Газета
5 марта 2001

5 марта 2001 | Футбол

ФУТБОЛ

СТАТИСТИКА Акселя ВАРТАНЯНА

Запустил исторический сериал на свою голову. Статистик, привыкший к обильной пище, нашпигованной цифрами, вынужден поститься. Во избежание фатальных последствий с милостивого благоволения читателя чуток перекушу на ходу. Отсыплю щепотку цифири (да и вас попотчую) из баночки с надписью

КАК НАЧИНАЛСЯ СОВЕТСКИЙ ФУТБОЛ

Продолжение. Начало в "СЭ" от 26 февраля 2001 года

САМОЕ-САМОЕ

Для затравки. Идею вы и сами в скором времени поймете.

Самый первый советский чемпион - московское "Динамо", одержав шесть побед кряду, установило самый первый рекорд СССР. Здесь важна не величина победной серии (еще до войны этот результат перекрыли ЦДКА и "Металлург"), а сам факт выигрыша ВСЕХ турнирных матчей. Это самый возрастной из союзных рекордов: он обречен на бессмертие. Теоретически его можно лишь повторить, превзойти - никогда.

Самый результативный - осенний чемпионат 1936 года. В среднем в каждой игре забивалось по 4,18 гола!

Кузницей рекордов стал год 1938: самый обильный по числу забитых мячей, по количеству участвующих в нем футболистов и судей, назначенных пенальти, удалений, автоголов, протестов поданных, принятых и отвергнутых, нарушений регламента, Положения о розыгрыше и прочее, и прочее. Среди прочего и зарыта собака, ради которой затевал разговор.

Речь о восьмом чуде света, супертурнире (один из немногих случаев, когда употребление "супер" уместно), созданном советскими архитекторами и строителями. Имеется в виду не качество сооружения - его количественные параметры. "Проводят ведь английские буржуи турнир с 22 командами. Чем мы хуже?" - задались вопросом наши спецы и тут же ответили не словом - делом, ударным трудом, отгрохав 26-этажную высотку - гигант, сопоставимый с грандиозными стройками предвоенных пятилеток - Магниткой, Днепрогэсом, Беломоро-Балтийским каналом...

Колосс на поверку оказался на глиняных ногах и по прошествии полугода рухнул. Если приземленно, пользуясь терминологией тех памятных лет, была проведена массовая чистка, в результате которой группа "А" уменьшилась едва ли не наполовину.

В течение года число участников союзного чемпионата сначала увеличилось втрое (с 9 до 26), затем сократилось вдвое (с 26 до 14). Могло ли нечто подобное случиться в мировой футбольной истории? Думаю, нет. Лишь посредственное знание зарубежного клубного футбола и нежелание вновь попасть впросак удерживают от категоричного ответа.

Все это присказка, а сказка впереди. Называется она

СОЮЗ НЕРУШИМЫЙ РЕСПУБЛИК СВОБОДНЫХ

Нет надобности анализировать сущность и задачи ленинской национальной политики. Не стану прослеживать и последовательность воплощения ее в жизнь наследниками Ильича. Скажу лишь о том, в чем абсолютно уверен. В советском футболе провозглашенные Конституцией свобода и равенство республик нарушались неоднократно.

Уже первый турнир, не участвуй в нем Киев, на чемпионат СССР никак не походил. Все свелось бы к традиционным матчам Москва - Петербург (Петроград - Ленинград), только на клубном уровне.

Осенью 36-го к россиянам и украинцам подключились грузины. Непомерное увеличение группы "А" в 38-м позволяло существенно умножить представительство союзных республик. Организаторы предпочли копать не вширь, а вглубь: 17 команд представляли РСФСР, 6 - Украину 2 - Грузию и 1 - Азербайджан. Старший брат из братской семьи народов по-прежнему занимал доминирующее положение. В общем-то по праву, хотя пропорции не мешало бы и подкорректировать.

Бакинский "Темп" в том же сезоне выбыл, и два оставшихся довоенных чемпионата Союза нерушимого республик свободных вновь разыграли на троих - русские, украинцы и грузины.

Из-за существенной разницы в уровне развития футбола в национальных республиках сочетать принцип спортивный с провозглашенным Конституцией принципом равенства было невозможно. Совместить несовместимое попытались в 48-м. В честь 10-летия самого грандиозного в стране турнира установили еще два рекорда масштаба планетарного. Старт в очередном чемпионате приняли 30 (тридцать!) команд, представлявших 15 союзных республик из 16 имевшихся. Неизвестно, почему не пригласили на массовое народное гуляние команду Карело-Финской ССР.

На протяжении 11 дней звон мячей раздавался на широких просторах Отчизны, от Москвы до самых до окраин. Кто, с кем и по какой системе играет, понять было невозможно: ни календаря, ни Положения о розыгрыше не опубликовали. Видимо, и начальники не очень-то ориентировались в происходящем и, когда поняли, что потеряли контроль над ситуацией, решили отказаться от громоздкой, хлопотливой затеи. Отправившийся в воздушное плавание корабль с неподъемным грузом на борту был обречен.

Для спасения целого следовало пожертвовать частью (примерно так инструктировал в 18-м Владимир Ильич Льва Троцкого перед подписанием Брестского мира). Рецепт Ильича оказался весьма кстати. Сбросив балласт (16 участников из 30), союзный чемпионат в красивом, парящем полете благополучно достиг цели, подарив стране на самом финише великолепное зрелище - матч ЦДКА - "Динамо". Он все и решил.

Я уже нарушил заранее обозначенную хронологическую границу и все же с вашего позволения продолжу вторжение в запретную зону, чтобы, пусть и в общих чертах, завершить тему.

В 49-м советскую элиту разбавили еще четырьмя командами. Среди них оказались и нацмены - Азербайджан, Армения и Латвия. Впервые союзный футбольный парламент представили 7 республик: по три славянские (белорусы получили место еще в 45-м), закавказские и прибалты в лице латышей.

"ТАК И НАЗОВИТЕ ВАШЕ ПЕРВЕНСТВО, ТОВАРИЩИ"

После завершения чемпионата-50 произошла очередная чистка. Под сокращение попали Минск, Баку и Ереван. Дисциплинированные белорусы восприняли постигшую их беду мужественно, а представители "закавказской национальности", образно говоря, рвали на себе одежки, падали ниц, воздевали руки кверху в направлении покорителей политического Олимпа.

Все это происходило в начале января 1951 года на Пленуме Секции футбола СССР. Имеем возможность поглазеть в замочную скважину. Говорю об этом, испытывая чувство смущения и неловкости: подглядывать и подслушивать дурно. Надеюсь, читатели простят небольшой коммунально-бытовой грешок, весьма у нас распространенный. К тому же, как утверждает молва, любопытство - не порок.

Пока я разглагольствовал, завершил выступление начальник Управления футбола и хоккея Спорткомитета СССР Сергей Савин, сообщивший кавказским товарищам пренеприятнейшую весть. Нам повезло: мы увидим самое интересное - реакцию униженных и оскорбленных на выступлении начальника и услышим их эмоциональные, колоритные речи, которые привожу по стенограмме, не меняя ни единого слова.

Делегат Азербайджана Парсаданов грозился обратиться в "Правду" и к товарищу Ворошилову, взывал к авторитетам: самому Лаврентию Берия и святая святых - Конституции СССР: "В 1936 году было решение и Комитета, и Секции, и кто-то из товарищей нас поддержал. Поддержал и Лаврентий Павлович Берия. Имеется на записке делегации Закавказья его резолюция. Вопрос стоял относительно твердой системы розыгрыша, построенной на основе нашей Сталинской Конституции".

С подготовленного азербайджанским коллегой плацдарма перешел в наступление боец народного фронта Армении Чичиян: "Нужно Всесоюзному комитету принять за основу Сталинскую Конституцию. Разыгрывается первенство Советского Союза- 16 республик. Пусть московских команд будет на первенстве столько-то, ереванских - одна и т.д., вопрос не в этом. Вы дайте место нашей республике в первенстве Советского Союза. Назовите его настоящим именем - первенство Советского Союза, а то подумайте: разыгрывается первенство Советского Союза, и участвуют две республики по сути дела, остальные команды от Москвы и Ленинграда. Это первенство не Советского Союза, это первенство лучших команд Советского Союза. Так и назовите ваше первенство, товарищи".

В сущности Чичиян поддержал основной принцип олимпийского движения - главное не победа (не выявление сильнейшего), а участие.

Если задача Чичияна и Парсаданова сводилась к тому, чтобы "ваше первенство" сделать "нашим", то есть сохранить место в сильнейшей группе, то представитель Молдавии попытался под шумок протолкнуть свою команду в лоно избранных, куда ее нога еще не ступала: "Мы все изучали Конституцию, и она уже перед нашими глазами стоит. Мы каждый раз перед выборами ее просматриваем (здесь к месту приписка: "смех, аплодисменты в зале", часто сопровождавшая развлекательные шоу в исполнении Никиты Сергеевича Хрущева, только в 50-м смеяться над сказанным было небезопасно - А.В.), и там ясно записано, что все наши 16 республик - равноправные республики, все имеют одинаковые права. А какой же это розыгрыш первенства СССР, если все республики не участвуют? Где же равноправие?"

Вопрос поставлен в лоб, вопрос серьезный, политический, просто так шуточками-прибауточками от него не отвертишься. И все же после выступления зампредседателя футбольной секции Харламова он отпал сам собой, как жухлый осенний лист.

ВСЯК СВЕРЧОК ЗНАЙ СВОЙ ШЕСТОК

Харламов мастерски отразил атаки темпераментных южан, применив их же оружие. Он тоже обращал взоры к украсившему помещение групповому портрету небожителей: "Что касается розыгрыша первенства прошлого года, то началось это с обсуждения в секции. Секция представила на обсуждение Комитета (имеется в виду Комитет физкультуры. - А.В.) два вопроса, и Комитет направил на утверждение в правительство. Не кто другой, как наше правительство, Совет Министров СССР и его бюро по физкультуре утвердили это Положение на два года. Сегодня и вчера много обсуждали этот вопрос Положения, и у нас ни у кого нет права говорить о том, что это Положение порочно".

Тонким тактиком проявил себя Харламов. Он использовал против козырных карт бунтарей (Клима Ворошилова и Лаврентия Берии) козырную колоду - все правительство - Совет Министров СССР (куда, кстати, входили и Берия с Ворошиловым).

В одиночку и Климент Ефремович, и Лаврентий Павлович, и пресвятая Конституция (о газете "Правда" и говорить нечего) были бессильны перед могущественной колодой. Покрыть ее одним движением мизинца мог только Джокер - дядюшка Джо. Но никто из бунтарей обратиться к мудрейшему из мудрейших не осмелился: мыслимо ли отвлекать по таким пустякам генералиссимуса, денно и нощно трудившегося над задачами сокращения народонаселения страны.

Познавательная ценность выступления функционера огромна. Теперь вы имеете представление о том, как решались в стране футбольные дела. Секция футбола, физкульткомитет - главный проводник идей высокого руководства - имели лишь совещательный голос. Все решало родное правительство - Совет Министров СССР. И никто не имел права противиться принятому им решению. Своевременное напоминание товарища Харламова о том, кто в футбольном доме истинный хозяин, остудило горячие головы. Ничего больше не оставалось, как организованно и, главное, молча разойтись по своим местам. Всяк сверчок знай свой шесток.

В более полном объеме ленинскую национальную политику реализовали в начале 60-х, во времена так называемой хрущевской оттепели. В чемпионатах 1960-62 годов в классе "А" были представлены 12 союзных республик из 15: Карело-Финскую союзную республику в 56-м понизили в должности до уровня автономной и трудоустроили в РСФСР.

Небольшое число национальностей в национальном чемпионате в предыдущие годы объяснялось разумным критерием отбора в сильнейший класс - по уровню мастерства. В 60-м пошли на компромисс, сочетая принцип спортивный с национальным. Некоторых нацменов вытянули в высшее учебное заведение за уши - без вступительных экзаменов, обещав за хорошую учебу и прилежное поведение и дипломы выдать. Твердый гранит науки прибалтам оказался не по зубам, и после трех лет обучения их отчислили за неуспеваемость в полном составе - латышей и эстонцев навсегда. Все остальные, исключая неразлучную троицу (Россия - Украина - Грузия), с разной периодичностью курсировали между высшей и первой лигами.

ЗА ЗНАМЯ ЧЕМПИОНА

Моральный стимул (доска почета, грамоты, награды, звание передовика производства, бригады коммунистического труда и многое другое) в стране победившего социализма успешно конкурировал со стимулом материальным (зарплата, премиальные...). В любительском футболе он и вовсе был крупнейшим монополистом. Так, во всяком случае, представляли ситуацию доверчивому населению.

Высшим стимулом для советских футбольных премьеров (до учреждения золотых медалей) был алый стяг. А первые чемпионы (московское "Динамо") удовлетворились самим фактом победы в турнире. О том, что им еще и красное знамя полагается, узнали они только в конце августа по обнародованию соответствующего указа: "Всесоюзный комитет по делам физкультуры и спорта при СНК Союза ССР учредил переходящий приз - знамя Всесоюзного комитета за первенство СССР по футболу...

Команда, выигравшая первенство шесть раз, получит приз в собственность".

В шестой раз динамовцы выиграли первенство в 1954 году. Неужто вы и вправду думаете, что знамя вручили им навечно? Не исключаю, что и в наше время можно встретить людей наивных, но не до такой же степени. Кто мог помнить в 54-м о постановлении 18-летней давности. Так долго законы у нас не живут. Тем более футбольные, и особенно в описываемый нами период.

Так вот. "Динамо" выиграло первенство 11 июля 1936 года, чемпионат завершился 17 июля, знамя учредили в 20-х числах августа, а вручили победителям только 14 сентября.

Осенью того же года все необходимые формальности соблюли значительно оперативнее. 30 октября "Спартак", выиграв у ЦДКА, стал чемпионом, и уже в первых числах ноября его победа получила юридическую силу. Постановление на этот счет хранится в архиве. Не сомневаюсь, что содержание этого исторического документа (пусть и незатейливое, суховатое), утвердившего первую победу "Спартака" в союзном первенстве, вызовет интерес у читателей и прежде всего спартаковских почитателей. Извольте:

"ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Всесоюзного комитета по делам физкультуры и спорта СНК СССР

1 ноября 1936 г.

О результатах осеннего первенства СССР по футболу 1936 г.

1. Представленные Главной Инспекцией спорта результаты осеннего первенства СССР по футболу 1936 г. утвердить.

2. Присвоить звание чемпиона осеннего первенства СССР по футболу 1936 г. команде Московского физкультурного общества "Спартак", передав ей переходящий приз - знамя Всесоюзного Комитета по делам физкультуры и спорта при СНК СССР.

Председатель Всесоюзного комитета по делам физкультуры и спорта при СНК СССР (И.И.Харченко)".

На следующий день Постановление физкультурного вождя заверил чиновник рангом поменьше: "Верно: Зав. секретариатом (Радченко) 02.11.36 г."

Сохранился еще один документ, более любопытный, тоже касающийся наград "Спартаку". Его содержание раскрою несколько позже.

БЕЗ ДЕНЕГ ЖИТЬ НЕЛЬЗЯ НА СВЕТЕ, НЕТ

Замена "женщин" на "денег" в известной строке из не менее известной кальмановской оперетты мало кто заметит. Не из невежества, ввиду идентичности понятий. Кто же станет спорить, что без того и без другого жить и в самом деле невозможно. Но сегодня, хоть и грядет женский день, сосредоточимся на деньгах, не как самоцели (разновидности спорта для толстосумов), а исключительно средства к существованию (и выживанию), каковыми они для подавляющего большинства населения планеты являются. Футбол - не исключение. В 30-е годы (в отличие от нынешних времен, когда превратился в разновидность печатного станка) без денег существовать он не мог.

ДЕНЬГИ ОБЩЕСТВЕННЫЕ...

Переезды, проживание, питание, инвентарь, аренда стадионов и многое, многое другое. За все надо было платить. Кто платил, кому и откуда - об этом в печати (советской, разумеется) не распространялись. Но в документах, тщательно в те годы от глаз людских сокрытых, кое-что отыскать удалось. В упомянутом мною в прошлый раз Положении о розыгрыше весеннего первенства 1936 г. денежным вопросам посвящены 7-й и 8-й пункты. Являясь рьяным сторонником гласности с солидным стажем, не без удовольствия обнажаю содержимое двух только что означенных пунктов. "П. 7. Материальные взаиморасчеты. Организация, принимающая команду, предоставляет общежитие и местный транспорт команде приезжающей и судье. Все расходы, связанные с выездом команды, несет командирующая организация.

Организация принимающая отчисляет в пользу организации принимаемой команды 40 процентов валового сбора с матча, оставляя в своем распоряжении 60 процентов валового сбора.

Все денежные расчеты ведутся только между организациями безналичным расчетом. Организация принимающей команды обязана составить акт о количестве проданных билетов на матч и общей стоимости их и за подписью представителей двух команд и судьи вручается один экземпляр акта представителю принимающей команды, другой экземпляр - судье и третий оставляет у себя.

В случае срыва игры ответственность несет организация, по вине которой произошел этот срыв, и последняя обязана возместить все расходы, вызванные этим срывом.

Проход на соревнования первенства СССР по футболу должен быть платным, цена билета от 1 и не дороже 5 рублей...

П. 8. Организации, участвующие в календаре, никаких денежных расчетов с судьями, командируемыми ВСФК, не ведут, кроме предоставления гостиницы и местного транспорта.

Судьи материально целиком обеспечиваются ВСФК СССР.

Все участвующие организации вносят в кассу ВСФК СССР при подаче заявок по 2000 рублей за каждую команду.

Игроки и представители команд при выезде в другие города на календарную встречу имеют право:

а) получить в своей организации суточные за время всей командировки в размере 10 рублей в сутки;

б) питание из расчета 30 рублей в сутки;

в) железнодорожный проезд.

Зам.председателя спортивно-технического комитета

ВСФК при ЦИК СССР: (К.Морарь). 14 мая 1936 г."

К счастью, нашел в архиве ГАРФ образец Акта взаиморасчетов, о которых сказано в пункте 8. Из этого документа (публикую его, сохраняя стиль и орфографию) вы узнаете уже конкретно - кому и сколько.

"АКТ

гор.Киев июля 7-го 1936 г. Мы, нижеподписавшиеся, Представитель ленинградской футбольной команды тов.Батырев, представитель Киевской футбольной команды тов.Ячменников, судья тов.Васильев и Начальник финчасти стадиона "Динамо" тов.Ратнер составили настоящий акт в нижеследующем: На матч 6 июля 1936 г. Ленинград - Киев "Динамо", продано согласно отчета ст. билетной кассирши тов.Волошенко от 7 июля - 36 г. билетов 11220 на сумму 40 806 руб. (сорок тысяч восемьсот шесть руб) с каковой суммы причитается ленинградской команде "Динамо" 16 322 р. 40 коп. (шестнадцать тысяч триста двадцать два руб. 40 коп)" Акт скреплен подписью упомянутых в нем товарищей, кроме старшей кассирши.

Все правильно. Обмана нет. Гости (ленинградское "Динамо") получили причитающиеся им 40 процентов - копейка в копейку.

Со временем хозяева, видимо, стали мухлевать. Обобщать из-за скудости источников не вправе, но об одном таком случае известно доподлинно. В 1939 году автозаводцы сыграли с иногородними командами на московском стадионе "Динамо" девять матчей и получили с валового сбора 30 процентов вместо законных 40. Их жалобу на сей предмет обсуждали на первом Всесоюзном совещании по футболу в марте 1940 года. Судя по выступлениям информированных товарищей, такая практика существовала и на стадионах других городов. А посему решили: впредь гостям выплачивать 30 процентов, себе оставлять 40 вместо прежних 60. Как говорят в определенной социальной среде - жадность фраера сгубила. О судьбе оставшихся 30 процентах ничего не говорилось. Видимо, пошли в пользу бедных, то есть государства.

Денег команда стоила немалых: мотали ее на протяжении года по всей стране (весенние сборы, игры первенства и Кубка, товарищеские встречи), кормили, одевали, обували. За все это платить следовало. Только за участие в чемпионате, как вы уже знаете, по 2000 рубликов в физкульткомитет выкладывали.

В своем выступлении в июле 40-го Константин Квашнин, один из ведущих в те годы специалистов, жаловался на дороговизну и качество спортивной формы и футбольных полей на юге, где взимали арендную плату из расчета 100 рублей в час. Он обратился с просьбой к физкульткомитету построить на Черноморском побережье несколько баз для команд мастеров. За годы советской власти эта проблема до конца решена не была.

Бутсы, главная часть экипировки футболиста (майки и трусы на худой конец после соответствующей обработки можно было использовать и домашние), стоили 123 рубля. Производство отечественное, стало быть, качество никудышнее (слова Квашнина), с мягким носком. Хватало на несколько игр. Героические усилия работавших не покладая рук сапожников, продлевали им жизнь ненадолго. Следуя разумному примеру практичных англичан ("мы не настолько богаты, чтобы покупать дешевые вещи"), выгоднее было шить обувь на заказ, а еще лучше прямыми или окольными дорожками обзаводиться забугровой.

Пару слов о предсезонных сборах.

Физкульткомитет в целях экономии государственных средств не поощрял массовые вторжения футболистов на юг. Специальным постановлением главный физкультурный орган запретил нежиться под ласковыми лучами южного солнца всем прочим коллективам, кроме самых лучших (группы "А"), да и то по спецразрешению .

Приказ высокого руководства был проигнорирован. В апреле 37-го Одессу наводнили толпы "дикарей" в основном с Украины. Бдительное око собкора "Красного спорта" в Одессе Фридмана быстро их обнаружило, и он тут же настучал на нелегалов в материале "Футболисты на курорте". Поместили его, чтобы не затерялся в газетных недрах, на самом видном месте - на первой странице. Там же последовала реакция и редколлегии "Красного спорта". Пользуясь случаем, она одобрила постановление своего начальства (Всесоюзного комитета), после чего гневно осудила "курортников": "Эти поездки, как показал опыт, ничего, кроме бесцельной затраты средств не давали... Футболисты бездельничают на юге, проедая государственные и общественные деньги".

Сигнал был услышан, меры приняты. Комитет физкультуры Украины одну из команд, нарушивших приказ, распустил. На виновников обрушились административные санкции, дисквалификации, а начальника команды отдали под суд.

Шел, напомню, 1937 год.

...И ЛИЧНЫЕ

Веду себя непотребно и вас совращаю. В замочную скважину уже подглядели, а теперь норовим и в чужой карман заглянуть. О доходах советских спортсменов, в частности, футболистов, распространяться было не принято. О причинах подробно поговорим в следующий раз. И все же информация в периодическую печать проникала. Несколько фрагментов представляю вашему вниманию.

Март 1936 г. Николай Никитин, тренер: "Чтобы успешно конкурировать с зарубежными клубами, нужно в первую очередь освободить мастеров от их неспортивной работы, и не только на восстановительный весенний период, как это делается сейчас, но и на весь игровой сезон. Тогда тренировочный процесс можно будет вести систематически, непрерывно, тратя на это значительно больше времени. К освобождаемым игрокам, несомненно, будут предъявлены более строгие требования".

Фактически речь шла о профессиональных отношениях и деньгах (на что же будут жить футболисты, освобожденные от "неспортивной работы"), но без употребления этих слов и чуждых нам буржуазных понятий.

Август 1937 г. О том же, но более раскрепощенно говорил молодой 23-летний Юрий Ваньят, прекрасный журналист и полемист. Несмотря на младые лета, часто горячо и смело (насколько это было позволительно) писал о насущных проблемах советского футбола, предлагая рецепты его оздоровления, в чем вы сейчас убедитесь. Ваньят - единственный журналист, освещавший ВСЕ советские чемпионаты с 1936 по 1991 год включительно. Послушаем его: "Пора поставить вопрос о том, чтобы игрок, получающий деньги, был обязан по определенному договору (контракту? - А.В.) аккуратно являться на тренировки и игры, быть дисциплинированным и т.д." Сказано это было в сердцах, сразу после разгрома, учиненного басками советским командам.

Март 1940 г. "Вопрос о так называемых перекупках и переманиваниях будет разрешен, если команды по своим бюджетам будут поставлены в одинаковое положение, а внутри команд зарплата будет дифференцирована в зависимости от ценности, опыта и стажа игрока".

Самое откровенное выступление. Эти слова произнес в узком кругу специалистов на упомянутом уже Всесоюзном совещании по футболу Александр Старостин - председатель Секции футбола и хоккея с мячом. Сомнений не осталось - футболисты получали деньги за игру в футбол. Старостин пытался лишь упорядочить пущенный на самотек процесс.

О размерах заработков футболистов сведений не нашел ни в прессе, ни в закрытых источниках. Попытаемся вычислить опосредствованно, ухватившись за соломинку, которую протянул первый председатель Комитета физкультуры Иван Харченко (об этом мы рассказывали в прошлый раз).

Уж если команда из Горького, последняя в худшей группе ("Г") могла заплатить за каждого приглашенного из Иванова футболиста 400 рублей (деньги немалые), игроки высшей группы по логике вещей должны были получать значительно больше.

Кроме зарплаты, надо полагать, что-то (в зависимости от результата) капало в кубышку из клубных (общественных) денег, получаемых с валового сбора от матчей с их участием. И о размере суточных нам известно - в целом 40 рублей. Без ущерба для здоровья можно было сэкономить на питании. Косвенное тому доказательство - прозвучавшее в 40-м предложение: "Не давать во время сборов и командировок на руки суточные футболистам, живущим в санаторных условиях".

Иногда в прессу проникали намеки, довольно прозрачные о нелегальных подпитках, практикуемых в отдельных командах.

Легально определенная сумма причиталась чемпиону, но об этом общественность не информировали. Придется рассекретить еще один документ мною обещанный.

После победы "Спартака" в осеннем первенстве 1936 года и. о. начальника главной инспекции спорта Распевин отправил записку на имя Харченко: "Согласно положению об осеннем первенстве по футболу 1936 года, команда победительница первенства получает переходящий приз-знамя Всесоюзного комитета по делам физкультуры и спорта при СНК СССР, а участники команды премируются.

Прошу Вашего разрешения и указания о выдаче участникам команды общества "Спартак" на 20 человек каждому по 500 рублей, а всего 10 тысяч рублей.

Кроме того, для премирования участников команды завода "Серп и Молот", занявшей первое место по группе "Б", также прошу выделить из средств комитета на 20 человек каждому по 250 рублей, а всего 5000 рублей".

Не исключено, что кругом-бегом могла набежать кругленькая сумма, грубо говоря, в пределах полутора тысяч рублей в месяц. Много это или мало? Конечно же, немало. Насколько много, сказать не могу. Все познается в сравнении. Мы попытаемся сопоставить доходы ведущих наших футболистов с доходами других слоев общества и даже с прибылью английских профессионалов, а также определить покупательную способность этих денег. Сведений маловато, но они есть. Что-нибудь наскребем.

(Продолжение следует)

К ЧИТАТЕЛЮ

ПРОШУ НЕ ВИНИТЬ Вячеслава КОЛОСКОВА

Не так давно главный редактор "СЭ" Владимир Михайлович Кучмий просил меня время от времени напрямую обращаться к читателям. Я обещал - при удобном случае. Случай настал, только удобства при этом не испытываю.

В прошлый понедельник ваш покорный слуга, как бы поделикатнее выразиться, опростоволосился, назвав известного политического деятеля Вячеслава Михайловича Молотова Вячеславом Ивановичем.

Как такое могло случиться? Ответ дали коллеги из различных изданий, поспешившие выразить искренние соболезнования по случаю постигшей меня катастрофы. Помимо моральной, была оказана помощь и осязаемая - целебные успокоительные препараты психологического воздействия с преобладанием: "не ошибается тот, кто ничего не делает". Сеансы психотерапии умножили коллекцию журналистских ляпов (один образованнейший мой приятель рассказал, что назвал космонавта Юрия Алексеевича Гагарина Юрием Петровичем по ассоциации с известным режиссером Любимовым). И, наконец, был назван истинный виновник случившегося... президент РФС: мол, любой, хоть чуточку интересующийся футболом, разбуди его среди ночи, услышав Вячеслав, автоматом выдаст - Иванович.

Бывало, критиковал немножечко первое лицо российского футбола, как мне казалось, по делу. Возможно, ошибался. Суть не в том. Сегодня категорически заявляю: мнение собратьев по перу не разделяю, претензий к Вячеславу Ивановичу (после пережитых потрясений чуть было не назвал его Вячеславом Михайловичем) не имею. За все в ответе только я один. Подвел себя и команду "СЭ", за которую сейчас играю. За гол, забитый в свои ворота, приношу извинения коллегам и вам, уважаемые читатели.

Искренне уважающий вас старый грешник

Аксель ВАРТАНЯН

Материалы других СМИ
Загрузка...
Загрузка...
Материалы других СМИ
Загрузка...