШИЛОСЬ!

Только в начале августа чей-то властный перст указал на Валентина Гранаткина. И тут же через пару дней (7 августа) в Цюрих стремглав отправилось письмо, подписанное членом Президиума Секции футбола А.Арутюновым. В нем содержался ответ на вопрос, восемь месяцев беспокоивший вельможных особ ФИФА.

"Всесоюзная Секция футбола... имеет честь сообщить, что очередной Пленум Секции принял решение рекомендовать на пост вице-президента, зарезервированный для советского представителя в Исполнительном Комитете ФИФА, - заслуженного мастера спорта СССР Валентина Александровича Гранаткина.

Всесоюзная Секция... просит Вас, если в этом имеется необходимость, произвести требуемые формальности, которые позволили бы ему незамедлительно приступить к выполнению порученных ему обязанностей вице-президента Исполнительного Комитета ФИФА..."

Осчастливленный Шрикер ответил немедля. Он не скрывал удовлетворения, рассыпался в благодарностях и пригласил новоиспеченного вице-президента в Брюссель, где 20 и 21 сентября отмечались торжества, связанные с 50-летним юбилеем Бельгийского Королевского Союза футбольных Ассоциаций, и в Амстердам - на заседание Исполкома, назначенное на 23 сентября. К письму прилагался пригласительный билет с программой празднеств, в центре которых - матч сборных Бельгии и Англии, а также сообщение о забронированном номере в одной из лучших гостиниц Брюсселя. "Если г-н Гранаткин не сможет принять участия в праздновании юбилея и приедет сразу в Амстердам, - писал Шрикер, - я хочу подчеркнуть, что в этом случае г-н Гранаткин должен прибыть в Амстердам не позднее 22-го сентября. И я полагаю, что оно закончится в этот же день...

P.S. Будьте любезны сообщить мне личный адрес г-на Гранаткина, чтобы я мог сноситься с ним непосредственно".

Естественно желание Шрикера общаться со своим сотрудником без участия посредников. И столь же естественно, что эта просьба, как и многие другие, была проигнорирована.

ПРОГУЛЫ

В Брюссель Гранаткин не попал. Его всесторонне готовили к выступлению на Исполкоме, где он должен был озвучить выработанное в партаппарате компетентное мнение по насущным футбольным проблемам. Содержалось оно в спецдокументе ("УСТАНОВКИ тов. Гранаткину В.А., выезжающему в Голландию на заседание Исполнительного Комитета Международной Федерации футбола 23 сентября 1947 года"), состоявшем из четырех пунктов. Судя по его содержанию, был взят курс на участие в Олимпийских играх 1948 года и чемпионате мира-50. В первом турнире нас не устраивала система, во втором - место и время. Олимпийские турниры проводились по кубковой системе. Чтобы избежать капризов жребия и гарантировать советской команде участие как минимум в трех играх, вице-президенту было указано: "Для нас важно, чтобы розыгрыш происходил по круговой системе, которая исключала бы всякие случайности и позволила бы безусловно выйти нашей команде в финал".

По мировому чемпионату: "...всемерно использовать выявившиеся разногласия по этому вопросу, касающемуся технических трудностей организации розыгрыша в Бразилии. Стараться убедительно доказать нецелесообразность проведения розыгрыша в Бразилии по техническим соображениям и, пользуясь этим предлогом, стараться оттянуть сроки розыгрыша или добиваться перемены места розыгрыша".

Федерации футбола Германии и Японии исключили из ФИФА вскоре после завершения мировой войны. Через некоторое время стали раздаваться просьбы смягчить санкции в отношении немецких клубов, в связи с чем установка гласила: "По вопросу матчей германских клубов против клубов Ассоциации и о переходе отдельных игроков в клубы других стран придерживаться следующей позиции. Сам факт обсуждения вопроса о германских клубах или отдельных игроках ставит ФИФА в неловкое положение, т.к. германской федерации не существует и она в свое время была исключена из ФИФА..." На случай, если номер не пройдет: "...следует настаивать на перенесении вопроса на обсуждение Конгресса".

Последний, четвертый по счету, наказ формулировался кратко: "Выяснить возможность вступления в Международную Федерацию футбола отдельных республик Советского Союза".

Помета: "Просмотрено и утверждено т.т. Романовым и Постниковым и вручено 22/IХ-47 г.".

Совершенно необъяснима нерасторопность властей. Документ подписан и выдан Гранаткину в тот самый день, когда он должен был находиться в Амстердаме. На Исполком вице-президент не поспел и вынужден был изложить позицию советской стороны в письме к Шрикеру.

Случай не единственный. Советские представители, словно нерадивые школьники, нередко "прогуливали занятия".

С 25 по 31 марта 1948 года в Лондоне проводился семинар для судей, о чем Секцию футбола уведомили заблаговременно. Ни один из наших арбитров, рекомендованных ФИФА Всесоюзной Секцией футбола (москвичи Николай Латышев, Михаил Дмитриев, Вячеслав Моргунов, ленинградец Илья Аверкин, ростовчанин Александр Щелчков и Эльмар Саар из Таллина), на семинар не явился.

Во второй половине апреля зам. председателя Комитета физкультуры Андрианов сообщает Шрикеру, не вдаваясь в подробности: "Что касается курсов судей по футболу... Всесоюзная Секция не могла направить на них своих представителей". В чем генеральный секретарь вообще-то и сам уже успел убедиться.

Конгрессы ФИФА проводились раз в два года. На них решались жизненно важные для международного футбола вопросы. На 26-м Конгрессе (проходил 27-28 июля 1948 года в Лондоне) были представлены 50 национальных футбольных ассоциаций (от одного до пяти делегатов от каждой). Отсутствовали только представители СССР. Из членов Исполкома не участвовали в работе Конгресса Луис Аранха (по уважительной причине) и Валентин Гранаткин (без объяснения причин). Так было отмечено в стенограмме первого дня заседания.

Нет нужды объяснять, почему ни судьи, ни Гранаткин, ни работники футбольной организации не смогли покинуть пределы страны.

"НЕ СЧИТАЕМ ВОЗМОЖНЫМ..."

Эта неприглядная история ничего, кроме чувства стыда за наших соотечественников, вызвать не может. Что было, то было. Слов из песни не выкинешь.

"МЕЖДУНАРОДНАЯ ФЕДЕРАЦИЯ ФУТБОЛА
Цюрих, октябрь 1947 года
Всесоюзной Секции футбола
Комитета физической культуры и спорта
при Совете Министров СССР
Москва

На своем последнем заседании Комиссия по чествованию Жюля Римэ решила закончить к 31 декабря с.г. подписной лист по подготовке подарка, который будет вручен нашему Президенту г-ну Римэ в честь празднования его 25-летнего юбилея на посту Президента ФИФА.

Большинство национальных Ассоциаций уже подписались и внесли взносы от 100 до 1000 швейцарских франков.

Подпись Вашей Ассоциации пока еще не фигурирует в этом листе. Мы не сомневаемся, что Вы попросту упустили это из виду, и мы будем весьма признательны Вам, если Вы это сделаете до 31 декабря с.г.

Выражая заранее свою благодарность, просим Вас принять уверения в наших искренних чувствах.

От имени Комиссии по чествованию
Жюля Римэ секретарь: Шрикер".

На письме помета: "т. Постникову доложено. Решено письмо оставить без ответа. 15 X 47 г." (Подпись неразборчива).

Через несколько дней передумали. Уж лучше бы промолчали.

"СССР
ВСЕСОЮЗНАЯ СЕКЦИЯ ФУТБОЛА
Москва, 69. Скатертный пер., 4.
Господину Шрикер
Генеральному Секретарю Международной
Федерации футбола (ФИФА), Цюрих.
Уважаемый
господин Генеральный Секретарь,

Всесоюзная Секция футбола подтверждает получение Вашего письма от октября с.г., направленного Вами от имени Комиссии по чествованию господина Ж. Римэ.

Всесоюзная Секция считает своим долгом указать, что она, к сожалению, до настоящего времени не была информирована об учреждении вышеназначенной Комиссии, о ее деятельности по подписке, имеющей целью сбор средств для приобретения памятного подарка господину Ж. Римэ.

Таким образом, Секция не упустила из виду принять участие в этом мероприятии, как это предполагается Вами, а не могла этого сделать, не имея необходимой информации.

Согласно справок, наведенных после получения Вашего письма, Секция выяснила, что предложение о вручении господину Ж.Римэ Кубка с наименованиями и эмблемами всех Ассоциаций, присоединенных к ФИФА, было сделано на XXV Конгрессе ФИФА 25 июля 1946 года в Люксембурге, при этом Секция не могла не обратить внимания на то, что предложение исходило от представителя Испанской федерации футбола, а также на тот факт, что представитель Югославии г-н Благоевич тогда же на Конгрессе выразил сожаление по этому поводу, считая, что подобное предложение не должно было исходить от представителя профашистской организации франкистской Испании.

Всесоюзная Секция футбола имеет честь уведомить Вас, что она полностью поддержала бы решение о преподнесении господину Ж. Римэ памятного подарка в ознаменование 25-летнего юбилея его работы на посту Президента ФИФА, но при создавшейся ситуации не считаем возможным принять участие в сборе средств на приобретение Кубка в связи с тем, что такой подарок, сделанный по инициативе профашистской организации, как нам представляется, не может послужить выражением благодарности присоединенных Ассоциаций за многолетние плодотворные усилия господина Римэ и, вероятно, не будет приятен уважаемому юбиляру.

Михаил КОЗЛОВ
Председатель Всесоюзной Секции футбола".

Комментировать этот документ нет ни сил, ни желания.

Нелегко было господам из ФИФА сотрудничать с товарищами из иной, отличной от всех прочих цивилизации.

И тем не менее советскому футболу вступление в ФИФА принесло огромную пользу. Появилась возможность без каких-либо ограничений встречаться с сильнейшими командами разных стран и континентов, перенимать накопленный мировым футболом опыт во всех сферах. Поначалу со скрипом, с опаской, с неприкрытым страхом вступали советские футболисты в контакты с "иноверцами". Но со временем, обретя уверенность, мы стали поколачивать признанные в футбольном мире авторитеты не только в частных разборках, но и в крупнейших турнирных потасовках, за что неоднократно отмечались наградами разного достоинства.

P.S.Обязан извиниться за допущенную в "СЭ" от 10 декабря ошибку: имя министра финансов СССР Зверева не Анвар, а Арсений.

Код для блога
Предпросмотр
 





Loading...